ВС подтвердил допустимость экспертизы, назначенной до возбуждения уголовного дела

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 223-УД25-19-А6 от 5 августа 2025 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации (кассационное производство)

Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судьи: Дербилова О.А., Замашнюк А.Н. - Секретарь: Яковлева Т.С.

Участники: - Осуждённый: Мифтахов Азат Фанисович - Прокурор: Калачев Д.А. - Адвокат (защитник осуждённого): Сидоркина С.И. - Защитник: Горбань Е.А.

Статьи УК РФ: - Основная квалификация: ч. 1 ст. 205² УК РФ (публичное оправдание терроризма) - Предыдущая судимость: ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство) — приговор от 18 января 2021 г. Головинским районным судом г. Москвы (с учётом кассационного определения Второго кассационного суда общей юрисдикции от 21 апреля 2022 г.)

Назначенное наказание: - Лишение свободы на срок 4 года - Первые 2 года 6 месяцев — в тюрьме - Оставшаяся часть срока — в исправительной колонии строгого режима

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе адвоката Сидоркиной С.И. на приговор Центрального окружного военного суда от 28 марта 2024 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 15 августа 2024 г.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Мифтахов осуждён за публичное оправдание терроризма, совершённое 21 мая 2023 г. на территории ФКУ ИК УФСИН России по Кировской области. Во время отбывания наказания при просмотре выпуска новостей в комнате воспитательной работы Мифтахов, выражая поддержку лицам, противодействующим российским войскам в ходе специальной военной операции, в присутствии других осуждённых высказывался о правильности и необходимости поддержки и подражания практики совершения террористических актов на территории Российской Федерации, включая террористический акт, совершённый в здании РУФСБ России по области. Его высказывания содержали лингвистические и психологические признаки оправдания практики совершения террористических действий. Действия носили публичный характер, так как высказывания слышали несколько осуждённых, находившихся в одной комнате с Мифтаховым на небольшом удалении от него.

Приговор первой инстанции:

Центральный окружной военный суд приговором от 28 марта 2024 г. осудил Мифтахова по ч. 1 ст. 205² УК РФ к лишению свободы на срок 4 года (первые 2 года 6 месяцев в тюрьме, оставшаяся часть в исправительной колонии строгого режима).

Решение апелляционной инстанции:

Апелляционное определение апелляционного военного суда от 15 августа 2024 г. оставило приговор без изменения, апелляционные жалобы осуждённого и адвоката без удовлетворения.

Основания обращения в ВС РФ:

Адвокат Сидоркина подала кассационную жалобу, оспаривая приговор и апелляционное определение по следующим основаниям: - Допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов - Выводы судов основаны на предположениях и недопустимых доказательствах - Нарушены требования ст. 87 УПК РФ при оценке доказательств - Заключение экспертов от 2 августа 2023 г. подлежит исключению как недопустимое доказательство - Протоколы опросов осуждённых Г. и Т., полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, не являются допустимыми доказательствами - Экспертиза назначена и проведена незаконно (до возбуждения уголовного дела, в ходе проверки сообщения о преступлении) - Мифтахов и его защитник ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы после её проведения (нарушение ч. 3 ст. 195 УПК РФ) - Мифтахову не разъяснялись права, предусмотренные ст. 46, 47, 195, 198 УПК РФ - Заключение экспертов составлено с нарушением требований ст. 201 УПК РФ и ст. 23 Федерального закона № 73-ФЗ - Нарушены требования методики проведения экспертиз - Показания свидетеля под псевдонимом Н. не могли быть объектом исследования - Суды не учли заключение специалиста Н.

Адвокат просила отменить приговор и апелляционное определение, прекратить производство по уголовному делу.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Процессуально-правовая с элементами материально-правовой

Основная проблема касается допустимости доказательств, полученных в ходе оперативно-розыскной деятельности и судебной экспертизы, назначенной на стадии проверки сообщения о преступлении (до возбуждения уголовного дела), а также соблюдения прав обвиняемого при назначении и проведении экспертизы. Вторичная проблема — правильность квалификации деяния по ч. 1 ст. 205² УК РФ и обоснованность назначенного наказания.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Является ли допустимым доказательством заключение комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы, назначенной и проведённой в ходе проверки сообщения о преступлении (до возбуждения уголовного дела)?

2. Нарушает ли право на защиту ознакомление обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении экспертизы после её проведения?

3. Могут ли протоколы опросов очевидцев, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, служить основанием для назначения судебной экспертизы и использоваться в качестве доказательств?

4. Соответствует ли установленным фактам квалификация деяния по ч. 1 ст. 205² УК РФ (публичное оправдание терроризма)?

5. Обоснованно ли назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием части срока в тюрьме?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ не нашла оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. Суд первой инстанции провёл судебное разбирательство полно, всесторонне и беспристрастно, с соблюдением принципов равенства и состязательности сторон. Все доказательства, положенные в основу приговора, получены и исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Выводы суда о виновности Мифтахова соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью допустимых доказательств. Назначенное наказание справедливо и соответствует целям исправления и предупреждения.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база кассационного контроля

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Суд установил, что таких нарушений не допущено.

2. Допустимость экспертизы, назначенной на стадии проверки сообщения о преступлении

Суд отклонил довод о недопустимости заключения экспертов от 2 августа 2023 г., указав, что:

• ч. 1 ст. 144 УПК РФ предусматривает возможность назначения судебных экспертиз и получения заключения эксперта в ходе проверки сообщения о преступлении;
• назначение экспертизы на этой стадии соответствует закону и не является нарушением;
• представление экспертам копий протоколов опросов очевидцев, полученных в рамках проверки по ст. 144 УПК РФ, не противоречит нормам уголовно-процессуального закона.

3. Ознакомление обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы после её проведения

Суд признал, что позднее ознакомление Мифтахова и его защитника с постановлением о назначении экспертизы:

• не влечёт за собой недопустимость заключения экспертов;
• не свидетельствует о нарушении права на защиту, поскольку Мифтахов и его защитник не были лишены возможности реализовать права, предусмотренные ч. 1 ст. 198 УПК РФ, путём заявления соответствующих ходатайств как в период предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, что они реализовали по своему усмотрению.

4. Квалификация и компетентность экспертов

Суд установил, что:

• экспертиза проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»;
• до начала экспертизы экспертам разъяснены их права, обязанности и ответственность, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и ст. 307 УК РФ;
• эксперты имеют высшее образование по соответствующим специальностям:
• эксперт Ж. — экспертная специальность «Исследование продуктов речевой деятельности», кандидат филологических наук;
• эксперт П. — экспертная специальность «Психологическое исследование информационных материалов»;
• оба эксперта обладают надлежащей квалификацией, достаточным опытом и стажем экспертной работы.

5. Содержание и обоснованность заключения экспертов

Заключение экспертов:

• соответствует требованиям ст. 201, 204 УПК РФ;
• содержит подробное описание проведённых исследований и их результатов;
• указывает литературу и объекты исследования, применённые методики и используемую терминологию;
• эксперты не выходили за пределы предоставленных им полномочий и не разрешали правовые вопросы;
• сформулированные выводы научно аргументированы и содержат необходимые обоснования;
• в совокупности с результатами следственных действий и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, подтверждают выводы суда о виновности осуждённого.

6. Оценка показаний свидетелей и специалиста

Суд признал, что:

• заключение специалиста Н. и её показания в судебном заседании, являющиеся по своей сути рецензией на выводы комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы, получили правильную оценку в обжалуемых судебных решениях как не опровергающие сделанные экспертами выводы;
• допросы свидетелей Т., Г. и свидетеля под псевдонимом Н. проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок допроса свидетеля в досудебном производстве и в суде;
• ход и результаты допросов отражены в протоколах, составленных в соответствии со ст. 166, 190 и 259 УПК РФ;
• решение о допросе свидетеля под псевдонимом Н. в условиях, исключавших его визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, без оглашения подлинных данных о личности свидетеля, соответствует требованиям ч. 3 ст. 11, ч. 5 ст. 278 УПК РФ;
• оснований для вывода о недостоверности сведений, сообщённых этими лицами, у суда не было;
• предоставленная ими информация последовательна, совпадает в деталях и согласуется с другими материалами уголовного дела;
• причин для оговора осуждённого не установлено.

7. Оперативно-розыскная деятельность

Суд установил, что:

• оперативно-розыскные мероприятия проведены для решения задач, указанных в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»;
• проведены в отсутствие признаков провокации преступления;
• при наличии оснований и с соблюдением предусмотренных законом условий;
• полученные результаты представлены органам предварительного расследования в установленном порядке и закреплены путём производства процессуальных и следственных действий, отвечающих требованиям уголовно-процессуального закона.

8. Оценка доказательств в соответствии с требованиями закона

Суд подтвердил, что:

• требования уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств соблюдены;
• доказательства проверены в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ;
• каждому доказательству дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности;
• содержание доказательств приведено в приговоре в соответствии с материалами дела и с отражением тех сведений, которые имеют отношение к установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу;
• обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, установлены.

9. Квалификация по ч. 1 ст. 205² УК РФ

Суд обоснованно признал наличие в действиях осуждённого публичного оправдания терроризма, указав, что:

• высказывания Мифтахова выражают положительное отношение их автора к террористическому акту, совершённому в здании РУФСБ России;
• содержат лингвистические и психологические признаки оправдания практики совершения террористических действий;
• действия носили публичный характер, поскольку его высказывания слышали несколько осуждённых, находившихся в одной комнате с Мифтаховым на небольшом удалении от него;
• Мифтахов видел каждого из них, но свои высказывания террористического содержания не прекращал;
• при таких обстоятельствах суд обоснованно признал наличие публичного оправдания терроризма и правильно квалифицировал действия по ч. 1 ст. 205² УК РФ.

10. Назначение наказания

Суд установил, что:

• наказание назначено в соответствии с требованиями закона с учётом:
• характера и степени общественной опасности совершённого преступления;
• данных о личности осуждённого;
• иных обстоятельств, учитываемых при назначении наказания;
• в качестве смягчающих обстоятельств признаны положительные отзывы об осуждённом с мест его учебы;
• в качестве отягчающего обстоятельства признан рецидив преступлений;
• назначение наказания в виде лишения свободы, решения о виде исправительного учреждения и отбывании части срока наказания в тюрьме в соответствии с ч. 2 ст. 58 УК РФ, о неприменении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ надлежаще мотивированы;
• назначенное наказание справедливо, отвечает целям исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений;
• оснований для смягчения наказания не имеется.

11. Проверка в апелляционной инстанции

Суд отметил, что при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции:

• в установленном порядке проверены законность и обоснованность приговора;
• соблюдена процедура рассмотрения дела;
• в полном объёме рассмотрены доводы апелляционных жалоб.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ не нашла существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов в действиях нижестоящих судов.

Адвокат Сидоркина выдвигала следующие претензии, которые суд отклонил:

1. Относительно допустимости экспертизы: Довод о том, что экспертиза назначена незаконно (до возбуждения уголовного дела, в ходе проверки сообщения о преступлении), был отклонён как противоречащий ч. 1 ст. 144 УПК РФ, которая прямо предусматривает возможность назначения судебных экспертиз на этой стадии.

2. Относительно ознакомления с постановлением о назначении экспертизы: Довод о нарушении ч. 3 ст. 195 УПК РФ был отклонён как не влекущий недопустимость заключения экспертов, поскольку обвиняемый и защитник имели возможность реализовать права по ст. 198 УПК РФ, что они и сделали.

3. Относительно протоколов опросов: Довод о недопустимости протоколов опросов осуждённых Г. и Т., полученных в ходе оперативно-розыскных мероприятий, был отклонён как не соответствующий закону, поскольку эти материалы были надлежащим образом закреплены путём допросов свидетелей в судебном разбирательстве.

4. Относительно квалификации и компетентности экспертов: Суд подтвердил, что эксперты имеют надлежащую квалификацию, образование и опыт, а их заключение соответствует требованиям закона.

5. Относительно показаний свидетеля под псевдонимом Н.: Суд признал показания достоверными, последовательными и согласующимися с другими материалами дела.

6. Относительно заключения специалиста Н.: Суд правильно оценил его как рецензию, не опровергающую выводы экспертов.

7. Относительно квалификации: Суд обоснованно квалифицировал деяние по ч. 1 ст. 205² УК РФ на основе установленных фактических обстоятельств.

8. Относительно назначения наказания: Суд надлежаще учёл смягчающие и отягчающие обстоятельства и назначил справедливое наказание.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации определила:

Приговор Центрального окружного военного суда от 28 марта 2024 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 15 августа 2024 г. в отношении Мифтахова Азата Фанисовича оставить без изменения.

Кассационную жалобу адвоката Сидоркиной С.И. оставить без удовлетворения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение подтверждает устоявшуюся практику квалификации публичного оправдания терроризма по ч. 1 ст. 205² УК РФ. Суд установил, что публичность может быть реализована не только в условиях массового скопления людей, но и в условиях исправительного учреждения, когда высказывания слышат несколько осуждённых, находящихся на небольшом удалении от говорящего, и говорящий осознаёт, что его слышат. Это расширяет понимание публичности в контексте ст. 205² УК РФ.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Определение устанавливает важный прецедент в отношении допустимости доказательств, полученных на стадии проверки сообщения о преступлении:

• Экспертизы, назначенные по ст. 144 УПК РФ, являются допустимыми доказательствами и могут быть использованы в судебном разбирательстве, даже если обвиняемый ознакомлен с постановлением о назначении экспертизы после её проведения.

• Протоколы опросов, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, могут служить основанием для назначения судебной экспертизы и использоваться в качестве доказательств при условии, что информация, содержащаяся в них, впоследствии закреплена путём допросов свидетелей в судебном разбирательстве.

• Комплексная психолого-лингвистическая экспертиза признана допустимым и надёжным способом установления лингвистических и психологических признаков оправдания терроризма.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение подтверждает, что:

• Позднее ознакомление обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы не нарушает право на защиту, если обвиняемый и его защитник имели возможность реализовать права по ст. 198 УПК РФ (заявление ходатайств о назначении дополнительной экспертизы, допросе экспертов и т.д.).

• Допрос свидетеля под псевдонимом в условиях, исключающих его визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, соответствует требованиям ч. 3 ст. 11, ч. 5 ст. 278 УПК РФ и не нарушает право на защиту.

• Оперативно-розыскная деятельность, проведённая в соответствии с Федеральным законом № 144-ФЗ, в отсутствие признаков провокации преступления и при наличии оснований, не нарушает права обвиняемого.

4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ

Определение согласуется с позициями ВС РФ по следующим вопросам:

• Допустимость экспертиз на стадии проверки сообщения о преступлении — подтверждает возможность назначения судебных экспертиз по ст. 144 УПК РФ.

• Оценка доказательств — применяет требования ст. 87, 88 УПК РФ о проверке доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

• Назначение наказания — применяет требования ст. 60, 58 УК РФ о назначении наказания с учётом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности осуждённого и иных обстоятельств.

• Публичность высказываний — развивает понимание публичности в контексте ст. 205² УК РФ, признавая публичность высказываний, слышимых несколькими лицами в замкнутом пространстве.

5. Сферы применения по аналогии

Определение может быть применено по аналогии в следующих сферах:

• Квалификация иных преступлений экстремистской направленности, где требуется установление публичности высказываний (ст. 280, 282 УК РФ).

• Использование комплексных психолого-лингвистических экспертиз при расследовании преступлений, связанных с анализом содержания высказываний (экстремизм, разжигание ненависти, клевета и т.д.).

• Допустимость доказательств, полученных на стадии проверки сообщения о преступлении, в иных категориях уголовных дел.

• Защита свидетелей путём допроса под псевдонимом в условиях, исключающих их визуальное наблюдение, в делах, связанных с угрозой безопасности свидетелей.

Заключение: Определение ВС РФ представляет собой развёрнутое и аргументированное обоснование допустимости доказательств, полученных на стадии проверки сообщения о преступлении, и правильности квалификации публичного оправдания терроризма. Суд последовательно отклонил все доводы защиты, указав на соответствие действий нижестоящих судов требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов. Определение имеет значительное практическое значение для унификации судебной практики по делам о публичном оправдании терроризма и использованию комплексных психолого-лингвистических экспертиз.