ВС подтвердил законность Порядка проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № АПЛ25-116; Апелляционное определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2025 г.

Состав Апелляционной коллегии: - Председательствующий: Зайцев В.Ю. - Члены коллегии: Вавилычева Т.Ю., Тютин Д.В. - Секретарь: Иванов В.Н. - Участие прокурора: Слободин С.А. (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны спора: - Административные истцы: Ванжилова Сэсэгмы Цыреновны, Зотова Юрия Николаевича (граждане, оспаривающие нормативный акт) - Административный ответчик: Министерство здравоохранения Российской Федерации - Заинтересованное лицо: Министерство юстиции Российской Федерации

Категория спора: Административное дело об оспаривании нормативного правового акта (абстрактный нормоконтроль); административное судопроизводство.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Министерство здравоохранения Российской Федерации приказом от 12 января 2017 г. № Зн утвердило Порядок проведения судебно-психиатрической экспертизы, который устанавливает правила проведения судебно-психиатрической экспертизы в государственных судебно-психиатрических экспертных учреждениях и специализированных подразделениях, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности. Приказ был зарегистрирован в Министерстве юстиции 2 марта 2017 г. (регистрационный номер 45823), размещён на официальном интернет-портале правовой информации 3 марта 2017 г. и опубликован в «Российской газете» 17 марта 2017 г.

Ванжилова С.Ц. и Зотов Ю.Н. обратились в Верховный Суд РФ с административными исковыми заявлениями о признании не действующими с 15 июня 2021 г. отдельных положений Порядка: подпункта «б» пункта 5 (в части распространения на посмертную комплексную амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу по медицинским документам и иным материалам), пункта 6 (в части допущения изучения материалов дела, не относящихся к предмету экспертизы и не являющихся медицинскими документами), пункта 10 (в связи с невозможностью осуществления психиатрического исследования посмертно) и пункта 11 (поскольку перечисленные виды исследований невозможны при посмертной экспертизе).

Административные истцы связывали нарушение своих прав с тем, что вступившим в законную силу решением суда по гражданскому делу на основании заключения комиссии экспертов по результатам посмертной судебно-психиатрической экспертизы признано недействительным завещание, составленное родственницей в их пользу.

Процессуальная история

Решение суда первой инстанции (Верховный Суд РФ, 18 марта 2025 г.): Верховный Суд РФ отказал в удовлетворении административных исковых заявлений Ванжиловой С.Ц. и Зотова Ю.Н., признав, что оспариваемые положения Порядка соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушают прав и законных интересов административных истцов.

Апелляционная жалоба: Ванжилова С.Ц. и Зотов Ю.Н. подали апелляционную жалобу, прося отменить решение суда первой инстанции ввиду существенного нарушения норм материального и процессуального права и принять новое решение об удовлетворении административных исков. В жалобе указывалось, что проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы возможно лишь на основании медицинских документов, содержащих результаты инструментальных и лабораторных исследований головного мозга, соответствующих современному уровню развития медицинской науки и техники, проведённых при жизни человека; такие требования в Порядке отсутствуют, что является коррупциогенным фактором. Кроме того, исследования, указанные в пунктах 10 и 11 Порядка, при посмертной экспертизе фактически не проводятся, что приводит к многочисленным злоупотреблениям со стороны экспертов.

Позиции сторон в апелляции: - Минздрав России просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, считая решение суда первой инстанции вынесенным в соответствии с нормами материального и процессуального права. - Минюст России поддержал свою позицию, изложенную суду первой инстанции, и просил рассмотреть жалобу без участия его представителя. - Прокурор Генеральной прокуратуры РФ Слободин С.А. полагал апелляционную жалобу необоснованной.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Правовой конфликт возник между интересами граждан (Ванжиловой С.Ц. и Зотова Ю.Н.), оспаривающих конституционность и законность нормативного регулирования порядка проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, и полномочиями Министерства здравоохранения РФ на издание соответствующих нормативных актов в пределах своей компетенции.

Административные истцы утверждали, что оспариваемые положения Порядка: 1. противоречат Конституции РФ (части 3 статьи 15, части 2 статьи 50, части 2 статьи 55, части 3 статьи 123); 2. нарушают процессуальное законодательство (ГПК РФ, КАС РФ); 3. противоречат Федеральному закону от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности» и Федеральному закону от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; 4. содержат коррупциогенные факторы и являются неопределёнными, поскольку отсутствуют указания на методы установления психиатрических диагнозов, научную обоснованность, критерии постановки диагнозов и их влияния на способность лица осознавать свои действия; 5. не закреплены возможность присутствия лиц, участвующих в деле, при проведении посмертной экспертизы и возможность постановки ими вопросов экспертам, что позволяет экспертам произвольно устанавливать диагнозы.

Дело имеет принципиальное значение, поскольку затрагивает баланс между полномочиями органов исполнительной власти на издание нормативных актов в сфере судебно-экспертной деятельности и защитой прав граждан на справедливое судебное разбирательство, а также вопросы о допустимости и научной обоснованности посмертной судебно-психиатрической экспертизы как доказательства в гражданском судопроизводстве.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Соответствуют ли подпункт «б» пункта 5, пункты 6, 10, 11 Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, в частности Конституции РФ, федеральным законам о государственной судебно-экспертной деятельности и об основах охраны здоровья граждан, а также процессуальному законодательству?

2. Содержат ли оспариваемые положения Порядка коррупциогенные факторы и являются ли они неопределёнными в смысле критерия правовой определённости?

3. Нарушают ли оспариваемые положения Порядка права и законные интересы административных истцов?

4. Вправе ли суд в порядке абстрактного нормоконтроля возлагать на орган государственной власти обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования в предлагаемой административными истцами редакции?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ пришла к выводу, что оспариваемые положения Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не содержат коррупциогенных факторов, отвечают критерию правовой определённости, ясности и недвусмысленности, и не нарушают прав и законных интересов административных истцов. Суд подтвердил, что Министерство здравоохранения РФ издало Приказ во исполнение возложенных на него федеральным законом полномочий в пределах предоставленной компетенции, с соблюдением всех процедурных требований к принятию, государственной регистрации и опубликованию нормативного правового акта.

B. Развёрнутое обоснование

1. Компетенция Министерства здравоохранения РФ на издание Порядка

Суд исходил из того, что согласно части 2 статьи 62 Закона об основах охраны здоровья граждан (Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ), порядок проведения судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз устанавливается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Таким органом является Министерство здравоохранения РФ, которое вправе самостоятельно принимать нормативные правовые акты в установленной сфере деятельности, в том числе утверждать порядок проведения судебно-психиатрической экспертизы (пункт 1, подпункт 5.2.77 пункта 5 Положения о Министерстве здравоохранения РФ, утверждённого постановлением Правительства РФ от 19 июня 2012 г. № 608).

Суд отметил, что Приказ издан Минздравом России во исполнение возложенных на него федеральным законом полномочий в пределах предоставленной компетенции.

2. Соблюдение процедуры принятия нормативного правового акта

Апелляционная коллегия установила, что процедура принятия оспариваемого нормативного правового акта, правила введения в действие, включая порядок опубликования, государственной регистрации и вступления в силу, соблюдены. Из материалов дела следует, что: - 13 января 2017 г. проект Приказа был направлен на государственную регистрацию в Минюст России; - согласно заключению Минюста России от 2 марта 2017 г., Приказ не содержит противоречий законодательству РФ; - антикоррупционная экспертиза акта проведена в целях выявления коррупциогенных факторов; коррупциогенные факторы не выявлены; - нормативный правовой акт подлежит государственной регистрации; - 2 марта 2017 г. Приказ зарегистрирован в Минюсте России (регистрационный номер 45823); - 3 марта 2017 г. размещён на официальном интернет-портале правовой информации; - 17 марта 2017 г. опубликован в «Российской газете».

Суд отклонил довод апелляционной жалобы о ненадлежащей проверке соблюдения процедуры издания Приказа, указав, что оценка процедуры принятия нормативного правового акта осуществлена судом на основании доказательств, имеющихся в материалах административного дела, и что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании текстов правовой и антикоррупционной экспертиз.

3. Правовая база судебно-экспертной деятельности и определение судебной экспертизы

Суд указал, что согласно преамбуле Закона о государственной судебно-экспертной деятельности (Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ), правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в РФ в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве определяет данный закон. При этом производство судебной экспертизы с учётом особенностей отдельных видов судопроизводства регулируется соответствующим процессуальным законодательством РФ.

Суд отметил, что вопреки утверждениям административных истцов, Конституция РФ производство судебной экспертизы не регулирует.

Государственная судебно-экспертная деятельность основывается на принципах законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники (статья 4 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности).

Судебная экспертиза — предусмотренное законодательством РФ о судопроизводстве процессуальное действие, включающее в себя проведение исследований и дачу заключения экспертом по вопросам, требующим специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла (абзац седьмой статьи 9 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности).

Медицинской экспертизой в силу статьи 58 Закона об основах охраны здоровья граждан является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина (часть 1).

Судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы являются видами медицинских экспертиз, проводимых в РФ. Названные экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством РФ о государственной судебно-экспертной деятельности (пункт 4 части 2 статьи 58, часть 1 статьи 62 Закона об основах охраны здоровья граждан).

4. Допустимость посмертной судебно-психиатрической экспертизы и объекты исследования

Суд установил, что отнесение подпункт «б» пункта 5 Порядка к одному из видов производства судебно-психиатрической экспертизы комплексной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, которая проводится как в отношении живых лиц, так и посмертно по медицинским документам и иным материалам, в полной мере соответствует законоположениям о судебной экспертизе.

Суд ссылался на статью 10 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности, согласно которой объектами исследований могут являться вещественные доказательства, документы, предметы, животные, трупы и их части, образцы для сравнительного исследования, а также материалы дела, по которому производится судебная экспертиза. Исследования проводятся также в отношении живых лиц.

5. Права и обязанности эксперта при проведении экспертизы

Суд указал, что согласно статье 85 ГПК РФ, эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу. Эксперт, поскольку это необходимо для дачи заключения, имеет право знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы, просить суд о предоставлении ему дополнительных материалов и документов для исследования, задавать в судебном заседании вопросы лицам, участвующим в деле, и свидетелям, ходатайствовать о привлечении к проведению экспертизы других экспертов (части первая и третья статьи 85 ГПК РФ).

Указание в пункте 6 Порядка на то, что производство амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы начинается с момента изучения экспертами или комиссией экспертов предоставленных им объектов исследования и материалов дела, каких-либо противоречий нормативным актам большей юридической силы не содержит.

6. Методология проведения исследований и свобода выбора экспертных методик

Суд установил, что перечисленные в пунктах 10 и 11 Порядка виды исследований, требующих специальных знаний, не допускают неоднозначного толкования при их применении и не могут служить основанием для произвольного их выполнения.

Выбор конкретных исследований осуществляется экспертом с учётом вида порученной экспертизы. При даче заключения по поставленным вопросам эксперт основывается на результатах проведённых исследований, в том числе по представленным материалам дела, в соответствии со своими специальными знаниями, в связи с чем он свободен в выборе экспертных методик для выполнения задач государственной судебно-экспертной деятельности.

Суд ссылался на статьи 8 и 25 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности, согласно которым эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объёме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. На основании проведённых исследований с учётом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены содержание и результаты исследований с указанием применённых методов, оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

7. Оценка заключения эксперта судом и его необязательность

Суд подчеркнул, что заключение эксперта (комиссии экспертов) не предрешает решение суда по конкретному делу, поскольку необязательно для суда и оценивается судом по правилам, установленным процессуальным законодательством (часть третья статьи 86 ГПК РФ, часть 2 статьи 168 КАС РФ, часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Это означает, что суд вправе не согласиться с выводами эксперта и дать им иную оценку при рассмотрении конкретного дела.

8. Критерий правовой определённости оспариваемых положений

Апелляционная коллегия установила, что содержание подпункта «б» пункта 5, пунктов 6, 10, 11 Порядка отвечает критерию правовой определённости, ясности, недвусмысленности и не допускает неоднозначного толкования; данных о том, что их применение на практике не соответствует истолкованию, выявленному судом при рассмотрении настоящего административного дела, не установлено (часть 3 статьи 215 КАС РФ).

Суд отметил, что нормативного правового акта большей юридической силы, который бы по-иному регулировал порядок проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, не имеется.

9. Вопрос о регламентации присутствия лиц, участвующих в деле, при проведении экспертизы

Суд отклонил довод об отсутствии в оспариваемом документе регламентации порядка присутствия лиц, участвующих в деле, при проведении судебно-психиатрической экспертизы, указав, что это не может свидетельствовать о неопределённости оспариваемых положений, поскольку Порядок имеет иной предмет регулирования. Право лиц, участвующих в деле, присутствовать при проведении экспертизы, установлено в части 3 статьи 84 ГПК РФ.

10. Пределы полномочий суда при абстрактном нормоконтроле

Суд установил, что утверждение административных истцов о необходимости нормативного закрепления в Порядке предписания, предусматривающего, что проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы возможно лишь на основании медицинских документов, в которых отражены результаты современных видов инструментальных и лабораторных исследований головного мозга, проведённых при жизни человека, сводятся к возложению на орган государственной власти обязанности осуществить нормативное правовое регулирование в предлагаемой административными истцами редакции.

Между тем вопросы, связанные с принятием правовых актов, внесением в них изменений и дополнений, относятся к исключительной компетенции соответствующих органов государственной власти. Верховный Суд РФ, как и иные суды, не вправе в порядке административного судопроизводства возлагать на эти органы обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования, за исключением случаев, непосредственно указанных в федеральном законе (часть 4 статьи 216 КАС РФ).

11. Разграничение между абстрактным нормоконтролем и оценкой доказательств в конкретном деле

Суд подчеркнул, что из содержания административных исковых заявлений и апелляционной жалобы следует, что требования Ванжиловой С.Ц., Зотова Ю.Н. обусловлены несогласием с заключением комиссии экспертов по результатам проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, назначенной судом в конкретном гражданском деле с их участием о признании завещания недействительным.

Однако при рассмотрении административных дел в порядке абстрактного нормоконтроля судом не устанавливаются и не исследуются фактические обстоятельства, относящиеся к конкретной ситуации (спору) и не связанные с решением вопроса о соответствии оспариваемого акта или его части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

В связи с этим оценка заключения эксперта (экспертов) по конкретному гражданскому делу в качестве достоверного (недостоверного) доказательства не может быть осуществлена в рамках данного административного дела, что исключает возможность вынесения в адрес экспертов частного определения, о чём просят административные истцы.

12. Мотивированность решения суда первой инстанции

Суд отклонил довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не дана оценка всем доводам административных исковых заявлений, указав, что обжалуемое решение должным образом мотивировано, в нём отражены все юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для дела, указанные в части 8 статьи 213 КАС РФ.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ применила следующий критерий разрешения спора: оспариваемые положения Порядка соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу (Конституции РФ, федеральным законам о государственной судебно-экспертной деятельности и об основах охраны здоровья граждан, процессуальному законодательству), содержат надлежащую правовую определённость, не содержат коррупциогенных факторов и не нарушают прав и законных интересов административных истцов.

Суд не дал никаких указаний нижестоящим судам, арбитражным управляющим или иным органам, поскольку дело касалось абстрактного нормоконтроля, а не конкретного спора, требующего исполнения.

Суд указал, что при рассмотрении конкретных гражданских дел суды вправе оценивать заключения экспертов по правилам, установленным процессуальным законодательством, и не обязаны принимать их во внимание, если они не соответствуют критериям достоверности и обоснованности.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определила:

1. Решение Верховного Суда Российской Федерации от 18 марта 2025 г. оставить без изменения.

2. Апелляционную жалобу Ванжиловой Сэсэгмы Цыреновны и Зотова Юрия Николаевича — без удовлетворения.

Таким образом, оспариваемые положения Порядка проведения судебно-психиатрической эксперт