КС разъяснил конституционный смысл норм об обращении взыскания на имущество должника у третьих лиц

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 526-О от 26 февраля 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Состав Суда: Председатель В.Д. Зорькин, судьи А.Ю. Бушев, Л.М. Жаркова, К.Б. Калиновский, С.Д. Князев, А.Н. Кокотов, А.В. Коновалов, М.Б. Лобов, В.А. Сивицкий, Е.В. Тарибо.

Заявители: Граждане Максимова Мария Николаевна и Максимова Наталья Николаевна (дочери должника).

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба граждан на нарушение конституционных прав оспариваемыми нормами законодательства об исполнительном производстве.

Оспариваемые нормы: - Статья 434 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации «Отсрочка или рассрочка исполнения судебного постановления, изменение способа и порядка его исполнения, индексация присужденных денежных сумм»; - Части 1 и 2 статьи 77 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» «Обращение взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц».

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявительниц:

Решением суда общей юрисдикции, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, удовлетворено заявление судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на обыкновенные акции акционерного общества, учтённые на лицевых счётах заявительниц, а также на дивиденды по указанным ценным бумагам. Взыскание производилось в целях исполнения требований исполнительных документов в пользу кредиторов гражданина М. (отца заявительниц) в рамках сводного исполнительного производства.

Суды установили, что действительным владельцем акций является М., осуществлявший полный контроль над эмитентом и организовавший переход прав на акции к дочерям исключительно с целью сокрытия принадлежности имущества. Заявительницы не имели собственных средств для приобретения акций и осуществляли корпоративные права исключительно в интересах М., что подтверждает их номинальный статус.

Суды не нашли оснований для применения срока исковой давности к требованию судебного пристава-исполнителя и не передали дело на рассмотрение арбитражного суда. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявительницам отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании.

Усматриваемое нарушение конституционных прав:

По мнению М.Н. Максимовой и Н.Н. Максимовой, оспариваемые нормы противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в какой: - допускают рассмотрение судом общей юрисдикции заявления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, если предметом исполнения являются исполнительные документы, выданные арбитражными судами; - позволяют судам общей юрисдикции рассматривать спор о праве на имущество в указанном порядке; - не применяют при этом исковую давность.

Ссылаемые статьи Конституции РФ:

Заявительницы ссылались на нарушение статей: - 17 (части 1 и 3) — о правах и свободах человека и гражданина; - 35 (часть 1) — о праве частной собственности; - 46 (часть 1) — о праве на судебную защиту; - 47 (часть 1) — о праве на справедливое разбирательство; - 118 (часть 2) — о судебной власти и правосудии.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Конституционно-правовой конфликт возникает между несколькими конституционными ценностями:

1. Защита права собственности третьих лиц (статья 35 Конституции РФ) — заявительницы утверждают, что их имущество (акции) незаконно подлежит взысканию как имущество должника;

2. Справедливое разбирательство и надлежащая судебная защита (статьи 46, 47 Конституции РФ) — вопрос о том, какой суд (общей юрисдикции или арбитражный) надлежит рассматривать спор о принадлежности имущества при исполнении документов, выданных арбитражными судами;

3. Эффективность исполнительного производства и защита прав кредиторов — необходимость оперативного взыскания имущества должника, включая имущество, находящееся у третьих лиц;

4. Правовая определённость и применение исковой давности — вопрос о том, должна ли исковая давность применяться к требованиям судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц.

Почему вопрос имеет конституционное значение:

Вопрос касается баланса между защитой права собственности граждан и эффективностью исполнительного производства, а также надлежащего разграничения компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами при разрешении споров о принадлежности имущества в контексте исполнения судебных решений.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Формулировка вопроса:

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации статья 434 ГПК РФ и части 1 и 2 статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в той мере, в какой они допускают: - рассмотрение судом общей юрисдикции заявления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, при исполнении исполнительных документов, выданных арбитражными судами; - рассмотрение в указанном порядке спора о праве на имущество без применения исковой давности?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба признается допустимой.

Суд установил, что оспариваемые нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительниц в обозначенных в жалобе аспектах, поскольку заявительницы, по существу, выражают несогласие с выводами судов по фактическим обстоятельствам дела, а не с самими нормами законодательства. Проверка обоснованности таких выводов не входит в компетенцию Конституционного Суда.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционность процессуального порядка рассмотрения заявлений об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц

Правовая позиция Суда:

Статья 434 ГПК Российской Федерации обеспечивает определённость процессуального порядка рассмотрения отдельных вопросов, возникающих в связи с исполнительным производством, — об отсрочке или рассрочке исполнения судебного постановления, об изменении способа и порядка его исполнения, а также об индексации присужденных денежных сумм.

Согласно статье 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве»: - часть 1: обращение взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, производится на основании судебного акта или исполнительной надписи нотариуса в случаях, установленных данным Федеральным законом; - часть 2: заявление взыскателя или судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, рассматривается судом в десятидневный срок со дня поступления заявления.

Конституционное основание:

Рассмотрение указанного заявления, поскольку им затрагиваются права третьих лиц, не являющихся сторонами исполнительного производства, осуществляется в порядке искового производства исходя из установленного нормами процессуального законодательства разграничения компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами: - статья 22 ГПК Российской Федерации; - статьи 27 и 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Такое разграничение исключает произвольное определение подсудности при рассмотрении указанного заявления и призвано обеспечить лицу, у которого находится имущество должника, справедливое разрешение дела независимым и беспристрастным судом с учётом всех процессуальных принципов и гарантий (статьи 46, 47 Конституции РФ).

2. Распределение бремени доказывания

Правовая позиция Суда:

Бремя доказывания принадлежности имущества должнику возлагается на заявителя (судебного пристава-исполнителя или взыскателя). Это положение соответствует правоприменительной практике, закреплённой в пунктах 1–6 и 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства».

3. Применение исковой давности к требованиям об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц

Правовая позиция Суда:

Правила обращения взыскания на находящееся у третьих лиц имущество должника, предусмотренные частями 1 и 2 статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве», к предмету регулирования которых исковая давность не относится, действуют в системной связи с главой 3 «Сроки в исполнительном производстве» этого Федерального закона.

Вместе с тем эти нормы не препятствуют правильному разрешению судом вопроса о возможности применения исковой давности к заявленному судебным приставом-исполнителем требованию, в том числе с учётом: - соответствующих положений главы 12 ГК Российской Федерации; - правовой природы такого притязания, связанного с принудительной реализацией в интересах кредиторов должника правомочия — в иной ситуации принадлежащего исключительно самому должнику как собственнику имущества — требовать возврата этого имущества в имущественную массу должника от лиц, которым оно было передано.

Конституционное значение:

Данное положение обеспечивает баланс между защитой права собственности (статья 35 Конституции РФ) и эффективностью исполнительного производства, позволяя судам учитывать специфику требований об обращении взыскания при применении норм об исковой давности.

4. Разграничение компетенции КС РФ и судов общей юрисдикции

Правовая позиция Суда:

Оспаривая перечисленные в жалобе нормы, регламентирующие лишь процессуальный порядок рассмотрения соответствующих вопросов, заявительницы, по существу, выражают несогласие с выводами судов, включая: - вывод о принадлежности спорного имущества должнику; - вывод о подсудности суду общей юрисдикции конкретного дела (предполагающий оценку в соответствии с критериями, определёнными законом, характера правоотношений, в рамках которых имущество должника было передано ответчикам, и субъектного состава участников правоотношений).

Проверка обоснованности таких выводов, сопряженная с исследованием и оценкой доказательств, установлением фактических обстоятельств дела, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

5. Итоговый вывод о допустимости жалобы

Правовая позиция Суда:

Соответственно, части 1 и 2 статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве», статья 434 ГПК Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права М.Н. Максимовой и Н.Н. Максимовой в обозначенных в жалобе аспектах.

Жалоба не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция:

Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Максимовой Марии Николаевны и Максимовой Натальи Николаевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия:

• Судьба конкретного дела заявительниц: Определение не влечёт пересмотр судебных решений по существу. Решения судов общей юрисдикции об обращении взыскания на акции, находящиеся на лицевых счётах заявительниц, остаются в силе.

• Указания законодателю: Конституционный Суд не выявил необходимости в изменении оспариваемых норм законодательства.

• Момент вступления в силу: Определение вступает в силу с момента его принятия (26 февраля 2026 года) и является окончательным.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Уточнение компетенции судов:

Определение подтверждает, что суды общей юрисдикции надлежащим образом рассматривают заявления об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, в порядке искового производства, применяя критерии разграничения компетенции, установленные статьями 22 ГПК РФ, 27 и 28 АПК РФ. Это исключает произвольное определение подсудности и обеспечивает справедливое разрешение дела.

Применение исковой давности:

Суды получают ясное указание на то, что нормы статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» не препятствуют применению исковой давности к требованиям об обращении взыскания, если это обоснованно с учётом правовой природы такого требования и положений главы 12 ГК РФ.

Распределение бремени доказывания:

Судебная практика получает подтверждение того, что бремя доказывания принадлежности имущества должнику возлагается на заявителя (судебного пристава-исполнителя или взыскателя), что соответствует постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 50 от 17 ноября 2015 года.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Определение опирается на устоявшиеся конституционные принципы, закреплённые в ранее выраженных позициях Конституционного Суда:

• Принцип справедливого разбирательства (статьи 46, 47 Конституции РФ) — обеспечение независимого и беспристрастного суда при разрешении споров о праве на имущество;

• Принцип разделения властей и разграничения компетенции (статья 118 Конституции РФ) — надлежащее распределение полномочий между судами общей юрисдикции и арбитражными судами;

• Принцип правовой определённости — установление чётких процессуальных порядков рассмотрения вопросов, возникающих в исполнительном производстве.

Определение развивает позицию Суда по вопросу о том, что проверка обоснованности фактических выводов судов не входит в компетенцию Конституционного Суда, что соответствует статье 125 Конституции РФ и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

3. Гарантии конституционных прав

Определение усиливает гарантии следующих конституционных прав:

• Право на справедливое разбирательство (статьи 46, 47 Конституции РФ) — путём обеспечения рассмотрения заявлений об обращении взыскания в порядке искового производства с соблюдением всех процессуальных принципов и гарантий;

• Право собственности (статья 35 Конституции РФ) — путём возложения на заявителя бремени доказывания принадлежности имущества должнику и допущения применения исковой давности к соответствующим требованиям;

• Право на судебную защиту (статья 46 Конституции РФ) — путём надлежащего разграничения компетенции между судами и обеспечения рассмотрения дел независимым и беспристрастным судом.

4. Предписания законодателю

Конституционный Суд не выявил необходимости в изменении оспариваемых норм законодательства. Статьи 434 ГПК РФ и 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» соответствуют Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они регламентируют процессуальный порядок рассмотрения заявлений об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц.

Вместе с тем Суд подтверждает, что суды при применении этих норм должны учитывать: - разграничение компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами; - возможность применения исковой давности к требованиям об обращении взыскания; - правовую природу таких требований, связанную с принудительной реализацией правомочия должника требовать возврата имущества в его имущественную массу.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Применение к аналогичным ситуациям:

Правовая позиция Конституционного Суда распространяется на все случаи, когда:

• Судебный пристав-исполнитель или взыскатель подают заявление об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц;

• Возникает вопрос о разграничении компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами при рассмотрении такого заявления;

• Требуется определение принадлежности имущества должнику и применение норм об исковой давности.

Значение для исполнительного производства:

Определение подтверждает, что процессуальный порядок, установленный статьёй 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и статьёй 434 ГПК РФ, обеспечивает надлежащий баланс между эффективностью исполнительного производства и защитой прав третьих лиц, у которых находится имущество должника. Это имеет значение для всех участников исполнительного производства — кредиторов, должников и третьих лиц.

Значение для судебной практики:

Определение служит ориентиром для судов при разрешении споров о принадлежности имущества в контексте исполнительного производства, подтверждая необходимость: - применения критериев разграничения компетенции, установленных процессуальным законодательством; - возложения на заявителя бремени доказывания принадлежности имущества должнику; - учёта возможности применения исковой давности при оценке требований об обращении взыскания.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 526-О от 26 февраля 2026 года является отказным определением, в котором Суд не принял жалобу к рассмотрению по основанию её недопустимости. Однако в мотивировочной части Суд выразил позицию о конституционности оспариваемых норм в той мере, в какой они регламентируют процессуальный порядок рассмотрения заявлений об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц.

Ключевое значение определения состоит в уточнении разграничения компетенции между Конституционным Судом и судами общей юрисдикции: проверка обоснованности фактических выводов судов о принадлежности имущества и подсудности дела не входит в компетенцию Конституционного Суда. Вместе с тем Суд подтвердил конституционность процессуального порядка, обеспечивающего справедливое разрешение дела независимым и беспристрастным судом с соблюдением всех процессуальных принципов и гарантий.