КС подтвердил конституционность изъятия имущества у третьих лиц, действовавших в интересах коррупционера

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 49-О от 29 января 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: Гражданин Дунаев Сергей Викторович (физическое лицо, сторона в гражданском судопроизводстве).

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение конституционных прав статьями 10, 13 и 14 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее — ФЗ № 230-ФЗ).

Оспариваемые нормы: - Статьи 10, 13 и 14 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» - Статья 17 ФЗ № 230-ФЗ (упоминается в контексте презумпции незаконности источников имущества) - Статья 82 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявителя:

Гражданин С.В. Дунаев являлся собственником имущества, приобретённого совместно с другими лицами. Прокурор субъекта Российской Федерации предъявил требование об обращении этого имущества в доход Российской Федерации на основании того, что в отношении имущества не были представлены сведения о его приобретении на законные доходы.

Судебное разбирательство:

1. Районный суд отказал в удовлетворении требований прокурора, исходя из того, что С.В. Дунаев не относится ни к одной из категорий лиц, на которых распространяются требования ФЗ № 230-ФЗ (т.е. не замещает государственные должности), и, следовательно, является ненадлежащим ответчиком.

2. Апелляционный суд отменил решение районного суда и удовлетворил требования прокурора. Суд установил, что гражданка П., замещавшая различные должности государственной гражданской службы, была привлечена к уголовной ответственности по части шестой статьи 290 УК РФ (получение взятки). При этом П. осуществляла приобретение и приращение имущества через третьих лиц, включая заявителя, в целях уклонения от контроля за расходами.

3. Вышестоящие судебные инстанции согласились с апелляционным определением.

Позиция заявителя:

С.В. Дунаев считает, что оспариваемые законоположения нарушают его конституционные права, поскольку допускают изъятие имущества у граждан, которые не обязаны подтверждать источники доходов для приобретения имущества.

Ссылка на нарушенные конституционные права:

Заявитель ссылается на нарушение статей 19 (равенство перед законом и судом), 35 (право собственности), 40 часть 1 (право на жилище), 55 (ограничение прав и свобод) Конституции Российской Федерации.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Конституционно-правовой конфликт возникает между двумя конституционно защищаемыми ценностями:

1. Правом собственности граждан (статья 35 Конституции РФ) и правом на справедливое судебное разбирательство (статья 19 Конституции РФ) — с одной стороны;

2. Государственным интересом в противодействии коррупции и предотвращении незаконного обогащения лиц, замещающих публичные должности (статьи 15 часть 2, 19 часть 1, 71 пункты «в», «г», «м», «о» Конституции РФ) — с другой стороны.

Конкретное противоречие:

Заявитель оспаривает применение ФЗ № 230-ФЗ к лицам, которые сами не замещают государственные должности и не обязаны подтверждать источники своих доходов. Вместе с тем суды применили закон к имуществу, приобретённому заявителем, исходя из того, что оно было приобретено через него в целях уклонения от контроля лицом, замещающим государственную должность и совершившим коррупционное преступление.

Конституционное значение вопроса:

Вопрос имеет конституционное значение, поскольку затрагивает: - баланс между правом собственности и государственным интересом в борьбе с коррупцией; - пределы применения закона о контроле расходов к лицам, не подпадающим под его формальное определение субъектов; - принцип правовой определённости и равенства перед законом при применении мер государственного принуждения.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Формулировка вопроса:

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации (в частности, статьям 19, 35, 40 часть 1 и 55) положения статей 10, 13 и 14 Федерального закона № 230-ФЗ в той мере, в какой они допускают изъятие имущества у граждан, не замещающих государственные должности и не обязанных подтверждать источники доходов для приобретения имущества, в случае, когда это имущество было приобретено через них лицом, замещающим государственную должность и совершившим коррупционное преступление?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к допустимости жалоб.

Вместе с тем в мотивировочной части Суд выразил позицию по существу оспариваемых норм: оспариваемые положения ФЗ № 230-ФЗ не могут расцениваться как нарушающие права заявителя, поскольку они преследуют конституционно значимую цель противодействия коррупции и предотвращения незаконного обогащения.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционное значение противодействия коррупции как государственной задачи

Конституционная основа:

Конституционный Суд исходит из того, что принятие эффективных мер по противодействию коррупции является одним из важнейших условий обеспечения конституционной законности, правового равенства, взаимного доверия государства и общества (статья 15 часть 2; статья 19 часть 1; статья 75¹ Конституции РФ).

Правовая позиция Суда:

Суд подчеркивает, что правовая демократия, чтобы быть устойчивой, нуждается в действенных средствах её охраны от злоупотреблений и криминализации публичной власти, легитимность которой во многом обусловлена доверием народа.

Россия как правовое демократическое государство призвана принимать надлежащие меры для обеспечения безопасности личности, общества и государства от противоправных посягательств, которые затрагивают права и свободы личности и одновременно направлены против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (статья 71, пункты «в», «г», «м», «о» Конституции РФ).

Ссылка на прецеденты:

Суд ссылается на свои постановления: - от 29 ноября 2016 года № 26-П; - от 4 июля 2022 года № 27-П; - от 1 октября 2024 года № 42-П.

2. Конституционно-правовой смысл обращения имущества в доход государства как формы противодействия коррупции

Правовая позиция Суда:

Конституционный Суд в Постановлении от 31 октября 2024 года № 49-П подчеркивал, что в основание требований прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретённого вследствие нарушения лицом, замещающим публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, может быть положен не только факт формального несоответствия расходов законным доходам и отсутствие сведений, подтверждающих законность получения денежных средств (когда источники происхождения имущества могут оставаться невыявленными, а незаконность их презюмируется в соответствии со статьей 17 ФЗ № 230-ФЗ и статьей 82 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»), но и установление того, что приобретение имущества обусловлено совершением указанным лицом противоправных деяний коррупционной направленности.

Характер применяемой меры:

Суд определяет обращение в доход Российской Федерации имущества как особую форму правового государственного принуждения, преследующей наряду с уголовно-правовыми и административно-деликтными мерами конституционно значимую публичную цель борьбы с деяниями коррупционной направленности.

3. Расширение круга лиц, к которым может быть применена мера обращения имущества

Ключевая правовая позиция:

Суд устанавливает, что круг лиц, к которым может быть применена данная форма принуждения, в силу её специфики и значения в механизме противодействия коррупции не ограничивается названным в части 1 статьи 2 ФЗ № 230-ФЗ (т.е. не ограничивается только лицами, замещающими государственные должности).

Расширенный круг субъектов:

Это предполагает возможность предъявления соответствующих требований: - как к замещающему публично значимую должность лицу, приобретившему имущество в результате совершения противоправных деяний коррупционной направленности; - так и к подконтрольным ему или связанным с ним близким родством или свойством, имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями лицам, действительно или формально владеющим указанным имуществом; - в том числе и к лицам, в которое первоначально приобретённое в результате совершения указанных деяний имущество (доходы от этого имущества) было частично или полностью превращено или преобразовано.

4. Конституционная оправданность расширения круга лиц как средства предотвращения незаконного обогащения

Обоснование:

Суд исходит из того, что именно незаконное обогащение является конечной целью совершения всякого деяния коррупционной направленности, а государство обязано принимать такие меры, которые любую попытку достигнуть подобной цели делали бы бессмысленной и бесперспективной.

Вывод по существу:

Поскольку эта цель преследуется, оспариваемые положения ФЗ № 230-ФЗ не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в обозначенном им аспекте.

5. Разграничение компетенции КС РФ и судов общей юрисдикции

Компетенционное ограничение:

Суд подчеркивает, что установление и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нём тех или иных норм права, на чём фактически настаивает в своей жалобе заявитель, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определённую в статье 125 Конституции РФ и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция

Определением Конституционного Суда Российской Федерации:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дунаева Сергея Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение окончательно и обжалованию не подлежит (в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Правовые последствия

Для конкретного дела заявителя:

Отказ в принятии жалобы к рассмотрению означает, что судебные решения об обращении имущества заявителя в доход Российской Федерации остаются в силе. Заявитель не получает возможности пересмотра своего дела на основании конституционного контроля.

Для правоприменения в целом:

Хотя жалоба не принята к рассмотрению, Суд выразил развёрнутую позицию по существу оспариваемых норм, которая имеет значение для толкования ФЗ № 230-ФЗ судами и органами прокуратуры.

Момент вступления в силу:

Определение вступает в силу немедленно и является окончательным.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Толкование оспариваемых норм:

Хотя Суд отказал в принятии жалобы по формальным основаниям, выраженная им правовая позиция устанавливает конституционно-правовой смысл статей 10, 13 и 14 ФЗ № 230-ФЗ:

• Закон о контроле расходов применяется не только к лицам, замещающим государственные должности, но и к третьим лицам, через которых такие лица приобретают имущество в целях уклонения от контроля;

• Основанием для обращения имущества в доход государства может быть как формальное несоответствие расходов доходам, так и установление того, что имущество приобретено в результате совершения коррупционного преступления;

• Круг лиц, к которым применяется мера, включает не только непосредственного коррупционера, но и связанных с ним лиц, в том числе через которых имущество было приобретено или в которое оно было преобразовано.

Практическое значение для судов:

Суды общей юрисдикции и органы прокуратуры получают конституционное обоснование для применения ФЗ № 230-ФЗ к третьим лицам, действующим в интересах коррупционера, даже если эти лица формально не подпадают под определение субъектов контроля в части 1 статьи 2 закона.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Преемственность:

Позиция Суда развивает его ранее выраженные позиции о конституционной значимости противодействия коррупции, выраженные в постановлениях: - от 29 ноября 2016 года № 26-П; - от 4 июля 2022 года № 27-П; - от 1 октября 2024 года № 42-П.

Развитие позиции:

Суд ссылается на своё Постановление от 31 октября 2024 года № 49-П, в котором уже была выражена позиция о том, что основанием для обращения имущества может быть не только формальное несоответствие расходов доходам, но и установление коррупционного происхождения имущества. Определение № 49-О развивает эту позицию, подчёркивая, что круг лиц, к которым применяется мера, не ограничивается формальными субъектами контроля.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Конституционные ценности, получившие усиление:

• Статья 15 часть 2 Конституции РФ (верховенство Конституции и федеральных законов) — через обеспечение действенности механизма противодействия коррупции;

• Статья 19 часть 1 Конституции РФ (равенство перед законом и судом) — через обеспечение равного применения мер противодействия коррупции независимо от того, через каких лиц приобретается имущество;

• Статья 71 пункты «в», «г», «м», «о» Конституции РФ (компетенция Российской Федерации в сфере безопасности, охраны государственной границы, обороны, противодействия коррупции) — через конституционное обоснование расширенного применения ФЗ № 230-ФЗ;

• Статья 75¹ Конституции РФ (доверие между государством и обществом) — через демонстрацию государственной приверженности борьбе с коррупцией.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Предписания законодателю:

Суд не предписывает законодателю изменять регулирование. Напротив, Суд подтверждает конституционность действующего регулирования в выявленном им смысле.

Вместе с тем Суд косвенно указывает на то, что законодатель вправе и должен обеспечивать действенность механизма противодействия коррупции, включая применение мер обращения имущества к третьим лицам.

Сроки:

Не установлены, поскольку речь идёт не об изменении законодательства, а о его конституционном толковании.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Применение по аналогии:

Правовая позиция Суда имеет значение для применения аналогичных норм в других сферах противодействия коррупции и незаконному обогащению:

• Применение мер конфискации имущества в уголовном процессе (статья 104.1 УК РФ) в отношении имущества, приобретённого через третьих лиц;

• Применение административных мер в отношении имущества, связанного с коррупционными деяниями;

• Применение гражданско-правовых мер по обращению имущества в доход государства в других случаях, когда имущество приобретено в результате противоправных деяний государственных служащих.

Конституционный принцип:

Суд устанавливает общий конституционный принцип: государство обязано принимать такие меры противодействия коррупции, которые делали бы любую попытку незаконного обогащения бессмысленной и бесперспективной. Это предполагает, что меры могут применяться к лицам, не являющимся непосредственными коррупционерами, если они действуют в интересах коррупционера или получают выгоду от его противоправных деяний.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение № 49-О от 29 января 2026 года, хотя формально отказывает в принятии жалобы, содержит развёрнутую и значимую правовую позицию Конституционного Суда РФ о конституционности применения Федерального закона № 230-ФЗ к третьим лицам, через которых лица, замещающие государственные должности, приобретают имущество в целях уклонения от контроля.

Суд подтверждает, что противодействие коррупции и предотвращение незаконного обогащения являются конституционно значимыми целями, которые оправдывают расширение круга лиц, к которым применяются меры обращения имущества в доход государства, за пределы формального определения субъектов контроля в законе. Эта позиция имеет существенное значение для практики применения антикоррупционного законодательства судами и органами прокуратуры.