КС разъяснил: конфискация имущества и квалификация разбоя организованной группой требуют доказанности в суде

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 3192-О от 27 ноября 2025 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: Гражданин Бахарчиев Магомед Сайдамиевич (осужденный по приговору районного суда, оставленному без изменения в апелляционном порядке).

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав оспариваемыми нормами уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Оспариваемые нормы: - пункт «в» части первой статьи 104¹ Уголовного кодекса Российской Федерации (конфискация имущества); - пункт «а» части четвертой статьи 162 УК РФ (разбой, совершенный организованной группой); - часть первая статьи 18 УПК РФ (язык уголовного судопроизводства); - пункт 3 части второй статьи 38 УПК РФ (полномочия следователя).

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Гражданин М.С. Бахарчиев признан приговором районного суда виновным в совершении преступлений, в том числе предусмотренных пунктом «а» части четвертой статьи 162 УК РФ (разбой, совершенный в составе организованной группы). По гражданскому иску потерпевшего на часть денежных средств подсудимого обращено взыскание; оставшаяся часть денежных средств конфискована как предназначавшаяся для финансирования терроризма и организованной группы.

Постановлением судьи Верховного Суда РФ отказано в передаче кассационной жалобы осужденного для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, включая отклонение доводов о недоказанности предназначения денежных средств для финансирования терроризма. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ согласился с судебными решениями.

Конституционные права, которые заявитель считает нарушенными: Статьи 2, 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 22 (часть 1), 26 (часть 2), 28, 35 (части 1–3), 45, 46 (часть 1), 49, 50 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 56 (часть 3) Конституции РФ.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Заявитель усматривает конституционно-правовой конфликт в следующих аспектах:

1. Конфискация без надлежащего доказывания предназначения имущества: Оспариваемые нормы позволяют конфисковать денежные средства без доказывания их предназначения для финансирования терроризма, применяя конфискацию за будущее, а не уже совершенное деяние, что нарушает принципы законности, справедливости и презумпции невиновности.

2. Неопределённость признаков организованной группы: Привлечение к уголовной ответственности за разбой, совершенный организованной группой, происходит в отношении группы, признаки которой, общественная опасность и отличия от группы лиц по предварительному сговору не определены надлежащим образом.

3. Использование слов неясного значения в уголовном судопроизводстве: Часть первая статьи 18 УПК РФ содержит слова неясного значения, что затрудняет восприятие содержания процессуальных документов и нарушает право на понятное судопроизводство.

4. Незаконное изъятие денежных средств: Пункт 3 части второй статьи 38 УПК РФ позволяет изымать у подозреваемого, обвиняемого денежные средства, которые не имеют отношения к уголовному делу, а также признавать их доказательствами, ухудшая положение лица и его квалификацию деяния.

Конституционно-правовой конфликт возникает между принципом законности и определённости уголовного закона (требующим ясности, обоснованности и мотивированности судебных решений) и практическим применением норм, которые, по мнению заявителя, допускают произвольное толкование и применение без надлежащего доказывания оснований.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли оспариваемые нормы (пункт «в» части первой статьи 104¹ УК РФ, пункт «а» части четвертой статьи 162 УК РФ, часть первая статьи 18 УПК РФ и пункт 3 части второй статьи 38 УПК РФ) Конституции Российской Федерации в аспектах, указанных заявителем, а именно: допускают ли они конфискацию имущества без надлежащего доказывания его предназначения, привлечение к ответственности за преступления организованной группы без определения её признаков, использование слов неясного значения в судопроизводстве и незаконное изъятие денежных средств, не имеющих отношения к уголовному делу?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба признается допустимой. Суд пришел к выводу, что оспариваемые нормы не содержат неопределённости и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенных им аспектах. Однако в своём определении Суд дал развёрнутое толкование оспариваемых норм, выявив их конституционно-правовой смысл.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конфискация имущества как мера публично-правового принуждения и требование доказанности предназначения

Конституционный Суд установил следующее:

Правовая природа конфискации: По смыслу предусмотренного частью первой статьи 104¹ УК РФ правового регулирования, конфискация является мерой публично-правового принуждения при привлечении лица к уголовной ответственности за соответствующее преступление. Дифференцированное применение конфискации, в отличие от уголовных санкций, предусмотренных Особенной частью УК РФ, не предполагается, в том числе исходя из обстоятельств, как уменьшающих, так и отягчающих степень общественной опасности деяния.

Возложение на лицо обязанности претерпеть дополнительные (по отношению к наказанию) правоограничения в виде конфискации является специальной превентивной мерой уголовно-правового характера (ссылка на Постановление КС РФ от 30 мая 2025 года № 25-П).

Требование доказанности предназначения имущества: Уголовно-процессуальный кодекс РФ предусматривает, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации в соответствии со статьей 104¹ УК РФ: - получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества; - либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления; - либо предназначалось для финансирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества, деятельности, направленной против безопасности РФ (пункт 8 части первой статьи 73 УПК РФ).

Вопрос о доказанности таких обстоятельств подлежит разрешению судом при постановлении приговора (пункт 101 части первой статьи 299 УПК РФ).

Конституционно-правовой смысл нормы: Решение о конфискации денег, ценностей и иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма или организованной группы, может быть вынесено только при условии доказанности соответствующего использования или предназначения материальных ценностей. Это требование вытекает из принципа законности, предъявляющего требования обоснованности и мотивированности к судебным решениям (часть четвёртая статьи 7 УПК РФ).

2. Дифференциация ответственности за разбой, совершённый организованной группой, и требование установления признаков организованной группы

Конституционная оправданность дифференциации: В системе правового регулирования предполагается именно уголовная ответственность за посягательства, совершённые в рамках организованной преступной деятельности. Осуществленная законодателем дифференциация ответственности за совершение преступлений против собственности участником устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, отражает повышенную степень общественной опасности такого деяния (ссылки на определения КС РФ от 28 марта 2024 года № 812-О, от 30 мая 2024 года № 1425-О и от 25 июня 2024 года № 1494-О).

Определение организованной группы в УК РФ: УК РФ, регламентируя общие вопросы ответственности за соучастие в преступлении (статья 32), признает преступление совершённым организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (часть третья статьи 35 УК РФ).

Позиция КС РФ о дифференциации ответственности: Как неоднократно указывал Конституционный Суд, положения статьи 35 УК РФ, определяющие формы соучастия, направлены на обеспечение дифференциации ответственности за преступления в зависимости от степени сплоченности участвующих в их совершении лиц (ссылки на определения КС РФ от 17 июля 2007 года № 606-О-О, от 29 января 2009 года № 57-О-О, от 21 мая 2015 года № 1131-О, от 19 июля 2016 года № 1631-О, от 28 сентября 2017 года № 2165-О и др.).

Требование доказанности признаков организованной группы и презумпция невиновности: Нормы уголовного закона не регламентируют вопросов, связанных с доказыванием вины и презумпцией невиновности (определение КС РФ от 23 июня 2016 года № 1279-О). Исходя из презумпции невиновности, если противоправность того или иного деяния или его совершение конкретным лицом, в том числе в соучастии, не установлены и не доказаны в соответствующих уголовно-процессуальных процедурах, все сомнения должны толковаться в пользу данного лица, которое в этом случае не подлежит уголовной ответственности, а его деяние не может быть квалифицировано как совершённое в соучастии.

Обязанность суда вынести законное, обоснованное и мотивированное решение: Суд обязан, рассмотрев уголовное дело по существу и оценив все собранные доказательства и доводы сторон, вынести законное, обоснованное и мотивированное решение.

Конституционно-правовой смысл нормы: Ответственность за совершение преступления в составе организованной группы возможна только при установлении судом в надлежащем уголовно-процессуальном порядке признаков совершения преступления организованной группой (включая степень устойчивости группы лиц, их объединение для совершения одного или нескольких преступлений), фактического участия лица в такой группе, а также исходя из его доказанной роли в совершённом преступлении и из направленности его умысла (ссылки на определения КС РФ от 17 июля 2007 года № 606-О-О, от 21 декабря 2011 года № 1775-О-О, от 25 января 2012 года № 104-О-О, от 23 июля 2020 года № 1887-О, от 27 декабря 2023 года № 3324-О, от 25 апреля 2024 года № 878-О и др.).

Таким образом, дифференциация в пункте «а» части четвёртой статьи 162 УК РФ уголовной ответственности за разбой, совершённый организованной группой, позволяет учесть признаки, свидетельствующие о повышенной общественной опасности такого деяния.

3. Язык уголовного судопроизводства и соблюдение норм русского литературного языка

Взаимосвязь норм: Часть первая статьи 18 УПК РФ закрепляет в качестве одного из принципов уголовного судопроизводства, что оно ведётся на русском языке, а также на государственных языках входящих в РФ республик. Данная норма действует во взаимосвязи с частью 3 статьи 1 Федерального закона от 1 июня 2005 года № 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации», требующей соблюдения в том числе в деятельности государственных органов норм современного русского литературного языка.

Нормативное обеспечение: Список нормативных словарей, справочников и грамматик, фиксирующих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка РФ, утвержден распоряжением Правительства РФ от 30 апреля 2025 года № 1102-р.

Таким образом, Суд указал, что норма части первой статьи 18 УПК РФ не содержит неопределённости, поскольку она действует в системе с федеральным законодательством о государственном языке и нормативными справочниками, определяющими нормы русского литературного языка.

4. Полномочия следователя и охрана прав лиц в уголовном судопроизводстве

Содержание полномочия следователя: Закрепляя в пункте 3 части второй статьи 38 УПК РФ полномочие следователя самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, законодатель вместе с тем не исключает необходимость выполнения следователем в процессе уголовного преследования всего комплекса предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер по охране в уголовном судопроизводстве прав и законных интересов лиц и организаций (ссылки на Постановление КС РФ от 29 июня 2004 года № 13-П; определения КС РФ от 24 января 2008 года № 63-О-О, от 28 сентября 2023 года № 2654-О и др.).

Эти меры предусмотрены, в частности, статьями 7, 11, 14 и 16 УПК РФ.

Конституционно-правовой смысл нормы: Полномочие следователя направлять ход расследования не означает отсутствие обязанности соблюдать принципы уголовного судопроизводства и охранять права участников процесса.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция

Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бахарчиева Магомеда Сайдамиевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд РФ признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда РФ по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия

Судьба конкретного дела заявителя: Определение не содержит указаний на пересмотр правоприменительных решений в отношении заявителя. Отказ в принятии жалобы означает, что приговор районного суда, оставленный без изменения в апелляционном порядке, и постановление судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы остаются в силе.

Указания законодателю: Определение не содержит предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования. Суд пришел к выводу, что оспариваемые нормы, при надлежащем их толковании и применении в соответствии с выявленным конституционно-правовым смыслом, соответствуют Конституции РФ.

Порядок исполнения: Определение вступает в силу с момента его принятия и является окончательным.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Хотя Суд отказал в принятии жалобы, он дал развёрнутое толкование оспариваемых норм, которое имеет значение для правоприменения:

• По конфискации имущества: Суды обязаны при вынесении решения о конфискации денежных средств, предназначенных для финансирования терроризма или организованной группы, доказывать соответствующее предназначение имущества в надлежащем уголовно-процессуальном порядке. Решение о конфискации должно быть обоснованным и мотивированным (статья 7 УПК РФ).

• По разбою, совершённому организованной группой: Суды должны устанавливать в надлежащем уголовно-процессуальном порядке признаки организованной группы (устойчивость, объединение для совершения одного или нескольких преступлений), фактическое участие лица в такой группе и его доказанную роль. Презумпция невиновности требует толкования всех сомнений в пользу обвиняемого.

• По языку судопроизводства: Процессуальные документы должны составляться в соответствии с нормами современного русского литературного языка, определяемыми нормативными словарями и справочниками, утвёрнутыми Правительством РФ.

• По полномочиям следователя: Самостоятельность следователя в направлении расследования не исключает обязанность соблюдать принципы уголовного судопроизводства и охранять права участников процесса.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Определение опирается на устоявшуюся практику Конституционного Суда:

• По конфискации: Ссылка на Постановление КС РФ от 30 мая 2025 года № 25-П, определяющее конфискацию как специальную превентивную меру уголовно-правового характера.

• По организованной группе: Многочисленные ссылки на определения КС РФ (от 17 июля 2007 года № 606-О-О, от 29 января 2009 года № 57-О-О, от 21 мая 2015 года № 1131-О, от 19 июля 2016 года № 1631-О, от 28 сентября 2017 года № 2165-О и др.), подтверждающие, что дифференциация ответственности в зависимости от формы соучастия направлена на учёт степени сплоченности участников.

• По презумпции невиновности: Ссылка на определение КС РФ от 23 июня 2016 года № 1279-О о том, что нормы уголовного закона не регламентируют вопросов доказывания вины и презумпции невиновности.

• По полномочиям следователя: Ссылки на Постановление КС РФ от 29 июня 2004 года № 13-П и определения от 24 января 2008 года № 63-О-О, от 28 сентября 2023 года № 2654-О, подтверждающие, что полномочия следователя не исключают обязанность охранять права участников процесса.

Позиция Суда демонстрирует преемственность в толковании конституционных принципов уголовного судопроизводства.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Определение усиливает гарантии следующих конституционных прав:

• Право на справедливое судопроизводство (статья 46 Конституции РФ): Требование доказанности предназначения имущества и признаков организованной группы обеспечивает справедливость судебного решения.

• Презумпция невиновности (статья 49 Конституции РФ): Толкование всех сомнений в пользу обвиняемого при отсутствии доказательств признаков организованной группы.

• Право на защиту (статья 45 Конституции РФ): Обязанность суда вынести законное, обоснованное и мотивированное решение.

• Право собственности (статья 35 Конституции РФ): Конфискация имущества допустима только при доказанности его предназначения для преступной деятельности.

• Право на понятное судопроизводство (статья 18 Конституции РФ): Использование норм современного русского литературного языка в процессуальных документах.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Предписаний законодателю об изменении регулирования не дано. Суд пришел к выводу, что оспариваемые нормы, при надлежащем их толковании, соответствуют Конституции РФ. Однако Суд указал на необходимость соблюдения выявленного конституционно-правового смысла норм при их применении.

Единственное указание на нормативное обеспечение касается распоряжения Правительства РФ от 30 апреля 2025 года № 1102-р об утверждении списка нормативных словарей, справочников и грамматик, фиксирующих нормы современного русского литературного языка.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Выявленный конституционно-правовой смысл норм применим в следующих сферах:

• Уголовное судопроизводство в целом: Требование доказанности предназначения имущества при конфискации применимо ко всем случаям конфискации, предусмотренным пунктом «в» части первой статьи 104¹ УК РФ (финансирование терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы и т.д.).

• Квалификация преступлений, совершённых в составе организованной группы: Требование установления признаков организованной группы применимо не только к разбою (статья 162 УК РФ), но и к другим преступлениям, квалифицируемым как совершённые организованной группой.

• Уголовное судопроизводство в целом: Обязанность суда вынести законное, обоснованное и мотивированное решение применима ко всем судебным решениям в уголовном процессе.

• Деятельность следователя: Требование соблюдения принципов уголовного судопроизводства и охраны прав участников процесса применимо ко всей деятельности следователя при расследовании преступлений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 3192-О от 27 ноября 2025 года, хотя и отказывает в принятии жалобы по формальным основаниям, содержит важные уточнения конституционно-правового смысла оспариваемых норм. Суд подтвердил, что:

1. Конфискация имущества требует доказанности его предназначения для финансирования преступной деятельности в надлежащем уголовно-процессуальном порядке.

2. Ответственность за преступления, совершённые организованной группой, возможна только при установлении судом признаков организованной группы в соответствии с частью третьей статьи 35 УК РФ и соблюдении презумпции невиновности.

3. Язык уголовного судопроизводства должен соответствовать нормам современного русского литературного языка, определяемым нормативными справочниками.

4. Полномочия следователя не исключают обязанность соблюдать принципы уголовного судопроизводства и охранять права участников процесса.

Эти выводы имеют значение для унификации правоприменительной практики и обеспечения соответствия уголовного судопроизводства конституционным принципам законности, справедливости и презумпции невиновности.