КС: обвиняемый в розыске не вправе требовать дистанционного допроса вместо очного участия в деле

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 1840-О от 17 июля 2025 года

Заявитель: Гражданин Манилов Артем Юрьевич (обвиняемый по уголовному делу)

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение конституционных прав, поданная в соответствии с Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации». Предварительное изучение жалобы проведено судьей А.В.Коноваловым на основании статьи 41 ФКЗ о КС РФ.

Оспариваемые нормы: - Пункт 3 части второй статьи 38 УПК РФ (полномочия следователя на самостоятельное направление хода расследования и принятие решений о производстве следственных и иных процессуальных действий) - Статья 189¹ УПК РФ (особенности проведения допроса, очной ставки, опознания с использованием систем видео-конференц-связи) - Статья 453 УПК РФ (направление запроса о правовой помощи для производства следственных действий на территории иностранного государства)

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело и ситуация заявителя:

Гражданин А.Ю.Манилов объявлен в розыск и обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных частью четвёртой статьи 159 УК РФ (мошенничество) и частью первой статьи 210 УК РФ (организация преступного сообщества). В отношении него принято решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Заявитель утверждает, что выехал в Израиль задолго до возбуждения уголовного дела, проживает там легально и от органов следствия не скрывается. Через своего защитника он обратился к следователю с ходатайством о даче показаний по выдвинутому обвинению посредством видео-конференц-связи, получив текст обвинения от защитников. Постановлением следователя от 9 марта 2023 года в удовлетворении ходатайства отказано; с этим согласился руководитель следственного органа.

Защитник провел на территории Израиля опрос подзащитного, личность и подпись которого удостоверены нотариусом, и подал ходатайство о приобщении результатов опроса к материалам уголовного дела. Постановлением следователя от 5 июля 2023 года это ходатайство также отклонено.

Судебные инстанции (Тверской районный суд г. Москвы — 17 октября 2023 г.; Московский городской суд — 27 февраля 2024 г.; Второй кассационный суд общей юрисдикции — 9 июля 2024 г.; Верховный Суд РФ — 9 октября 2024 г.) отклонили жалобы защитника.

Усматриваемое нарушение конституционных прав:

Заявитель считает, что оспариваемые нормы позволяют следователю отказать обвиняемому, проживающему за пределами России и объявленному в розыск, в обеспечении права: - давать объяснения и показания по выдвинутому обвинению; - возражать против обвинения; - представлять доказательства в свою защиту.

Нарушаемые статьи Конституции РФ (по утверждению заявителя):

Статьи 2, 15, 17, 18, 45 (часть 2), 46 (части 1 и 2), 48 и 55 (часть 3) Конституции РФ.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Конфликт возникает между несколькими конституционными ценностями:

1. Правами обвиняемого — правом на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), правом давать показания в свою защиту (ст. 48), презумпцией невиновности (ст. 49), правом защищать свои права всеми способами, не запрещёнными законом (ст. 45, часть 2);

2. Принципом равенства перед законом и судом (ст. 19, часть 1) и принципом состязательности и равноправия сторон (ст. 123, часть 3);

3. Требованием соблюдения установленного законом порядка судопроизводства — единых правил и условий производства следственных действий на территории России, необходимостью очного участия в производстве по уголовному делу;

4. Принципом, что реализация прав не должна осуществляться противоправными средствами — уклонение от правосудия (скрывание от следствия и суда) не может служить основанием для предоставления дополнительных прав и гарантий.

Почему вопрос имеет конституционное значение:

• Неопределённость в правоприменении: суды по-разному толкуют возможность дистанционного допроса обвиняемого, находящегося за границей;
• Баланс между защитой прав обвиняемого и соблюдением единого порядка уголовного судопроизводства;
• Вопрос о том, может ли лицо, уклоняющееся от правосудия (находящееся в розыске), требовать предоставления ему дополнительных процессуальных гарантий;
• Соотношение между правом на защиту и обязанностью соблюдать установленный законом порядок судопроизводства.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли Конституции РФ положения пункта 3 части второй статьи 38, статей 189¹ и 453 УПК РФ в той мере, в какой они не предусматривают возможности для обвиняемого, находящегося за пределами России и объявленного в розыск, давать показания по выдвинутому обвинению посредством видео-конференц-связи или представлять письменные пояснения вместо надлежащего допроса, и тем самым ограничивают его право на защиту, право давать объяснения и показания, возражать против обвинения и представлять доказательства в свою защиту?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям допустимости, установленным ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». Однако в мотивировочной части Суд дал развёрнутое обоснование того, почему оспариваемые нормы не нарушают конституционные права заявителя. Оспариваемые нормы признаны соответствующими Конституции РФ, поскольку они не содержат положений, ограничивающих права обвиняемого давать объяснения и показания в установленном законом порядке.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционные гарантии прав обвиняемого и их пределы

Конституционная база: - Статья 22 Конституции РФ — право на судебную защиту - Статья 46, часть 1 — право каждого на судебную защиту своих прав и свобод - Статьи 48 и 123 — права обвиняемого и принцип состязательности - Статья 49 — презумпция невиновности - Статья 45, часть 2 — право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом - Статья 19, часть 1 — равенство перед законом и судом - Статья 15, часть 2 — обязанность соблюдать Конституцию и законы

Позиция Суда:

Конституция гарантирует каждому право на судебную защиту и наделяет обвиняемого комплексом прав. Однако по самой сути конституционных норм, наделение обвиняемого правом представить доказательства в свою защиту, довести свою позицию по делу не означает возможности реализации этих прав и законных интересов противоправными средствами.

Право на судебную защиту не означает возможности выбора гражданином по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, которые определяются Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

2. Принцип состязательности и требование очного участия

Конституционная база: - Статья 123, часть 3 — принципы состязательности и равноправия сторон

Ссылка на ранее выраженные позиции КС РФ:

Суд ссылается на постановления от 14 июля 2011 года № 16-П, от 18 июля 2022 года № 33-П и от 11 июля 2023 года № 38-П, а также определения от 4 апреля 2013 года № 661-О, от 27 февраля 2024 года № 302-О и от 25 июня 2024 года № 1443-О.

Позиция Суда:

В силу принципов состязательности и равноправия сторон, на основе которых осуществляется уголовное судопроизводство, стороны самостоятельно и по собственному усмотрению определяют свою позицию по делу, в частности в том, что касается реализации своих процессуальных прав. Однако полнота вытекающих из этих принципов возможностей предопределяется личным, непосредственным и очным участием в деле.

Суд подчеркивает, что определяемый федеральным законодателем порядок судопроизводства призван обеспечивать сторонам возможность участия в судебном разбирательстве согласно общепризнанным в демократических правовых государствах стандартам правосудия, включая возможность в устной форме довести до сведения суда свою позицию, представить доказательства и принять участие в их исследовании в открытом судебном заседании.

В условиях очного судебного разбирательства обвиняемый может в полной мере осуществить принадлежащие ему процессуальные права и реализовать имеющиеся у него возможности защиты своих интересов (ссылка на постановление от 20 октября 2015 года № 27-П и определение от 12 мая 2016 года № 1002-О).

3. Уклонение от правосудия как препятствие к предоставлению дополнительных гарантий

Конституционная база: - Статья 19, часть 1 — равенство перед законом и судом - Статья 15, часть 2 — обязанность соблюдать Конституцию и законы

Позиция Суда:

Для использования обвиняемым принадлежащих ему процессуальных прав и реализации имеющихся у него возможностей защиты своих законных интересов ему необходимо соблюдать предусмотренные уголовно-процессуальным законом процедуры, включая очное участие в производстве по уголовному делу.

Скрываясь от следствия и суда, обвиняемый не только препятствует достижению задач правосудия, но и сознательно ограничивает свои права, отказывается от реализации данных ему законом возможностей.

Уклонение от правосудия — с учетом конституционного принципа равенства и обязанности соблюдать Конституцию и законы — не может считаться правомерным поведением и не может служить основанием для предоставления скрывшимся обвиняемым дополнительных прав и гарантий по сравнению с теми обвиняемыми, которые не пренебрегают требованиями уголовно-процессуального закона.

Иное означало бы поощрение злоупотребления правом со стороны обвиняемого и получение последним преимуществ вследствие своего недобросовестного поведения, в том числе применительно к даче показаний с отступлением от установленного законом порядка.

4. Единство правил и условий производства следственных действий

Конституционная база: - Статья 1 УПК РФ — единый порядок уголовного судопроизводства, основанный на Конституции РФ

Ссылка на ранее выраженные позиции КС РФ:

Суд ссылается на постановления от 25 марта 2008 года № 6-П и от 26 февраля 2010 года № 4-П, а также определения от 28 сентября 2021 года № 2082-О, от 26 октября 2021 года № 2177-О и от 31 января 2023 года № 6-О.

Позиция Суда:

По смыслу правовой позиции КС РФ, однородные по своей природе отношения должны в силу принципа юридического равенства регулироваться схожим образом. Потому собирание доказательств по уголовному делу, проведение следственных и иных процессуальных действий, проверка и оценка их результатов предполагают соблюдение единых правил и условий, закрепленных в уголовно-процессуальном законе, процедуры которого распространяются в общем случае на территорию России.

5. Истолкование статей 189¹ и 453 УПК РФ в их взаимосвязи

Содержание оспариваемых норм:

Статья 189¹ УПК РФ дает возможность использовать для проведения допроса, очной ставки и опознания лишь такие системы видео-конференц-связи, которыми располагают государственные органы, осуществляющие предварительное расследование в России, при наличии технической возможности.

Статья 453 УПК РФ предусматривает, что следственные или иные процессуальные действия на территории иностранного государства производятся компетентным органом или должностным лицом иностранного государства в соответствии с международным договором России, международным соглашением или на основе принципа взаимности и исключительно по запросу, направляемому в установленном порядке.

Позиция Суда:

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает допрос лица, находящегося в межгосударственном или международном розыске, по предъявленному обвинению заочно или дистанционно — с использованием систем видео-конференц-связи вне пределов России.

По смыслу статей 172, 173 и 189¹ УПК РФ в их взаимосвязи, они не предполагают предъявления обвинения и допроса обвиняемого путем использования систем видео-конференц-связи, постольку не предполагается и выполнение данных процессуальных действий в рамках правовой помощи в соответствии с требованиями статьи 453 этого Кодекса.

6. Недопустимость привилегированного положения скрывшихся обвиняемых

Конституционная база: - Статья 19, часть 1 — равенство перед законом и судом

Позиция Суда:

Участие лица, находящегося за пределами России (в том числе объявленного в розыск), в предъявлении ему обвинения и в даче показаний в качестве обвиняемого посредством видео-конференц-связи вело бы к отступлению от конституционного принципа равенства перед законом и судом, ставило бы его в привилегированное положение по отношению к другим обвиняемым, поощряя уклонение их от органов предварительного расследования.

Представление письменного пояснения по существу обвинения не может подменять надлежащий порядок проведения допроса обвиняемого.

7. Итоговый вывод о конституционности оспариваемых норм

Позиция Суда:

Статьи 189¹ и 453 УПК РФ, а равно и пункт 3 части второй статьи 38 этого Кодекса не содержат положений, ограничивающих права обвиняемого давать объяснения и показания по выдвинутому в отношении него обвинению, возражать против обвинения, представлять доказательства в свою защиту в установленном законом порядке, а потому не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в обозначенном в его жалобе аспекте.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Манилова Артема Юрьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия:

• Для конкретного дела заявителя: Определение не влечет пересмотр правоприменительных решений судов, отклонивших ходатайства защитника. Решения нижестоящих судов остаются в силе.

• Для правоприменения в целом: Хотя Суд отказал в принятии жалобы по формальным основаниям, в мотивировочной части он дал развёрнутое обоснование конституционности оспариваемых норм, которое имеет значение для судебной практики и толкования уголовно-процессуального законодательства.

• Момент вступления в силу: Определение вступает в силу с момента его принятия (17 июля 2025 года) и является окончательным.

• Указания законодателю: Суд не дал указаний федеральному законодателю об изменении регулирования, поскольку признал оспариваемые нормы соответствующими Конституции РФ.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Изменение толкования оспоренных норм:

Хотя Суд отказал в принятии жалобы, его мотивировочная часть содержит ясное и развёрнутое истолкование статей 38 (п. 3 ч. 2), 189¹ и 453 УПК РФ, которое должно руководить судами и органами предварительного расследования:

• Статья 189¹ УПК РФ применяется исключительно для проведения дистанционных следственных действий с использованием систем видео-конференц-связи, находящихся в распоряжении российских государственных органов, на территории России. Она не предусматривает дистанционный допрос лиц, находящихся за границей.

• Статья 453 УПК РФ регулирует запросы о правовой помощи для производства следственных действий на территории иностранного государства компетентными органами этого государства, но не предусматривает проведение дистанционного допроса обвиняемого, находящегося в розыске, посредством видео-конференц-связи.

• Пункт 3 части второй статьи 38 УПК РФ о процессуальной самостоятельности следователя не ограничивает права обвиняемого, а определяет полномочия следователя в рамках установленного законом порядка.

Судебная практика должна исходить из того, что: - Обвиняемый, находящийся за пределами России и объявленный в розыск, не может требовать дистанционного допроса посредством видео-конференц-связи; - Письменные пояснения защитника не могут подменять надлежащий допрос обвиняемого; - Уклонение от правосудия не может служить основанием для предоставления дополнительных процессуальных гарантий.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Преемственность:

Позиция Суда в данном определении развивает и уточняет ранее выраженные правовые позиции:

• Постановления от 14 июля 2011 года № 16-П, от 18 июля 2022 года № 33-П и от 11 июля 2023 года № 38-П — о принципах состязательности и равноправия сторон, требующих личного, непосредственного и очного участия в деле.

• Постановление от 20 октября 2015 года № 27-П — о том, что в условиях очного судебного разбирательства обвиняемый может в полной мере осуществить свои процессуальные права.

• Постановления от 25 марта 2008 года № 6-П и от 26 февраля 2010 года № 4-П — о принципе юридического равенства и единообразного регулирования однородных отношений.

• Определения от 28 сентября 2021 года № 2082-О, от 26 октября 2021 года № 2177-О и от 31 января 2023 года № 6-О — о единых правилах и условиях производства следственных действий.

Развитие позиции:

Суд впервые в столь развёрнутом виде обосновал, что уклонение от правосудия (скрывание от следствия и суда) не может служить основанием для предоставления скрывшимся обвиняемым дополнительных прав и гарантий по сравнению с теми, кто соблюдает требования уголовно-процессуального закона. Это развивает конституционный принцип равенства перед законом и судом в новом аспекте.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Усилены гарантии:

• Статья 19, часть 1 (равенство перед законом и судом) — путём недопущения привилегированного положения скрывшихся обвиняемых;

• Статья 123, часть 3 (принципы состязательности и равноправия сторон) — путём подтверждения необходимости очного участия в производстве по уголовному делу;

• Статья 15, часть 2 (обязанность соблюдать Конституцию и законы) — путём признания того, что уклонение от правосудия не может быть правомерным поведением;

• Статья 45, часть 2 (право защищать свои права всеми способами, не запрещёнными законом) — путём уточнения, что это право не включает право выбирать процедуры судебной защиты вопреки установленному законом порядку.

Ограничены претензии на:

• Право на дистанционный допрос вне территории России;
• Право на замену надлежащего допроса письменными пояснениями;
• Право на предоставление дополнительных гарантий в связи с уклонением от правосудия.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Предписаний законодателю не дано, поскольку Суд признал оспариваемые нормы соответствующими Конституции РФ. Суд не указал на необходимость изменения регулирования.

Однако Суд подтвердил, что федеральный законодатель вправе определять порядок судопроизводства, и текущее регулирование в статьях 38 (п. 3 ч. 2), 189¹ и 453 УПК РФ соответствует конституционным требованиям.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

По аналогии регулирования позиция применима к:

• Другим случаям уклонения обвиняемого от правосудия (скрывание от следствия и суда, нахождение в розыске) — во всех таких случаях обвиняемый не может требовать дистанционного допроса или замены надлежащего допроса письменными пояснениями.

• Гражданским и административным процессам — принцип о том, что уклонение от судебного разбирательства не может служить основанием для предоставления дополнительных гарантий, может быть применён и в других отраслях процессуального права.

• Международному сотрудничеству в уголовном судопроизводстве — позиция подтверждает, что дистанционные следственные действия с участием лиц, находящихся за границей, должны проводиться в соответствии с международными договорами и принципом взаимности, а не по инициативе самого обвиняемого.

• Вопросам о правовой помощи — статья 453 УПК РФ применяется исключительно для запросов о проведении следственных действий компетентными органами иностранного государства, а не для дистанционного участия российского обвиняемого.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 1840-О от 17 июля 2025 года, хотя и отказывает в принятии жалобы по формальным основаниям, содержит развёрнутую и аргументированную правовую позицию о конституционности оспариваемых норм уголовно-процессуального законодательства.

Суд чётко обосновал, что:

1. Право на защиту не включает право выбирать процедуры судебной защиты вопреки установленному законом порядку.

2. Уклонение от правосудия не может служить основанием для предоставления дополнительных прав и гарантий, поскольку это противоречило бы принципу равенства перед законом и судом и поощряло бы злоупотребление правом.

3. Единые правила и условия производства следственных действий должны соблюдаться независимо от местонахождения обвиняемого, что обеспечивает равенство всех обвиняемых перед законом.

4. Дистанционный допрос посредством видео-конференц-связи допускается только в пределах России с использованием оборудования, находящегося в распоряжении российских государственных органов.

Эта позиция имеет значительное влияние на правоприменение и должна руководить судами и органами предварительного расследования при рассмотрении аналогичных ходатайств обвиняемых, находящихся за пределами России.