ВС РФ: возврат займа участником не создает убытки должнику и не подлежит взысканию

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А07-8518/2015 (Арбитражный суд Республики Башкортостан); Определение СКЭС ВС РФ № 309-ЭС16-20619 (8, 9).

Дата принятия: Резолютивная часть объявлена 13 апреля 2026 г.; полный текст изготовлен 24 апреля 2026 г.

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Разумов И.В. - Судьи: Самуйлов С.В., Шилохвост О.Ю. - Секретарь судебного заседания: Новикова О.В.

Стороны спора: 1. Акционерное общество «Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан» (правопреемник государственного унитарного предприятия «Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан») — участник должника, ответчик по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности. 2. Общество с ограниченной ответственностью «Сверхстрой» — участник должника, поддерживающий требование о привлечении к субсидиарной ответственности. 3. Общество с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства фонда жилищного строительства Республики Башкортостан» — должник (в процедуре конкурсного производства). 4. Конкурсный управляющий дирекцией Ахметьянов И.А. — истец по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности и возмещении убытков. 5. Федеральная налоговая служба — уполномоченный орган, поддерживающий постановления нижестоящих судов. 6. Министерство строительства и архитектуры Республики Башкортостан — государственный орган, поддерживающий правовую позицию правопреемника предприятия.

Категория спора: Банкротный обособленный спор (требование о привлечении участника должника к субсидиарной ответственности и возмещении убытков в рамках дела о банкротстве).

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Государственное унитарное предприятие «Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан» (далее — предприятие) являлось участником общества с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства фонда жилищного строительства Республики Башкортостан» (далее — дирекция) с долей участия 49 процентов. По договору от 9 ноября 2011 г. (с дополнительным соглашением от 6 декабря 2012 г.) предприятие предоставило дирекции заем в сумме 94,4 млн рублей на срок до 20 июня 2015 г. под 1 процент годовых для финансирования строительства объектов недвижимости и расчетов с контрагентами. Дирекция возвратила заем в сумме 85 061 663 рублей 37 копеек в феврале — мае 2015 г. (частично накануне возбуждения дела о банкротстве) при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами. Дело о банкротстве дирекции возбуждено 25 мая 2015 г.; процедура наблюдения введена 24 декабря 2015 г.; конкурсное производство открыто 12 июля 2016 г. Конкурсный управляющий дирекцией подал заявление о привлечении предприятия к субсидиарной ответственности 11 декабря 2017 г., а также требование о возмещении убытков, вменяя предприятию совершение сделки по возврату ранее предоставленного финансирования.

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Республики Башкортостан (определение от 12 апреля 2024 г.): Отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении предприятия к субсидиарной ответственности, исследовав доказательства и придя к выводу, что действия предприятия не стали необходимой причиной банкротства дирекции.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (постановление от 24 апреля 2025 г.): Отменил определение суда первой инстанции; взыскал с предприятия в конкурсную массу дирекции 85 061 663 рублей 37 копеек в возмещение убытков; в удовлетворении остальной части заявления (о привлечении к субсидиарной ответственности) отказал. Суд установил, что возврат займа является сделкой по изъятию компенсационного финансирования с признаками недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но не была оспорена; управляющий вправе выбрать способ защиты — оспаривание подозрительной сделки или взыскание убытков.

Арбитражный суд Уральского округа (постановление от 20 августа 2025 г.): Оставил постановление апелляционного суда без изменения.

Основание передачи в коллегию

Две кассационные жалобы: 1. АО «Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан» (правопреемник предприятия) просит отменить постановления судов апелляционной инстанции и округа, оставить в силе определение суда первой инстанции (полностью отказать в требованиях). 2. ООО «Сверхстрой» просит отменить названные судебные акты в части отказа в привлечении предприятия к субсидиарной ответственности (удовлетворить требование о субсидиарной ответственности).

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор сосредоточен на разграничении двух способов защиты прав кредиторов должника в процедуре банкротства при совершении участником сделок по изъятию компенсационного финансирования (займов, предоставленных участником должнику):

1. Привлечение участника к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве (требует доказывания того, что действия участника существенно ухудшили финансовое положение должника и привели к банкротству).

2. Возмещение убытков на основании статьи 61.20 Закона о банкротстве и статьи 53.1 ГК РФ (требует наличия всех элементов состава гражданского правонарушения, включая причинение имущественных потерь должнику).

3. Оспаривание подозрительной сделки на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (требует подачи заявления в течение годичного срока исковой давности).

Конфликт возник между позициями судов апелляционной инстанции и округа, которые допустили возмещение убытков за счет возврата займа, и позицией суда первой инстанции, отказавшей в удовлетворении требований. Ключевой вопрос: может ли возврат заемщиком финансирования, полученного от займодавца-участника, рассматриваться как причинение убытков должнику, если соотношение активов и пассивов должника остается прежним, а негативные последствия перекладываются на кредиторов?

Проблема имеет принципиальное значение для практики банкротства, так как касается: - Правильного применения норм о субсидиарной ответственности участников (статья 61.11 Закона о банкротстве); - Разграничения между убыточными сделками (в отношении которых применима защита по статье 61.20) и сделками по изъятию компенсационного финансирования (в отношении которых применима защита по статье 61.2); - Соблюдения сроков исковой давности при выборе способа защиты; - Баланса интересов участников и кредиторов должника.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли возврат заемщиком финансирования, полученного от займодавца-участника, при условии, что соотношение активов и пассивов должника остается прежним, рассматриваться как причинение убытков должнику в смысле статьи 61.20 Закона о банкротстве и статьи 53.1 ГК РФ?

2. Какой способ защиты прав кредиторов должника надлежит применять при совершении участником сделок по изъятию компенсационного финансирования: оспаривание подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве или возмещение убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве?

3. Влияет ли пропуск срока исковой давности для оспаривания подозрительной сделки (один год по статье 61.9 Закона о банкротстве и статье 181 ГК РФ) на возможность переквалификации требования о возмещении убытков в требование об оспаривании платежных операций?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Возврат заемщиком финансирования, полученного от займодавца-участника, сам по себе не свидетельствует о возникновении убытков у должника, поскольку соотношение активов и пассивов должника остается прежним. Негативные последствия такого возврата перекладываются не на должника, а на его кредиторов. Для защиты прав кредиторов в этом случае законодательством о несостоятельности предусмотрены специальные средства — оспаривание подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, а не возмещение убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве. Требование о возмещении убытков, поданное с пропуском срока исковой давности для оспаривания сделки, не может быть переквалифицировано в требование об оспаривании и удовлетворено.

B. Развёрнутое обоснование

1. Требование о возмещении убытков как требование должника: необходимость проверки наличия всех элементов состава гражданского правонарушения

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, после введения первой процедуры банкротства требование о возмещении должнику убытков, причиненных его участниками, подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Данное требование в силу прямого указания пункта 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве подается от имени самого должника перечисленными в упомянутой норме лицами, в том числе арбитражным управляющим, конкурсным кредитором, уполномоченным органом.

Поскольку указанное требование является требованием должника, а для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения, судам, прежде всего, следовало проверить, привели ли действия (бездействие) участника, вменяемые управляющим, кредиторами, к возникновению имущественных потерь на стороне субъекта, от имени которого заявлен иск, то есть на стороне должника.

2. Отсутствие убытков у должника при возврате заемного финансирования

В рассматриваемом случае суды апелляционной инстанции и округа усмотрели противоправность поведения предприятия в том, что оно получило назад суммы займов, которые ранее предоставило дирекции. При этом реальность отношений по выдаче займов не подвергалась сомнению.

Вместе с тем возврат заемщиком финансирования, полученного от займодавца, сам по себе не свидетельствует о возникновение у такого заемщика каких-либо убытков, что, в свою очередь, исключало возможность привлечения предприятия к ответственности на основании статьи 61.20 Закона о банкротстве, статьи 53.1 ГК РФ.

Истребование в преддверии банкротства компенсационного финансирования, вопреки выводам судов, создает негативные последствия не для заемщика, соотношение активов и пассивов которого остается прежним, а для его кредиторов, на которых перекладывается риск утраты данного компенсационного финансирования.

3. Специальные средства защиты прав кредиторов: оспаривание подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве

Для такой ситуации законодательством о несостоятельности предусмотрены специальные средства защиты прав кредиторов. Согласно сложившейся судебной арбитражной практике, операции по изъятию компенсационного финансирования, повлекшие за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, могут быть признаны недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 7 июня 2024 г. № 305-ЭС20-2701, от 26 июня 2024 г. № 302-ЭС23-30103 (1, 2)).

Названные операции относятся к числу оспоримых, заявление о признании их недействительными может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

4. Пропуск срока исковой давности и невозможность переквалификации требования

Из материалов дела видно, что конкурсное производство в отношении дирекции открыто 12 июля 2016 г. Платежи, направленные на возврат предприятию финансирования, не скрывались от конкурсного управляющего и кредиторов дирекции. Они имели возможность их оспорить в пределах годичного срока исковой давности, однако этим правом не воспользовались.

Иск, поименованный заявлением о возмещении убытков, в основу которого положены доводы об изъятии компенсационного финансирования, был подан 18 апреля 2018 г., то есть с попуском срока исковой давности, предусмотренного для признания оспоримой сделки недействительной. Предприятие заявило о пропуске срока исковой давности. При таких обстоятельствах данный иск не мог быть переквалифицирован в требование об оспаривании платежных операций на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве и удовлетворен.

5. Применение разъяснений Пленума ВАС РФ о выборе способа защиты: ограничение применимости

Как верно указывает ФНС России, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», удовлетворение требования о взыскании с участника хозяйственного общества убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки.

Эти разъяснения применимы к случаям, когда сделка является убыточной для должника, то есть когда полученное им предоставление неравноценно по отношению к предоставлению, полученному другой стороной данной сделки. В такой ситуации конкурсный управляющий, кредиторы, действительно, вправе выбрать способ защиты.

В данном же деле спорные операции не отвечали признакам убыточности для должника, что не позволяло применить такой способ защиты как возмещение убытков по правилам статьи 61.20 Закона банкротстве и статьи 53.1 ГК РФ. Этот способ защиты не соответствует характеру допущенного нарушения.

6. Вывод о недопустимости удовлетворения требования о возмещении убытков

При таких обстоятельствах предъявленное к предприятию требование о возмещении убытков не подлежало удовлетворению.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий разрешения спора

Критерий разграничения способов защиты: Операции по изъятию компенсационного финансирования (займов, предоставленных участником должнику) подлежат оспариванию как подозрительные сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, а не возмещению убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве и статье 53.1 ГК РФ, поскольку такие операции не причиняют убытков самому должнику (его активы и пассивы остаются в прежнем соотношении), а создают негативные последствия для кредиторов должника.

Критерий применимости разъяснений Пленума ВАС РФ № 62: Возможность выбора способа защиты (между оспариванием сделки и возмещением убытков) существует только в отношении убыточных для должника сделок, когда полученное должником предоставление неравноценно по отношению к предоставлению, полученному другой стороной. К операциям по изъятию компенсационного финансирования эти разъяснения не применимы.

Критерий соблюдения сроков исковой давности: Требование о возмещении убытков, поданное с пропуском годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспаривания подозрительной сделки (статья 61.9 Закона о банкротстве, статья 181 ГК РФ), не может быть переквалифицировано в требование об оспаривании платежных операций и удовлетворено.

Указания нижестоящим судам и участникам процедуры

СКЭС не дает прямых указаний нижестоящим судам на новое рассмотрение, так как отменяет постановления апелляционной инстанции и округа и оставляет в силе определение суда первой инстанции (полный отказ в удовлетворении требований). Однако из определения следуют следующие процедурные выводы:

1. Для конкурсного управляющего и кредиторов: При совершении участником операций по изъятию компенсационного финансирования надлежит использовать механизм оспаривания подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве в пределах годичного срока исковой давности (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве), а не требование о возмещении убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве.

2. Для судов: При рассмотрении требований о возмещении убытков, причиненных участниками, необходимо предварительно проверить, привели ли действия участника к возникновению имущественных потерь на стороне должника (наличие всех элементов состава гражданского правонарушения). Возврат заемщиком финансирования, полученного от займодавца, при условии, что соотношение активов и пассивов должника остается прежним, не свидетельствует о возникновении убытков у должника.

3. Для участников должника: Возможность выбора между оспариванием сделки и возмещением убытков существует только в отношении убыточных для должника сделок; к операциям по изъятию компенсационного финансирования этот выбор не применим.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2025 г. и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 20 августа 2025 г. по делу № А07-8518/2015 Арбитражного суда Республики Башкортостан отменены.

Определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12 апреля 2024 г. по указанному делу оставлено в силе.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от формального к субстанциальному подходу

Определение СКЭС осуществляет существенный сдвиг в методологии применения норм о ответственности участников должника в процедуре банкротства. От формального подхода (суды апелляционной инстанции и округа рассматривали возврат займа как сделку, имеющую признаки недействительности, и на этом основании взыскивали убытки) к субстанциальному подходу, учитывающему реальное распределение убытков: убытки возникают не у должника (его активы и пассивы остаются в прежнем соотношении), а у кредиторов должника.

Это означает, что суды должны анализировать не только формальные признаки сделки, но и реальное экономическое содержание операции, в частности, на чьей стороне возникают имущественные потери.

2. Гармонизация с другими позициями ВС РФ и практикой оспаривания подозрительных сделок

Определение гармонизирует применение норм о возмещении убытков (статья 61.20 Закона о банкротстве, статья 53.1 ГК РФ) с нормами об оспаривании подозрительных сделок (статья 61.2 Закона о банкротстве). СКЭС ссылается на собственные определения от 7 июня 2024 г. № 305-ЭС20-2701 и от 26 июня 2024 г. № 302-ЭС23-30103 (1, 2), в которых уже была установлена позиция о том, что операции по изъятию компенсационного финансирования могут быть признаны недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, СКЭС создает единую систему защиты прав кредиторов: для операций по изъятию компенсационного финансирования надлежит использовать механизм оспаривания подозрительной сделки, а не возмещение убытков.

3. Последствия для арбитражных управляющих, кредиторов, уполномоченных органов, контролирующих лиц

Для конкурсных управляющих: - Необходимо переориентировать стратегию защиты прав кредиторов при совершении участником операций по изъятию компенсационного финансирования на оспаривание подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве. - Требование о возмещении убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве не является надлежащим способом защиты в этом случае. - Необходимо соблюдать годичный срок исковой давности для оспаривания подозрительной сделки (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Для кредиторов должника: - Кредиторы имеют право требовать от конкурсного управляющего оспаривания подозрительной сделки в пределах годичного срока исковой давности. - Если конкурсный управляющий не предпринимает необходимых действий, кредиторы могут потребовать замены управляющего или самостоятельно подать требование о признании сделки недействительной (в соответствии с полномочиями, предусмотренными Законом о банкротстве).

Для уполномоченных органов (в том числе ФНС России): - Уполномоченные органы должны контролировать соблюдение конкурсным управляющим надлежащих сроков и способов защиты прав кредиторов. - Определение СКЭС подтверждает позицию ФНС России о том, что разъяснения Пленума ВАС РФ № 62 применимы только к убыточным для должника сделкам.

Для контролирующих лиц (участников должника): - Участники должника должны учитывать риск оспаривания операций по изъятию компенсационного финансирования в течение годичного срока после открытия конкурсного производства. - Возможность возмещения убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве не является способом защиты от требований кредиторов в отношении таких операций.

4. Анти-абузивные оговорки суда

СКЭС содержит важную анти-абузивную оговорку: разъяснения Пленума ВАС РФ № 62 о возможности выбора способа защиты применимы только к убыточным для должника сделкам. Это предотвращает злоупотребление правом со стороны конкурсного управляющего или кредиторов, которые могли бы пытаться использовать требование о возмещении убытков как альтернативный способ защиты в отношении операций, не причиняющих убытков должнику.

Кроме того, СКЭС подчеркивает, что пропуск срока исковой давности для оспаривания подозрительной сделки не может быть преодолен путем переквалификации требования в требование о возмещении убытков. Это обеспечивает соблюдение принципа правовой определенности и защиты прав участников должника от неопределенного риска ответственности.

5. Сферы применения позиции за пределами банкротства

Хотя определение касается конкретно банкротного обособленного спора, его правовые выводы имеют более широкое применение:

В корпоративном праве: Разграничение между убыточными и неубыточными для юридического лица сделками, совершенными его участниками, может быть применено при рассмотрении требований о возмещении убытков, причиненных участниками, в соответствии со статьей 53.1 ГК РФ (вне процедуры банкротства).

В договорном праве: Анализ того, привели ли действия одной стороны к возникновению имущественных потерь у другой стороны, является общим принципом применения норм о возмещении убытков и может быть использован при рассмотрении споров о возмещении убытков в различных сферах гражданского права.

В налоговом праве: Определение подтверждает позицию ФНС России о том, что операции по изъятию компенсационного финансирования должны рассматриваться как подозрительные сделки, а не как убыточные операции, что может иметь значение при налоговом контроле и квалификации таких операций.

6. Значение для унификации судебной практики

Определение СКЭС имеет важное значение для унификации судебной практики по применению норм о ответственности участников должника в процедуре банкротства. До этого определения суды апелляционной инстанции и округа применяли разъяснения Пленума ВАС РФ № 62 без учета того, является ли сделка убыточной для должника. СКЭС четко ограничивает применимость этих разъяснений, что должно привести к более единообразному применению норм о возмещении убытков в судебной практике.

Заключение: Определение СКЭС № 309-ЭС16-20619 (8, 9) от 24 апреля 2026 г. устанавливает принципиальную позицию о том, что операции по изъятию компенсационного финансирования (займов, предоставленных участником должнику) не могут быть квалифицированы как причиняющие убытки должнику и, следовательно, не подлежат защите путем возмещения убытков по статье 61.20 Закона о банкротстве. Вместо этого такие операции должны оспариваться как подозрительные сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве в пределах годичного срока исковой давности. Это определение существенно влияет на практику банкротства и требует переориентации стратегии защиты прав кредиторов со стороны конкурсных управляющих и кредиторов должника.