ВС отменил решения по кредиту, заключенному через SMS-код: банк должен доказать идентификацию клиента

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № 78-КГ25-38-КЗ; Определение СКГД ВС РФ от 27 января 2026 г.

Состав СКГД: - Председательствующий: Асташов С.В. - Судьи: Марьина А.Н., Петрушкина В.А. (судья-докладчик)

Стороны: - Истец: Юденкова Анна Николаевна (гражданин, потребитель, заемщик) - Ответчик: ПАО «Банк ВТБ» (кредитная организация, юридическое лицо)

Категория спора: Договорный спор (потребительский кредит); защита прав потребителя; деликтный элемент (мошенничество третьих лиц); вопросы формы сделки и электронной подписи.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца: Юденкова А.Н. обратилась в суд с иском о признании недействительным кредитного договора, заключенного с ПАО «Банк ВТБ». Истец утверждала, что: - письменная форма договора не соблюдена в отсутствие подписи заемщика; - волеизъявление на заключение договора отсутствовало; - договор заключен вопреки ее воле и интересам.

Возражения ответчика: Банк возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на то, что истец: - понимала, что заключает договор потребительского кредита; - дала согласие на заключение сделки; - получила сумму кредита (1 302 483 руб.); - распорядилась денежными средствами по своему усмотрению; - имела возможность ознакомиться с документацией при надлежащей осмотрительности.

Решение первой инстанции: Решением Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28 августа 2024 г. в удовлетворении исковых требований отказано. Суд исходил из того, что истец понимала характер сделки, дала согласие, получила кредит и распорядилась средствами.

Постановление апелляции: Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 4 февраля 2025 г. оставило решение первой инстанции без изменения.

Постановление кассации: Определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18 июня 2025 г. оставило решение суда первой инстанции и апелляционное определение без изменения.

Обращение в ВС РФ: Юденкова А.Н. подала кассационную жалобу, прося отменить названные судебные акты. Определением судьи ВС РФ от 3 сентября 2025 г. жалоба была отклонена. Однако определением заместителя Председателя ВС РФ Глазова Ю.В. от 25 декабря 2025 г. это определение отменено, и дело передано на рассмотрение в судебном заседании СКГД.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта: Спор возник между интересами потребителя (заемщика) и кредитной организации по вопросу о надлежащем заключении договора потребительского кредита при дистанционном оформлении с использованием электронных средств. Конфликт касается:

1. Материально-правовой аспект: Соблюдение письменной формы договора потребительского кредита при использовании простой электронной подписи (ПЭП) и требования к идентификации лица, выражающего волю.

2. Процессуально-правовой аспект: Распределение бремени доказывания между банком и потребителем; стандарт добросовестности и осмотрительности кредитной организации при дистанционном оформлении кредита.

3. Межотраслевой аспект: Взаимодействие норм гражданского права (форма сделки, электронная подпись), специального закона о потребительском кредите, закона об электронной подписи и позиций Банка России.

Почему дело передано на коллегию: Дело содержит вопросы принципиального значения для судебной практики, касающиеся защиты прав потребителей при дистанционном заключении кредитных договоров, идентификации лица при использовании электронной подписи, и требований к добросовестности банков при выявлении признаков мошенничества.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Соблюдена ли письменная форма договора потребительского кредита при заключении его посредством ввода цифрового кода-подтверждения (простой электронной подписи) без явного согласия заемщика на конкретные индивидуальные условия?

2. Является ли достаточным для признания договора заключенным факт получения кредитных средств и их использования, если отсутствует надлежащая идентификация лица, выразившего волю на заключение договора?

3. Какие требования к добросовестности и осмотрительности должна соблюдать кредитная организация при дистанционном оформлении кредитного договора, особенно при выявлении признаков мошенничества (незамедлительное перечисление средств третьим лицам)?

4. Кто несет бремя доказывания надлежащего заключения договора потребительского кредита: потребитель или кредитная организация?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала жалобу подлежащей удовлетворению и установила, что нижестоящие суды допустили существенные нарушения норм материального и процессуального права. Ключевая позиция: для надлежащего заключения договора потребительского кредита при дистанционном оформлении с использованием электронных средств необходимо не только техническое наличие простой электронной подписи, но и надлежащая идентификация лица, выразившего волю, согласование индивидуальных условий договора, а также соблюдение кредитной организацией повышенных мер предосторожности при выявлении признаков мошенничества. Простое получение и использование кредитных средств не может служить доказательством надлежащего волеизъявления заемщика.

B. Развёрнутое обоснование

1. Понятие сделки и требования к ее действительности

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В п. 50 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделка может быть признана недействительной: - по общему основанию — при нарушении требований закона (ст. 168 ГК РФ); - по специальным основаниям — при наличии пороков воли, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

2. Требования к форме договора потребительского кредита

Статья 820 ГК РФ устанавливает, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора (договор считается ничтожным).

Пункт 1 ст. 160 ГК РФ определяет, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Пункт 2 ст. 160 ГК РФ предусматривает, что письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки. При этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

3. Требования к простой электронной подписи

Часть 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ "Об электронной подписи" определяет простую электронную подпись как электронную подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Часть 2 ст. 6 Закона об электронной подписи устанавливает, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения должны предусматривать порядок проверки электронной подписи.

Статья 9 Закона об электронной подписи устанавливает условия, при которых электронный документ считается подписанным простой электронной подписью, в том числе: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, и в созданном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан документ.

Часть 2 ст. 9 Закона об электронной подписи требует, чтобы нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия предусматривали: - правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи; - обязанность лица, создающего и использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

4. Требования Закона о потребительском кредите

Пункт 2 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" устанавливает, что заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита.

Пункт 6 ст. 7 Закона о потребительском кредите определяет, что договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона.

Пункт 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите предусматривает, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа), включая индивидуальные условия договора и заявление о предоставлении кредита, могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей.

Критически важное требование п. 14 ст. 7: При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор.

5. Позиция Банка России о надлежащем согласовании индивидуальных условий

СКГД ссылается на информационное письмо Банка России от 3 февраля 2022 г. № ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", в котором указано:

• Индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком.
• Возможна подпись с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику.

Банк России выявил недопустимые практики, при которых согласие заемщика выражается посредством: - совершения действий, свидетельствующих о согласии (конклюдентные действия); - телефонного звонка в адрес кредитора с информированием о согласии.

Вывод Банка России: В обоих случаях заемщиком индивидуальные условия договора не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом, и такие практики не соответствуют требованиям Закона о потребительском кредите.

6. Принцип идентификации лица при использовании электронной подписи

СКГД подчеркивает, что для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись. Понятие простой электронной подписи в законе определено не только через технические признаки (использование кодов, паролей или иных средств), но и через функциональные характеристики — необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

7. Позиция Конституционного Суда РФ о повышенных мерах предосторожности

Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-0 устанавливает, что:

• В большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом.
• При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков.
• К числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести:
• факт подачи заявки на получение клиентом кредита;
• незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Обязанность банка: Установить, что порядок подписания договора соблюден, то есть убедиться, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, надлежащим образом идентифицировать клиента.

8. Анализ фактических обстоятельств дела

СКГД установила следующие критические факты:

1. Характер операции: Действия по заключению договора потребительского кредита и договора страхования выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения.

2. Немедленные списания: Сразу же после ввода кода стали списываться денежные средства со счета истца на счета неких физических лиц — 15 списаний на сумму 19 999,99 руб. каждое, пока Юденковой А.Н. не была заблокирована карта.

3. Страховая премия: Из кредитных средств на сумму 1 302 483 руб. банком в счет оплаты страховой премии списаны денежные средства в размере 148 483 руб. Страховой полис был выдан на основании устного заявления страхователя.

4. Временной промежуток: Все операции совершены в короткий промежуток времени с 12:27 по 12:35.

5. Волеизъявление истца: Из объяснений истицы следует, что она не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора; договор заключен вопреки ее воле и интересам.

6. Уголовное дело: В этот же день по заявлению Юденковой А.Н. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ (мошенничество), по которому она признана потерпевшей.

9. Признаки операции без согласия клиента

СКГД ссылается на п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. № ОД-2525 (действовавшим на момент возникновения спорных отношений). К таким признакам относится несоответствие характера, параметров или объема проводимой операции операциям, обычно совершаемым клиентом, в том числе: - время осуществления операции; - место осуществления операции; - устройство, с использованием которого осуществляется операция; - сумма операции; - периодичность (частота) операций; - получатель средств.

10. Обязанность банка при дистанционном оформлении

СКГД заключает, что Банку надлежало установить, что порядок подписания договора соблюден, то есть убедиться, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, надлежащим образом идентифицировать клиента.

Кроме того, надлежало установить, действовал ли банк с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, которые ожидались от него как от профессионального участника гражданского оборота.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Существенные нарушения норм материального права:

1. Неправильное толкование требований к форме договора потребительского кредита - Нижестоящие суды не учли, что простое наличие технического средства (ввод кода) недостаточно для соблюдения письменной формы договора. - Суды не проверили, была ли надлежащая идентификация лица, выразившего волю, в соответствии с требованиями ст. 160 ГК РФ и ст. 9 Закона об электронной подписи. - Суды не применили требование п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите о необходимости согласования индивидуальных условий договора и получения заемщиком уведомления о сроке заключения договора.

2. Неправильное распределение бремени доказывания - Суды возложили на истца (потребителя) бремя доказывания отсутствия волеизъявления, хотя в соответствии с позицией Конституционного Суда РФ и Банка России, кредитная организация обязана доказать надлежащее согласование условий договора. - Суды не потребовали от банка доказательств надлежащей идентификации клиента и соблюдения повышенных мер предосторожности.

3. Игнорирование признаков мошенничества и операций без согласия клиента - Суды не учли явные признаки операций без согласия клиента, установленные приказом Банка России № ОД-2525:

   • немедленное перечисление средств третьим лицам;
   • множественные операции в короткий промежуток времени;
   • несоответствие характера операций обычной деятельности клиента.
   • Суды не применили позицию Конституционного Суда РФ о том, что незамедлительное перечисление кредитных средств третьим лицам требует от банка принятия повышенных мер предосторожности.

4. Неправильное толкование принципа добросовестности и осмотрительности - Суды исходили из того, что истец "имела возможность ознакомиться с документацией", но не проверили, была ли такая возможность реально предоставлена и использована. - Суды не исследовали добросовестность и осмотрительность самого банка, хотя это требуется в соответствии с позицией КС РФ. - Суды не учли, что банк как профессиональный участник гражданского оборота обязан соблюдать повышенный стандарт осмотрительности.

5. Неправильная оценка факта получения и использования кредитных средств - Суды сделали вывод о наличии волеизъявления истца на основе того, что она получила кредит и "распорядилась денежными средствами по своему усмотрению". - Однако суды не учли, что денежные средства были немедленно перечислены третьим лицам в результате мошенничества, а не по волеизъявлению истца. - Суды не различили между волеизъявлением на получение кредита и волеизъявлением на перечисление средств третьим лицам.

Существенные нарушения норм процессуального права:

1. Неправильное применение ст. 67 ГПК РФ (оценка доказательств) - Суды не провели надлежащего исследования доказательств, в частности:

   • не проверили наличие в деле документов, подтверждающих согласование индивидуальных условий договора;
   • не исследовали SMS-сообщение с кодом подтверждения и его содержание;
   • не проверили, содержало ли SMS-сообщение существенные условия кредита в полном объеме;
   • не исследовали наличие уведомления о сроке заключения договора.

2. Неправильное распределение обязанностей по доказыванию - Суды не применили правило о том, что кредитная организация как профессиональный участник обязана доказать надлежащее заключение договора. - Суды не потребовали от банка представления доказательств идентификации клиента и соблюдения мер безопасности.

3. Недостаточное исследование обстоятельств дела - Суды не провели анализ всех обстоятельств, свидетельствующих о мошенничестве (уголовное дело, признание истца потерпевшей, характер операций). - Суды не исследовали позицию Банка России о недопустимости конклюдентных действий при согласовании условий договора потребительского кредита.

Почему нарушения являются существенными (в смысле ст. 390.14 ГПК РФ):

Допущенные нарушения повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав истца как потребителя. Нарушения касаются: - применения норм материального права, регулирующих форму договора потребительского кредита; - применения специального закона о потребительском кредите; - применения норм об электронной подписи; - применения принципов добросовестности и осмотрительности; - распределения бремени доказывания между профессиональным участником (банком) и потребителем.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКГД ВС РФ:

1. Отменены: - Решение Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28 августа 2024 г. - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 4 февраля 2025 г. - Определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18 июня 2025 г.

2. Направлено: Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (Смольнинский районный суд г. Санкт-Петербурга).

Правовое основание: Статьи 390.14–390.16 ГПК РФ.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД устанавливает обязательный стандарт рассмотрения споров о признании недействительными договоров потребительского кредита, заключенных дистанционно с использованием электронных средств. Нижестоящие суды должны:

• Проверять надлежащую идентификацию лица, выразившего волю на заключение договора, а не ограничиваться констатацией наличия технического средства (кода, пароля).
• Требовать от кредитных организаций доказательств надлежащего согласования индивидуальных условий договора потребительского кредита в соответствии с п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите.
• Исследовать признаки операций без согласия клиента, установленные приказом Банка России № ОД-2525, в частности:
• немедленное перечисление кредитных средств третьим лицам;
• множественные операции в короткий промежуток времени;
• несоответствие характера операций обычной деятельности клиента.
• Применять повышенный стандарт осмотрительности к кредитным организациям как профессиональным участникам гражданского оборота.
• Правильно распределять бремя доказывания: кредитная организация обязана доказать надлежащее заключение договора, а не потребитель обязан доказать