ВС РФ: пруд-копань на земельном участке может быть в частной собственности

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А41-14292/2024; Определение Верховного Суда РФ № 305-ЭС25-13598

Дата принятия: Резолютивная часть объявлена 13 мая 2026 г.; полный текст изготовлен 21 мая 2026 г.

Состав СКЭС: - Председательствующий: Грачева И.Л. - Судьи: Завьялова Т.В., Якимов А.А.

Стороны спора: - Истец (кассант): индивидуальный предприниматель Филиев Дмитрий Сергеевич (собственник земельного участка) - Ответчик (истец по первой инстанции): Московско-Окское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов (уполномоченный орган в сфере водного хозяйства) - Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области; администрация Дмитровского городского округа Московской области; Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Московской области; Министерство экологии и природопользования Московской области

Категория спора: Земельно-водный спор, связанный с признанием права собственности и статусом водного объекта в составе земельного участка; спор о защите права собственности на недвижимое имущество

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Индивидуальный предприниматель Филиев Дмитрий Сергеевич с 6 апреля 2022 г. является собственником земельного участка площадью 3331 кв.м с кадастровым номером 50:04:0110409:3713, расположенного в Московской области, Дмитровский городской округ, село Озерецкое, земельный участок 76Б. Участок относится к категории земель населённых пунктов с видом разрешённого использования «для предпринимательских целей». Исходный земельный участок был предоставлен уполномоченным органом в 1996 г. на праве постоянного бессрочного пользования закрытому акционерному обществу «Спортинтер», которое приватизировало его на основании договора купли-продажи от 22 сентября 2003 г. В 2022 г. участок перешёл в собственность предпринимателя.

Московско-Окское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов (далее — Управление) обратилось в арбитражный суд с требованиями: (1) признать отсутствующим зарегистрированное право собственности предпринимателя на спорный участок; (2) признать недействительными результаты межевания в связи с включением в границы участка водного объекта; (3) исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения об описании местоположения и координатах границ участка; (4) признать незаконными действия по засыпке грунтом водного объекта и обязать предпринимателя восстановить озеро без названия в первоначальное состояние. Управление ссылалось на то, что согласно публичной кадастровой карте и спутниковым картам на участке ранее располагался водный объект площадью 0,003 кв.м, который в настоящее время засыпан; формирование участка с включением водного объекта противоречит законодательству; земельный участок с прудом не подлежал приватизации.

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Московской области (решение от 28 февраля 2025 г.): Отказал в иске Управления. Суд исходил из того, что согласно водному и земельному законодательству РСФСР и действующему законодательству РФ допускается приобретение в собственность земельного участка с обособленным водным объектом искусственного происхождения; Управление не представило доказательств природного происхождения водного объекта и гидравлической связи с другими водными объектами; при формировании спорного участка и его приватизации нарушений законодательства не допущено.

Десятый арбитражный апелляционный суд (постановление от 5 июня 2025 г.): Оставил решение суда первой инстанции без изменения, подтвердив отказ в удовлетворении иска.

Арбитражный суд Московского округа (постановление от 18 сентября 2025 г.): Отменил судебные акты судов первой и апелляционной инстанций и направил дело на новое рассмотрение. Суд округа указал, что суды не дали надлежащую правовую оценку доводам Управления о том, что на основании законодательства РСФСР и СССР, действовавшего в период образования водного объекта (1966–1979 гг.), любой водный объект, включая пруд-копань, являлся частью государственного водного фонда РСФСР и сохраняет статус федеральной собственности; на момент создания пруда действовал запрет на частную собственность; современная приватизация земель не могла распространяться на воды, остающиеся в федеральной собственности.

Основание передачи в коллегию

Индивидуальный предприниматель Филиев подал кассационную жалобу в Верховный Суд РФ, ссылаясь на нарушение судом кассационной инстанции норм материального и процессуального права. Определением от 18 марта 2026 г. судьи Верховного Суда жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Правовой конфликт возник между двумя противоположными подходами к определению статуса водного объекта (пруда-копани) в составе земельного участка и возможности его включения в состав земельного участка, передаваемого в частную собственность.

Позиция Управления (поддержанная судом округа): Любой водный объект, созданный в период действия советского законодательства (1966–1979 гг.), независимо от его происхождения и характеристик, являлся частью государственного водного фонда РСФСР и сохраняет статус федеральной собственности. Советское законодательство исключало любые формы отчуждения водных объектов в частную собственность. Следовательно, земельный участок, включающий такой водный объект, не подлежал приватизации, и право собственности предпринимателя возникло неправомерно.

Позиция судов первой и апелляционной инстанций (поддержанная СКЭС): Согласно земельному и водному законодательству как РСФСР, так и действующему законодательству РФ, в собственности физического лица может находиться земельный участок с расположенным на нём обособленным водным объектом искусственного происхождения, не имеющим гидравлической связи с другими водными объектами. Управление не доказало природное происхождение водного объекта, его гидравлическую связь с иными водными объектами и отнесение к исключительной государственной собственности.

Принципиальное значение: Спор касается фундаментального вопроса о соотношении земельного и водного законодательства при определении правового режима земельных участков с расположенными на них водными объектами, о критериях разграничения между обособленными (частноправовыми) и необособленными (публичными) водными объектами, о распределении бремени доказывания при оспаривании зарегистрированного права собственности, а также о применении исторического законодательства при квалификации статуса имущества.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли земельный участок, на котором расположен обособленный водный объект искусственного происхождения (пруд-копань), быть предметом приватизации и находиться в частной собственности, если такой объект не имеет гидравлической связи с другими поверхностными водными объектами?

2. Кто несёт бремя доказывания при предъявлении требования о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности на земельный участок: истец должен доказать неправомерность возникновения права, или ответчик должен доказать правомерность его возникновения?

3. Является ли сам по себе факт создания обособленного водного объекта в период действия советского законодательства основанием для отнесения такого объекта и земельного участка исключительно к федеральной собственности и подтверждением запрета на приватизацию?

4. Какие критерии и доказательства необходимы для установления того, что водный объект имеет природное происхождение, гидравлическую связь с иными водными объектами и относится к федеральной собственности?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Земельный участок с расположенным на нём обособленным водным объектом, обладающим признаками изолированности и обособленности от других поверхностных водных объектов (не имеющим гидравлической связи с иными водными объектами и не входящим в сеть водотоков и водоемов), может находиться в частной собственности как на момент приватизации в 2003 г., так и в настоящее время. При предъявлении требования о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности истец (Управление) обязан доказать, что данное право возникло неправомерно, то есть в отсутствие законных оснований, и что земельный участок сформирован с нарушением требований земельного законодательства. Сам по себе факт создания обособленного водного объекта в период действия советского законодательства не является основанием для отнесения такого объекта и земельного участка исключительно к федеральной собственности и не подтверждает наличие запрета на приватизацию.

B. Развёрнутое обоснование

1. Процессуальные основания для оспаривания зарегистрированного права собственности и распределение бремени доказывания

Согласно пункту 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в Едином государственном реестре недвижимости нарушает право истца, которое не может быть защищено путём признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путём предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Исходя из приведённых разъяснений, Управление, предъявляя требование о признании отсутствующим права собственности ответчика на спорный земельный участок, должно доказать, что данное право возникло неправомерно, то есть в отсутствие законных оснований, земельный участок сформирован с нарушением требований земельного законодательства и не подлежал передаче в частную собственность. Между тем Управление не доказало наличие предусмотренных земельным, водным и гражданским законодательством оснований для предъявления указанного требования.

По правилам распределения бремени доказывания, установленным статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Управление не представило доказательств того, что имевшийся ранее на участке водный объект (пруд-копань) имел природное (естественное) происхождение, гидравлическую связь с другими водными объектами, как поверхностными, так и подземными, равно как и доказательств того, что спорный земельный участок с водным объектом был предназначен и использовался для строительства и эксплуатации сооружений, обеспечивающих удовлетворение питьевых, бытовых, оздоровительных и других нужд населения, сельскохозяйственных, промышленных, рыбохозяйственных, энергетических, транспортных и иных государственных и общественных надобностей.

2. Правовой режим земельных участков в соответствии с Гражданским кодексом РФ и Земельным кодексом РФ

Согласно пункту 3 статьи 129 Гражданского кодекса РФ земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах.

Как следует из статьи 27 Земельного кодекса, оборот земельных участков осуществляется исходя из положений гражданского законодательства и данного Кодекса. Земельные участки, отнесённые к землям, изъятым из оборота, не могут предоставляться в частную собственность, а также быть объектами сделок, предусмотренных гражданским законодательством. Ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки, в пределах которых расположены водные объекты, относящиеся к государственной или муниципальной собственности (подпункт 3 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса).

В силу пункта 1 статьи 102 Земельного кодекса землями водного фонда являются земли, на которых находятся поверхностные водные объекты. К отношениям по использованию и охране водных объектов применяется водное законодательство, специальные федеральные законы (пункт 2 статьи 3 Земельного кодекса).

3. Классификация водных объектов и их правовой режим согласно Водному кодексу РФ 1995 г. (действовавшему на момент приватизации в 2003 г.)

В соответствии со статьями 7–9 Водного кодекса РФ от 16 ноября 1995 г. (далее – Водный кодекс 1995 г.), действовавшего на дату совершения сделки по приватизации в 2003 г., к видам водных объектов отнесены поверхностные водные объекты, которые подразделяются, в том числе на поверхностные водотоки и водохранилища для них, поверхностные водоемы.

Согласно статье 11 Водного кодекса 1995 г. к поверхностным водоемам, представляющим собой поверхностные водные объекты, воды которых находятся в состоянии замедленного водообмена, относятся озера, водохранилища, болота и пруды.

Обособленные водные объекты (замкнутые водоемы), представляющие собой небольшие по площади и непроточные искусственные водоемы, не имеющие гидравлической связи с другими поверхностными водными объектами, относятся к недвижимому имуществу и являются составной частью земельного участка. Положения водного законодательства РФ применяются к обособленным водным объектам в той мере, в какой это не противоречит гражданскому законодательству.

В соответствии со статьей 34 Водного кодекса 1995 г. в РФ устанавливается государственная собственность на водные объекты. Муниципальная и частная собственность допускается только на обособленные водные объекты. Обособленные водные объекты могут принадлежать на праве собственности муниципальным образованиям, гражданам и юридическим лицам в соответствии с гражданским законодательством.

В собственности граждан и юридических лиц могут находиться обособленные водные объекты (замкнутые водоемы) — небольшие по площади и непроточные искусственные водоемы, не имеющие гидравлической связи с другими поверхностными водными объектами (статья 40 Водного кодекса 1995 г.).

4. Правовой режим водных объектов согласно действующему Водному кодексу РФ (с 1 января 2007 г.)

Действующий с 1 января 2007 г. Водный кодекс РФ установил понятие водного объекта как природного или искусственного водоема, водотока либо иного объекта, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима (пункт 4 статьи 1).

Согласно части 1 и пункту 3 части 2 статьи 5 Водного кодекса РФ водные объекты подразделяются на поверхностные и подземные в зависимости от особенностей их режима, физико-географических, морфометрических и других особенностей. К поверхностным водным объектам относятся, в том числе, водотоки (реки, ручьи, каналы) и водоемы (озера, пруды, обводненные карьеры, водохранилища).

В соответствии с частью 1 статьи 8 Водного кодекса РФ водные объекты находятся в собственности РФ (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 данной статьи.

Пруд, обводненный карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту РФ, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся соответственно в собственности субъекта РФ, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами (часть 2 статьи 8 Водного кодекса РФ).

5. Критерии разграничения между обособленными и необособленными водными объектами

По смыслу приведённых норм земельного и водного законодательства, как действовавших на момент приватизации земельного участка, так и действующих в настоящее время, в собственности физического и (или) юридического лица может находиться земельный участок с расположенным на нём водным объектом, обладающим признаками изолированности и обособленности от других поверхностных водных объектов, то есть не имеющим гидравлической связи с иными водными объектами, не входящим в сеть водотоков и водоемов.

Если такой объект не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов и имеет с ними гидравлическую связь, расположен на водотоке (реке, ручье, канале) и включает в себя в качестве составной части такой водоток и покрытые им земли, которые в силу положений Водного кодекса РФ являются федеральной собственностью, такой водный объект может находиться только в федеральной собственности. Земельные участки под такими водными объектами (прудами) как объекты земельных отношений не формируются и в качестве таковых не могут быть предоставлены в собственность или в аренду.

6. Фактические обстоятельства дела и характеристика спорного водного объекта

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего дела и не опровергнуто в судебном заседании СКЭС представителем Управления, водный объект, находившийся в границах спорного земельного участка категории земель населённых пунктов, являлся прудом-копанью площадью 0,003 кв.м, имел искусственное происхождение, предназначался для накопления воды и использования для различных хозяйственных целей прежним правообладателем земельного участка.

В государственный водный реестр, ведение которого предусмотрено статьей 31 Водного кодекса РФ, спорный пруд не включен и отсутствуют данные о том, что когда-либо уполномоченные органы учитывали этот пруд в качестве водного объекта.

7. Применение исторического законодательства и отсутствие оснований для отнесения водного объекта к исключительной государственной собственности

При этом, как правильно указали суды первой и апелляционной инстанций, сам по себе факт создания обособленного водного объекта (пруда-копани) в период действия водного и земельного законодательства РСФСР не является основанием для отнесения такого объекта и земельного участка, на котором пруд расположен, исключительно к федеральной собственности и не подтверждает наличие запрета на приватизацию такого участка.

По смыслу Водного кодекса РСФСР и Земельного кодекса РСФСР (действовавших в период создания пруда) само по себе расположение на земельном участке пруда (пруда-копани) не является основанием для отнесения таких объектов к исключительной государственной собственности. При этом действующее законодательство допускает нахождение в собственности юридических и физических лиц земельных участков с расположенными на них прудами, обводненными карьерами.

8. Подтверждение сохранения прав собственности на земельные участки с прудами в соответствии с Законом № 137-ФЗ

Суды первой и апелляционной инстанций также правомерно учли, что законодатель, дополнив в июле 2017 г. статью 3 Закона № 137-ФЗ пунктом 30, в соответствии с которым право собственности на земельные участки, на которых построены пруды (в том числе образованные водоподпорными сооружениями на водотоках), сохраняется, за исключением случаев, установленных законодательством РФ, подтвердил сохранение возникших до вступления в силу данной нормы прав на указанные земельные участки.

Приведённая норма согласуется с положениями водного и земельного законодательства, регулирующими уровень собственности в отношении прудов и обводненных карьеров и земельных участков, занятых такими объектами.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Применённый критерий

СКЭС применила критерий обособленности и изолированности водного объекта как ключевой признак для определения возможности его нахождения в частной собственности. Критерий включает следующие элементы:

1. Искусственное происхождение водного объекта (в отличие от природного);
2. Отсутствие гидравлической (гидрологической) связи с другими поверхностными водными объектами;
3. Непроточность и замкнутость водоема;
4. Небольшая площадь (в данном случае 0,003 кв.м);
5. Назначение для хозяйственных целей собственника земельного участка.

При наличии всех указанных признаков водный объект рассматривается как составная часть земельного участка и может находиться в частной собственности вместе с земельным участком.

Указания нижестоящим судам

Суды первой и апелляционной инстанций правильно:

1. Определили юридически значимые обстоятельства по делу, установив, что спорный водный объект имел искусственное происхождение, был обособлен и изолирован от других водных объектов;

2. Распределили бремя доказывания в соответствии со статьей 65 АПК РФ, возложив на истца (Управление) обязанность доказать неправомерность возникновения права собственности ответчика;

3. Установили отсутствие доказательств нахождения на спорном участке водного объекта природного происхождения и отсутствие доказательств отнесения водного объекта и земельного участка к исключительной государственной собственности;

4. Пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска Управления.

Распределение обязанностей

Управление (истец) при предъявлении требования о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности обязано доказать: - неправомерность возникновения права собственности ответчика; - нарушение требований земельного законодательства при формировании земельного участка; - природное (естественное) происхождение водного объекта; - наличие гидравлической связи водного объекта с другими поверхностными или подземными водными объектами; - предназначение земельного участка с водным объектом для строительства и эксплуатации сооружений государственного и общественного значения.

Ответчик (собственник земельного участка) вправе возражать против требований истца, ссылаясь на: - обособленность и изолированность водного объекта; - искусственное происхождение водного объекта; - отсутствие гидравлической связи с иными водными объектами; - законность возникновения права собственности на земельный участок; - соответствие формирования земельного участка требованиям земельного законодательства.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

ОПРЕДЕЛИЛА:

1. Отменить постановление Арбитражного суда Московского округа от 18 сентября 2025 г. по делу № А41-14292/2024.

2. Оставить в силе: - решение Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2025 г.; - постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 5 июня 2025 г.

Таким образом, иск Московско-Окского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов об отмене права собственности индивидуального предпринимателя Филиева Дмитрия Сергеевича на земельный участок отклонён окончательно.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от формального к субстанциальному подходу

Определение СКЭС демонстрирует **переход от формального подхода (основанного на исторических фактах создания водного объекта в советский период) к субстанциальному подходу (основанному на анализе фактических характеристик водного объекта и его правового режима согласно действующему законодательству)