ВС подтвердил законность медицинских критериев определения тяжкого вреда здоровью

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № АПЛ25-127, Апелляционное определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2025 г.

Состав Апелляционной коллегии: - Председательствующий: Зайцев В.Ю. - Члены коллегии: Киселев А.П., Шамов А.В. - Секретарь: Иванов В.Н. - Участие прокурора: Клевцова Е.А. (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны спора: - Административный истец: Васадзе Халид Викторович (физическое лицо, осуждённый по уголовному делу) - Административный ответчик: Министерство здравоохранения Российской Федерации (Минздрав России) - Заинтересованное лицо: Министерство юстиции Российской Федерации (Минюст России)

Категория спора: Административное дело об оспаривании нормативного правового акта (пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н).

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Васадзе Х.В., признанный виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 264 УК РФ (управление транспортным средством в состоянии опьянения, повлёкшее причинение тяжкого вреда здоровью), обратился в Верховный Суд РФ с административным исковым заявлением о признании недействующими пунктов 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Оспариваемые нормы предусматривают, что к тяжкому вреду здоровью, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (свыше 30 процентов), относятся в том числе открытый или закрытый перелом плечевой кости определённых видов, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. По утверждению истца, полученные потерпевшей повреждения носили обратимый и временный характер, не вызвали значительной стойкой утраты общей трудоспособности, однако были квалифицированы как тяжкий вред здоровью на основании оспариваемых норм. Приказ № 194н зарегистрирован в Минюсте России 13 августа 2008 г. (регистрационный номер 12118) и опубликован в «Российской газете» № 188 от 5 сентября 2008 г.

Процессуальная история

Решение суда первой инстанции (Верховный Суд РФ, 8 апреля 2025 г., дело № АКПИ25-33): Суд первой инстанции отказал в удовлетворении административного иска, установив, что пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев не противоречат нормативным правовым актам большей юридической силы и соответствуют действующему законодательству. Суд обоснованно отклонил доводы истца о противоречии оспариваемых норм статье 111 УК РФ, статье 14 и части 4 статьи 302 УПК РФ, статье 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», указав, что приведённые нормы не определяют медицинские критерии и непосредственно не регулируют связанные с этим вопросы.

Апелляционная жалоба: Васадзе Х.В., не согласившись с решением, просил его отменить и принять новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на существенное нарушение судом норм материального и процессуального права, недоказанность обстоятельств, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела. Истец полагал, что суд первой инстанции не дал оценку всем доводам, содержащимся в исковом заявлении (в частности, о правовой неопределённости пунктов 6.11, 6.11.1), ограничившись лишь разрешением довода о противоречии оспариваемых положений нормативным актам большей юридической силы. Истец также указывал на нарушение части 4 статьи 180 Кодекса административного судопроизводства РФ, утверждая, что выводы суда не содержат ссылок на какие-либо доказательства.

Позиции сторон в апелляции: - Минздрав России просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным. - Минюст России поддержал свою позицию по делу и просил рассмотреть жалобу в его отсутствие. - Административный истец и его представитель (адвокат Языкова Н.А.) в судебное заседание апелляционной инстанции не явились; ходатайство об отложении рассмотрения оставлено без удовлетворения.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Правовой конфликт возникает между двумя подходами к определению медицинских критериев степени тяжести вреда здоровью:

1. Позиция истца: Оспариваемые пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев позволяют относить к тяжкому вреду здоровью повреждения, которые не создают угрозу для жизни человека и не вызывают фактической значительной стойкой утраты трудоспособности, а лишь содержат вероятный прогноз такой утраты. Это якобы нарушает принцип презумпции невиновности, противоречит уголовному и уголовно-процессуальному законодательству, позволяет выносить приговоры на основе предположений, а не установленных фактов, и создаёт правовую неопределённость.

2. Позиция суда и государства: Медицинские критерии являются медицинской характеристикой квалифицирующих признаков, установленной уполномоченным органом в пределах делегированной компетенции. Они согласуются с постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 и не противоречат федеральным законам. Определённость признаков степени тяжести вреда может обеспечиваться как за счёт их закрепления в законах, так и за счёт нормативной детализации уполномоченным органом исполнительной власти.

Принципиальное значение дела: Спор касается баланса между необходимостью конкретизации уголовно-правовых признаков (тяжкий вред здоровью) и полномочиями органов исполнительной власти на издание подзаконных нормативных актов; между медицинским знанием и уголовно-правовой квалификацией; между презумпцией невиновности и объективными медицинскими критериями оценки повреждений.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

Основной правовой вопрос:

Противоречат ли пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утвержденные приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н) нормативным правовым актам большей юридической силы, в частности статье 111 УК РФ, статье 14 и части 4 статьи 302 УПК РФ, статье 8 Федерального закона № 73-ФЗ, и создают ли они правовую неопределённость, позволяющую выносить приговоры на основе предположений в нарушение принципа презумпции невиновности?

Дополнительные вопросы:

• Соответствуют ли оспариваемые пункты пунктам 20, 27 Медицинских критериев и пунктам 71-75 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности?
• Отвечает ли содержание оспариваемых положений критериям ясности и недвусмысленности?
• Нарушил ли суд первой инстанции нормы процессуального права при рассмотрении дела?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Апелляционная коллегия ВС РФ подтвердила, что пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев не противоречат нормативным правовым актам большей юридической силы и соответствуют действующему законодательству. Медицинские критерии являются медицинской характеристикой квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью, установленной уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в пределах делегированной ему компетенции. Определённость признаков степени тяжести вреда может обеспечиваться как за счёт их закрепления в законах, так и за счёт нормативной детализации уполномоченным органом в рамках делегированной компетенции. Уголовный закон лишь в общей форме определяет признаки вреда здоровью, что связано с отнесением вопросов охраны здоровья главным образом к сфере медицинского права.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативно-правовая база и компетенция органов власти

Апелляционная коллегия установила следующую иерархию нормативных актов:

• Постановление Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (далее — Правила) является актом большей юридической силы по отношению к Медицинским критериям.

В соответствии с пунктом 3 Правил вред, причиненный здоровью человека, определяется в зависимости от степени его тяжести на основании квалифицирующих признаков, предусмотренных пунктом 4 Правил, и в соответствии с медицинскими критериями, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития РФ.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 4 Правил квалифицирующими признаками тяжести вреда в отношении тяжкого вреда являются: вред, опасный для жизни человека; потеря зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрата органом его функций; прерывание беременности; психическое расстройство; заболевание наркоманией либо токсикоманией; неизгладимое обезображивание лица; значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на одну треть; полная утрата профессиональной трудоспособности.

Суд подчеркнул, что Правительством РФ в пункте 3 Правил полномочиями по определению медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью было наделено Министерство здравоохранения и социального развития РФ. Следовательно, отнесение повреждений, перечисленных в пунктах 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев, к тяжкому вреду здоровью, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, не может рассматриваться как противоречащее действующему законодательству.

2. Функция и назначение Медицинских критериев

Апелляционная коллегия определила правовую природу оспариваемого акта:

Медицинские критерии являются медицинской характеристикой квалифицирующих признаков, которые используются для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при производстве судебно-медицинской экспертизы в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве на основании определения суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя (пункт 2 Медицинских критериев).

Медицинские критерии используются для оценки повреждений, обнаруженных при судебно-медицинском обследовании живого лица, исследовании трупа и его частей, а также при производстве судебно-медицинских экспертиз по материалам дела и медицинским документам (пункт 3 Медицинских критериев).

3. Соотношение уголовного закона и медицинских критериев

Коллегия отклонила доводы истца о противоречии оспариваемых норм статье 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью), статье 14 УПК РФ (принцип презумпции невиновности), части 4 статьи 302 УПК РФ (запрет на вынесение приговора на основе предположений), статье 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (требование обоснованного и объективного заключения эксперта).

Обоснование отклонения:

Приведённые нормы не определяют медицинские критерии квалифицирующих признаков тяжести вреда, причиненного здоровью человека, и непосредственно не регулируют связанные с этим вопросы.

• Уголовный кодекс РФ (часть 2 статьи 2) устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний. При применении статьи 111 УК РФ следует руководствоваться пунктом 2 статьи 196 УПК РФ, исходя из которого характер и степень вреда, причиненного здоровью, устанавливаются при проведении судебной экспертизы.

• Статья 16 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности и статья 204 УПК РФ обязывают эксперта дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам. Медицинские критерии служат инструментом для такого обоснованного заключения.

4. Позиция Конституционного Суда РФ о делегировании полномочий

Апелляционная коллегия опиралась на постановление Конституционного Суда РФ от 11 января 2024 г. № 1-П, которое содержит ключевую правовую позицию:

В системе правового регулирования определённость признаков (критериев) степени тяжести вреда здоровью может обеспечиваться как за счёт их закрепления в тексте законов, устанавливающих публично-правовую ответственность за деяния, причиняющие тот или иной вред, так и за счёт их нормативной детализации уполномоченным на то федеральным органом исполнительной власти в рамках делегированной ему законодателем компетенции.

Конституционный Суд РФ указал, что уголовный закон лишь в общей форме определяет признаки вреда здоровью, что связано с отнесением вопросов охраны здоровья главным образом к сфере медицинского права, в котором могут быть учтены современные знания об организме человека, в том числе о его анатомии, психике и физиологии, и которое регулирует медицинскую, включая экспертно-медицинскую, деятельность. Исходя из этого может быть достигнута необходимая степень конкретизации признаков вреда здоровью, подлежащих установлению в конкретном деле для целей квалификации деяния с учётом выводов соответствующей экспертизы.

5. Анализ внутренней согласованности Медицинских критериев

Апелляционная коллегия отклонила довод истца о несоответствии пунктов 6.11 и 6.11.1 пунктам 20, 27 Медицинских критериев и пунктам 71-75 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности.

Вывод суда: В пункте 6.11.1 Медицинских критериев выделены повреждения здоровья, которые сами по себе относятся к тяжкому вреду здоровью, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, в то время как пунктами 20, 27 названного нормативного правового акта регламентируются другие вопросы.

В соответствии с Таблицей процентов определяется стойкая утрата общей трудоспособности в процентах, кратных пяти, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 6.11.1-6.11.11 Медицинских критериев. Таким образом, оспариваемые нормы и Таблица процентов регулируют различные аспекты и не противоречат друг другу.

6. Оценка ясности и определённости оспариваемых норм

Апелляционная коллегия прямо указала:

Содержание оспариваемых положений отвечает критериям ясности, недвусмысленности, не допускает неоднозначного толкования; данных о том, что в правоприменительной практике отсутствует их единообразное понимание, не установлено.

Суд отклонил довод истца о правовой неопределённости пунктов 6.11 и 6.11.1, указав, что нормативного правового акта большей юридической силы, который устанавливал бы иные медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не имеется.

7. Процессуальные аспекты и мотивировка решения суда первой инстанции

Апелляционная коллегия отклонила доводы апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, о неправильном определении судом обстоятельств, имеющих значение для дела, о том, что выводы суда не содержат ссылок на какие-либо доказательства.

Вывод суда: - В обжалуемом решении отражены все юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для данного дела, указанные в части 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства РФ. - Содержание решения с учётом особенностей рассмотрения дел об оспаривании нормативных правовых актов отвечает требованиям статьи 180 КАС РФ. - Суд первой инстанции принял решение с учётом правовых норм, регулирующих рассматриваемые отношения, при правильном их толковании. - Выводы суда о законности оспариваемых положений Медицинских критериев мотивированы и соответствуют действующему законодательству.

8. Применение критерия оспоримости нормативного акта

Апелляционная коллегия применила пункт 1 части 2 статьи 215 КАС РФ, согласно которому основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Суд установил, что по данному административному делу такое основание для признания пунктов 6.11, 6.11.1 Медицинских критериев недействующими отсутствует, поскольку оспариваемые нормы не противоречат ни одному нормативному правовому акту большей юридической силы.

Суд также применил пункт 2 части 2 статьи 215 КАС РФ при отказе в удовлетворении заявленного требования.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Конкретное разрешение

Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ определила:

1. Решение Верховного Суда РФ от 8 апреля 2025 г. оставить без изменения.
2. Апелляционную жалобу Васадзе Халида Викторовича оставить без удовлетворения.

Применённый критерий

Критерием разрешения спора явилось отсутствие противоречия оспариваемых пунктов 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев нормативным правовым актам большей юридической силы, в частности:

• Постановлению Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 (Правила определения степени тяжести вреда);
• Федеральному законодательству (УК РФ, УПК РФ, Закону о государственной судебно-экспертной деятельности);
• Конституции РФ и позициям Конституционного Суда РФ.

Процедурные указания и распределение обязанностей

Апелляционное определение не содержит прямых указаний нижестоящим судам, арбитражному управляющему или уполномоченным органам о порядке исполнения. Однако из логики решения следует:

1. Для судов и следователей: Медицинские критерии, утверждённые приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н, остаются действующим нормативным актом и должны применяться при определении степени тяжести вреда здоровью в уголовном судопроизводстве.

2. Для судебно-медицинских экспертов: Пункты 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев являются надлежащей основой для вынесения обоснованного и объективного заключения о степени тяжести вреда здоровью, в том числе при оценке переломов плечевой кости указанных видов.

3. Для органов исполнительной власти: Полномочия Министерства здравоохранения РФ (правопреемника Министерства здравоохранения и социального развития РФ) по определению медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью подтверждены и остаются в силе.

4. Для лиц, осуждённых на основе оспариваемых норм: Апелляционное определение не предусматривает пересмотр приговоров, вынесённых с применением пунктов 6.11 и 6.11.1 Медицинских критериев, поскольку эти нормы признаны законными и соответствующими действующему законодательству.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Апелляционная коллегия ВС РФ подтвердила правомерность делегирования Правительством РФ полномочий по определению медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью органам исполнительной власти. Суд опирался на позицию Конституционного Суда РФ о том, что определённость признаков степени тяжести вреда может обеспечиваться как законодателем, так и уполномоченным органом исполнительной власти в рамках делегированной компетенции. Оспариваемые нормы признаны ясными, недвусмысленными, не допускающими неоднозначного толкования, и соответствующими действующему законодательству. Решение имеет значение для унификации практики применения Медицинских критериев в уголовном судопроизводстве и подтверждает конституционность системы определения степени тяжести вреда здоровью в Российской Федерации.