ВС признал ничтожной продажу помещения полиции вопреки запрету закона

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А07-13106/2018; Определение СКЭС ВС РФ № 309-ЭС20-21714 (4)

Дата принятия: 30 апреля 2025 г. (резолютивная часть объявлена 17 апреля 2025 г.)

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Шилохвост О.Ю. - Судьи: Зарубина Е.Н., Разумов И.В. (докладчик)

Стороны спора: - Истец (заявитель): Министерство внутренних дел по Республике Башкортостан (республиканское подразделение МВД России) — уполномоченный орган федеральной исполнительной власти - Ответчики: - Муниципальное унитарное предприятие «Уфимские инженерные сети» городского округа город Уфа Республики Башкортостан (должник в процедуре банкротства) - Городской округ город Уфа Республики Башкортостан в лице управления земельных и имущественных отношений - Общество с ограниченной ответственностью «МОЛЛ» (покупатель по спорной сделке) - Третьи лица (не заявляющие самостоятельных требований): - Администрация городского округа город Уфа Республики Башкортостан - Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Башкортостан - Федеральное казенное учреждение «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения МВД по Республике Башкортостан»

Категория спора: Банкротный обособленный спор (спор о признании недействительной сделки, совершённой в процедуре внешнего управления должника, с элементами публично-правовой защиты интересов органа государственной власти)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Муниципальное образование город Уфа в 2004 г. передало нежилое помещение площадью 41,2 кв. м (трансформаторную подстанцию) в безвозмездное пользование республиканскому подразделению МВД России на основании договора ссуды. Помещение находилось в здании по адресу ул. Ленина, д. 9, корп. 11. Договоры ссуды регулярно перезаключались; последний был заключён 24 марта 2020 г. со сроком до 27 февраля 2023 г. Одновременно, 3 мая 2012 г., администрация городского округа издала распоряжение о закреплении спорного помещения (в составе иного имущества) за муниципальным унитарным предприятием «Уфимские инженерные сети» на праве хозяйственного ведения; право было зарегистрировано 7 мая 2014 г. Производство по делу о банкротстве предприятия возбуждено 16 мая 2018 г. В процедуре внешнего управления спорное помещение было выставлено на торги (лот № 22) и реализовано обществу с ограниченной ответственностью «МОЛЛ» за 1 100 000 рублей по протоколам от 31 июля 2020 г. Договор купли-продажи заключён 6 августа 2020 г., право собственности общества зарегистрировано 20 августа 2020 г. 22 августа 2022 г. МВД направило запрос о правоустанавливающих документах; письмом от 27 сентября 2022 г. орган местного самоуправления сообщил об исключении помещения из реестра муниципального имущества и о намерении прекратить договор ссуды. 25 августа 2023 г. МВД обратилось в суд с заявлением о признании договора купли-продажи недействительным, возврате помещения в муниципальную собственность и признании права федеральной собственности на него.

Процессуальная история

Первая инстанция (Арбитражный суд Республики Башкортостан, определение от 7 мая 2024 г.): Суд отказал в удовлетворении заявления МВД, исходя из того, что МВД не совершало действий по передаче имущества в федеральную собственность, не оспорило акт о закреплении помещения за предприятием и торги по его продаже. Суд также указал, что права МВД не нарушены, поскольку используется находящийся в помещении трансформатор (движимая вещь), а общество готово предоставлять помещение на безвозмездной основе.

Апелляционная инстанция (Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 18 июля 2024 г.): Оставило определение суда первой инстанции без изменения.

Кассационная инстанция (Арбитражный суд Уральского округа, постановление от 1 октября 2024 г.): Оставило постановление апелляционного суда и определение первой инстанции без изменения.

Передача в СКЭС: Определением судьи ВС РФ от 19 марта 2025 г. кассационная жалоба МВД передана на рассмотрение СКЭС. МВД просило отменить все обжалуемые судебные акты. Общество с ограниченной ответственностью «МОЛЛ» просило оставить судебные акты без изменения.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор возник между двумя конкурирующими интересами в отношении одного и того же имущества (нежилого помещения с трансформаторной подстанцией):

1. Интерес органа государственной власти (МВД) — защита публичных интересов в сохранении материальной базы полиции, необходимой для выполнения её функций (защита жизни, здоровья, прав граждан, противодействие преступности, охрана общественного порядка), путём недопущения отчуждения имущества, используемого полицией и находящегося в собственности муниципального образования, в частную собственность.

2. Интерес частного хозяйственного общества — защита приобретённого им права собственности на основании договора купли-продажи, заключённого в ходе торговой процедуры банкротства, с опорой на регистрацию права в государственном реестре недвижимости.

Ключевой нормативный конфликт: Часть 10 статьи 54 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» устанавливает запрет органам государственной власти субъектов РФ и органам местного самоуправления на отчуждение, передачу в аренду и обременение иным способом имущества, используемого полицией и находящегося в их собственности. Этот запрет вступил в силу 1 марта 2011 г., то есть до момента закрепления спорного помещения за предприятием (2012 г.) и его последующей продажи (2020 г.).

Принципиальное значение дела: Спор касается соотношения между: - публичным интересом в защите функциональной способности органов государственной власти; - принципом стабильности гражданского оборота и защиты добросовестного приобретателя; - применением последствий недействительности ничтожной сделки в отношении лиц, не являющихся сторонами этой сделки; - критериями добросовестности участника оборота при приобретении недвижимого имущества с явными признаками связи с органом государственной власти.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли орган государственной власти (МВД), не являющийся стороной договора купли-продажи, оспорить этот договор как ничтожный на основании части 10 статьи 54 Закона о полиции и пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если договор направлен на отчуждение имущества, используемого этим органом и находящегося в муниципальной собственности?

2. Является ли сделка по отчуждению спорного помещения в частную собственность ничтожной в силу явно выраженного законодательного запрета, установленного частью 10 статьи 54 Закона о полиции, несмотря на регистрацию права собственности покупателя в государственном реестре недвижимости?

3. Может ли добросовестность приобретателя недвижимого имущества быть признана отсутствующей, если имущество имело явные признаки связи с органом государственной власти (расположение во дворе здания органа, охраняемая территория, наличие специального оборудования)?

4. Какие последствия недействительности ничтожной сделки должны быть применены, если одна из сторон (должник в процедуре банкротства) не может быть привлечена к ответственности в полном объёме?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Сделка по отчуждению спорного помещения в частную собственность является ничтожной на основании части 10 статьи 54 Закона о полиции и пункта 2 статьи 168 ГК РФ, поскольку она направлена на передачу имущества, используемого органом полиции и находящегося в муниципальной собственности, вопреки явно выраженному законодательному запрету. Орган государственной власти (МВД), не являющийся стороной сделки, имеет право на иск о применении последствий недействительности такой ничтожной сделки, если защита его законного интереса невозможна иным способом. Добросовестность приобретателя должна оцениваться с учётом явных признаков связи имущества с органом государственной власти, и одно лишь полагание на данные государственного реестра недвижимости не может свидетельствовать о должной разумности и осмотрительности при наличии таких признаков.

B. Развёрнутое обоснование

1. Содержание и назначение части 10 статьи 54 Закона о полиции как явно выраженного законодательного запрета

Верховный Суд установил, что с 1 марта 2011 г. вступил в силу Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции». Согласно части 9 статьи 54 этого Закона, используемые полицией земельные участки, здания, сооружения, оборудование и иное имущество, находящиеся в собственности субъектов РФ или муниципальных образований, передаются в федеральную собственность в порядке, установленном законодательством РФ. До возникновения права федеральной собственности органы и организации системы МВД России, за которыми имущество закрепляется, вправе безвозмездно использовать его для осуществления полномочий по предметам ведения РФ.

Часть 10 статьи 54 Закона о полиции содержит прямой запрет: органы государственной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления не вправе отчуждать, передавать в аренду и обременять иным способом указанное имущество. Суд подчеркнул, что это представляет собой явно выраженный законодательный запрет, направленный на защиту публичных интересов — на недопущение уменьшения материальной базы полиции, без которой невозможна нормальная реализация ею функций в сфере внутренних дел, в частности таких, как обеспечение защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан, противодействие преступности, охрана общественного порядка и собственности, обеспечение общественной безопасности.

2. Ничтожность сделок, совершённых вопреки запрету части 10 статьи 54 Закона о полиции

Суд применил пункт 2 статьи 168 ГК РФ в сочетании с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — постановление № 25). Согласно этим источникам, сделки, совершённые вопреки явно выраженному законодательному запрету, являются ничтожными.

В рассматриваемом случае на момент введения в действие Закона о полиции (1 марта 2011 г.) спорное помещение находилось в муниципальной собственности, им владело республиканское подразделение МВД России на праве безвозмездного пользования на основании договора, заключённого с муниципальным образованием. Помещение фактически использовалось для размещения федерального органа власти (трансформаторной подстанции, питающей здание, занятое органом власти). Суд установил, что в деле отсутствуют доказательства того, что в это время наряду с полицией помещение использовалось иными лицами на законном основании; соответствующие обстоятельства не были установлены судами.

3. Противоречие акта администрации городского округа от 3 мая 2012 г. закону и его неприменимость

Суд пришёл к выводу, что спорное муниципальное помещение в силу части 10 статьи 54 Закона о полиции не могло быть обременено правами предприятия, в том числе передано ему на праве хозяйственного ведения. Акт администрации городского округа от 3 мая 2012 г. о закреплении имущества за предприятием в части спорного помещения противоречит закону.

Суд применил абзац тринадцатый статьи 12 ГК РФ (в интерпретации абзаца четвёртого пункта 9 постановления № 25), согласно которому акт, противоречащий закону, не подлежит применению судами при разрешении спора независимо от признания его недействительным. Иных, кроме порочного акта, оснований возникновения права хозяйственного ведения предприятия на спорное помещение, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 299 ГК РФ, не приведено.

4. Отсутствие фактического осуществления предприятием правомочий собственника

Суд установил, что спорное помещение площадью 41,2 кв. м находится во владении республиканского подразделения МВД России с 2004 г. на праве безвозмездного пользования. Это право никогда не прекращалось (до 1 марта 2011 г. пользование осуществлялось на основании договора, после — в силу прямого указания Закона о полиции и дополнительно оформлялось договорами). Из материалов дела не следует, что спорное помещение когда-либо использовалось предприятием для осуществления уставной деятельности. Законных оснований для возникновения права хозяйственного ведения не имелось. В деле нет доказательств, указывающих на фактическое осуществление предприятием правомочий, предусмотренных статьей 294 ГК РФ (определяющей содержание права хозяйственного ведения), кроме продажи спорного помещения на торгах в процедуре банкротства.

5. Отсутствие передачи владения обществу и сохранение владения МВД

Суд констатировал, что владение не было передано и обществу, заключившему по результатам торгов договор купли-продажи спорного помещения. В настоящее время помещение по-прежнему используется полицией. Представитель МВД пояснил в судебном заседании, что доступ в помещение возможен только через закрытую дворовую территорию полиции, охраняемую её сотрудниками, что подтвердил представитель общества.

6. Неприменимость виндикационного иска и право МВД на иск о применении последствий недействительности

Суд применил статьи 301 и 302 ГК РФ (касающиеся защиты прав собственника и обладателя иного права на имущество) и статью 305 ГК РФ, указав, что виндикационный иск предъявляется к лицу, в незаконном владении которого находится имущество. Однако в данном случае республиканское подразделение МВД России владение не утрачивало, а общество его не приобретало. Органу внутренних дел не доступен указанный способ защиты права.

Суд применил абзацы второй и третий пункта 78 постановления № 25, согласно которым лицо, не являющееся стороной ничтожной сделки, имеет в материальном смысле право на иск о применении последствий недействительности такой сделки, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Законный интерес МВД, защита которого обеспечивается посредством реституции, заключается в устранении препятствий для исполнения обязательства по передаче спорного помещения в федеральную собственность и закрепления его за данным подразделением полиции на праве оперативного управления (часть 2 статьи 48, часть 9 статьи 54 Закона о полиции). Поскольку защита данного законного интереса невозможна с использованием специального способа (виндикационного иска), МВД не может быть лишено возможности оспорить сделку, заключённую с обществом.

7. Отсутствие сроков передачи имущества в федеральную собственность и подтверждение прав МВД

Суд отклонил возражение общества о пропуске МВД срока исковой давности, применив пункт 57 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Суд установил, что Закон о полиции не устанавливает срок, в течение которого муниципальное имущество подлежало передаче в федеральную собственность, наделяя органы полиции на переходный период правом безвозмездного пользования. На протяжении всего периода безвозмездного пользования муниципальное образование подтверждало наличие у МВД соответствующего права, а иные лица, в том числе предприятие, не препятствовали использованию имущества полицией и о своих правах на него не заявляли.

8. Недобросовестность поведения общества и критерии оценки добросовестности приобретателя

Суд пришёл к выводу, что действия общества нельзя признать добросовестными в значении, придаваемом этому понятию судебной практикой применительно к спорам о недвижимом имуществе, поскольку оно не проявило разумной осмотрительности и должной осторожности, при которых узнало бы о приобретении объекта, который не может быть передан в частную собственность.

Суд указал на особенности спорного помещения: - нахождение его во дворе здания республиканского подразделения МВД России; - расположение на территории, охраняемой полицией, с ограниченным доступом для других лиц; - внутреннее наполнение помещения трансформаторным оборудованием.

Эти обстоятельства давали обществу веские основания полагать, что им приобретается объект, имеющий непосредственное отношение к органу внутренних дел. Обычный участник оборота в такой ситуации уделил бы внимание проверке правовых оснований предоставления имущества продавцу и в ходе такой проверки выявил бы факт выставления на торги недвижимости, оборот которой ограничен частью 10 статьи 54 Закона о полиции.

Суд применил абзац третий пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ, согласно которому одно лишь то обстоятельство, что общество полагалось на сведения государственного реестра недвижимости, при наличии упомянутых особенностей спорного помещения не может свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности.

9. Распределение неблагоприятных последствий между участниками оборота

Суд установил, что именно на общество как на участника гражданского оборота, поведение которого не соответствовало указанным критериям, должны быть отнесены неблагоприятные последствия в виде признания ничтожной сделки недействительной и применения последствий её недействительности. Общество не может получить приоритет по отношению к МВД ни в силу регистрации права собственности за собой, ни в силу статьи 398 ГК РФ (о переводе долга).

10. Отсутствие правового значения классификации трансформатора как движимой вещи

Суд отклонил доводы нижестоящих судов о том, что отнесение трансформатора к числу движимых вещей имеет правовое значение. Суд указал, что в частях 9 и 10 статьи 54 Закона о полиции речь идёт о помещениях, используемых органами внутренних дел. Использование помещения органом власти как раз и выражается в размещении в этом помещении сотрудников и (или) движимых вещей (техники, механизмов, оборудования и т.д.), образующих материальную базу, необходимую для нормального функционирования организации и выполнения возложенных на неё задач.

11. Самостоятельное оспаривание договоров, заключённых на торгах, по основаниям, не связанным с нарушением процедуры

Суд установил, что положения статьи 449 ГК РФ не исключают возможность самостоятельного оспаривания заключённых на торгах договоров по неуказанным в этой статье основаниям, не связанным с нарушениями процедурного характера. В рамках настоящего дела МВД на нарушение торговых процедур не ссылалось.

12. Несостоятельность доводов о готовности общества заключить договор ссуды

Суд отклонил суждения нижестоящих судов о том, что права МВД не нарушены ввиду готовности общества заключить с органом внутренних дел бессрочный договор ссуды. Суд указал, что ссудополучатель имеет гораздо меньше прав по сравнению с лицом, владеющим имуществом на праве оперативного управления. В частности, общество будет вправе в любое время отказаться от договора ссуды, предупредив об этом МВД за три месяца (пункт 2 статьи 610, пункт 2 статьи 689 ГК РФ).

Суд также отметил, что в настоящее время сложилась ситуация, при которой снабжение электроэнергией федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел в Республике Башкортостан, по сути, передается под контроль частного хозяйственного общества, не имеющего специального статуса гарантирующего поставщика или сетевой организации, что не может не нарушать права заявителя.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий разрешения спора

Суд применил часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса РФ, указав, что допущенные судами нарушения норм права являются существенными, в связи с чем обжалуемые определение суда первой инстанции и постановления судов апелляционной инстанции и округа подлежат отмене.

Конкретные указания по разрешению спора

Определением СКЭС установлено:

1. Отмена судебных актов нижестоящих инстанций: - Определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 7 мая 2024 г. - Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 июля 2024 г. - Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 1 октября 2024 г.

2. Признание недействительности сделки: Договор купли-продажи от 6 августа 2020 г. № 650-0121/20, заключённый муниципальным унитарным предприятием «Уфимские инженерные сети» (продавцом) и обществом с ограниченной ответственностью «МОЛЛ» (покупателем), признан недействительным.

3. Восстановление права собственности муниципального образования: За городским округом город Уфа Республики Башкортостан признано право собственности на нежилое помещение общей площадью 41,2 кв. метра, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Ленина, д. 9, корп. 1 (кадастровый номер 02:55:010205:474).

4. Взыскание денежных средств: С муниципального унитарного предприятия «Уфимские инженерные сети» взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью «МОЛЛ» 1 100 000 рублей (сумма, уплаченная по ничтожному договору).

5. Отказ в удовлетворении требования о признании федеральной собственности: В требовании о признании права федеральной собственности Российской Федерации на спорное помещение отказано, поскольку процедура передачи данного имущества от одного уровня публичной собственности другому заинтересованными лицами не инициировалась, муниципаль