ВС отменил взыскание задатка при отказе банка в ипотеке, если договор допускал альтернативные источники финансирования

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер определения: № 48-КГ26-13-К7

Дата: 11 августа 2025 г.

Состав СКГД: - Председательствующий: Киселев А.П. - Судьи: Асташова С.В., Назаренко Т.Н. (докладчик)

Стороны: - Истцы (кассанты): Рустанова Нурия Уразаевна, Рустанов Гафур Маратович (граждане) - Ответчики (кассант): Моисеева Елена Игоревна, Моисеев Сергей Владимирович (граждане)

Категория спора: договорный (предварительный договор уступки права требования с условием задатка; цессия); вещно-правовой элемент (недвижимое имущество — квартира)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истцов

Рустанова Н.У. и Рустанов Г.М. обратились в суд с исками к Моисеевой Е.И. и Моисееву С.В. о: 1. возврате суммы задатка в размере 150 000 руб.; 2. взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Правовое основание: 21 июня 2024 г. между сторонами был заключен предварительный договор уступки права требования (цессии) с условием задатка. По договору Моисеевы (цеденты) обязались уступить, а Рустанова (цессионарий) — принять права и обязанности по основному договору в отношении квартиры площадью 34,17 кв. м за 4 020 000 руб. Задаток составил 150 000 руб., остаток (3 870 000 руб.) подлежал уплате за счет собственных и кредитных средств при подписании основного договора. Срок заключения основного договора — до 31 июля 2024 г.

Обоснование требований: Основной договор не был заключен в установленный срок. Истцы действовали добросовестно, рассчитывая на одобренные условия льготной ипотеки, однако банк отказал в выдаче кредита. Отказы получены от ПАО «Совкомбанк», АКБ «Абсолют Банк» (ПАО), АО «Банк ДОМ.РФ». Истцы указывали, что обязательства прекратились вследствие невозможности исполнения по независящим от них обстоятельствам.

Возражения ответчиков

Из ответа Моисеевых на претензию (от 19 августа 2024 г., поданную представителем Рустановой Н.У. Дубиковым И.Г.) следует: - ответчики не уклонялись от заключения основного договора; - именно истцы инициировали обращение с претензией о прекращении обязательств; - ответчики сообщили о готовности заключить основной договор даже за пределами установленного срока; - отказ в возврате задатка обоснован отсутствием вины ответчиков в неисполнении договора.

Решение суда первой инстанции

Суд: Калининский районный суд г. Челябинска

Дата: 10 марта 2025 г.

Резолюция: Исковые требования удовлетворены.

Ключевые мотивы: Суд исходил из того, что основной договор не был заключен по независящим от сторон обстоятельствам (отказы банка в выдаче кредита при отсутствии вины истцов). Вследствие этого выплаченная в качестве задатка сумма подлежит возврату. Ссылаясь на уклонение ответчиков от возврата, суд взыскал проценты за пользование чужими денежными средствами.

Постановление апелляции

Суд: Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда

Дата: 26 июня 2025 г.

Резолюция: Решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Дополнительные мотивы: Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и дополнительно указал, что отказ банка в предоставлении кредитных средств является существенным обстоятельством, препятствующим заключению основного договора.

Постановление кассации

Суд: Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

Дата: 19 ноября 2025 г.

Резолюция: Решение суда первой инстанции и апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлены без изменения.

Обращение в ВС РФ

Кассант: Моисеев Сергей Владимирович

Доводы кассационной жалобы: Ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений как вынесенных с нарушением требований закона.

Определение судьи ВС РФ: Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н. от 9 июля 2026 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКГД ВС РФ.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта

Спор возник между интересами: - истцов (цессионариев): получить возврат задатка, ссылаясь на невозможность исполнения обязательства по причине отказа банков в выдаче ипотечного кредита; - ответчиков (цедентов): удержать задаток, ссылаясь на отсутствие вины в неисполнении договора и готовность к его исполнению.

Конфликт между нормами материального права: - статья 381 ГК РФ (пункт 1): задаток подлежит возврату при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416 ГК РФ); - статья 381 ГК РФ (пункт 2): если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны; - статья 416 ГК РФ (пункт 1): обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает; - статья 401 ГК РФ (пункты 1–2): ответственность наступает при наличии вины; отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Конфликт между толкованиями: - нижестоящие суды толковали условие договора о возможности использования «кредитных средств» как обязательное условие получения именно ипотечного кредита по льготной программе; - ВС РФ применил буквальное толкование (статья 431 ГК РФ), согласно которому договор предусматривает возможность использования как кредитных, так и собственных средств, без указания конкретного вида кредита.

Категория проблемы

Материально-правовая с элементами процессуально-правовой (распределение бремени доказывания вины, применение норм о толковании договора).

Причины передачи на коллегию

Дело передано на коллегию в связи с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, допущенными судами всех инстанций, которые повлияли на исход дела и требовали единообразного толкования положений ГК РФ о задатке, невозможности исполнения и вине в контексте предварительного договора цессии.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Является ли отказ банков в выдаче ипотечного кредита по льготной программе семейной ипотеки объективной невозможностью исполнения обязательства в смысле статьи 416 ГК РФ, позволяющей взыскать задаток со стороны, получившей задаток?

2. Как следует толковать условие предварительного договора о возможности использования «кредитных средств» при отсутствии в договоре указания на конкретный вид кредита (ипотечный, потребительский и т.д.)?

3. Кто несет бремя доказывания отсутствия вины в неисполнении предварительного договора, и какие доказательства необходимы для освобождения от ответственности?

4. Допустили ли нижестоящие суды существенные нарушения норм материального и процессуального права, не применив положения ГК РФ о толковании договора и не установив наличие оснований для возврата задатка в соответствии со статьей 381 ГК РФ?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришел к выводу, что нижестоящие суды допустили существенные нарушения норм материального и процессуального права, неправомерно взыскав задаток со стороны ответчика. Отказ банков в выдаче ипотечного кредита не является объективной невозможностью исполнения обязательства в смысле статьи 416 ГК РФ, поскольку договор предусматривал возможность использования как кредитных, так и собственных средств без указания конкретного вида кредита. Истцы, как сторона, давшая задаток, несут ответственность за неисполнение договора, и задаток должен остаться у ответчиков в соответствии со статьей 381 (пункт 2) ГК РФ. Суды не установили наличие вины ответчиков и не применили правила о толковании договора.

B. Развёрнутое обоснование

1. Правовая природа задатка и основания для его возврата

Применённые нормы: - Статья 309 ГК РФ (абзац первый): обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона; - Статья 329 ГК РФ (пункт 1): исполнение обязательств может обеспечиваться задатком; - Статья 380 ГК РФ (пункт 1): задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения; - Статья 381 ГК РФ (пункт 1): при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416) задаток должен быть возвращен; - Статья 381 ГК РФ (пункт 2): если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны; если за неисполнение ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить двойную сумму задатка.

Вывод СКГД: Задаток — это способ обеспечения исполнения обязательств, устанавливающий неблагоприятные последствия материального характера при ненадлежащем исполнении. Законом определен исчерпывающий перечень случаев возврата задатка: (а) прекращение по соглашению сторон; (б) невозможность исполнения (статья 416); (в) вина стороны, получившей задаток. Обжалуемые судебные постановления этим требованиям не соответствуют.

2. Невозможность исполнения в смысле статьи 416 ГК РФ

Применённые нормы: - Статья 416 ГК РФ (пункт 1): обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает; - Постановление Пленума ВС РФ от 11 июня 2020 г. № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (пункт 36): обязанность стороны прекращается в силу объективной невозможности исполнения, наступившей после возникновения обязательства и имеющей неустранимый (постоянный) характер, если эта сторона не несет риск наступления таких обстоятельств; - Постановление Пленума ВС РФ № 6 (пункт 37): невозможность исполнения является объективной, когда по обстоятельствам, не зависящим от воли или действий должника, у него отсутствует возможность в соответствии с законом или договором исполнить обязательство как лично, так и с привлечением третьих лиц; - Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2017), утвержденный Президиумом ВС РФ 26 апреля 2017 г. (пункт 21): невозможность исполнения наступает в случае, если действие, являющееся содержанием обязательства, объективно не может быть совершено ни одним лицом.

Критика нижестоящих судов: Суды первой и апелляционной инстанций вынесли суждения о том, что отказ банков в выдаче кредита по льготной программе семейной ипотеки является независящим от воли сторон обстоятельством, исключающим возможность исполнения обязательства. Однако в нарушение требований пункта 2 части 4 статьи 198 ГПК РФ эти суждения не подтверждены ссылками на какие-либо доказательства в судебных постановлениях.

Вывод СКГД: Отказ банков в выдаче ипотечного кредита не является объективной невозможностью исполнения, поскольку: - по буквальному толкованию условий предварительного договора (пункт 2) предусмотрена возможность использования как кредитных, так и собственных денежных средств; - в условиях договора не закреплен конкретный вид кредитного договора; - обстоятельства, связанные с отказом банков именно в ипотечном кредите, не свидетельствуют об объективной невозможности исполнения истцами возникших обязательств.

3. Толкование условий договора

Применённые нормы: - Статья 431 ГК РФ (абзац первый): при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений; буквальное значение условия в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом; - Статья 1 ГК РФ (пункт 4): условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения; толкование осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Критика нижестоящих судов: Суды первой и апелляционной инстанций в нарушение требований части 1 статьи 67 ГПК РФ не дали какой-либо правовой оценки условиям предварительного договора и не применили положения гражданского законодательства о толковании договора при разрешении спора.

Вывод СКГД: Условие договора о возможности использования «кредитных средств» при отсутствии указания на конкретный вид кредита должно толковаться буквально как допускающее использование любых кредитных средств (ипотечных, потребительских и т.д.), а также собственных средств. Истцы не доказали, что получение именно ипотечного кредита по льготной программе было единственным способом исполнения обязательства.

4. Вина в неисполнении договора и распределение бремени доказывания

Применённые нормы: - Статья 401 ГК РФ (пункт 1): лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства; - Статья 401 ГК РФ (пункт 2): отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство; - Статья 56 ГПК РФ: каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ключевой вывод СКГД о презумпции вины: Из смысла статьи 401 ГК РФ следует, что виновность действий, нарушающих условия предварительного договора и повлекших незаключение основного договора, предполагается, пока не доказано иное. В силу этого освобождение стороны предварительного договора от ответственности за незаключение основного договора возможно, если этой стороной согласно положениям статьи 56 ГПК РФ будет доказана невиновность своих действий, в результате которых основной договор не был заключен.

Критика нижестоящих судов: Вопреки требованиям процессуального закона каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины стороны истца в нарушении условий предварительного договора, в ходе судебного разбирательства представлено не было.

Фактические обстоятельства, установленные СКГД: - От заключения основного договора на согласованных условиях сторона ответчика не уклонялась; - Именно истцы инициировали обращение с претензией о прекращении обязательств; - Ответчики в ответе на претензию сообщили о готовности заключить основной договор даже за пределами установленного срока; - Судами не было установлено наличие какого-либо соглашения о прекращении обязательств между истцами и ответчиками; - Факт наличия вины ответчиков в неисполнении обязательства судами первой и апелляционной инстанций не был установлен.

Вывод: Истцы, как сторона, давшая задаток, несут ответственность за неисполнение договора (незаключение основного договора в установленный срок). Ответчики не доказывали свою невиновность, поскольку они не были стороной, нарушившей обязательство. Напротив, ответчики демонстрировали готовность к исполнению.

5. Нарушения процессуального права нижестоящими судами

Применённые нормы: - Статья 198 ГПК РФ (пункт 2 части 4): суд должен мотивировать свое решение, в том числе путем ссылки на доказательства; - Статья 67 ГПК РФ (часть 1): суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непредвзятом рассмотрении имеющихся в деле доказательств; - Статья 379 ГПК РФ (части 1–3): требования к проверке кассационным судом законности решения и апелляционного определения.

Критика кассационного суда: Кассационный суд общей юрисдикции, проверяя законность решения суда первой инстанции и апелляционного определения, допущенные ими нарушения норм материального и процессуального права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статьи 379 и частей 1–3 статьи 379 ГПК РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Существенные нарушения норм материального права

1. Неправильное применение статьи 416 ГК РФ: Суды первой и апелляционной инстанций квалифицировали отказ банков в выдаче ипотечного кредита как объективную невозможность исполнения обязательства, хотя договор предусматривал возможность использования как кредитных, так и собственных средств без указания конкретного вида кредита. Это нарушение является существенным, поскольку оно привело к неправильному применению статьи 381 ГК РФ о возврате задатка.

2. Неправильное применение статьи 381 ГК РФ (пункт 2): Суды взыскали задаток со стороны ответчика, хотя за неисполнение договора ответственна сторона истца (цессионария), давшая задаток. Согласно статье 381 (пункт 2) ГК РФ, в этом случае задаток должен остаться у ответчика.

3. Неправильное распределение бремени доказывания вины: Суды не потребовали от истцов доказать отсутствие вины в неисполнении договора, хотя согласно статье 401 (пункт 2) ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Истцы, как сторона, не заключившая основной договор в установленный срок, несут бремя доказывания своей невиновности.

4. Неприменение норм о толковании договора: Суды не применили статью 431 ГК РФ о буквальном толковании условий договора и статью 1 (пункт 4) ГК РФ о толковании с учетом цели договора и принципа добросовестности.

Существенные нарушения норм процессуального права

1. Нарушение статьи 198 ГПК РФ (пункт 2 части 4): Суды первой и апелляционной инстанций не подтвердили свои суждения о том, что отказ банков является независящим обстоятельством, ссылками на доказательства в судебных постановлениях.

2. Нарушение статьи 67 ГПК РФ (часть 1): Суды не провели всестороннее, полное, объективное и непредвзятое рассмотрение доказательств, в частности не учли, что ответчики демонстрировали готовность к исполнению договора.

3. Нарушение статьи 56 ГПК РФ: Суды не потребовали от истцов доказать отсутствие вины в неисполнении договора, хотя именно истцы инициировали обращение с претензией о прекращении обязательств.

4. Нарушение статьи 379 ГПК РФ (части 1–3): Кассационный суд не выявил и не устранил допущенные нарушения норм материального и процессуального права.

Влияние на исход дела

Все указанные нарушения являются существенными в смысле статьи 390.14 ГПК РФ, поскольку они повлияли на исход дела: суды неправомерно взыскали задаток со стороны ответчика, хотя согласно статье 381 (пункт 2) ГК РФ задаток должен был остаться у ответчика как у стороны, получившей задаток, при условии, что за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток (истцы).

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Отмена судебных актов: - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 26 июня 2025 г. отменено; - Определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 19 ноября 2025 г. отменено.

Направление дела: Дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции (Челябинский областной суд).

Указания для суда апелляционной инстанции: При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона.

Правовая база резолюции: Статьи 390.14, 390.15, 390.16 ГПК РФ.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД устанавливает обязательный стандарт применения норм о задатке и невозможности исполнения в контексте предварительных договоров:

• Толкование условий договора: Суды должны применять буквальное толкование условий договора (статья 431 ГК РФ) и не допускать расширительного толкования в пользу истца. Если договор предусматривает возможность использования «кредитных средств» без указания конкретного вида кредита, это означает допустимость использования любых кредитных средств, а не только ипотечных.

• Объективная невозможность исполнения: Отказ третьих лиц (банков) в предоставлении кредита не является объективной невозможностью исполнения в смысле статьи 416 ГК РФ, если договор предусматривает альтернативные способы исполнения (использование собственных средств или иных видов кредитов).

• Мотивировка судебных решений: Суды должны подтверждать свои суждения о наличии или отсутствии объективной невозможности исполнения ссылками на конкретные доказательства в судебных постановлениях (статья 198 ГПК РФ, пункт 2 части 4).

2. Защита какой стороны усиливается

Усиливается защита ответчиков (цедентов) как стороны, получившей задаток:

• Презумпция вины истца (цессионария) в неисполнении договора, пока истец не докажет свою невиновность;
• Право ответчика удержать задаток в соответствии со статьей 381 (пункт 2) ГК РФ, если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток;
• Защита от необоснованного взыскания задатка на основании ошибочной квалификации отказа третьих лиц как объективной невозможности исполнения.

Ограничивается защита истцов (цессионариев):

• Истцы не могут ссылаться на отказ банков в выдаче кредита как на основание для возврата задатка, если договор предусматривает альтернативные способы исполнения;
• Истцы несут бремя доказывания своей невиновности в неисполнении договора (статья 401 ГК РФ, пункт 2);
• Истцы не могут извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения (инициирование претензии о прекращении обязательств при готовности ответчиков к исполнению).

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ и обзорами практики

Постановление Пленума ВС РФ от 11 июня 2020 г. № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»:

СКГД применила пункты 36 и 37 этого постановления, уточнив, что объективная невозможность исполнения должна иметь неустранимый (постоянный) характер и не зависеть от воли должника. Отказ банков в выдаче конкретного вида кредита не соответствует этим критериям, поскольку должник может использовать альтернативные источники финансирования.

Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2017):

СКГД ссылалась на пункт 21 этого обзора, согласно которому невозможность исполнения наступает в случае, если действие, являющееся содержанием обязательства, объективно не может быть совершено ни одним лицом. В данном деле истцы могли исполнить обязательство, используя собственные средства или иные виды кредитов, поэтому объективная невозможность отсутствует.

Принцип добросовестности (статья 1, пункт 4 ГК РФ):

СКГД применила принцип добросовестности при толковании договора, указав, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне извлекать преимущество из ее недобросовестного поведения. Истцы, инициировав претензию о прекращении обязательств при готовности ответчиков к исполнению, действовали недобросовестно.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Ключевое изменение в распределении бремени доказывания:

Определение СКГД устанавливает, что виновность в неисполнении договора предполагается, пока не доказано иное (презумпция вины на основе статьи 401 ГК РФ, пункт 2). Это означает:

• Истец (сторона, давшая задаток), не заключивший основной договор в установленный срок, несет бремя доказывания своей невиновности;
• Истец должен доказать, что он предпринял все необходимые меры для надлежащего исполнения обязательства (статья 401 ГК РФ, пункт 1);
• Истец должен доказать, что отсутствие исполнения вызвано обстоятельствами, за которые он не отвечает (статья 416 ГК РФ, пункт 1);
• Суд не может удовлетворить требование о возврате задатка на основании предположений или ссылок на отказ третьих лиц без конкретных доказательств объективной невозможности исполнения.

Стандарт доказывания объективной невозможности исполнения:

Истец должен доказать, что: 1. Исполнение обязательства объективно невозможно (не может быть совершено ни одним лицом); 2. Невозможность имеет неустранимый (постоянный) характер; 3. Невозможность наступила после возникновения обязательства; 4. Невозможность вызвана обстоятельством, за которое истец не отвечает; 5. Истец не несет риск наступления таких обстоятельств согласно договору.

В данном деле истец не доказал ни одного из этих условий, поскольку договор предусматривал альтернативные способы исполнения.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Применение к другим видам обеспечения обязательств:

Позиция СКГД о презумпции вины и толковании условий договора может быть применена по аналогии к другим видам обеспечения обязательств (неустойка, залог, поручительство, гарантия), где возникают споры о том, является ли отказ третьих лиц основанием для освобождения от ответственности.

Применение к предварительным договорам в целом:

Определение устанавливает стандарт применения норм о вине и невозможности исполнения к предварительным договорам любого вида (не только цессии). Суды должны: - Толковать условия предварительного договора буквально; - Требовать от истца доказать невиновность в неисполнении; - Не квалифицировать отказ третьих лиц как объективную невозможность исполнения, если договор предусматривает альтернативные способы исполнения.

Применение к спорам о возврате авансов и задатков в сделках с недвижимостью:

Определение имеет особое значение для практики разрешения споров о возврате авансов и задатков при покупке недвижимости, когда истец ссылается на отказ банков в выдаче ипотечного кредита. СКГД установила, что такой отказ не является основанием для возврата задатка, если договор предусматривает возможность использования собственных средств или иных видов кредитов.

Применение к спорам о добросовестности сторон:

Определение подчеркивает значение принципа добросовестности при толковании договора и оценке поведения сторон. Суды должны учитывать, инициировала ли сторона претензию о прекращении обязательств при готовности другой стороны к исполнению, что может свидетельствовать о недобросовестном поведении.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение СКГД ВС РФ № 48-КГ26-13-К7 от 11 августа 2025 г. является важным прецедентом, устанавливающим строгие стандарты применения норм о задатке, невозможности исполнения и вине в контексте предварительных договоров. Определение подчеркивает необходимость:

1. Буквального толкования условий договора в соответствии со статьей 431 ГК РФ;
2. Презумпции вины истца в неисполнении договора, пока истец не докажет свою невиновность (статья 401 ГК РФ, пункт 2);
3. Строгого применения критериев объективной невозможности исполнения (статья 416 ГК РФ) с требованием доказать неустранимый характер невозможности;
4. Надлежащей мотивировки судебных решений со ссылками на конкретные доказательства (статья 198 ГПК РФ);
5. Применения принципа добросовестности при оценке поведения сторон (статья 1, пункт 4 ГК РФ).

Определение усиливает защиту ответчиков (сторон, получивших задаток) и ограничивает возможность истцов (сторон, давших задаток) необоснованно требовать возврата задатка на основании отказа третьих лиц в предоставлении конкретного вида кредита.