ВС подтвердил законность Перечня болезней, препятствующих отбыванию наказания, несмотря на расхождения с МКБ-10

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № АПЛ26-171; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 13 августа 2026 г.

Дата принятия: 13 августа 2026 г.

Состав Апелляционной коллегии: - Председательствующий: Зайцев В.Ю. - Члены коллегии: Воронов А.В., Зинченко И.Н. (судья-докладчик) - Секретарь: Иванов В.Н. - Участие прокурора: Клевцова Е.А. (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны спора: - Административный истец: Зырянова Анастасия Сергеевна (осуждённая, отбывающая наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима) - Административный ответчик: Правительство Российской Федерации (представляемое Министерством здравоохранения РФ)

Категория спора: Административное дело об оспаривании нормативного правового акта (абстрактный нормоконтроль); по существу — спор о соответствии нормативного акта законодательству, имеющему большую юридическую силу.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Осуждённая Зырянова А.С., отбывающая наказание в исправительной колонии общего режима, обратилась в суд с требованием об оспаривании пункта 38 Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утверждённого Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. № 54 (в редакции от 19 мая 2017 г. № 598). Истица оспаривала соответствие наименования заболевания в пункте 38 (раздел VII — болезни глаза) коду по Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, десятого пересмотра (МКБ-10). По утверждению истицы, в пункте 38 Перечня указано наименование заболевания, которое не соответствует коду МКБ-10, содержащему указание на иное наименование болезни. Истица полагала, что это расхождение нарушает требования пункта 4 статьи 10 и пункта 11 части 2 статьи 14 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и приказа Министерства здравоохранения РФ от 13 мая 2025 г. № 274н. Истица указывала, что в заключении врачебной комиссии её заболевание указано по коду МКБ-10, отличающемуся от кода в Перечне, что послужило основанием для отказа в удовлетворении её ходатайства об освобождении от отбывания наказания в связи с болезнью.

Решения нижестоящих инстанций

Верховный Суд РФ (первая инстанция) — решение от 13 мая 2026 г. по делу № АКПИ26-196: Суд первой инстанции отказал в удовлетворении административного искового заявления Зыряновой А.С. Суд пришёл к выводу, что Перечень утверждён Правительством РФ в пределах предоставленных законом полномочий с соблюдением процедуры принятия и правил введения в действие; различие в наименованиях заболевания, приведённых в Перечне и в МКБ-10, само по себе не свидетельствует о незаконности оспариваемого пункта, поскольку отражение кодов МКБ-10 в Перечне обусловлено ведением системы учёта и отчётности в здравоохранении; наименование клинического диагноза не всегда совпадает с наименованием статистического диагноза; указание в пункте 38 наименования заболевания и кода по МКБ-10 позволяет однозначно определить тяжёлую форму болезни глаза.

Апелляционная коллегия ВС РФ (апелляционная инстанция) — определение от 13 августа 2026 г.: Апелляционная коллегия оставила решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу Зыряновой А.С. оставила без удовлетворения.

Основание передачи в апелляционную коллегию

Апелляционная жалоба Зыряновой А.С. на решение Верховного Суда РФ от 13 мая 2026 г. Истица повторила доводы административного иска, просила отменить решение в связи с неверным определением судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, нарушением норм материального права и просила принять новое решение об удовлетворении административного иска.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность правового конфликта заключается в столкновении между:

1. Интересом осуждённого лица на получение справедливого рассмотрения ходатайства об освобождении от наказания в связи с болезнью на основе единообразного применения критериев, установленных в Перечне заболеваний;

2. Дискреционными полномочиями Правительства РФ по определению перечня тяжёлых болезней, препятствующих отбыванию наказания, и выбору способа кодирования и наименования этих болезней в системе учёта и отчётности здравоохранения;

3. Различием между клиническим и статистическим диагнозом — одному статистическому диагнозу (коду МКБ-10) могут соответствовать несколько клинических диагнозов, что создаёт потенциальную неясность при применении Перечня.

Дело имеет принципиальное значение, поскольку: - затрагивает баланс между правами осуждённых на охрану здоровья и полномочиями государства по организации уголовно-исполнительной системы; - касается соотношения между нормативными правовыми актами разной юридической силы (Постановление Правительства РФ, федеральные законы, приказы министерств); - связано с вопросом о том, может ли суд в порядке абстрактного нормоконтроля обязать органы государственной власти к унификации или изменению нормативного регулирования; - затрагивает применение международных классификаций (МКБ-10) в российском правовом регулировании.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

Основной правовой вопрос:

Соответствует ли пункт 38 Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утверждённого Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. № 54 (в редакции от 19 мая 2017 г. № 598), нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, если наименование заболевания в указанном пункте не совпадает с наименованием, соответствующим коду МКБ-10, указанному в том же пункте?

Производные вопросы:

1. Является ли МКБ-10 нормативным правовым актом, имеющим большую юридическую силу, на соответствие которому надлежит проверить оспариваемый пункт Перечня?

2. Нарушает ли различие в наименованиях заболевания требования Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»?

3. Может ли суд в порядке абстрактного нормоконтроля обязать Правительство РФ унифицировать наименования заболеваний в Перечне с наименованиями в МКБ-10?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Апелляционная коллегия ВС РФ подтвердила позицию суда первой инстанции о том, что пункт 38 Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не может быть признан незаконным на основании различия в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10. Различие между клиническим наименованием диагноза и статистическим кодом МКБ-10 не свидетельствует о незаконности нормативного акта, поскольку указание в Перечне как наименования заболевания, так и кода МКБ-10 позволяет однозначно определить конкретную тяжёлую форму болезни. Суд отказал в удовлетворении требования об оспаривании нормативного акта, поскольку такое требование выходит за пределы компетенции судов в порядке абстрактного нормоконтроля.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативное основание полномочий Правительства РФ по утверждению Перечня

Правовое положение: Согласно части 8 статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, порядок направления на медицинское освидетельствование осуждённых и порядок медицинского освидетельствования утверждаются Правительством Российской Федерации.

Аргументация суда: Апелляционная коллегия указала, что Перечень издан во исполнение нормативных положений УИК РФ, которыми предусмотрено, что при исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ. При этом осуждённые имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи (часть вторая статьи 10, часть шестая статьи 12 УИК РФ).

Процедурное соответствие: Суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу о том, что Перечень утверждён Правительством РФ в пределах предоставленных законом полномочий с соблюдением процедуры принятия и правил введения в действие, установленных: - статьёй 5 Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации»; - статьёй 23 Федерального конституционного закона от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» (действовавшей на дату утверждения Перечня); - Указом Президента РФ от 23 мая 1996 г. № 736 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти».

2. Критерий оспаривания нормативного правового акта в административном судопроизводстве

Правовое положение: Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Применение к делу: Апелляционная коллегия подтвердила, что суд первой инстанции правомерно исходил из того, что по данному административному делу отсутствует основание для признания пункта 38 Перечня недействующим, поскольку оспариваемый пункт не противоречит какому-либо нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

3. МКБ-10 как справочник, а не нормативный правовой акт

Правовое положение: МКБ-10, являясь базовым справочником для учёта причин обращений населения в медицинские учреждения, учёта заболеваемости и причин смерти, основанным на Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, 10-го пересмотра, принятой 43-ей Всемирной Ассамблеей Здравоохранения (1989 год), не является нормативным правовым актом, имеющим большую юридическую силу, на соответствие которому надлежит проверить оспариваемый пункт 38 Перечня.

Аргументация суда: Суд подчеркнул, что МКБ-10 — это справочный инструмент для кодирования диагнозов в системе учёта и отчётности здравоохранения, а не нормативный акт, устанавливающий правовые требования. Следовательно, различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 не может служить основанием для признания Перечня незаконным.

4. Различие между клиническим и статистическим диагнозом

Правовое положение: Наименование клинического диагноза не всегда совпадает с наименованием статистического диагноза, поскольку одному статистическому диагнозу могут соответствовать несколько клинических диагнозов.

Применение к делу: В рассматриваемом случае указание в пункте 38 Перечня наименования заболевания и кода по МКБ-10 позволяет однозначно определить тяжёлую форму болезни глаза среди множества иных видов, исключив, в частности, заболевания, имеющие обратимый характер.

Ссылка на позицию Конституционного Суда РФ: Апелляционная коллегия сослалась на определение Конституционного Суда РФ от 20 марта 2023 г. № 528-О, в котором подчеркнуто, что различия в описании заболеваний с приведением кодовых обозначений классов, объединяющих такие заболевания в Перечне, не препятствуют установлению наличия или отсутствия соответствующего заболевания.

5. Несоответствие доводов истца требованиям Закона об основах охраны здоровья граждан

Правовое положение: Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в пункте 4 статьи 10 и пункте 11 части 2 статьи 14 регулирует соответственно доступность и качество медицинской помощи и полномочия федеральных органов государственной власти в сфере охраны здоровья.

Применение к делу: Указанные нормы закона не содержат каких-либо предписаний относительно порядка определения заболеваний, препятствующих отбыванию наказания. Следовательно, доводы Зыряновой А.С. о противоречии оспариваемой нормы требованиям статей 10 и 14 названного закона правильно признаны судом первой инстанции несостоятельными.

6. Иерархия нормативных правовых актов: Постановление Правительства и приказ Министерства

Правовое положение: Приказ Министерства здравоохранения РФ от 13 мая 2025 г. № 274н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и порядков их ведения» имеет меньшую юридическую силу относительно Постановления № 54.

Применение к делу: Ссылка Зыряновой А.С. на приказ Министерства здравоохранения РФ от 13 мая 2025 г. № 274н не может свидетельствовать о незаконности оспариваемой нормы, поскольку данный приказ имеет меньшую юридическую силу относительно Постановления № 54, принятого Правительством РФ.

7. Формальная определённость оспариваемого положения

Правовое положение: Оспариваемое положение не допускает какой-либо неясности, двусмысленности и отвечает общеправовому критерию формальной определённости.

Применение к делу: Вопреки доводам Зыряновой А.С., оспариваемый пункт Перечня не содержит положений, допускающих принятие судом произвольного решения. Указание как наименования заболевания, так и кода МКБ-10 обеспечивает достаточную определённость для применения Перечня при рассмотрении ходатайств об освобождении от наказания.

8. Применение Перечня при рассмотрении ходатайств об освобождении от наказания

Правовое положение: Пленум Верховного Суда РФ в пункте 24 постановления от 21 апреля 2009 г. № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» разъяснил, что по смыслу части второй статьи 81 Уголовного кодекса РФ при решении вопроса об освобождении лица от наказания определяющее значение имеет установление судом наличия у осуждённого тяжёлой болезни, препятствующей отбыванию им назначенного наказания.

Применение к делу: Рассматривая соответствующее ходатайство осуждённого, его законного представителя или адвоката либо представление начальника учреждения или органа, исполняющего наказание, суд оценивает заключение врачебной комиссии медицинской организации уголовно-исполнительной системы РФ или учреждения медико-социальной экспертизы с учётом Перечня, а также принимает во внимание иные обстоятельства, имеющие значение для разрешения ходатайства по существу.

Разграничение между нормоконтролем и рассмотрением конкретного ходатайства: Апелляционная коллегия подчеркнула, что ссылка Зыряновой А.С. на противоречивость судебной практики и расхождение в наименованиях заболевания, послужившее основанием для отказа в удовлетворении её ходатайства об освобождении, по сути сводится к несогласию с судебными постановлениями, принятыми по её ходатайству об освобождении от наказания в связи с болезнью с учётом конкретных обстоятельств и данных о личности осуждённой. Это не может свидетельствовать о незаконности обжалованного решения, которым суд в порядке абстрактного нормоконтроля проверял соответствие оспариваемого нормативного акта требованиям законодательства, имеющего большую юридическую силу.

9. Пределы компетенции суда в порядке абстрактного нормоконтроля

Правовое положение: Разрешение вопросов о принятии нормативных правовых актов, внесении в них изменений и дополнений относительно возможной унификации или дифференциации перечней тяжёлых заболеваний, препятствующих, в частности, отбыванию наказания, относится к исключительной компетенции соответствующих органов государственной власти. Суды, в том числе Верховный Суд РФ, по правилам административного судопроизводства не вправе возлагать на них обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования, за исключением случаев, непосредственно указанных в федеральном законе (часть 4 статьи 216 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Применение к делу: Иные доводы в апелляционной жалобе фактически сводятся к несогласию с правовым регулированием в части наименований заболевания в Перечне и МКБ-10. Однако суды не вправе возлагать на органы государственной власти обязанность по унификации или изменению перечней тяжёлых заболеваний.

10. Итоговый критерий отказа в удовлетворении требования

Правовое положение: Согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта судом принимается решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признаётся соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Применение к делу: Установив, что оспоренный в части правовой акт, принятый в установленном законом порядке, не противоречит какому-либо федеральному закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, суд первой инстанции правомерно, руководствуясь приведённой выше нормой, отказал Зыряновой А.С. в удовлетворении административного иска.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Конкретный критерий, применённый к данному делу

Апелляционная коллегия применила критерий соответствия оспариваемого нормативного правового акта иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу (пункт 1 части 2 статьи 215 КАС РФ). Суд установил, что:

1. Пункт 38 Перечня не противоречит УИК РФ, которая предоставляет Правительству РФ дискреционные полномочия по определению перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания.

2. МКБ-10 не является нормативным правовым актом, имеющим большую юридическую силу, поэтому различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 не может служить основанием для признания Перечня незаконным.

3. Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ не содержит предписаний относительно порядка определения заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, поэтому оспариваемый пункт не противоречит его требованиям.

4. Приказ Министерства здравоохранения РФ от 13 мая 2025 г. № 274н имеет меньшую юридическую силу относительно Постановления Правительства РФ № 54, поэтому не может служить основанием для признания Перечня незаконным.

Указания нижестоящим судам и органам

Апелляционная коллегия не дала специальных указаний нижестоящим судам или органам, поскольку дело касалось абстрактного нормоконтроля. Однако из решения вытекает, что при рассмотрении конкретных ходатайств об освобождении от наказания в связи с болезнью суды должны:

1. Оценивать заключение врачебной комиссии с учётом Перечня, используя как наименование заболевания, так и код МКБ-10, указанные в Перечне, для однозначного определения наличия или отсутствия соответствующего заболевания.

2. Принимать во внимание, что одному статистическому диагнозу (коду МКБ-10) могут соответствовать несколько клинических диагнозов, и что указание в Перечне как наименования, так и кода позволяет исключить неправильное толкование.

3. Не рассматривать различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 как основание для отказа в удовлетворении ходатайства, если медицинское заключение указывает на наличие заболевания, соответствующего коду МКБ-10, приведённому в Перечне.

Распределение обязанностей

Апелляционная коллегия подтвердила, что:

• Правительство РФ обладает исключительной компетенцией по принятию и изменению Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, и не может быть обязано судом к унификации наименований заболеваний с МКБ-10.

• Суды при рассмотрении ходатайств об освобождении должны применять Перечень в его действующей редакции, оценивая медицинские заключения с учётом как наименований, так и кодов МКБ-10, указанных в Перечне.

• Врачебные комиссии должны указывать в своих заключениях как клинический диагноз, так и соответствующий код МКБ-10, чтобы обеспечить возможность однозначного соотнесения с Перечнем.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ:

Решение Верховного Суда Российской Федерации от 13 мая 2026 г. оставить без изменения.

Апелляционную жалобу Зыряновой Анастасии Сергеевны оставить без удовлетворения.

Процедурное основание: Решение принято в соответствии со статьями 308–311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии и подтверждение существующего подхода

Определение Апелляционной коллегии не вводит новую методологию, а подтверждает и развивает существующий подход к оспариванию нормативных правовых актов в административном судопроизводстве. Суд отказался от формального подхода, при котором различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 рассматривалось бы как основание для признания Перечня незаконным. Вместо этого суд применил субстанциальный подход, учитывающий:

• различие между клиническим и статистическим диагнозом;
• функцию МКБ-10 как справочного инструмента для кодирования, а не как нормативного акта;
• достаточность указания в Перечне как наименования, так и кода МКБ-10 для однозначного определения заболевания.

2. Гармонизация с позициями Конституционного Суда РФ

Определение Апелляционной коллегии гармонизируется с позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 20 марта 2023 г. № 528-О. КС РФ подчеркнул, что различия в описании заболеваний с приведением кодовых обозначений не препятствуют установлению наличия или отсутствия соответствующего заболевания. Апелляционная коллегия развила эту позицию, указав, что указание в Перечне как наименования, так и кода МКБ-10 позволяет однозначно определить тяжёлую форму болезни.

3. Последствия для различных участников

Для осуждённых лиц:

• Определение подтверждает, что различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства об освобождении от наказания в связи с болезнью.
• Однако осуждённые не могут оспаривать Перечень в порядке абстрактного нормоконтроля на основании такого различия.
• При рассмотрении конкретного ходатайства суд должен оценивать медицинское заключение с учётом кода МКБ-10, указанного в Перечне, даже если наименование заболевания в заключении отличается от наименования в Перечне.

Для врачебных комиссий:

• Определение подтверждает, что врачебные комиссии должны указывать в своих заключениях как клинический диагноз, так и соответствующий код МКБ-10.
• Это обеспечивает возможность однозначного соотнесения заключения с Перечнем при рассмотрении ходатайства об освобождении.

Для судов:

• Определение устанавливает, что суды при рассмотрении ходатайств об освобождении должны применять Перечень в его действующей редакции, оценивая медицинные заключения с учётом как наименований, так и кодов МКБ-10.
• Суды не вправе в порядке абстрактного нормоконтроля обязывать Правительство РФ к унификации наименований заболеваний с МКБ-10.

Для Правительства РФ:

• Определение подтверждает исключительную компетенцию Правительства РФ по принятию и изменению Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания.
• Правительство РФ не может быть обязано судом к унификации наименований заболеваний с МКБ-10, поскольку это относится к исключительной компетенции органов государственной власти.

4. Анти-абузивные оговорки суда

Апелляционная коллегия содержит несколько анти-абузивных оговорок:

1. Разграничение между нормоконтролем и рассмотрением конкретного ходатайства: Суд подчеркнул, что ссылка истца на противоречивость судебной практики и расхождение в наименованиях заболевания, послужившее основанием для отказа в удовлетворении её ходатайства, по сути сводится к несогласию с судебными постановлениями, принятыми по её ходатайству об освобождении. Это не может свидетельствовать о незаконности нормативного акта в порядке абстрактного нормоконтроля.

2. Пределы компетенции суда: Суд указал, что суды не вправе возлагать на органы государственной власти обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования, за исключением случаев, непосредственно указанных в федеральном законе.

3. Иерархия нормативных актов: Суд подчеркнул, что приказ Министерства здравоохранения РФ имеет меньшую юридическую силу относительно Постановления Правительства РФ, поэтому не может служить основанием для признания Перечня незаконным.

5. Сферы применения позиции за пределами банкротства и конкретной категории

Хотя определение касается конкретного вопроса об оспаривании Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, его позиции имеют более широкое применение:

В административном судопроизводстве:

• Определение устанавливает общий принцип, что при оспаривании нормативного правового акта в порядке абстрактного нормоконтроля основанием для признания акта незаконным является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.
• Справочные материалы, классификации и стандарты (такие как МКБ-10), которые не являются нормативными правовыми актами, не могут служить основанием для признания нормативного акта незаконным.

В применении международных классификаций:

• Определение подтверждает, что международные классификации (такие как МКБ-10) используются в российском правовом регулировании как справочные инструменты для кодирования и учёта, а не как нормативные акты, устанавливающие правовые требования.
• Различие между наименованиями в справочной классификации и в нормативном акте не свидетельствует о незаконности нормативного акта.

В разграничении компетенции:

• Определение подтверждает принцип разделения властей, согласно которому суды не вправе возлагать на органы государственной власти обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования, за исключением случаев, непосредственно указанных в федеральном законе.
• Это имеет значение для всех категорий административных дел об оспаривании нормативных правовых актов.

В медицинском праве:

• Определение устанавливает, что при применении медицинских критериев в нормативных актах суды должны учитывать различие между клиническим и статистическим диагнозом, а также функцию справочных классификаций (таких как МКБ-10) в системе учёта и отчётности.

6. Значение для практики

Определение имеет практическое значение для:

1. Осуждённых лиц и их защитников: Показывает, что при рассмотрении ходатайства об освобождении от наказания в связи с болезнью различие в наименованиях заболевания между Перечнем и МКБ-10 не должно служить основанием для отказа, если медицинское заключение указывает на наличие заболевания, соответствующего коду МКБ-10, приведённому в Перечне.

2. Судов: Устанавливает методологию применения Перечня при рассмотрении ходатайств об освобождении, требуя оценки медицинных заключений с учётом как наименований, так и кодов МКБ-10.

3. Врачебных комиссий: Подчёркивает необходимость указания в заключениях как клинического диагноза, так и соответствующего кода МКБ-10.

4. Органов государственной власти: Подтверждает исключительную компетенцию Правительства РФ по определению Перечня и отсутствие обязанности суда возлагать на органы власти обязанность по унификации нормативного регулирования.

Заключение: Определение Апелляционной коллегии ВС РФ от 13 августа 2026 г. по делу № АПЛ26-171 подтверждает и развивает существующий подход к оспариванию нормативных правовых актов в административном судопроизводстве, устанавливая, что различие между наименованиями заболевания в нормативном акте и в справочной классификации (МКБ-10) не свидетельствует о незаконности нормативного акта, если указание в акте как наименования, так и кода позволяет однозначно определить соответствующее заболевание. Определение гармонизируется с позицией Конституционного Суда РФ и подтверждает принцип разделения властей, согласно которому суды не вправе возлагать на органы государственной власти обязанность по осуществлению нормативного правового регулирования.