ВС разрешил заменить умершего ответчика на наследника в деле о товарном знаке

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № СИП-596/2024; Определение СКЭС ВС РФ № 300-ЭС25-6531

Дата принятия: 1 ноября 2025 г. (резолютивная часть объявлена 21 октября 2025 г.)

Состав СКЭС: - Председательствующий: Попов В.В. - Судьи: Хатыпова Р.А., Чучунова Н.С.

Стороны спора: - Истец (кассант): Общество с ограниченной ответственностью «Руснефтегазснаб» - Ответчик (первоначально): Филин Алексей Владимирович, индивидуальный предприниматель (умер 9 декабря 2023 г.) - Ответчик (после замены): Долматова Татьяна Владимировна (наследник) - Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент), Долматова Т.В. (на первоначальном этапе)

Категория спора: Интеллектуальные права; спор о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие неиспользования; процессуальное правопреемство в арбитражном процессе

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Фабула

Общество с ограниченной ответственностью «Руснефтегазснаб» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с иском к индивидуальному предпринимателю Филину Алексею Владимировичу о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 751604 вследствие его неиспользования. Товарный знак был зарегистрирован 18 марта 2020 г. (с датой приоритета от 19 июня 2019 г.) на имя Предпринимателя в отношении товаров классов 06, 07, 11, 19 и услуг классов 35, 42 по Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ). Однако между подачей иска (28 мая 2024 г.) и рассмотрением дела произошло существенное событие: Филин А.В. умер 9 декабря 2023 г., о чём 12 декабря 2023 г. была внесена запись в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей. Исключительное право на товарный знак перешло к наследнице Долматовой Т.В., что было зарегистрировано Роспатентом в Государственном реестре товарных знаков 24 января 2025 г. (номер регистрации РП0013219). Ключевой вопрос: может ли суд заменить первоначального ответчика (умершего предпринимателя) на его наследника в порядке процессуального правопреемства, если смерть произошла до подачи иска, но государственная регистрация перехода права произошла в ходе рассмотрения дела?

Процессуальная история

Суд первой инстанции (Суд по интеллектуальным правам): Определением от 4 февраля 2025 г. суд установил факт смерти Филина А.В. и государственной регистрации перехода исключительного права на товарный знак к Долматовой Т.В. Руководствуясь статьей 48 АПК РФ и разъяснениями пункта 168 постановления Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвёртой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд произвёл замену Предпринимателя на Долматову Т.В. в порядке процессуального правопреемства.

Суд кассационной инстанции (Президиум Суда по интеллектуальным правам): Постановлением от 16 апреля 2025 г. президиум отменил определение суда первой инстанции. Суд кассационной инстанции указал, что на момент подачи иска (28 мая 2024 г.) Филин А.В. уже не обладал гражданской и процессуальной правоспособностью (умер 9 декабря 2023 г.), поэтому не мог быть стороной по делу. Президиум ссылался на то, что пункт 168 постановления Пленума № 10 предусматривает правопреемство лишь «при смене правообладателя товарного знака в ходе рассмотрения дела», то есть если на дату подачи иска требование заявлено к существующему лицу. Президиум посчитал процессуальное правопреемство в данной ситуации невозможным.

Верховный Суд РФ (СКЭС): Определением от 10 сентября 2025 г. судья Хатыпова Р.А. передала кассационную жалобу Общества в судебное заседание СКЭС. На заседании представители Общества поддержали доводы жалобы, представитель Долматовой Т.В. возражал против удовлетворения жалобы. Роспатент не явился в суд, что не явилось препятствием для рассмотрения дела (статья 29110 АПК РФ).

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор касается фундаментального вопроса о соотношении формального подхода к процессуальному правопреемству (требование, чтобы на момент подачи иска ответчик обладал правоспособностью) и субстанциального подхода, учитывающего специфику интеллектуальных прав и государственной регистрации.

Конфликт интересов разворачивается между:

1. Интересом истца в судебной защите — лицо, заинтересованное в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака, подало иск к лицу, указанному в Государственном реестре на момент подачи иска, но это лицо умерло до подачи иска, хотя истец об этом не знал.

2. Интересом наследника в надлежащем процессуальном положении — наследник, к которому перешло исключительное право, должен иметь возможность защищать свои интересы в процессе.

3. Принципом публичной достоверности Государственного реестра — истец объективно ориентируется на сведения, размещённые в реестре, и не может предугадать, что правообладатель умер, если реестр этого не отражает.

4. Принципом универсального правопреемства в наследственном праве — исключительное право на товарный знак переходит к наследнику в силу закона, но государственная регистрация этого перехода носит правоподтверждающий, а не правообразующий характер.

Проблема имеет принципиальное значение, поскольку затрагивает: - толкование норм о процессуальном правопреемстве в контексте интеллектуальных прав; - соотношение момента возникновения наследственного права (со дня открытия наследства) и момента государственной регистрации этого перехода; - баланс между формальными процессуальными требованиями и правом на судебную защиту (статья 46 Конституции РФ); - практику досрочного прекращения правовой охраны товарных знаков при смене правообладателя.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

Основной вопрос: Допустимо ли в порядке процессуального правопреемства заменить ответчика (умершего правообладателя товарного знака) на его наследника в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие неиспользования, если смерть правообладателя произошла до подачи иска, но государственная регистрация перехода исключительного права произошла в ходе рассмотрения дела?

Производные вопросы: 1. Кто является надлежащим ответчиком в иске о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака — лицо, указанное в Государственном реестре на момент подачи иска, или фактический обладатель исключительного права на момент подачи иска? 2. Может ли истец, ориентирующийся на сведения Государственного реестра, быть лишён права на судебную защиту в силу того, что реестр не отражал действительного субъекта права? 3. Какова природа государственной регистрации перехода исключительного права на товарный знак при наследовании — правообразующая или правоподтверждающая? 4. Применимо ли правило о том, что досудебный порядок, соблюдённый в отношении правопредшественника, не требует повторения в отношении правопреемника?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Процессуальное правопреемство в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака допустимо, если на момент подачи иска истец ориентировался на сведения Государственного реестра, указывавшие на первоначального правообладателя, а государственная регистрация перехода исключительного права произошла в ходе рассмотрения дела. Замена ответчика производится на основании статьи 48 АПК РФ при представлении документов, подтверждающих переход исключительного права, в том числе при отсутствии заявления истца о процессуальном правопреемстве. Суд при разрешении вопроса о процессуальном правопреемстве обязан исследовать по существу фактические обстоятельства дела, а не ограничиваться установлением формальных условий, поскольку иное приводило бы к ущемлению права на судебную защиту.

B. Развёрнутое обоснование

1. Государственная регистрация как правообразующий и правоподтверждающий механизм

Верховный Суд исходит из того, что государственная регистрация имеет различное значение в зависимости от контекста:

• Для вновь вводимых в оборот товарных знаков государственная регистрация носит правообразующий характер (статья 1480 ГК РФ, статьи 1503, 1505 ГК РФ). Это означает, что исключительное право на товарный знак возникает именно с момента государственной регистрации. Суд ссылается на постановление Конституционного Суда РФ от 3 июля 2018 г. № 28-П, в котором указано, что товарные знаки относятся к объектам интеллектуальной собственности, которым предоставляется правовая охрана при условии государственной регистрации (пункт 1 статьи 2, статья 128, подпункт 14 пункта 1 статьи 1225, статья 1226, пункт 1 статьи 1232, пункт 1 статьи 1477 ГК РФ).

• Для перехода исключительного права при универсальном правопреемстве (наследовании) государственная регистрация носит правоподтверждающий характер (постановление КС РФ от 3 июля 2018 г. № 28-П). Это означает, что право переходит к наследнику в силу закона со дня открытия наследства (пункт 4 статьи 1152 ГК РФ), независимо от момента государственной регистрации. Государственная регистрация перехода исключительного права при наследовании является формальным условием обеспечения государственной и судебной защиты права, но не затрагивает самого его содержания и призвана лишь удостоверить принадлежность данного права определённому лицу (постановление КС РФ от 3 июля 2018 г. № 28-П).

Суд подчёркивает, что согласно пункту 2 статьи 81 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Однако для наследования действует иное правило: согласно пункту 4 статьи 1152 ГК РФ принятое наследство признаётся принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия и независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество.

2. Универсальное правопреемство и государственная регистрация перехода исключительного права

Суд устанавливает, что согласно пункту 2 статьи 1232 ГК РФ переход исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без договора, в том числе в случаях универсального правопреемства, подлежит государственной регистрации. Основанием для такой регистрации является свидетельство о праве на наследство (пункт 5 статьи 1232 ГК РФ).

Согласно пункту 2 Административного регламента предоставления Федеральной службой по интеллектуальной собственности государственной услуги по государственной регистрации перехода исключительного права на товарный знак без договора (утверждён приказом Министерства экономического развития РФ от 30 сентября 2015 г. № 707), заявление о государственной регистрации подаётся лицом, в пользу которого в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) допускается переход исключительного права без договора.

3. Публичная достоверность Государственного реестра и позиция истца

Суд признаёт принцип публичной достоверности Государственного реестра товарных знаков. Государственная регистрация товарных знаков направлена на защиту прав их обладателей и иных лиц и обеспечивает устойчивость гражданского оборота в целом. В ситуации, когда иск подан после смерти правообладателя, но сведения о нём продолжают значиться в Государственном реестре, истец объективно не может указать в иске в качестве ответчика наследника, поскольку административное действие (государственная регистрация перехода права) ещё не совершено. Истец в силу принципа публичной достоверности Государственного реестра ориентируется на сведения, указанные именно в нём.

В данном деле государственная регистрация перехода исключительного права на товарный знак к Долматовой Т.В. была произведена Роспатентом 24 января 2025 г., то есть в ходе рассмотрения иска. На момент направления истцом Предпринимателю досудебного предложения и принятия судом иска к производству (28 мая 2024 г.) правообладателем согласно сведениям Государственного реестра значился именно Предприниматель. До того момента, пока в Государственный реестр не была внесена соответствующая запись, истец объективно не мог указать в иске в качестве ответчика его правопреемника.

4. Надлежащий ответчик в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака

Суд устанавливает, что согласно пункту 1 статьи 1486 ГК РФ правовая охрана товарного знака может быть прекращена досрочно вследствие неиспользования товарного знака непрерывно в течение трёх лет.

Исходя из содержания нормы статьи 1486 ГК РФ и разъяснений пункта 168 постановления Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10, исковое заявление о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования подаётся заинтересованным лицом к лицу, являющемуся обладателем исключительного права на соответствующий товарный знак на момент предъявления иска. При этом решение о досрочном прекращении правовой охраны может быть вынесено только в отношении правообладателя, являющегося таковым на момент вынесения судом первой инстанции решения.

Таким образом, иск о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака всегда адресуется обладателю исключительного права, указанному таковым в Государственном реестре, поскольку именно он является носителем обязанности по использованию обозначения.

5. Процессуальное правопреемство при смене правообладателя в ходе рассмотрения дела

Суд разъясняет, что при смене правообладателя товарного знака в ходе рассмотрения дела по иску о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования производится замена прежнего правообладателя новым применительно к положениям статьи 48 АПК РФ о процессуальном правопреемстве. При этом такая замена возможна при представлении документов, подтверждающих переход исключительного права на товарный знак, в том числе при отсутствии заявления истца о процессуальном правопреемстве.

Пункт 168 постановления Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 разъясняет, что при смене правообладателя товарного знака в ходе рассмотрения дела производится замена прежнего правообладателя новым.

6. Конституционные гарантии права на судебную защиту и справедливый баланс интересов

Суд ссылается на постановление Конституционного Суда РФ от 16 ноября 2018 г. № 43-П, в котором указано, что заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещённые законом, в том числе посредством обращения в суд, будучи связанным лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства. Применительно к институту процессуального правопреемства, являющегося важной гарантией прав каждого на судебную защиту и доступ к правосудию, это означает, что участнику спорных правоотношений не может быть отказано в использовании механизма процессуального правопреемства лишь в силу того, что ему доступны иные варианты защиты своего права.

Суд также ссылается на постановление КС РФ от 16 ноября 2018 г. № 43-П, в котором отмечено, что процессуальное правопреемство, основанное на вытекающих из Конституции РФ требованиях соблюдения справедливого баланса интересов участников гражданского судопроизводства, обеспечивает осуществление процессуальных прав сторонами спорного или установленного судом правоотношения, позволяет оптимизировать сроки рассмотрения дел и использовать доказательства, представленные на момент вступления в процесс нового лица, которое связано процессуальными действиями, совершёнными его предшественником.

Вопрос о процессуальном правопреемстве во всех случаях решается судом, который при рассмотрении дела обязан исследовать по существу его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закреплённое статьей 46 (часть 1) Конституции РФ (гарантируемое как истцам, так и ответчикам по гражданско-правовым спорам), оказывалось бы существенно ущемленным.

7. Основание для процессуальной замены ответчика в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака

Суд устанавливает, что основанием для процессуальной замены ответчика в порядке универсального правопреемства в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака выступает подтвержденный надлежащим образом факт перехода исключительного права к наследнику, поскольку именно это свидетельствует о возникновении у него статуса правопреемника по спорному правоотношению. Подтверждением такого перехода являются сведения, размещённые Роспатентом в Государственном реестре.

8. Досудебный порядок урегулирования спора и правопреемство

Суд обращает внимание на разъяснения пункта 9 постановления Пленума ВС РФ от 22 июня 2021 г. № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», согласно которым в случае если досудебный порядок урегулирования спора соблюдён в отношении правопредшественника, то повторное соблюдение такого порядка в отношении правопреемника по этому же спору не требуется (статьи 58, 1112, 1113 ГК РФ). Однако суд отмечает, что в данном деле Общество также направило досудебное предложение Долматовой Т.В. в порядке, установленном статьей 1486 ГК РФ.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий, применённый к данному делу

Суд применил следующий критерий: на момент направления истцом Предпринимателю досудебного предложения и принятия судом иска к производству (28 мая 2024 г.) правообладателем оспариваемого товарного знака согласно сведениям, размещённым в Государственном реестре, значился именно Предприниматель, что объективно обусловило его указание в качестве ответчика, являвшегося на момент предъявления иска титульным владельцем обозначения. После 24 января 2025 г. (в период рассмотрения настоящего спора) таковым стала Долматова Т.В. (наследник). Поскольку государственная регистрация перехода исключительного права произошла в ходе рассмотрения дела, суд первой инстанции правомерно произвёл замену ответчика в порядке процессуального правопреемства на основании статьи 48 АПК РФ с учётом разъяснений пункта 168 постановления Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10.

Указания нижестоящим судам

Суд указал, что при разрешении заявления о процессуальном правопреемстве суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права. Суд также обратил внимание на следующее обстоятельство: согласно картотеке арбитражных дел, Суд по интеллектуальным правам определением от 19 августа 2025 г. принял к производству иск Общества к Долматовой Т.В. о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака (дело № СИП-735/2025). Суду следует обсудить вопрос об объединении этого дела с настоящим делом (в соответствии со статьей 176 АПК РФ).

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКЭС ВС РФ:

1. Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 16 апреля 2025 г. по делу № СИП-596/2024 отменено на основании части 1 статьи 29111 АПК РФ как принятое с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела.

2. Определение Суда по интеллектуальным правам от 4 февраля 2025 г. оставлено в силе, то есть замена Филина А.В. на Долматову Т.В. в порядке процессуального правопреемства признана правомерной.

Определение принято на основании статей 176, 29111–29115 АПК РФ.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от формального к субстанциальному подходу

Определение СКЭС осуществляет принципиальный сдвиг от формального подхода к процессуальному правопреемству к субстанциальному подходу, учитывающему специфику интеллектуальных прав и государственной регистрации.

Формальный подход (позиция президиума Суда по интеллектуальным правам) исходил из того, что если на момент подачи иска ответчик не обладает правоспособностью (умер), то процессуальное правопреемство невозможно, поскольку пункт 168 постановления Пленума № 10 предусматривает правопреемство лишь «при смене правообладателя в ходе рассмотрения дела», то есть если на дату подачи иска требование заявлено к существующему лицу.

Субстанциальный подход (позиция СКЭС) учитывает: - различие между правообразующей и правоподтверждающей функциями государственной регистрации; - принцип публичной достоверности Государственного реестра, на который ориентируется истец; - объективную невозможность для истца указать в иске наследника, если реестр этого не отражает; - конституционное право на судебную защиту и справедливый баланс интересов участников судопроизводства; - необходимость исследования судом фактических обстоятельств дела, а не ограничения формальными условиями.

2. Гармонизация с позициями Конституционного Суда РФ

Определение СКЭС опирается на две ключевые позиции КС РФ:

Постановление КС РФ от 3 июля 2018 г. № 28-П устанавливает, что: - товарные знаки являются объектами интеллектуальной собственности; - исключительное право на товарный знак является имущественным правом, признаваемым и охраняемым при условии государственной регистрации; - государственная регистрация перехода исключительного права при наследовании носит правоподтверждающий, а не правообразующий характер; - право переходит к наследн