ВС подтвердил: применение оружия как квалифицирующий признак не может повторно учитываться отягчающим обстоятельством

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 66-УД25-17-А5 от 17 сентября 2025 года

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующий: Шамова А.В. - Судьи: Фаргиева И.А. (судья-докладчик), Ермолаевой Т.А. - Секретарь: Малахова Е.И.

Участники судебного разбирательства: - Осуждённый: Мурачев Василий Николаевич (несудимый) - Защитник: адвокат Разумов В.М. - Потерпевший: Р. (инициалы) - Представитель потерпевшего: адвокат Колотыгин С.Е. - Прокурор Генеральной прокуратуры РФ: Абрамова З.Л.

Статьи УК РФ и квалификация: 1. Ч. 3 ст. 30, п. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ — покушение на убийство двух лиц, совершённое общеопасным способом 2. П. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ — убийство лица в связи с выполнением им общественного долга 3. Ч. 1 ст. 222 УК РФ — незаконное хранение, перевозка и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов

Назначенное наказание: - По первому эпизоду: 12 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год - По второму эпизоду: 15 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев - По третьему эпизоду: 3 года лишения свободы со штрафом 50 000 рублей - Окончательное наказание (по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения): 19 лет лишения свободы в исправительной колонии строго режима с ограничением свободы на 1 год 8 месяцев и штрафом 50 000 рублей

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе адвоката Колотыгина С.Е. в интересах потерпевшего Р. на приговор Иркутского областного суда от 24 января 2025 года и апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 апреля 2025 года

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Судом первой инстанции установлено, что Мурачев В.Н. на почве личных неприязненных отношений, желая убить потерпевшего Р., произвёл в него семь выстрелов из огнестрельного оружия. Смерть потерпевшего не наступила по независящим от осуждённого обстоятельствам. Стреляя из пистолета в кафе в замкнутом пространстве, осуждённый поставил в опасность жизнь и здоровье лиц, присутствовавших в пункте общественного питания. Затем Мурачев В.Н. совершил убийство лица Т. в связи с выполнением им своего общественного долга. Кроме того, осуждённый незаконно хранил, перевозил и носил огнестрельное оружие и боеприпасы к нему.

Приговор первой инстанции: Иркутский областной суд от 24 января 2025 года осудил Мурачева В.Н. по указанным статьям с назначением совокупного наказания в виде 19 лет лишения свободы в исправительной колонии строго режима с ограничением свободы на 1 год 8 месяцев и штрафом 50 000 рублей.

Решение апелляции: Апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 апреля 2025 года изменило приговор только в части реквизитов для оплаты штрафа, в остальной части оставило приговор без изменения.

Основания обращения в ВС РФ: Адвокат Колотыгин С.Е., представляя интересы потерпевшего Р., подал кассационную жалобу, в которой просил приговор изменить, признав ряд обстоятельств отягчающими наказание, и усилить назначенное осуждённому наказание до пожизненного лишения свободы.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Материально-правовая — вопросы назначения наказания, учёта отягчающих обстоятельств, недопустимости двойного учёта признаков состава преступления при назначении наказания, ограничения пожизненного лишения свободы при покушении.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Должны ли быть признаны отягчающим наказание обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ (совершение преступления с особой жестокостью, садизмом, издевательством) и п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ (совершение преступления с применением оружия и боевых припасов)?

2. Допустимо ли повторное учитывание признаков состава преступления (общеопасный характер действий, применение оружия) при назначении наказания в качестве отягчающих обстоятельств?

3. Может ли быть назначено пожизненное лишение свободы при покушении на преступление?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ подтвердил правильность квалификации действий осуждённого и справедливость назначенного наказания. Суд отклонил доводы представителя потерпевшего о необходимости учёта дополнительных отягчающих обстоятельств, указав, что признаки состава преступления не могут повторно учитываться при назначении наказания, а пожизненное лишение свободы не может быть назначено при покушении на преступление.

B. Развёрнутое обоснование

1. Правильность квалификации и оценка доказательств

Судебная коллегия установила, что вывод суда о виновности Мурачева В.Н. основан на доказательствах, исследованных и оценённых в соответствии с правилами раздела III Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Суд первой инстанции указал в приговоре, почему он доверяет одним доказательствам и отвергает другие, с приведением убедительных мотивов. На этой основе квалификация действий осуждённого по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 1 ст. 222 УК РФ признана правильной.

2. Отсутствие признаков особой жестокости, садизма, издевательства (п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ)

Верховный Суд РФ признал несостоятельными доводы кассационной жалобы о необходимости учёта отягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ. Суд указал, что такие данные не установлены в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства. Произвольные суждения представителя потерпевшего по данному вопросу противоречат материалам уголовного дела. Таким образом, наличие семи огнестрельных ранений и видеозаписи с места происшествия сами по себе не свидетельствуют об особой жестокости, садизме или издевательстве в смысле п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

3. Недопустимость повторного учёта признаков состава при назначении наказания (п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ)

Ключевой вывод Верховного Суда РФ касается применения ч. 2 ст. 63 УК РФ. Суд указал, что обстоятельства, относящиеся к признакам состава преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, должны учитываться при оценке судом характера общественной опасности содеянного. Однако эти же обстоятельства не могут повторно учитываться при назначении наказания.

В данном случае общеопасный характер действий Мурачева В.Н., направленный на убийство потерпевшего Р., был обусловлен применением огнестрельного оружия к нему в замкнутом пространстве. Поскольку общеопасность уже учтена в квалификации по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство двух лиц, совершённое общеопасным способом), оснований для повторного учёта данного обстоятельства при назначении наказания в рамках отягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ (совершение преступления с применением оружия и боевых припасов), не имеется.

4. Ограничение пожизненного лишения свободы при покушении (ч. 4 ст. 66 УК РФ)

Верховный Суд РФ указал, что просьба представителя потерпевшего об усилении наказания до пожизненного лишения свободы противоречит ч. 4 ст. 66 УК РФ, согласно которой при покушении на преступление пожизненное лишение свободы не назначается. Поскольку Мурачев В.Н. осуждён по ч. 3 ст. 30 УК РФ (покушение) по первому эпизоду, максимальное наказание ограничено двумя третями наказания, предусмотренного за оконченное преступление.

5. Справедливость назначенного наказания

Суд пришёл к выводу, что наказание Мурачеву В.Н. назначено в соответствии с требованиями закона, с учётом: - характера и степени общественной опасности преступления; - данных о личности виновного; - конкретных обстоятельств дела, влияющих на вид, размер, исправление осуждённого и условия жизни.

Назначенное наказание признано справедливым.

6. Соблюдение апелляционного порядка проверки

Верховный Суд РФ отметил, что апелляционный порядок проверки приговора, установленный в целях повышения гарантированного Конституцией Российской Федерации и федеральными законами уровня судебной защиты лиц, вовлечённых в сферу уголовного судопроизводства, соблюдён в полном объёме. Апелляционное определение по форме и содержанию отвечает требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

7. Отсутствие существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Судебная коллегия установила, что таких нарушений по делу не допущено.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Верховный Суд РФ не выявил ошибок в решениях нижестоящих судов. Напротив, суд подтвердил:

1. Правильность квалификации по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 1 ст. 222 УК РФ;

2. Надлежащую оценку доказательств в соответствии с нормами раздела III УПК РФ;

3. Правильное применение правил назначения наказания (ст. 60–74 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ о совокупности преступлений);

4. Соблюдение принципа недопустимости двойного учёта признаков состава преступления при назначении наказания (ч. 2 ст. 63 УК РФ);

5. Соблюдение ограничений пожизненного лишения свободы при покушении (ч. 4 ст. 66 УК РФ).

Апелляционное определение, изменившее приговор только в части реквизитов для оплаты штрафа, также признано надлежащим.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определено:

Кассационную жалобу представителя потерпевшего Р. — адвоката Колотыгина С.Е. на приговор Иркутского областного суда от 24 января 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 апреля 2025 года в отношении Мурачева Василия Николаевича оставить без удовлетворения.

Приговор и апелляционное определение остаются без изменения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение подтверждает правильность квалификации покушения на убийство двух лиц, совершённого общеопасным способом (ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ), когда виновный производит выстрелы в замкнутом пространстве (кафе), создавая опасность для жизни третьих лиц. Это имеет значение для разграничения между простым покушением на убийство и покушением, совершённым общеопасным способом.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Суд подчеркнул необходимость надлежащей мотивировки приговора при оценке доказательств. Суд должен указать, почему он доверяет одним доказательствам и отвергает другие, с приведением убедительных мотивов. Произвольные суждения сторон, не подкреплённые материалами дела, не могут служить основанием для изменения приговора.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение защищает права осуждённого от необоснованного усиления наказания. Суд не может повторно учитывать признаки состава преступления при назначении наказания, что предотвращает двойное наказание за одно и то же обстоятельство. Кроме того, ч. 4 ст. 66 УК РФ гарантирует, что при покушении пожизненное лишение свободы не может быть назначено, что соответствует принципу справедливости и соразмерности наказания.

4. Связь с другими позициями ВС РФ и КС РФ

Определение опирается на положения ч. 2 ст. 63 УК РФ о недопустимости повторного учёта признаков состава при назначении наказания. Это согласуется с устоявшейся практикой Верховного Суда РФ по вопросам назначения наказания и соответствует конституционному принципу справедливости (ст. 6 Конституции РФ в интерпретации КС РФ).

5. Сферы применения по аналогии

Принцип недопустимости двойного учёта признаков состава преступления при назначении наказания применим ко всем преступлениям, где признаки состава (способ совершения, орудия, средства, место, время и т.д.) могут быть квалифицирующими признаками. Это касается преступлений против личности, собственности, общественной безопасности и иных категорий преступлений.

Определение также подтверждает, что при оценке наличия отягчающих обстоятельств (особенно п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ о жестокости, садизме, издевательстве) суд должен опираться на объективные данные, установленные в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, а не на субъективные предположения сторон.