ВС отменил приговор за убийство: апелляция не оценила, был ли ясен момент окончания нападения для обороняющегося

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 48-УД25-13-К7 от 16 июля 2025 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующая: Шмотикова С.А. - Судьи: Зателепина О.К., Эрдыниева Э.Б. - Секретарь: Стрелкова А.А.

Участники: - Осуждённый: Азнабаев Зульфан Фаритович - Адвокат осуждённого: Кайгузин Е.В. - Прокурор Генеральной прокуратуры РФ: Щукина Л.В.

Квалификация по апелляционному приговору: - ч. 1 ст. 105 УК РФ (умышленное причинение смерти одному лицу) — 8 лет лишения свободы - ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на умышленное причинение смерти двух лиц) — 7 лет 6 месяцев лишения свободы

Окончательное наказание: На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний — 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Квалификация по приговору суда первой инстанции (отменена апелляцией): - ч. 1 ст. 108 УК РФ (причинение смерти по неосторожности) — 2 года ограничения свободы - ч. 1 ст. 114 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью) — 1 год ограничения свободы - Окончательное наказание: 2 года 2 месяца ограничения свободы

Судимость: Осуждён 25 сентября 2020 г. по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы условно; условное осуждение отменено постановлением от 19 мая 2021 г.; освобождён 17 февраля 2022 г.

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе адвоката Кайгузина Е.В. на апелляционный приговор Челябинского областного суда от 16 января 2024 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21 августа 2024 г.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

13 ноября 2022 года в г. Магнитогорске между Азнабаевым и потерпевшим Г. возник конфликт по поводу неразрешённого финансового вопроса. После телефонного разговора потерпевший Г. совместно с П. (вооружённым резиновой палкой) пришли в квартиру осуждённого. Потерпевшие напали на Азнабаева, нанеся ему множественные удары, в том числе резиновой палкой, причинив закрытый перелом основания ногтевой фаланги первого пальца правой руки. Затем П. нанёс удар резиновой палкой по голове П., вступившегося за Азнабаева, отчего тот присел.

В ответ Азнабаев, находясь в своём жилом помещении, приискал нож и нанёс: - П. не менее двух ударов в область грудной клетки - П. не менее двух ударов в верхнюю левую конечность - Г. не менее одного удара в поясничную область

От полученных ранений наступила смерть П., Г. причинён тяжкий вред здоровью.

Приговор суда первой инстанции (Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска от 9 ноября 2023 г.):

Азнабаев квалифицирован по ч. 1 ст. 108 УК РФ (причинение смерти по неосторожности) и ч. 1 ст. 114 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью). Суд первой инстанции признал, что удары ножом нанесены в ответ на насильственные действия потерпевших, действия носили ответный и оборонительный характер, умысел был направлен на защиту от неправомерного посягательства. Суд учёл, что потерпевшие превосходили осуждённого телосложением и физической силой, были вооружены резиновой палкой. Однако суд пришёл к выводу, что Азнабаев избрал несоразмерный способ защиты и превысил пределы необходимой обороны.

Окончательное наказание: 2 года 2 месяца ограничения свободы.

Апелляционный приговор (Челябинский областной суд от 16 января 2024 г.):

Суд апелляционной инстанции не согласился с квалификацией суда первой инстанции. Отменив приговор по основаниям нарушения ст. 389 УПК РФ, переквалифицировал действия Азнабаева на ч. 1 ст. 105 УК РФ (умышленное причинение смерти П.) и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на умышленное причинение смерти Г.).

Суд апелляционной инстанции согласился, что действия потерпевших были сначала аморальными, затем противоправными (после удара резиновой палкой по голове П.), но пришёл к выводу об отсутствии необходимой обороны, указав, что: - каких-либо телесных повреждений или угроз применения насилия в адрес Азнабаева не предпринималось; - после нанесения удара П. потерпевшие не предпринимали активных насильственных действий или угроз; - оснований полагать, что Азнабаев действовал в условиях необходимой обороны, не имелось.

Окончательное наказание: 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кассационное определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21 августа 2024 г.:

Судебная коллегия оставила апелляционный приговор без изменения, согласившись с выводами суда апелляционной инстанции об отсутствии необходимой обороны.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Материально-правовая (квалификация деяния, признаки состава преступления, разграничение между убийством и причинением смерти по неосторожности, институт необходимой обороны, превышение пределов необходимой обороны, умысел).

Дополнительный аспект: Процессуально-правовая (надлежащая оценка доказательств судами апелляционной и кассационной инстанций, мотивировка судебных решений в соответствии со ст. 307, 308, 389.31, 389.32 УПК РФ).

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Имелись ли у Азнабаева основания для необходимой обороны при нанесении ударов ножом потерпевшим?

2. Был ли момент окончания посягательства потерпевших ясен для осуждённого, или он мог обоснованно полагать, что посягательство продолжается?

3. Надлежащим ли образом суды апелляционной и кассационной инстанций оценили обстоятельства, свидетельствующие о наличии непосредственной угрозы применения насилия, опасного для жизни?

4. Была ли допущена ошибка при переквалификации действий Азнабаева с ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ на ч. 1 ст. 105 и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что судами апелляционной и кассационной инстанции допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущие отмену судебных решений. Суды апелляционной и кассационной инстанций неправомерно отвергли вывод суда первой инстанции о наличии у Азнабаева оснований для необходимой обороны, не дав надлежащей оценки обстоятельствам, свидетельствующим о непосредственной угрозе применения насилия, опасного для жизни, и не учтя, что для оборонявшегося лица момент окончания посягательства мог быть неясен.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база необходимой обороны

Верховный Суд применил ч. 1 ст. 37 УК РФ, которая предусматривает, что не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны.

Суд подчеркнул, что основанием для необходимой обороны является посягательство на самого обороняющегося или других лиц (в данном случае — на П., который вступился за осуждённого). Оборона возможна не только при посягательстве, сопряжённом с насилием, опасным для жизни, но и при непосредственной угрозе применения такого насилия.

2. Применение Постановления Пленума ВС РФ № 19 от 27.09.2012 (ред. от 31.05.2022)

Верховный Суд прямо ссылается на п. 2 Постановления Пленума ВС РФ № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», согласно которому непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться в демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, если с учётом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Суд также применил п. 8 того же Постановления, согласно которому состояние необходимой обороны может иметь место и в том случае, когда защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но исходя из обстоятельств, для оборонявшегося лица не был ясен момент его окончания и лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается.

3. Анализ конкретных обстоятельств дела

Верховный Суд установил, что:

• Потерпевшие пришли в квартиру осуждённого, вели себя дерзко и провоцировали конфликт;
• Они применили резиновую дубинку в отношении П., свидетельствуя о совершении общественно опасного посягательства с применением насилия;
• После нанесения ударов П. потерпевшие продолжали находиться в квартире, демонстрируя резиновую дубинку, не предпринимали действий, говорящих о намерении покинуть жилое помещение;
• Промежуток времени между нанесением ударов П. и действиями Азнабаева был очень короткий;
• Такие действия потерпевших осуждённый мог воспринимать как угрозу посягательства и опасаться осуществления этой угрозы, поскольку о её реальности свидетельствовало только что примененное насилие в отношении П.

4. Критика позиции апелляционного суда

Верховный Суд указал, что апелляционный суд, пришедший к выводу об окончании посягательства к моменту действий Азнабаева, должен был дать оценку тому, насколько это обстоятельство было понятно для осуждённого. Однако апелляционный суд не провёл такой оценки, а кассационный суд оставил эти обстоятельства без должного внимания.

5. Процессуальные требования к мотивировке

Верховный Суд напомнил о требованиях ст. 389.31 и 389.32 УПК РФ (в контексте ст. 307 и 308 УПК РФ) к описательно-мотивировочной части обвинительного апелляционного приговора, которая должна содержать: - мотивы, по которым суд апелляционной инстанции отверг доказательства, представленные сторонами; - обстоятельства уголовного дела, установленные судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не дал надлежащей оценки обстоятельствам, свидетельствующим о наличии непосредственной угрозы и неясности момента окончания посягательства для осуждённого.

6. Основание для отмены судебных решений

Верховный Суд применил ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, согласно которой основаниями отмены или изменения приговора при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибки апелляционного суда:

1. Неверная оценка фактических обстоятельств, свидетельствующих о наличии необходимой обороны. Апелляционный суд пришёл к выводу об отсутствии необходимой обороны, указав, что «каких-либо телесных повреждений, либо угроз применения насилия со стороны потерпевших в адрес Азнабаева не предпринималось». Однако суд не учёл, что: - потерпевшие продолжали находиться в квартире после нанесения ударов П.; - они демонстрировали резиновую дубинку; - промежуток времени был очень короткий; - осуждённый мог обоснованно опасаться продолжения посягательства.

2. Неправильное применение п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 19. Апелляционный суд не дал оценку тому, был ли ясен для осуждённого момент окончания посягательства, хотя это требуется в соответствии с указанным Постановлением.

3. Переквалификация действий с ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ на ч. 1 ст. 105 и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Апелляционный суд переквалифицировал деяние на убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ), хотя суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о наличии необходимой обороны (пусть и с превышением пределов), что исключает умысел на убийство.

4. Нарушение требований к мотивировке апелляционного приговора. Апелляционный суд не дал надлежащей оценки доказательствам, свидетельствующим о наличии непосредственной угрозы применения насилия, и не объяснил, почему он отверг вывод суда первой инстанции о необходимой обороне.

Ошибки кассационного суда:

1. Оставление без должного внимания обстоятельств, свидетельствующих о наличии необходимой обороны. Кассационный суд согласился с выводами апелляционного суда, не проведя самостоятельного анализа обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции.

2. Неправильное применение стандарта кассационного пересмотра. Кассационный суд не выявил существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, допущенные апелляционным судом.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

На основании ст. 401.15, 401.16 УПК РФ Судебная коллегия определила:

1. Отменить апелляционный приговор Челябинского областного суда от 16 января 2024 года.

2. Отменить кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21 августа 2024 года.

3. Передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда.

4. Освободить Азнабаева З.Ф. из-под стражи.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает, что при наличии оснований для необходимой обороны (даже с превышением пределов) деяние не может быть квалифицировано как умышленное убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ). Вместо этого применяются нормы о причинении смерти по неосторожности (ст. 108 УК РФ) или о превышении пределов необходимой обороны (ст. 114 УК РФ). Это имеет решающее значение для квалификации деяний, совершённых в условиях конфликта с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Верховный Суд подчеркнул, что при оценке наличия необходимой обороны суды должны учитывать: - субъективное восприятие осуждённым ситуации (мог ли он обоснованно опасаться продолжения посягательства); - объективные обстоятельства, свидетельствующие о наличии непосредственной угрозы (демонстрация оружия, продолжение нахождения нападающих в помещении, короткий промежуток времени); - неясность момента окончания посягательства для оборонявшегося лица.

Это повышает стандарт доказывания при отвержении доводов о необходимой обороне и требует от судов более тщательного анализа фактических обстоятельств.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение защищает право обвиняемого на справедливое судебное разбирательство путём: - требования надлежащей мотивировки судебных решений при отвержении доводов о необходимой обороне; - запрета на переквалификацию деяния на более тяжкое преступление без надлежащего анализа обстоятельств, исключающих вину; - обеспечения освобождения из-под стражи при отмене судебного решения.

4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ

Определение развивает позицию Постановления Пленума ВС РФ № 19 от 27.09.2012 (ред. от 31.05.2022) о необходимой обороне, в частности: - о том, что непосредственная угроза может выражаться в демонстрации оружия; - о том, что состояние необходимой обороны может иметь место, когда защита последовала за оконченным посягательством, но момент его окончания был неясен для оборонявшегося.

Определение также применяет требования ст. 307, 308, 389.31, 389.32 УПК РФ к мотивировке судебных решений, обеспечивая соответствие судебной практики процессуальному закону.

5. Сферы применения по аналогии

Позиция Верховного Суда применима к: - деяниям, совершённым в состоянии необходимой обороны с применением холодного оружия или предметов, используемых в качестве оружия; - ситуациям, когда нападающие продолжают находиться в помещении после первого акта насилия и демонстрируют оружие; - случаям, когда промежуток времени между нанесением ударов и ответными действиями очень короткий; - делам, где суды апелляционной и кассационной инстанций не дали надлежащей оценки обстоятельствам, свидетельствующим о наличии необходимой обороны.

Определение имеет значение для практики применения ст. 37 УК РФ и требует от судов более внимательного анализа субъективного восприятия осуждённым ситуации при оценке наличия необходимой обороны.