ВС подтвердил осуждение за оправдание терроризма, несмотря на то что организации ещё не были признаны террористическими

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 225-УД26-8-А6 от 16 июня 2026 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации (кассационное производство)

Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судья-докладчик: Ноговицын А.А. - Член коллегии: Сокерина С.Г. - Секретарь: Яковлева Т.С.

Участники судебного разбирательства: - Осуждённый: Ксенофонтов Булат Айталинович (участвовал посредством видеоконференц-связи) - Защитники: адвокаты Маликова Т.Ш., Слепцова Ж.А., Инокентьев Д.В. - Государственный обвинитель: прокурор Зеленко И.В.

Статьи УК РФ и квалификация: - Ч. 2 ст. 205 УК РФ — публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»

Назначенное наказание: - Лишение свободы на срок 4 года в исправительной колонии общего режима - Дополнительное наказание: лишение права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением обращений и иных материалов в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 3 года

Судебные акты, обжалуемые в кассации: - Приговор 1-го Восточного окружного военного суда от 30 мая 2025 г. - Апелляционное определение апелляционного военного суда от 30 октября 2025 г.

По чьей жалобе рассмотрено дело: По кассационным жалобам осуждённого Ксенофонтова Б.А. и адвокатов Маликовой Т.Ш., Слепцовой Ж.А., Инокентьева Д.В.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Ксенофонтов осуждён за публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием сети «Интернет» в период с 1 декабря 2022 г. по 23 мая 2023 г. в г. Якутске Республики Саха (Якутия). Конкретно, осуждённый размещал текстовые комментарии в открытом доступе в поддержку деятельности организаций «Русский добровольческий корпус» (РДК) и партизанского движения «АТЕШ» (комментарии от 2 марта и 5 апреля 2023 г.). Суд установил, что Ксенофонтов в полной мере осознавал значение и смысл опубликованных им текстовых сообщений, публично выражающих положительное отношение к действиям террористического характера, совершаемых участниками упомянутых организаций.

Приговор первой инстанции: - Квалификация: ч. 2 ст. 205 УК РФ - Наказание: лишение свободы на 4 года в исправительной колонии общего режима с дополнительным наказанием в виде лишения права на публичное размещение материалов в сетях общего пользования на 3 года

Решение апелляционной инстанции: Апелляционное определение апелляционного военного суда от 30 октября 2025 г. оставило приговор без изменения.

Основания обращения в ВС РФ:

Осуждённый и его защитники подали кассационные жалобы со следующими основными доводами:

1. Доводы о нарушении ст. 9 УК РФ (принцип обратной силы уголовного закона): Комментарии от 2 марта и 5 апреля 2023 г. в поддержку РДК и АТЕШ были размещены до официального признания этих организаций террористическими в соответствии с законодательством РФ, что якобы противоречит принципу обратной силы уголовного закона.

2. Процессуальные нарушения при составлении приговора: Приговор не содержит дословного содержания инкриминируемых осуждённому текстовых комментариев, размещённых в сети «Интернет», что нарушает требования УПК РФ.

3. Отсутствие признаков оправдания терроризма: Адвокат Слепцова утверждала, что в высказываниях Ксенофонтова отсутствуют признаки оправдания терроризма, а выводы суда основаны на недостоверных доказательствах. Ссылалась на заключение эксперта-лингвиста от 28 февраля 2025 г., в котором указывалось на отсутствие в комментариях признаков деятельности по распространению материалов, направленной на формирование идеологии терроризма (пропаганды).

4. Недостаточное исследование доказательств в судебном заседании: Адвокат Маликова и осуждённый утверждали, что ряд доказательств (протокол и справка об ОРМ, сообщение ПАО «МТС», справки, протокол от 11 декабря 2024 г., заключения экспертов) были лишь формально перечислены, но не исследованы в судебном заседании.

5. Нарушение ч. 6 ст. 259 УПК РФ: Протокол судебного заседания был изготовлен и подписан спустя месяц после рассмотрения уголовного дела.

6. Отсутствие разъяснения возможности особого порядка: Осуждённый заявил, что органы следствия и суд не разъяснили ему возможность рассмотрения дела в особом порядке судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ).

7. Ненадлежащий учёт смягчающих обстоятельств при назначении наказания: Адвокат Инокентьев указывал, что суд формально сослался, но фактически не учёл смягчающие обстоятельства и данные, положительно характеризующие личность Ксенофонтова (активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изменение позиции относительно специальной военной операции).

8. Ненадлежащая оценка доводов защиты апелляционным судом: Суд апелляционной инстанции вопреки требованиям ст. 389⁹ и ч. 3 ст. 389 УПК РФ оставил без должной оценки доводы стороны защиты.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Комплексная — материально-правовая и процессуально-правовая.

Материально-правовой аспект: - Квалификация деяния по ч. 2 ст. 205 УК РФ (публичное оправдание терроризма) - Применение принципа обратной силы уголовного закона (ст. 9 УК РФ) - Наличие признаков состава преступления (публичность, оправдание, терроризм) - Назначение наказания с учётом смягчающих обстоятельств (ст. 60–74 УК РФ) - Возможность изменения категории преступления (ч. 6 ст. 15 УК РФ)

Процессуально-правовой аспект: - Допустимость и достоверность доказательств (ст. 75, 89 УПК РФ) - Требования к содержанию приговора (ст. 307 УПК РФ) - Непосредственное исследование доказательств в судебном заседании (ст. 273 УПК РФ) - Своевременность составления протокола судебного заседания (ст. 259 УПК РФ) - Применение особого порядка судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ) - Полнота апелляционного пересмотра (ст. 389⁹, 389¹⁰ УПК РФ)

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Нарушает ли осуждение Ксенофонтова по ч. 2 ст. 205 УК РФ принцип обратной силы уголовного закона (ст. 9 УК РФ) в связи с тем, что комментарии в поддержку РДК и АТЕШ были размещены до официального признания этих организаций террористическими?

2. Содержит ли приговор существенные нарушения требований УПК РФ в части отсутствия дословного воспроизведения инкриминируемых текстовых комментариев?

3. Подтверждаются ли выводы суда о виновности Ксенофонтова в публичном оправдании терроризма совокупностью исследованных доказательств, включая заключение эксперта-лингвиста об отсутствии признаков пропаганды?

4. Были ли все доказательства, положенные в основу приговора, непосредственно исследованы в судебном заседании?

5. Нарушена ли ч. 6 ст. 259 УПК РФ в связи с несвоевременным изготовлением протокола судебного заседания?

6. Имелись ли основания для рассмотрения дела в особом порядке судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ)?

7. Надлежащим ли образом учтены судом смягчающие обстоятельства и данные о личности осуждённого при назначении наказания?

8. Надлежащим ли образом апелляционный суд рассмотрел доводы защиты?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ пришла к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. Суд признал, что существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов при производстве по делу не допущены, разбирательство в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне с соблюдением принципов равенства, состязательности сторон и беспристрастности суда. Содеянное Ксенофонтовым правильно квалифицировано по ч. 2 ст. 205 УК РФ, а назначенное наказание соответствует закону и является справедливым.

B. Развёрнутое обоснование

1. Основания для кассационного пересмотра (ст. 401¹⁵ УПК РФ)

Согласно ч. 1 ст. 401¹⁵ УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Суд установил, что таких нарушений при производстве по уголовному делу не допущено.

2. Применимость особого порядка судебного разбирательства (ст. 314 УПК РФ)

Вопреки мнению осуждённого, оснований для рассмотрения дела в порядке, установленном главой 40 УПК РФ, не имелось, поскольку в соответствии со ст. 314 УПК РФ такой порядок применим лишь по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести. Преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 205 УК РФ, относится к категории тяжких преступлений (ст. 15 УК РФ), что исключает применение особого порядка.

3. Полнота установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 73 УПК РФ)

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, установлены. Приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию.

4. Требования к содержанию приговора и право на защиту (ст. 307 УПК РФ)

Отсутствие в приговоре дословного содержания инкриминируемых осуждённому текстовых комментариев не нарушает права на защиту Ксенофонтова, который в полной мере понимал сущность предъявленного ему обвинения и реализовал своё право защищаться от этого обвинения. УПК РФ не предусматривает обязанности суда воспроизводить в приговоре текст, имеющий признаки оправдания терроризма. Таким образом, суд отклонил довод о нарушении требований УПК РФ в части отсутствия дословного воспроизведения комментариев.

5. Требования к протоколу судебного заседания (ст. 259 УПК РФ)

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ, отражает ход и результаты судебного разбирательства и иные вопросы, предусмотренные ч. 3 указанной нормы, подписан председательствующим судьей и секретарём судебного заседания. Ссылка в жалобах на несвоевременное изготовление протокола судебного заседания не влечёт за собой отмену приговора.

6. Допустимость и достоверность доказательств (ст. 75, 89 УПК РФ)

Выводы суда о виновности осуждённого подтверждаются: - признательными показаниями Ксенофонтова; - показаниями свидетелей; - протоколами осмотра материалов оперативно-розыскной деятельности; - протоколом ОРМ «Наблюдение»; - справками о результатах проведённых ОРМ; - сообщением ПАО «МТС»; - справкой органа безопасности о террористическом характере, задачах, целях и методах деятельности украинских организаций «ЛСР», «РДК» и движения «АТЕШ»; - заключениями экспертов по результатам психолого-филологических судебных экспертиз; - иными доказательствами.

Содержание этих доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без искажений, влияющих на существо принятых решений. Доказательства не содержат предположений или неустранимых противоречий, являются достоверными и допустимыми.

7. Непосредственное исследование доказательств в судебном заседании (ст. 273 УПК РФ)

Вопреки утверждениям стороны защиты, все доказательства, положенные в основу приговора, были непосредственно исследованы в судебном заседании с участием сторон. Вопросов относительно их содержания, возражений и замечаний, связанных с полнотой их исследования, у участников судебного разбирательства не имелось.

8. Оперативно-розыскная деятельность (ст. 89 УПК РФ, Федеральный закон № 144-ФЗ от 12 августа 1995 г.)

Представленные органу следствия и суду результаты оперативно-розыскной деятельности соответствуют требованиям ст. 89 УПК РФ и иным положениям того же кодекса. ОРМ проведены для решения задач, указанных в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. 7 и 8 указанного федерального закона. Полученные сведения представлены органам предварительного расследования и суду в установленном порядке и закреплены путём производства соответствующих следственных действий, которые были в дальнейшем исследованы в судебном заседании.

9. Судебные экспертизы (Федеральный закон № 73-ФЗ от 31 мая 2001 г.)

Судебные экспертизы по делу проведены компетентными экспертами, имеющими необходимый стаж работы и подготовку в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В заключениях экспертов подробно описаны проведённые исследования, указаны применённые методики, отражены их результаты и выводы, которые непротиворечивы, ясны, полны, научно обоснованы и аргументированы.

10. Оценка заключения эксперта-лингвиста от 28 февраля 2025 г.

Ссылки в жалобах на выводы эксперта об отсутствии в опубликованных Ксенофонтовым комментариях психологических и филологических признаков пропаганды терроризма являются беспредметными, поскольку он осуждён за иное общественно опасное деяние — за публичное оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ), а не за пропаганду терроризма. Таким образом, суд провёл разграничение между составами преступлений и указал, что заключение эксперта не опровергает квалификацию по ч. 2 ст. 205 УК РФ.

11. Квалификация по ч. 2 ст. 205 УК РФ и принцип обратной силы (ст. 9 УК РФ)

Содеянное Ксенофонтовым правильно квалифицировано по ч. 2 ст. 205 УК РФ как публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием сети «Интернет». Ссылки стороны защиты на то, что комментарии в поддержку РДК и АТЕШ были размещены до официального признания этих организаций террористическими, не влияют на обоснованность осуждения Ксенофонтова, который в полной мере осознавал значение и смысл опубликованных им текстовых сообщений, публично выражающих положительное отношение к действиям террористического характера, совершаемых участниками упомянутых организаций до запрета их деятельности на территории РФ. Суд расценил это как заявления о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.

Таким образом, суд отклонил довод о нарушении ст. 9 УК РФ, указав, что осуждённый осознавал террористический характер деятельности организаций, независимо от момента их официального признания.

12. Назначение наказания (ст. 60–74 УК РФ, ст. 43 УК РФ)

Наказание осуждённому назначено с соблюдением требований закона, с учётом: - обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершённого преступления; - данных о личности осуждённого; - влияния назначенного наказания на исправление Ксенофонтова и на условия жизни его семьи; - смягчающих и иных обстоятельств, приведённых в приговоре.

Назначенное наказание отвечает целям его применения, определённым в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд признал активное способствование осуждённого раскрытию и расследованию преступления.

Учтены судом и данные о личности осуждённого: - материальное положение; - молодой возраст; - образование; - исключительно положительные характеристики; - активное участие в общественной жизни; - добровольное оказание материальной помощи мобилизованным и лицам, участвующим в специальной военной операции.

Назначенное наказание соответствует закону, является справедливым и смягчению не подлежит. Ссылки стороны защиты на изменение позиции Ксенофонтова относительно проведения специальной военной операции и иные обстоятельства на обоснованность данного вывода не влияют.

13. Изменение категории преступления (ч. 6 ст. 15 УК РФ)

Выводы суда об отсутствии оснований для изменения категории совершённого Ксенофонтовым преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ являются обоснованными.

14. Апелляционный пересмотр (ст. 389⁹, 389¹⁰, 389¹¹, 389¹² УПК РФ)

При рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в установленном порядке проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объёме рассмотрены доводы жалоб стороны защиты. Вынесенное апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389⁹, 389¹⁰, 389¹¹, 389¹² УПК РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Суд первой инстанции и апелляционный суд ошибок не допустили.

Судебная коллегия ВС РФ отклонила все доводы защиты о допущенных нарушениях:

1. Относительно нарушения ст. 9 УК РФ: Суд установил, что осуждённый осознавал террористический характер деятельности организаций, и момент официального признания их террористическими не влияет на квалификацию, поскольку объективная сторона преступления (публичное оправдание) была совершена с полным осознанием её значения.

2. Относительно отсутствия дословного воспроизведения комментариев в приговоре: Суд указал, что УПК РФ не требует дословного воспроизведения текстов, имеющих признаки оправдания терроризма, и осуждённый в полной мере понимал сущность обвинения.

3. Относительно недостоверности доказательств и заключения эксперта-лингвиста: Суд провёл разграничение между составами преступлений (публичное оправдание vs. пропаганда) и указал, что заключение эксперта об отсутствии признаков пропаганды не опровергает квалификацию по ч. 2 ст. 205 УК РФ.

4. Относительно недостаточного исследования доказательств: Суд установил, что все доказательства были непосредственно исследованы в судебном заседании, и участники судебного разбирательства не высказывали возражений.

5. Относительно несвоевременного изготовления протокола: Суд указал, что это не влечёт отмену приговора.

6. Относительно неразъяснения возможности особого порядка: Суд установил, что такой порядок неприменим к делам о тяжких преступлениях.

7. Относительно ненадлежащего учёта смягчающих обстоятельств: Суд указал, что смягчающие обстоятельства учтены, включая активное способствование раскрытию и расследованию, а также положительные данные о личности.

8. Относительно ненадлежащей оценки доводов защиты апелляционным судом: Суд установил, что апелляционный суд надлежащим образом рассмотрел все доводы защиты в соответствии с требованиями ст. 389⁹ и ч. 3 ст. 389 УПК РФ.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определено:

1. Приговор 1-го Восточного окружного военного суда от 30 мая 2025 г. в отношении Ксенофонтова Булата Айталиновича оставить без изменения.

2. Апелляционное определение апелляционного военного суда от 30 октября 2025 г. оставить без изменения.

3. Кассационные жалобы осуждённого Ксенофонтова Б.А., адвокатов Маликовой Т.Ш., Слепцовой Ж.А. и Инокентьева Д.В. оставить без удовлетворения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает чёткое разграничение между составами преступлений, предусмотренными ч. 2 ст. 205 УК РФ (публичное оправдание терроризма) и иными составами, связанными с терроризмом (например, пропагандой терроризма). Суд подчеркнул, что публичное оправдание терроризма — это заявления о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании, совершённые с полным осознанием их значения. Это имеет значение для квалификации высказываний в интернете, направленных на поддержку деятельности организаций, признанных террористическими или совершающих террористические акты.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Определение подтверждает, что: - Результаты оперативно-розыскной деятельности допустимы в качестве доказательств при соблюдении требований ст. 89 УПК РФ и Федерального закона № 144-ФЗ. - Судебные экспертизы, проведённые компетентными экспертами в соответствии с Федеральным законом № 73-ФЗ, являются допустимыми и достоверными доказательствами. - Заключение эксперта-лингвиста об отсутствии признаков пропаганды не исключает возможности квалификации по ч. 2 ст. 205 УК РФ, если установлены признаки публичного оправдания. - Непосредственное исследование доказательств в судебном заседании — обязательное требование, но отсутствие дословного воспроизведения текстов в приговоре не нарушает это требование, если осуждённый в полной мере понимал сущность обвинения.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение подтверждает, что: - Право на защиту реализуется, если осуждённый в полной мере понимает сущность предъявленного обвинения, независимо от наличия в приговоре дословного воспроизведения инкриминируемых текстов. - Смягчающие обстоятельства должны учитываться при назначении наказания, включая активное способствование раскрытию и расследованию преступления и положительные данные о личности. - Особый порядок судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ) неприменим к делам о тяжких преступлениях, что ограничивает возможности осуждённого на упрощённое разбирательство.

4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ

Определение опирается на общие принципы, установленные в Постановлениях Пленума ВС РФ: - Принцип назначения наказания в соответствии со ст. 60–74 УК РФ (Постановление Пленума ВС РФ № 58 о назначении наказания). - Принцип полноты и всесторонности судебного разбирательства (Постановление Пленума ВС РФ № 55 о судебном приговоре). - Принцип допустимости доказательств, полученных в результате ОРМ (ст. 89 УПК РФ).

5. Сферы применения по аналогии

Позиция суда может быть применена к: - Квалификации высказываний в интернете, направленных на поддержку деятельности организаций, признанных террористическими или совершающих террористические акты. - Оценке доказательств, полученных в результате ОРМ, при условии соблюдения требований Федерального закона № 144-ФЗ. - Назначению наказания за преступления, связанные с терроризмом, с учётом смягчающих обстоятельств. - Разграничению между составами преступлений, связанными с терроризмом (публичное оправдание, пропаганда и т.д.).

Практическое значение: Определение подтверждает, что российские суды активно применяют уголовное законодательство о терроризме к высказываниям в интернете, поддерживающим деятельность организаций, признанных террористическими. При этом суды требуют полного осознания осуждённым террористического характера деятельности организаций, но не требуют официального признания организаций террористическими на момент совершения высказываний. Это расширяет возможности уголовного преследования за высказывания в интернете, поддерживающие деятельность организаций, которые позже признаны террористическими.