ВС подтвердил осуждение за оправдание терроризма в соцсети: ссылка на «выражение мнения» не сработала

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 226-УД25-19-А6 от 20 января 2026 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации (кассационное производство)

Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судья-докладчик: Замашнюк А.Н. - Член коллегии: Дербилов О.А. - Секретарь: Лозов С.В.

Участники: - Осуждённый: Дракунов Александр Сергеевич (несудимый) - Защитник: адвокат Козлова А.Ю. (в кассации); адвокат Веретенина Н.Г. (в апелляции) - Государственный обвинитель: прокурор отдела управления Главной военной прокуратуры Зеленко И.В. (в кассации); Белослюдцев А.Н. (возражения на кассационную жалобу)

Квалификация преступления: ч. 2 ст. 205² УК РФ (публичное оправдание терроризма)

Назначенное наказание: - Основное: лишение свободы на срок 5 лет в исправительной колонии общего режима - Дополнительное: лишение права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением комментариев и иных материалов, администрированием интернет-сайтов, форумов, групп и чатов в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 2 года

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе осуждённого Дракунова А.С.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Дракунов А.С. осуждён за публичное оправдание терроризма, совершённое 4 августа и 27 октября 2023 г. в г. Усть-Илимске Иркутской области с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Согласно приговору, осуждённый публично оправдывал террористическую деятельность некоего лица З., совершившего террористический акт 26 сентября 2022 г. Дракунов размещал в социальной сети комментарии, в которых признавал идеологию и практику терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.

Приговор первой инстанции:

2-й Восточный окружной военный суд приговором от 23 октября 2024 г. осудил Дракунова по ч. 2 ст. 205² УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет в исправительной колонии общего режима с дополнительным наказанием в виде лишения права на срок 2 года.

Решение апелляционной инстанции:

Апелляционное определение апелляционного военного суда от 30 января 2025 г. оставило приговор без изменения, апелляционную жалобу защитника (адвоката Веретениной Н.Г.) отклонило без удовлетворения.

Основания обращения в ВС РФ:

Осуждённый Дракунов подал кассационную жалобу, выражая несогласие с приговором и апелляционным определением со следующими доводами: - несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; - несправедливость приговора; - существенные нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела; - формальная оценка судом апелляционной инстанции доводов стороны защиты, нарушившая право на справедливое судебное разбирательство; - неучёт смягчающих обстоятельств (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ — деятельное раскаяние; ч. 2 ст. 61 УК РФ — отсутствие судимости, отсутствие учёта у психолога и нарколога, социально-устойчивые связи, раскаяние); - неучёт наличия тяжёлого заболевания; - утверждение о том, что его действия не образуют состава преступления, так как он просто выразил своё мнение в связи со сложной жизненной ситуацией; - довод о том, что на момент написания комментария деяния З. ещё не были признаны актом терроризма вступившим в законную силу приговором суда.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Комплексная, включающая:

1. Материально-правовую составляющую: - квалификация деяния по ч. 2 ст. 205² УК РФ (публичное оправдание терроризма); - разграничение между выражением мнения и публичным оправданием терроризма; - учёт смягчающих обстоятельств (ст. 61 УК РФ); - применение положений ст. 64 и ст. 73 УК РФ (исключительные обстоятельства и условное осуждение); - назначение наказания в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ.

2. Процессуально-правовую составляющую: - соблюдение права на защиту и справедливое судебное разбирательство; - полнота и объективность исследования доказательств; - надлежащая оценка доказательств по правилам ст. 17, 87, 88 УПК РФ; - соблюдение процедуры апелляционного рассмотрения; - основания для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ).

3. Межотраслевую составляющую: - соотношение с Федеральным законом от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»; - соотношение с нормами международного права, допускающими вмешательство в право на свободу выражения мнения в интересах национальной безопасности.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Правильно ли квалифицированы действия Дракунова по ч. 2 ст. 205² УК РФ как публичное оправдание терроризма, а не как выражение личного мнения?

2. Имелись ли существенные нарушения уголовно-процессуального закона при производстве по делу, повлиявшие на исход дела (в частности, на вывод о виновности, юридическую оценку содеянного, назначение наказания)?

3. Правильно ли суд учёл смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ, и имелись ли основания для применения положений ст. 64 или ст. 73 УК РФ?

4. Имелось ли нарушение права осуждённого на справедливое судебное разбирательство при апелляционном рассмотрении дела?

5. Имелось ли основание для отмены или изменения приговора и апелляционного определения в кассационном порядке в соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ пришла к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. Суд установил, что действия Дракунова правильно квалифицированы как публичное оправдание терроризма, что все смягчающие обстоятельства надлежащим образом учтены при назначении наказания, что процедура судебного разбирательства и апелляционного рассмотрения соблюдена, и что существенных нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, не допущено.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база кассационного пересмотра (ст. 401.15, 401.х УПК РФ)

Судебная коллегия указала, что по смыслу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ в её взаимосвязи со ст. 401.х УПК РФ круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду неправильного применения уголовного закона и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, в частности на: - вывод о виновности; - юридическую оценку содеянного; - назначение судом наказания; - применение иных мер уголовно-правового характера.

Таких нарушений при производстве по делу не допущено.

2. Процессуальные гарантии и право на защиту (ст. 73, 297, 304, 307–309, 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ)

Суд установил, что: - предварительное следствие и судебное разбирательство проводились без предвзятости и обвинительного уклона; - суд не отдавал предпочтение какой-либо из сторон; - не имелось ущемления права Дракунова на защиту или иных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения; - все собранные по делу относимые и допустимые доказательства непосредственно и с соблюдением принципов уголовного судопроизводства исследованы в судебном заседании; - по каждому доказательству стороны имели реальную возможность дать свои пояснения, чем они воспользовались по своему усмотрению; - заявленные ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке, по ним приняты законные и обоснованные решения, в том числе реализовано право осуждённого на повторное ознакомление с материалами уголовного дела; - позиция стороны защиты по делу в целом и отдельным обстоятельствам обвинения доведена до сведения суда и получила объективную оценку в приговоре; - предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены правильно; - приговор соответствует требованиям ст. 297, 304, 307–309 УПК РФ; - при апелляционном рассмотрении проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объёме рассмотрены доводы жалобы защитника; - апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ.

3. Оценка доказательств (ст. 17, 87, 88 УПК РФ)

Суд констатировал, что виновность Дракунова в совершении инкриминированного преступления установлена на основании совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательств, приведённых в приговоре, которым суд дал надлежащую оценку по правилам ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения: - относимости; - допустимости; - достоверности; - достаточности для разрешения уголовного дела.

Содержание доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без каких-либо искажений, влияющих на существо принятых решений. Доказательства не содержат каких-либо предположений или неустранимых противоречий, в связи с чем оснований не доверять им не имелось.

4. Материально-правовая квалификация (ст. 205² УК РФ)

Суд дал определение публичного оправдания терроризма: под публичным оправданием терроризма признаётся публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании. Преступление, предусмотренное ст. 205² УК РФ, считается оконченным с момента публичного провозглашения или выступления лица с соответствующей информацией независимо от того, удалось побудить других граждан к осуществлению террористической деятельности или нет.

5. Опровержение довода о непризнании деяния З. актом терроризма

Суд отклонил довод жалобы о том, что на момент написания Дракуновым комментария в социальной сети деяние З. ещё не было признано актом терроризма вступившим в законную силу приговором суда. Суд указал, что этот довод несостоятелен, поскольку: - лицо З. совершило террористический акт 26 сентября 2022 г.; - в отношении З. было возбуждено и расследовалось уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 205 УК РФ; - на момент написания осуждённым оправдывающих действия З. комментариев в сети «Интернет» уголовное дело рассматривалось судом по данному обвинению; - Дракунов оправдывал именно террористическую деятельность З., что правильно расценено судом как публичное оправдание терроризма; - его противоправные действия обоснованно квалифицированы по ч. 2 ст. 205² УК РФ.

6. Разграничение между выражением мнения и публичным оправданием терроризма

Суд отклонил утверждение Дракунова о том, что он осуждён за личные убеждения и выражение своего мнения. Суд указал, что осуждённый осуждён не за личные убеждения, а за конкретное преступление против общественной безопасности, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 205² УК РФ.

Суд отметил, что данный довод осуждённого не основан на требованиях: - уголовного законодательства Российской Федерации; - Федерального закона от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»; - норм международного права, допускающих вмешательство в право на свободу выражения мнения в случаях, предусмотренных законом и необходимых в демократическом обществе, в том числе в интересах: - национальной безопасности; - общественного порядка; - предотвращения беспорядков или преступлений.

Суд констатировал, что при производстве по уголовному делу эти требования были соблюдены.

7. Назначение наказания (ст. 60, 61, 64, 73 УК РФ)

Суд установил, что наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями закона, с учётом: - характера и степени общественной опасности совершённого преступления; - данных о его личности; - состояния здоровья; - отягчающих и смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 60 УК РФ, приведённых в приговоре и апелляционном определении.

Суд указал, что вопреки доводу осуждённого суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 и ч. 2 ст. 61 УК РФ учёл все упомянутые в жалобе обстоятельства, которые признаны смягчающими наказание Дракунова по инкриминируемому ему преступлению. Это позволило назначить последнему минимальное наказание в виде лишения свободы, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 205² УК РФ.

Суд установил, что оснований для применения к осуждённому положений ст. 64 или ст. 73 УК РФ в силу прямого законодательного запрета, установленного ч. 3 ст. 64 и п. «а¹» ч. 1 ст. 73 УК РФ, не имеется. (Примечание: в тексте акта указаны ч. 3 ст. 64 и п. «а¹» ч. 1 ст. 73 УК РФ, что свидетельствует о законодательном запрете на применение этих норм к преступлениям террористического характера.)

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Судебная коллегия ВС РФ не установила ошибок нижестоящих судов.

Суд пришёл к выводу, что:

1. Квалификация правильна. Действия Дракунова правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 205² УК РФ. Суд не согласился с доводом осуждённого о том, что его действия не образуют состава преступления, так как он просто выразил своё мнение. Суд установил, что осуждённый совершил публичное оправдание терроризма, а не просто выразил мнение.

2. Доказательства собраны и оценены надлежащим образом. Все доказательства исследованы в судебном заседании с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, сторонам предоставлена реальная возможность дать пояснения, доказательства оценены по правилам ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

3. Процедура судебного разбирательства соблюдена. Не имелось предвзятости, обвинительного уклона, ущемления права на защиту, нарушений процедуры судопроизводства.

4. Наказание назначено правильно. Суд учёл все смягчающие обстоятельства, включая деятельное раскаяние, отсутствие судимости, социально-устойчивые связи, состояние здоровья. Назначено минимальное наказание в виде лишения свободы, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 205² УК РФ.

5. Апелляционное рассмотрение проведено надлежащим образом. Апелляционный суд проверил законность, обоснованность и справедливость приговора, рассмотрел в полном объёме доводы жалобы защитника, вынес определение в соответствии с требованиями УПК РФ.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определено:

Приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 23 октября 2024 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 30 января 2025 г. в отношении Дракунова Александра Сергеевича оставить без изменения.

Кассационную жалобу осуждённого без удовлетворения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает чёткий критерий разграничения между выражением мнения (защищённым правом на свободу выражения) и публичным оправданием терроризма (преступлением по ч. 2 ст. 205² УК РФ). Публичное оправдание терроризма — это публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании. Преступление считается оконченным с момента публичного провозглашения независимо от фактического побуждения других лиц к террористической деятельности. Это имеет значение для квалификации аналогичных деяний в интернет-среде, где граница между мнением и оправданием может быть размыта.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Суд подтвердил, что при оценке доказательств по делам о публичном оправдании терроризма необходимо применять правила ст. 17, 87, 88 УПК РФ с учётом всех критериев (относимость, допустимость, достоверность, достаточность). Суд не требует вступления приговора в законную силу в отношении лица, совершившего террористический акт, для квалификации оправдания его действий как публичного оправдания терроризма. Достаточно, чтобы уголовное дело рассматривалось судом по обвинению в совершении террористического акта.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение подчёркивает значение процессуальных гарантий: - право на справедливое судебное разбирательство; - право на защиту; - право на полное и объективное исследование доказательств; - право на пояснения по каждому доказательству; - право на разрешение ходатайств в установленном законом порядке; - право на повторное ознакомление с материалами дела; - право на объективную оценку позиции защиты в приговоре.

Суд установил, что все эти гарантии были соблюдены в данном деле.

4. Соотношение с другими позициями ВС РФ и КС РФ

Определение согласуется с позицией ВС РФ по вопросам: - назначения наказания в соответствии с ст. 60 УК РФ; - учёта смягчающих обстоятельств по ст. 61 УК РФ; - применения положений ст. 64 и ст. 73 УК РФ (с учётом законодательного запрета для преступлений террористического характера); - оценки доказательств по правилам ст. 17, 87, 88 УПК РФ; - оснований для кассационного пересмотра по ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ.

Суд также ссылается на нормы международного права, допускающие вмешательство в право на свободу выражения мнения в интересах национальной безопасности, что соответствует позиции КС РФ по соотношению конституционных прав и государственной безопасности.

5. Сферы применения по аналогии

Определение может быть применено по аналогии при рассмотрении дел о: - публичном оправдании экстремизма (ст. 280 УК РФ); - возбуждении ненависти либо вражды, а равно унижении человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ); - иных преступлениях, совершённых в интернет-среде с использованием социальных сетей; - разграничении между выражением мнения и преступным деянием в контексте защиты прав человека и национальной безопасности.

Определение подтверждает, что законодательный запрет на применение ст. 64 и ст. 73 УК РФ к преступлениям террористического характера (ч. 3 ст. 64 и п. «а¹» ч. 1 ст. 73 УК РФ) является обоснованным и должен строго соблюдаться судами при назначении наказания за такие преступления.