ВС подтвердил осуждение за призывы к терроризму в Telegram без прямого упоминания имени главы государства

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 226-УД26-18-А6 от 6 мая 2026 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации (кассационная инстанция)

Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судья-докладчик: Дербилов О.А. - Члены коллегии: Сокерина С.Г. - Секретарь: Яковлева Т.С.

Участники судебного разбирательства: - Осуждённая: Огаркова Ольга Альбертовна (несудимая) - Защитник-адвокат: Сосенский В.К. (подал кассационную жалобу) - Прокурор: Зеленко И.В. (отдел управления Главной военной прокуратуры)

Квалификация преступления: - Часть 2 статьи 205² УК РФ (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности и публичное оправдание терроризма, совершённые с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»)

Назначенное наказание: - Основное: лишение свободы на срок 5 лет в исправительной колонии общего режима - Дополнительное: лишение права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением комментариев и иных материалов, администрированием интернет-сайтов, форумов, каналов, чатов и групп в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть «Интернет», на срок 3 года

По чьей жалобе рассмотрено дело: По кассационной жалобе защитника-адвоката Сосенского В.К. на приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 20 августа 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 3 декабря 2025 г.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Огаркова Ольга Альбертовна признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205² УК РФ. Судом установлено, что осуждённая, действуя умышленно по мотивам политической ненависти и неприязни к главе государства и действующей в Российской Федерации государственной власти, проводимой ею внешней и внутренней политике, с целью добиться признания идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании, в сети «Интернет» в общедоступном Telegram-канале разместила следующие комментарии:

• 13 декабря 2022 г. — содержащий призыв (побуждение) к осуществлению террористической деятельности, а именно к посягательству на жизнь государственного деятеля (преступление, предусмотренное ст. 277 УК РФ);
• 15 января, 20 августа 2023 г. и 24 февраля 2024 г. — направленные на оправдание терроризма в отношении главы государства и объекта инфраструктуры «Крымского моста».

Приговор первой инстанции:

Приговором 2-го Восточного окружного военного суда от 20 августа 2025 г. Огаркова осуждена по ч. 2 ст. 205² УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет в исправительной колонии общего режима с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься определённой деятельностью на срок 3 года.

Решение апелляции:

Апелляционным определением апелляционного военного суда от 3 декабря 2025 г. приговор оставлен без изменения.

Основания обращения в ВС РФ:

Защитник-адвокат Сосенский В.К. подал кассационную жалобу, в которой: - назвал приговор и апелляционное определение незаконными, необоснованными и несправедливыми; - выразил несогласие с квалификацией содеянного, указав, что Огаркова в своих комментариях не упоминала непосредственно главу государства; - утверждал, что из опубликованных материалов не следует популяризация террористической деятельности; - ссылался на показания осуждённой о том, что у неё не было цели побудить кого-либо к террористической деятельности, а она лишь эмоционально высказывала свою точку зрения на политику государства; - оспаривал признание судом отягчающего обстоятельства — совершение преступления по мотиву политической ненависти; - просил смягчить назначенное наказание, ссылаясь на болезненное состояние здоровья осуждённой и иные смягчающие обстоятельства.

Государственный обвинитель Лазарева возражал против доводов жалобы и просил оставить обжалованные судебные решения без изменения.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Материально-правовая с элементами процессуально-правовой.

Дело затрагивает следующие аспекты:

1. Материально-правовые вопросы: - Правильность квалификации действий осуждённой по ч. 2 ст. 205² УК РФ (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности и публичное оправдание терроризма) - Наличие признаков состава преступления, предусмотренного ст. 205² УК РФ - Установление мотива преступления (политическая ненависть) как отягчающего обстоятельства - Назначение наказания в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ с учётом смягчающих и отягчающих обстоятельств - Применение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определённой деятельностью

2. Процессуально-правовые вопросы: - Допустимость доказательств, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности - Допустимость заключений лингвистической и психиатрической судебных экспертиз - Соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон - Надлежащее исследование и оценка доказательств в судебном заседании

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Правильно ли квалифицированы действия Огарковой по ч. 2 ст. 205² УК РФ, учитывая, что в её комментариях не упоминалась непосредственно фамилия главы государства и отсутствовала прямая цель побудить кого-либо к террористической деятельности?

2. Обоснованно ли судом признано совершение преступления по мотиву политической ненависти как отягчающее обстоятельство?

3. Справедливо ли назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы с учётом смягчающих обстоятельств (болезненное состояние здоровья, признание вины, раскаяние, отсутствие судимостей)?

4. Допустимы ли доказательства, полученные в результате оперативно-розыскной деятельности, и заключения судебных экспертиз?

5. Соблюдены ли требования уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ подтвердил правильность квалификации действий Огарковой по ч. 2 ст. 205² УК РФ, обоснованность установления мотива политической ненависти как отягчающего обстоятельства и справедливость назначенного наказания. Суд признал, что все доказательства получены в установленном законом порядке, допустимы и достоверны, а судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения не имеется.

B. Развёрнутое обоснование

1. Процессуальные основания рассмотрения дела в кассационном порядке

Согласно ст. 401¹ УПК РФ при рассмотрении кассационных жалоб суд кассационной инстанции проверяет законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии с ч. 1 ст. 401¹⁵ УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела.

2. Отсутствие существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства

Верховный Суд установил, что в материалах уголовного дела отсутствуют данные, свидетельствующие об ущемлении права Огарковой на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон (ст. 15 УПК РФ). Все заявленные ходатайства, в том числе об исследовании доказательств и приобщении документов, были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые решения мотивированы и являются правильными.

В судебном заседании сторонам обвинения и защиты были созданы равные условия для представления доказательств. Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, установлены.

3. Допустимость и достоверность доказательств

Выводы суда о виновности Огарковой соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании: - показаниями Огарковой; - показаниями свидетелей И., М., М., С.; - протоколами обыска и осмотра предметов; - материалами оперативно-розыскной деятельности; - заключениями лингвистической и психиатрической судебных экспертиз; - иными доказательствами, приведёнными в приговоре.

Положенные в основу приговора доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, оценены в приговоре с соблюдением требований ст. 87, 88 УПК РФ и сомнений в своей достоверности не вызывают. Каких-либо существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осуждённой, не имеется.

4. Допустимость показаний свидетелей

Показания свидетелей И., М., М., С., положенные в основу приговора, отвечают требованию допустимости.

5. Законность оперативно-розыскной деятельности

Выводы судов о законности оперативно-розыскных мероприятий и допустимости полученных на их основе доказательств являются правильными, так как они проведены в соответствии со ст. 6–8, 11–15 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», их результаты представлены органам следствия с соблюдением «Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», а осмотр полученных оперативным путём материалов и признание их доказательствами по делу произведены с соблюдением положений уголовно-процессуального закона.

Оснований для признания недопустимыми и исключения из числа доказательств материалов, полученных в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий, протоколов осмотра предметов и вещественных доказательств, не имелось.

6. Допустимость и надлежащее качество судебных экспертиз

Нарушений правовых норм, регулирующих основания, порядок назначения и производства лингвистической и психиатрической судебных экспертиз, которые могли бы повлечь недопустимость заключений экспертов, не допущено.

Заключения экспертов являются полными, ясными, мотивированными, непротиворечивыми, содержат ответы на поставленные вопросы, согласуются с другими доказательствами и соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ и ст. 23 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Суд проверил относимость, допустимость и достоверность заключений экспертов путём сопоставления с показаниями свидетелей, протоколами следственных действий, результатами оперативно-розыскной деятельности и другими доказательствами в совокупности, обоснованно признав заключения лингвистической и психиатрической судебных экспертиз в качестве доказательств вины Огарковой.

7. Материально-правовая квалификация по ст. 205² УК РФ

При квалификации действий осуждённой суд правомерно исходил из того, что в соответствии со ст. 205² УК РФ: - под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности понимаются выраженные в любой форме обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности; - под публичным оправданием терроризма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.

Заявления осуждённой в сети «Интернет» с призывом (побуждением) к посягательству на жизнь главы государства, направленные на оправдание терроризма в отношении главы государства, а также приемлемости и допустимости взрыва Крымского моста обоснованно расценены как публичные призывы к осуществлению террористической деятельности и публичное оправдание терроризма.

Поскольку указанные комментарии осуждённой были размещены в социальной сети в открытом доступе, суд правомерно расценил её действия как совершённые с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (признак квалификации по ч. 2 ст. 205² УК РФ).

8. Соответствие определению терроризма и международному праву

Суды правильно исходили из понятия терроризма, содержащегося в Федеральном законе от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», под которым понимается идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами публичной власти федеральных территорий, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий.

Террористическая деятельность включает в себя в том числе распространение материалов или информации, оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности. Эти понятия основываются как на Конституции Российской Федерации, так и на общепризнанных принципах и нормах международного права.

Нарушений законодательства и норм международного права при рассмотрении данного уголовного дела не допущено.

9. Оценка показаний осуждённой и установление умысла

Суд в приговоре объективно изложил и правильно оценил показания Огарковой в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства в отношении предъявленного ей обвинения. Осуждённая подтвердила факты размещения ею 15 января, 20 августа 2023 г. и 24 февраля 2024 г. в сети «Интернет» указанных в приговоре материалов.

Об осознании направленности размещённых комментариев на призывы к осуществлению террористической деятельности и оправдание терроризма осуждённая показала как в ходе предварительного следствия, так и в суде. Огаркова показала, что комментарии в сети «Интернет» она опубликовала исходя из своих внутренних убеждений, так как крайне отрицательно относилась к главе государства и действующей в Российской Федерации государственной власти, проводимой внешней и внутренней политике, в том числе к проведению специальной военной операции на Украине.

Заявление стороны защиты о том, что при размещении в сети «Интернет» вменённой Огарковой в вину информации она не желала совершать преступление террористической направленности, обоснованно признано судами первой и апелляционной инстанций несостоятельным.

Совокупность доказательств, в том числе заключение лингвистической судебной экспертизы, указывает на то, что Огаркова разместила в социальной сети текстовые комментарии, содержащие лингвистические признаки призывов к осуществлению террористической деятельности и оправдания терроризма.

10. Установление мотива политической ненависти как отягчающего обстоятельства

Вопреки доводу, изложенному в кассационной жалобе, суд сделал правильный вывод о совершении Огарковой преступления по мотиву политической ненависти.

Согласно заключению эксперта-лингвиста в размещённых Огарковой в сети «Интернет» текстовых комментариях содержатся крайне негативные, агрессивные, с выражением ненависти, использованием бранных, оскорбительных высказываний публичные призывы к осуществлению деятельности, имеющей признаки террористической, а также публичного оправдания террористической деятельности в отношении главы государства.

Как следует из показаний Огарковой, её противоправные действия, выразившиеся в призывах к насильственным действиям и оправдании таких действий в отношении главы государства, были обусловлены именно мотивом негативного отношения (ненависти) не только к главе государства, но и к проводимой им государственной политике, связанной в том числе с проведением специальной военной операции. Это согласуется с показаниями свидетеля С., заключением лингвистической судебной экспертизы, результатами оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, в частности осмотра мобильного телефона Огарковой, информации в интернет-мессенджере «Telegram» с текстовыми сообщениями, факты размещения которых в сети «Интернет» не отрицала и сама Огаркова.

При таких данных суд обоснованно признал совершение Огарковой преступления по мотиву политической ненависти в качестве отягчающего наказание обстоятельства (п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

11. Назначение наказания в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ

Наказание Огарковой за совершённое преступление назначено в соответствии с требованиями закона с учётом характера и степени его общественной опасности, данных о личности осуждённой, смягчающих, отягчающего и иных обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 60 УК РФ.

Активное способствование Огарковой раскрытию и расследованию преступления, признание ею своей вины, раскаяние в содеянном, наличие у осуждённой хронических заболеваний суд верно признал смягчающими наказание обстоятельствами (ст. 61 УК РФ).

Также судом приняты во внимание данные о личности Огарковой, в том числе её возраст, материальное положение, отсутствие судимостей, положительные характеристики.

Назначение наказания в виде лишения свободы по ч. 2 ст. 205² УК РФ, решения о неприменении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и по иным вопросам, связанным с назначением наказания, соответствуют материалам уголовного дела и надлежаще мотивированы.

Оснований для признания назначенного судом осуждённой Огарковой наказания несправедливым не имеется.

12. Отсутствие оснований, исключающих уголовную ответственность

Оснований, исключающих уголовную ответственность Огарковой в соответствии со ст. 21 УК РФ (невменяемость), не установлено, как и наличия у неё заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы.

13. Надлежащее рассмотрение дела в апелляционной инстанции

При рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в установленном порядке проверены законность и обоснованность приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, апелляционное определение надлежаще мотивировано и соответствует ст. 389²⁸ УПК РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибок нижестоящих судов не выявлено.

Верховный Суд РФ признал, что:

1. Квалификация правильна. Действия Огарковой надлежащим образом квалифицированы по ч. 2 ст. 205² УК РФ. Суды правильно установили, что размещение в открытом доступе в социальной сети текстовых комментариев, содержащих лингвистические признаки призывов к осуществлению террористической деятельности (посягательству на жизнь главы государства) и оправдания терроризма (в отношении главы государства и взрыва Крымского моста), совершённое с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», образует состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 205² УК РФ.

2. Мотив установлен обоснованно. Суды правильно установили мотив политической ненависти как отягчающее обстоятельство, основываясь на совокупности доказательств (заключение лингвистической экспертизы, показания осуждённой, свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий).

3. Наказание справедливо. Назначенное наказание соответствует требованиям ст. 60 УК РФ и учитывает как отягчающие (политическая ненависть), так и смягчающие обстоятельства (признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию, хронические заболевания, отсутствие судимостей, положительные характеристики).

4. Доказательства допустимы и достоверны. Все доказательства получены в установленном законом порядке, включая материалы оперативно-розыскной деятельности и заключения судебных экспертиз.

5. Процедура соблюдена. Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, все ходатайства рассмотрены надлежащим образом.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации:

Приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 20 августа 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 3 декабря 2025 г. в отношении Огарковой Ольги Альбертовны оставлены без изменения.

Кассационная жалова защитника-адвоката Сосенского В.К. оставлена без удовлетворения.

Правовое основание: ст. 401¹, 401¹³, 401¹⁴ УПК РФ.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает чёткие критерии квалификации по ч. 2 ст. 205² УК РФ в контексте использования информационно-телекоммуникационных сетей: - Публичные призывы к террористической деятельности не требуют упоминания конкретной фамилии адресата (главы государства) — достаточно контекстуального указания на государственного деятеля; - Оправдание терроризма может быть выражено в форме признания приемлемости и допустимости конкретных террористических актов (взрыв Крымского моста); - Размещение материалов в открытом доступе в социальной сети квалифицируется как использование информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч. 2 ст. 205² УК РФ); - Лингвистическая экспертиза является надёжным инструментом установления признаков призывов и оправдания терроризма.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Определение подтверждает высокий стандарт допустимости и достоверности доказательств: - Материалы оперативно-розыскной деятельности допуст