ВС подтвердил: публичное оправдание терроризма в Telegram квалифицируется по ч. 2 ст. 205² УК РФ вне зависимости от числа подписчиков

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: Дело № 224-УД26-34-А6, кассационное определение от 25 августа 2026 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующий: Замашнюк А.Н. - Судья-докладчик: Ноговицын А.А. - Член коллегии: Сокерина С.Г. - Секретарь: Яковлева Т.С.

Участники процесса: - Осуждённый: Панченко Владислав Игоревич (несудимый) - Защитник: адвокат Титов С.Б. - Государственный обвинитель: прокурор Обухов А.В. (в кассации — Шония)

Статьи УК РФ и квалификация: - По ч. 2 ст. 205² УК РФ (действия от 23 марта 2024 г.) — публичное оправдание терроризма с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» - По ч. 2 ст. 205² УК РФ (действия от 21 апреля 2024 г.) — публичное оправдание терроризма с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»

Назначенное наказание: - По первому преступлению: 5 лет 6 месяцев лишения свободы + лишение права администрирования сайтов, групповых чатов и каналов в электронных и информационно-телекоммуникационных сетях на 1 год 6 месяцев - По второму преступлению: 6 лет лишения свободы + лишение права администрирования сайтов, групповых чатов и каналов в электронных и информационно-телекоммуникационных сетях на 2 года - По совокупности преступлений (ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения): 6 лет 6 месяцев в исправительной колонии общего режима + лишение права администрирования сайтов, групповых чатов и каналов на 3 года

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационным жалобам осуждённого Панченко В.И. и адвоката Титова С.Б. на приговор Южного окружного военного суда от 25 апреля 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 13 ноября 2025 г.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

Панченко осуждён за публичное оправдание терроризма с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Деяния совершены в два этапа: 1. 23 марта 2024 г. — размещение комментариев в открытом доступе в приложении мессенджера (Telegram) на каналах; 2. 21 апреля 2024 г. — размещение аналогичных комментариев в том же приложении.

Осуждённый опубликовал комментарии под фотоизображением лица, в поддержку которого высказывался, утверждая его причастность к террористическому акту в концертном зале. По заключениям судебных лингвистических экспертиз от 16 октября 2024 г., комментарии содержали высказывания, направленные на оправдание терроризма.

Приговор первой инстанции (Южный окружной военный суд, 25 апреля 2025 г.): - Квалификация: ч. 2 ст. 205² УК РФ (два преступления) - Наказание: 6 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима по совокупности

Решение апелляционной инстанции (апелляционный военный суд, 13 ноября 2025 г.): - Приговор оставлен без изменения

Основания обращения в ВС РФ:

Осуждённый и его защитник подали кассационные жалобы, в которых просили: 1. Переквалифицировать действия на ч. 1 ст. 205² УК РФ 2. Назначить наказание, не связанное с лишением свободы 3. Прекратить уголовное преследование в отношении деяния от 23 марта 2024 г.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Материально-правовая (квалификация деяния, признаки состава преступления, разграничение квалифицирующих признаков, назначение наказания).

Подкатегории: - Квалификация публичного оправдания терроризма (ст. 205² УК РФ) - Разграничение между ч. 1 и ч. 2 ст. 205² УК РФ (использование информационно-телекоммуникационных сетей) - Назначение наказания при совокупности преступлений (ст. 69 УК РФ) - Смягчающие и отягчающие обстоятельства (ст. 61, 63 УК РФ)

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Содержат ли комментарии, размещённые осуждённым в мессенджере Telegram, признаки публичного оправдания терроризма, предусмотренные ч. 2 ст. 205² УК РФ, или должны быть переквалифицированы на ч. 1 ст. 205² УК РФ?

2. Является ли размещение комментариев в приложении мессенджера Telegram использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в смысле ч. 2 ст. 205² УК РФ?

3. Правильно ли назначено наказание с учётом характера и степени общественной опасности деяний, смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также отсутствия негативных последствий?

4. Имелись ли существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный суд РФ отклонил доводы защиты и подтвердил правильность квалификации действий осуждённого по ч. 2 ст. 205² УК РФ. Суд установил, что размещение комментариев в открытом доступе в приложении Telegram, функционирующем посредством сети «Интернет», содержит признаки публичного оправдания терроризма с использованием информационно-телекоммуникационной сети. Назначенное наказание соответствует требованиям закона и является справедливым. Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, не допущено.

B. Развёрнутое обоснование

1. Квалификация деяния по ч. 2 ст. 205² УК РФ

Суд кассационной инстанции подтвердил, что содеянное Панченко правильно квалифицировано по ч. 2 ст. 205² УК РФ как публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием сети «Интернет» (два преступления). Суд исходил из того, что:

• Комментарии, размещённые осуждённым 23 марта и 21 апреля 2024 г., содержали высказывания, направленные на оправдание терроризма (по заключениям судебных лингвистических экспертиз от 16 октября 2024 г.);
• Размещение осуществлено в открытом доступе в приложении Telegram, что обеспечило публичный характер высказываний;
• Мессенджер Telegram функционирует посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что подтверждается и не оспаривается стороной защиты.

2. Применение Постановлений Пленума ВС РФ

Суд ссылался на: - Постановление Пленума ВС РФ от 9 февраля 2012 г. № 1 «О некоторых вопросах по уголовным делам террористической направленности» — для определения признаков публичного оправдания терроризма; - Постановление Пленума ВС РФ от 15 декабря 2022 г. № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершённых с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет»» — для уточнения понимания использования информационно-телекоммуникационных сетей.

3. Применение Федерального закона № 149-ФЗ

Суд учитывал положения Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации» при определении того, что мессенджер Telegram функционирует посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

4. Оценка доказательств

Суд установил, что выводы о виновности осуждённого подтверждаются: - Признательными показаниями Панченко, проверенными на месте; - Показаниями свидетелей (М., К., Х.Ч., Ф., Е., К., П.); - Протоколом осмотра предметов (документов); - Результатами оперативно-розыскной деятельности; - Заключениями судебных лингвистических экспертиз от 16 октября 2024 г., согласно которым в комментариях содержались высказывания, направленные на оправдание терроризма; - Заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 21 октября 2024 г.; - Иными доказательствами.

Суд подчеркнул, что все доказательства: - Изложены в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без искажений; - Не содержат предположений или неустранимых противоречий; - Являются достоверными и допустимыми; - Были непосредственно исследованы в судебном заседании с участием сторон.

5. Допустимость оперативно-розыскной деятельности (ст. 89 УПК РФ)

Суд установил, что результаты оперативно-розыскной деятельности соответствуют требованиям ст. 89 УПК РФ. Оперативно-розыскные мероприятия проведены: - Для решения задач, указанных в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»; - При наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. 7 и 8 указанного закона; - Полученные сведения представлены органам предварительного расследования и суду в установленном порядке и закреплены путём производства соответствующих следственных действий, исследованных в судебном заседании.

6. Компетентность судебных экспертов (Федеральный закон № 73-ФЗ)

Суд подтвердил, что судебные экспертизы проведены компетентными экспертами, имеющими необходимый стаж работы и подготовку в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Заключения экспертов: - Содержат подробное описание проведённых исследований; - Указывают применённые методики; - Отражают результаты и выводы; - Являются непротиворечивыми, ясными, полными, научно обоснованными и аргументированными.

7. Процессуальные требования к рассмотрению дела (ст. 30, 73 УПК РФ)

Суд установил, что: - Рассмотрение дела единолично судьей окружного военного суда соответствует требованиям ст. 30 УПК РФ, поскольку уголовное дело о преступлениях, предусмотренных ст. 205² УК РФ, может быть рассмотрено коллегией из трёх судей только в случае ходатайства об этом обвиняемого, которого не имелось; - Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены; - Приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию; - Разбирательство проведено полно, всесторонне, с соблюдением принципов равенства и состязательности сторон, а также беспристрастности суда.

8. Назначение наказания (ст. 43, 60, 61, 63, 69 УК РФ)

Суд установил, что наказание назначено с соблюдением требований закона:

Смягчающие обстоятельства (ст. 61 УК РФ): - Активное способствование раскрытию и расследованию преступлений; - Частичное признание вины (за преступление от 21 апреля 2024 г.); - Раскаяние в содеянном; - Привлечение к уголовной ответственности впервые; - Отсутствие учёта у психиатра и нарколога; - Обучение в высшем учебном заведении; - Оказание помощи престарелым родителям; - Положительная характеристика по месту жительства; - Пересмотр взглядов, побудивших к совершению преступлений.

Отягчающее обстоятельство (п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ): - Совершение преступлений в период военного положения, установленного на территории (Российской Федерации).

Совокупность преступлений (ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ): - Наказание назначено путём частичного сложения наказаний; - Учтены характер и степень общественной опасности совершённых преступлений; - Учтены данные о личности осуждённого; - Учтено влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни семьи; - Наказание отвечает целям его применения, определённым в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

9. Апелляционное рассмотрение (ст. 389.1–389.4 УПК РФ)

Суд установил, что при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции: - В установленном порядке проверены законность, обоснованность и справедливость приговора; - Соблюдена процедура рассмотрения дела; - В полном объёме рассмотрены доводы жалоб стороны защиты; - Вынесенное апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.1–389.4 УПК РФ.

10. Кассационное рассмотрение (ст. 401.15 УПК РФ)

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора при рассмотрении в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Суд установил, что таких нарушений при производстве по уголовному делу не допущено.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Суд кассационной инстанции не выявил ошибок нижестоящих судов.

Суд отклонил все доводы защиты:

1. Относительно квалификации: Ссылки на отсутствие в опубликованных комментариях признаков оправдания терроризма суд признал несостоятельными и противоречащими доказательствам, в том числе заключениям эксперта-лингвиста, выводы которого не вызывают сомнений в своей правильности.

2. Относительно использования сети «Интернет»: Суд подтвердил правильность вывода о том, что мессенджер Telegram функционирует посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что стороной защиты не оспаривается.

3. Относительно ограниченного числа подписчиков: Доводы об ограниченном числе подписчиков телеграм-каналов суд признал не влияющими на обоснованность осуждения и квалификацию.

4. Относительно неустановления администраторов и личности лица: Доводы об отсутствии установления администраторов каналов, источников происхождения и личности лица, под фотоизображением которого опубликован комментарий, а также подлинности утверждения о причастности к террористическому акту, суд признал не влияющими на обоснованность осуждения.

5. Относительно состава суда: Суд установил, что рассмотрение дела единолично судьей соответствует требованиям ст. 30 УПК РФ, поскольку ходатайства об рассмотрении коллегией из трёх судей не было.

6. Относительно назначения наказания: Суд признал, что ссылки на отсутствие негативных последствий, дачу признательных показаний и иные обстоятельства не влияют на обоснованность назначенного наказания, которое является справедливым и смягчению не подлежит.

7. Относительно категории преступлений: Суд подтвердил правильность решения об отсутствии оснований для изменения категории совершённых преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определено:

1. Приговор Южного окружного военного суда от 25 апреля 2025 г. в отношении Панченко Владислава Игоревича оставить без изменения.

2. Апелляционное определение апелляционного военного суда от 13 ноября 2025 г. в отношении Панченко Владислава Игоревича оставить без изменения.

3. Кассационные жалобы осуждённого Панченко В.И. и защитника-адвоката Титова С.Б. оставить без удовлетворения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает, что размещение комментариев, содержащих оправдание терроризма, в открытом доступе в приложениях мессенджеров (Telegram и аналогичных), функционирующих посредством сети «Интернет», подлежит квалификации по ч. 2 ст. 205² УК РФ (публичное оправдание терроризма с использованием информационно-телекоммуникационной сети). Это расширяет понимание «использования информационно-телекоммуникационной сети» за пределы традиционных веб-сайтов и включает мессенджеры и социальные сети, функционирующие через Интернет.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Суд подтвердил решающую роль судебных лингвистических экспертиз в установлении признаков публичного оправдания терроризма. Выводы эксперта-лингвиста о наличии в текстах высказываний, направленных на оправдание терроризма, признаны достаточным основанием для осуждения, даже если защита оспаривает наличие таких признаков. Это устанавливает высокий стандарт доказывания через экспертизу и ограничивает возможности переоценки судом выводов компетентного эксперта.

3. Гарантии прав обвиняемого/подсудимого/осуждённого

Определение подтверждает: - Право на единоличное рассмотрение дела (без ходатайства об коллегии из трёх судей) в соответствии со ст. 30 УПК РФ; - Право на полное исследование доказательств в судебном заседании с участием сторон; - Право на учёт смягчающих обстоятельств при назначении наказания, включая раскаяние и активное способствование раскрытию преступлений; - Право на справедливое наказание, соответствующее характеру и степени общественной опасности деяния.

Вместе с тем определение ограничивает возможности защиты оспаривать выводы экспертов и требует, чтобы защита предоставляла конкретные доказательства отсутствия признаков состава, а не просто ссылалась на недоказанность.

4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ

Определение опирается на: - Постановление Пленума ВС РФ № 1 от 9 февраля 2012 г. о признаках публичного оправдания терроризма; - Постановление Пленума ВС РФ № 37 от 15 декабря 2022 г. о преступлениях в сфере компьютерной информации и использовании информационно-телекоммуникационных сетей; - Федеральный закон № 149-ФЗ об информации и информационных технологиях.

Определение согласуется с позицией ВС РФ о том, что использование информационно-телекоммуникационных сетей охватывает не только веб-сайты, но и мессенджеры и социальные сети, функционирующие через Интернет.

5. Сферы применения по аналогии

Определение может быть применено по аналогии к: - Другим преступлениям, совершённым с использованием мессенджеров и социальных сетей (экстремизм, разжигание ненависти, распространение запрещённой информации); - Определению того, что означает «использование информационно-телекоммуникационной сети» в других статьях УК РФ (ст. 282, 282.1, 282.2, 282.3 и др.); - Оценке доказательств в виде заключений судебных лингвистических экспертиз при квалификации преступлений, связанных с анализом текстов.

6. Значение для практики применения ст. 69 УК РФ

Определение подтверждает правильность применения ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ (совокупность преступлений) путём частичного сложения наказаний при наличии двух преступлений одной категории (тяжких), совершённых в разные даты. Суд учитывает как смягчающие, так и отягчающие обстоятельства (в данном случае — совершение в период военного положения) при определении окончательного наказания.

7. Значение для практики применения ст. 61 и 63 УК РФ

Определение демонстрирует, что суд должен учитывать: - Смягчающие обстоятельства: активное способствование раскрытию, раскаяние, первичность привлечения, положительные характеристики, обучение, помощь семье; - Отягчающие обстоятельства: совершение в период военного положения (п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

Вместе с тем суд подчеркнул, что наличие смягчающих обстоятельств не исключает назначение значительного наказания (6 лет 6 месяцев), если это соответствует характеру и степени общественной опасности деяния.

Заключение

Кассационное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих ВС РФ от 25 августа 2026 г. по делу № 224-УД26-34-А6 устанавливает важные прецеденты в области квалификации публичного оправдания терроризма, совершённого с использованием мессенджеров и социальных сетей, а также подтверждает высокий стандарт доказывания через судебные лингвистические экспертизы. Определение ограничивает возможности защиты оспаривать выводы компетентных экспертов и подтверждает правильность применения норм о назначении наказания при совокупности преступлений, совершённых в период военного положения.