ВС подтвердил приговор за публичное оправдание теракта на военном аэродроме: ссылки на свободу слова отклонены

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: Дело № 226-УД26-30-А6, кассационное определение от 30 июля 2026 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующий: Замашнюк А.Н. - Судья-докладчик: Ноговицын А.А. - Член коллегии: Дербилова О.А. - Секретарь: Лозов С.В.

Участники судопроизводства: - Осуждённая: Зуева Анна Сергеевна (гражданка РФ, несудимая) - Прокурор: Калачев Д.А. - Защитник-адвокат: Григорьева Е.П. (в кассационном разбирательстве); Голубев А.А. (автор жалобы); Яжинова и Полтева (в суде первой инстанции и апелляции)

Судебные акты, обжалуемые в кассации: - Приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 18 декабря 2025 г. - Апелляционное определение апелляционного военного суда от 9 апреля 2026 г.

Квалификация и наказание:

По приговору (в порядке ч. 5 ст. 247 УПК РФ — заочное разбирательство):

1. По ч. 2 ст. 205 УК РФ (публичное оправдание терроризма с использованием сети Интернет): - Основное наказание: 5 лет 6 месяцев лишения свободы - Дополнительное наказание: лишение права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением обращений, комментариев и иных материалов, администрированием интернет-сайтов, форумов, каналов, чатов и групп с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», на срок 2 года 6 месяцев

2. По ч. 2 ст. 330¹ УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 декабря 2022 г. № 582-ФЗ — нарушение порядка деятельности иностранного агента, совершённое лицом после привлечения к административной ответственности за ч. 4 ст. 193⁴ КоАП РФ два раза в течение одного года): - Основное наказание: 1 год лишения свободы - Дополнительное наказание (по ч. 3 ст. 47 УК РФ): лишение права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением обращений, комментариев и иных материалов, администрированием интернет-сайтов, форумов, каналов, чатов и групп с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», на срок 2 года

По совокупности преступлений (чч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ — путём частичного сложения): - Итоговое наказание: 6 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься указанной деятельностью на срок 3 года

По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе защитника-адвоката Голубева А.А.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения (по приговору):

Зуева Анна Сергеевна осуждена за два преступления:

1. Публичное оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ): размещение в открытом доступе в сети Интернет (в каналах «Анна Зуева» и «Anna Zueva» в мессенджерах «Телеграм» и «Ютуб») видеозаписи и текстовых комментариев, пропагандирующих идеи терроризма и одобряющих террористический акт, совершённый 1 июня 2025 г. на военном аэродроме в Иркутской области (взрывы и пожары самолётов). Действия квалифицированы как публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием сети Интернет.

2. Нарушение порядка деятельности иностранного агента (ч. 2 ст. 330¹ УК РФ): Зуева была включена в реестр иностранных агентов 30 октября 2024 г. и дважды в течение 2025 г. (по судебным постановлениям от 27 января и 6 марта 2025 г.) привлекалась к административной ответственности по ч. 4 ст. 193⁴ КоАП РФ за размещение публикаций без маркировки «иностранного агента». Несмотря на это, она продолжила размещать материалы в открытом доступе без указания на то, что они произведены, распространены и направлены иностранным агентом.

Процессуальная история:

• Суд первой инстанции: 2-й Восточный окружной военный суд постановил приговор 18 декабря 2025 г. в порядке заочного разбирательства (ч. 5 ст. 247 УПК РФ), поскольку Зуева находилась за пределами Российской Федерации и уклонялась от явки в суд. Дело рассмотрено с участием назначенных защитников (Яжинова и Полтева).

• Апелляционная инстанция: Апелляционный военный суд вынес определение 9 апреля 2026 г., оставив приговор без изменения. При апелляционном разбирательстве проверены законность, обоснованность и справедливость приговора; рассмотрены аналогичные по существу доводы апелляционных жалоб стороны защиты.

• Кассационная инстанция (ВС РФ): Защитник-адвокат Голубев подал кассационную жалобу с требованиями отменить приговор и апелляционное определение либо направить дело на новое рассмотрение, либо смягчить наказание.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Комплексная — материально-правовая и процессуально-правовая.

Материально-правовые аспекты: - Квалификация действий по ч. 2 ст. 205 УК РФ (публичное оправдание терроризма): наличие состава преступления, прямого умысла, соответствие международно-правовым стандартам защиты свободы выражения мнения - Квалификация по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ: установление осведомлённости об обязанностях иностранного агента и реальной возможности их исполнения - Назначение наказания: соблюдение требований ст. 60–74 УК РФ, применимость ст. 64, 73, 82 УК РФ (смягчение наказания, условное осуждение, отсрочка отбывания) - Применение дополнительного наказания (ст. 47 УК РФ)

Процессуально-правовые аспекты: - Право на защиту и справедливое судебное разбирательство: уведомление подсудимой, находящейся за пределами РФ; участие защитников; рассмотрение дела в отсутствие подсудимой (заочное разбирательство по ч. 5 ст. 247 УПК РФ) - Подсудность дела военному суду (ст. 31 УПК РФ) - Допустимость и достоверность доказательств, в том числе судебных экспертиз (ст. 75, 87, 88 УПК РФ) - Оценка экспертных заключений: содержание ли они выводов о правовых вопросах (недопустимо) - Рассмотрение ходатайства об отложении судебного разбирательства (ст. 474 УПК РФ)

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Содержат ли действия Зуевой состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205 УК РФ (публичное оправдание терроризма), или они являются выражением мнения, критикой власти и профессиональной журналистской деятельностью, защищённой международно-правовыми стандартами свободы выражения?

2. Установлены ли в действиях Зуевой признаки состава преступления по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ, в частности: осведомлённость о статусе иностранного агента, об объёме обязанностей, реальная возможность их исполнения, осознание уголовно-правового значения действий?

3. Нарушены ли права Зуевой на защиту и справедливое судебное разбирательство в связи с: - рассмотрением дела в её отсутствие (заочное разбирательство); - ненадлежащим уведомлением о времени и месте судебного разбирательства; - формальным участием защитников; - отклонением ходатайства об отложении разбирательства?

4. Соответствуют ли назначенные наказания требованиям уголовного закона, учитывают ли они смягчающие обстоятельства, личность осуждённой и возможность применения альтернативных видов наказания (ст. 64, 73, 82 УК РФ)?

5. Обоснована ли передача дела для рассмотрения в военный суд?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ пришла к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 401¹⁵ УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. По смыслу данной нормы в взаимосвязи со ст. 401¹ УПК РФ круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела (вывод о виновности, юридическую оценку содеянного, назначение наказания или применение иных мер уголовно-правового характера). Таких нарушений при производстве по делу не допущено. Суд признал действия Зуевой правильно квалифицированными, наказание — обоснованным и справедливым, процедуру разбирательства — соответствующей закону.

B. Развёрнутое обоснование

1. Процессуально-правовые основания (право на защиту, справедливое разбирательство, подсудность)

1.1. Заочное разбирательство и уведомление подсудимой

Суд установил, что рассмотрение уголовного дела в отсутствие подсудимой, находящейся за пределами Российской Федерации и уклоняющейся от явки в суд, в полной мере соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ч. 5 ст. 247 УПК РФ. Предусмотренные этой нормой условия для заочного рассмотрения дела соблюдены.

Доводы защиты о нарушении права на извещение суд отклонил, указав, что обжалование Зуевой вынесенного приговора подтверждает фактическую осведомленность осужденной, находящейся за пределами Российской Федерации, о месте, дате и времени судебного заседания, существе обвинения, а равно наличие у нее защитной позиции и отсутствие намерений участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела. Таким образом, суд применил презумпцию осведомлённости, основанную на факте подачи кассационной жалобы.

1.2. Право на защиту и участие защитников

Суд отклонил доводы о нарушении права на защиту, указав, что предварительное расследование и судебное разбирательство проводились с участием защитников-адвокатов Яжиновой и Полтевой, действовавших исключительно в интересах подзащитной, данные, которые бы могли свидетельствовать о ненадлежащем либо неквалифицированном исполнении ими своих обязанностей, отсутствуют. Суд признал, что формальное участие защитников не нарушило права подсудимой, поскольку они действовали в её интересах.

1.3. Рассмотрение ходатайства об отложении разбирательства

Суд обоснованно оставил без удовлетворения ходатайство, поступившее от имени Зуевой 16 декабря 2025 г. посредством электронной почты об отложении судебного разбирательства не менее чем на две недели, так как оно не соответствовало требованиям, установленным ст. 474 УПК РФ. Суд не раскрыл в определении конкретные требования ст. 474 УПК РФ, нарушенные при подаче ходатайства.

1.4. Подсудность дела военному суду

Суд установил, что настоящее дело обоснованно рассмотрено окружным военным судом в соответствии с требованиями ст. 31 УПК РФ о подсудности уголовных дел. Однако в определении отсутствует развёрнутое обоснование оснований подсудности (видимо, дело было отнесено к подсудности военного суда в связи с характером преступления или статусом подсудимой).

1.5. Состязательность и равноправие сторон

Суд установил, что судебное разбирательство проведено в условиях состязательности и равноправия сторон. Все представленные сторонами относимые и допустимые доказательства непосредственно и с соблюдением принципов уголовного судопроизводства исследованы в судебном заседании, по каждому из этих доказательств стороны имели возможность дать свои пояснения и задать допрашиваемым лицам вопросы, заявить ходатайства, высказать свою позицию по исследуемым обстоятельствам, чем они и воспользовались по своему усмотрению. Суд отметил, что заявленные сторонами ходатайства (о допросе свидетелей, оглашении показаний, исследовании дополнительных материалов) были рассмотрены в соответствии с требованиями закона, принятые по ним решения мотивированы и правильны.

1.6. Соблюдение презумпции невиновности

Суд указал, что сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились с нарушениями закона, что суд был предвзят, отдавал предпочтение какой-либо из сторон или занимал обвинительный уклон, что судом нарушен принцип презумпции невиновности, установленный ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ и нормами международного права, материалы уголовного дела не содержат.

2. Доказательства и их оценка

2.1. Совокупность доказательств

Суд установил, что выводы суда о виновности Зуевой подтверждаются: - показаниями свидетелей О. и Р., Т. - заключениями экспертов от 30 июня и 26 августа 2025 г. по результатам лингвистических судебных экспертиз (в которых выявлены лингвистические признаки оправдания террористического акта) - заключением эксперта, проводившего портретную судебную экспертизу - сведениями о включении Зуевой в реестр иностранных агентов (30 октября 2024 г.) - вступившими в законную силу судебными постановлениями от 27 января и 6 марта 2025 г. о привлечении к административной ответственности по ч. 4 ст. 193⁴ КоАП РФ - протоколами осмотра общедоступных каналов «Анна Зуева» и «Anna Zueva» в интернет-мессенджерах «Телеграм» и «Ютуб» - иными исследованными доказательствами

Суд отметил, что все доказательства, положенные в основу выводов суда, получены в установленном законом порядке, проверены и оценены судом в соответствии со ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, согласуются в деталях между собой по фактическим обстоятельствам и в своей совокупности убедительно подтверждают виновность осужденной в содеянном.

2.2. Судебные экспертизы

Суд установил, что судебные экспертизы, включая лингвистические экспертизы материалов, опубликованных осужденной в сети «Интернет», назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации, с разъяснением экспертам прав и обязанностей (ст. 57 УПК РФ) и предупреждением об ответственности (ст. 307 УК РФ), а также с предоставлением стороне защиты возможности реализовать права (ст. 198 УПК РФ).

Суд подтвердил, что экспертизы проведены компетентными экспертами, имеющими необходимый стаж работы и подготовку в соответствии с требованиями названного федерального закона. Заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат подробные результаты исследований, полные и научно обоснованные выводы по поставленным вопросам, которые непротиворечивы и ясны, согласуются с другими доказательствами по делу, а потому являются достоверными.

2.3. Возражение на доводы о выводах экспертов по правовым вопросам

Защита утверждала, что экспертные заключения содержат выводы о правовых вопросах (что недопустимо по ст. 57 УПК РФ). Суд отклонил этот довод, указав, что оспариваемые заключения не содержат выводов о правовых вопросах, поскольку объекты исследования оценены исключительно с позиций лингвистической квалификации, что в полной мере соответствует совокупности иных исследованных судом доказательств.

Относительно выводов эксперта Д. об отсутствии в материалах признаков призывов к террористической деятельности суд указал, что ссылка на это защитника является беспредметной, поскольку Зуева осуждена за оправдание терроризма (а не за призывы к нему). Таким образом, суд разграничил два состава: оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ) и призывы к террористической деятельности (ч. 1 ст. 205 УК РФ).

3. Материально-правовые основания квалификации

3.1. Публичное оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ)

Суд установил, что действия Зуевой были правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 205 УК РФ на основании следующих фактических обстоятельств: - размещение в открытом доступе в сети Интернет видеозаписи и текстовых комментариев - содержание материалов: пропаганда идей терроризма и одобрение/оправдание террористического акта, совершённого 1 июня 2025 г. на военном аэродроме в Иркутской области - использование сети Интернет (квалифицирующий признак по ч. 2 ст. 205 УК РФ)

Суд отклонил доводы защиты о том, что событие не было официально признано террористическим актом, указав, что доводы опровергаются имеющейся в деле копией постановления органа следствия о возбуждении по факту взрывов и поджогов на военном аэродроме в Иркутской области уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ. Кроме того, исходя из характера действий Зуевой, ее возраста и образования, она была достоверно осведомлена о террористическом характере одобряемых ею действий.

Суд отклонил доводы о том, что публичное оправдание терроризма является выражением мнения, критикой власти или профессиональной журналистской деятельностью, указав, что публичное оправдание терроризма не может расцениваться как критика власти и свободное высказывание своего мнения или позиции, а равно как профессиональная журналистская деятельность, в связи с чем осуждение Зуевой в полной мере соответствует нормам международного права, из которых следует, что терроризм ни при каких обстоятельствах не может быть оправдан соображениями политического, философского, идеологического, расового, этнического, религиозного или иного характера, а лица, виновные в совершении актов терроризма и других преступлений террористической направленности, должны привлекаться к ответственности в соответствии с законом, и им следует назначать наказание с учетом тяжести совершенных преступлений.

Суд также отклонил доводы об отсутствии негативных последствий, указав, что преступление, предусмотренное ст. 205² УК РФ, является оконченным с момента распространения хотя бы одного обращения (комментария) независимо от наступивших последствий.

3.2. Нарушение порядка деятельности иностранного агента (ч. 2 ст. 330¹ УК РФ)

Суд установил, что действия Зуевой были правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 декабря 2022 г. № 582-ФЗ) на основании того, что: - Зуева была включена в реестр иностранных агентов 30 октября 2024 г. - она дважды в течение 2025 г. привлекалась к административной ответственности по ч. 4 ст. 193⁴ КоАП РФ (судебные постановления от 27 января и 6 марта 2025 г.) - несмотря на это, она разместила в открытом доступе в сети Интернет публикации (материалы, сообщения, видеофайлы) без указания на то, что они произведены, распространены и направлены иностранным агентом либо касаются деятельности такого агента - тем самым нарушила порядок деятельности иностранного агента, установленный Федеральным законом от 14 июля 2022 г. № 255-ФЗ «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием»

Суд также указал, что ч. 2 ст. 330¹ УК РФ - с момента нарушения порядка деятельности иностранного агента независимо от наступивших последствий (преступление является оконченным).

Защита утверждала, что состав преступления отсутствует, поскольку не установлено, что Зуева была уведомлена о конкретном объёме обязанностей, имела реальную возможность их исполнить, осознавала уголовно-правовое значение своих действий. Однако суд не дал развёрнутого ответа на эти доводы, ограничившись указанием на наличие судебных постановлений о привлечении к административной ответственности.

4. Назначение наказания

4.1. Соблюдение требований уголовного закона

Суд установил, что наказание Зуевой назначено с соблюдением требований уголовного закона, с учетом обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о ее личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи, смягчающих и иных обстоятельств, приведенных в приговоре, отвечает целям его применения, определенным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

4.2. Смягчающие обстоятельства

Суд указал, что обстоятельством, смягчающим наказание осужденной, суд признал наличие у нее несовершеннолетнего ребенка, учел ее возраст и уровень образования, отсутствие судимостей. Таким образом, суд учёл обстоятельства, указанные в ст. 61 УК РФ.

4.3. Отягчающие обстоятельства

Суд указал, что суд признал отягчающими обстоятельствами совершение Зуевой преступлений по мотивам политической, идеологической ненависти и вражды, а также в период мобилизации, а по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ - совершение преступления в целях пропаганды, оправдания и поддержки терроризма. Таким образом, суд применил обстоятельства, предусмотренные ст. 63 УК РФ (п. «е» — совершение преступления по мотивам политической, идеологической ненависти и вражды).

4.4. Обоснованность выбора вида наказания

Суд установил, что при таких обстоятельствах решение суда о назначении осужденной основного наказания в виде лишения свободы является обоснованным, а все значимые обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, в том числе те, на которые указывается в кассационной жалобе, были известны суду и учтены в необходимой и достаточной степени.

4.5. Дополнительное наказание

Суд установил, что применение указанного в приговоре дополнительного наказания Зуевой по ч. 2 ст. 205² УК РФ обязательно, а по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ соответствует ч. 3 ст. 47 УК РФ, является правильным и мотивированным. Суд указал, что дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определённой деятельностью предусмотрено законом как обязательное по ч. 2 ст. 205² УК РФ и допустимое по ч. 3 ст. 47 УК РФ.

4.6. Отказ в применении ст. 64, 73, 82 УК РФ

Суд установил, что отсутствовали у суда и основания для изменения категории совершенного Зуевой преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205 УК РФ, на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ (смягчение категории преступления).

Суд также указал, что в силу прямого законодательного запрета оснований для применения в отношении Зуевой положений ст. 64, 73, 82 УК РФ не имеется. Таким образом, суд указал на законодательный запрет применения: - ст. 64 УК РФ (назначение наказания ниже низшего предела или иного вида наказания) - ст. 73 УК РФ (условное осуждение) - ст. 82 УК РФ (отсрочка отбывания наказания)

Эти запреты вытекают из положений УК РФ, устанавливающих, что указанные институты не применяются к лицам, осуждённым за преступления террористической направленности.

4.7. Определение вида исправительного учреждения

Суд установил, что отбывание осужденной лишения свободы в исправительной колонии общего режима определено в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ (для лиц, осуждённых за преступления террористической направленности).

5. Содержание приговора и его соответствие требованиям закона

Суд установил, что приговор соответствует требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к его содержанию. Он содержит конкретное и понятное описание совершенных Зуевой преступных действий, подробный анализ и оценку доказательств, обосновывающих выводы суда о ее виновности в содеянном, о квалификации деяний осужденной и назначенном ей наказании, а также решения по другим вопросам, предусмотренным ст. 299 УПК РФ.

Суд также указал, что содержание доказательств изложено в приговоре полно и объективно, в соответствии с материалами дела и без искажений, влияющих на существо принятых на основании их анализа и оценки решений, а каких-либо предположений или существенных противоречий положенные в основу приговора доказательства не содержат.

6. Апелляционное разбирательство

Суд установил, что при апелляционном судебном разбирательстве проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объеме рассмотрены аналогичные по существу доводы апелляционных жалоб стороны защиты. Вынесенное апелляционное определение отвечает требованиям ст. 389²⁸ УПК РФ.

7. Применённые нормативные акты и правовые позиции

Суд ссылался на: - Конституцию РФ (ст. 49 — презумпция невиновности) - УК РФ: ст. 14 (малозначительность), ст. 15 (категории преступлений), ст. 43 (цели наказания), ст. 47 (дополнительные наказания), ст. 58 (виды исправительных учреждений), ст. 60–74 (назначение наказания), ст. 69 (назначение наказания по совокупности), ст. 205 (терроризм), ст. 205² (публичное оправдание терроризма), ст. 330¹ (нарушение порядка деятельности иностранного агента) - УПК РФ: ст. 14 (презумпция невиновности), ст. 17 (оценка доказательств), ст. 31 (подсудность), ст. 57 (эксперт), ст. 73 (обстоятельства, подлежащие доказыванию), ст. 75 (недопустимые доказательства), ст. 87–88 (оценка доказательств), ст. 198 (права защиты при назначении экспертизы), ст. 204 (требования к заключению эксперта), ст. 247 (особенности разбирательства в отсутствие подсудимого), ст. 299 (содержание приговора), ст. 389²⁸ (требования к апелляционному определению), ст. 401¹, 401¹⁵ (основания для отмены в кассационном порядке), ст. 474 (ходатайства) - КоАП РФ: ч. 4 ст. 193⁴ (нарушение порядка деятельности иностранного агента) - Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» - Федеральный закон от 14 июля 2022 г. № 255-ФЗ «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием» - Федеральный закон от 29 декабря 2022 г. № 582-ФЗ (редакция ст. 330¹ УК РФ) - Международный пакт о гражданских и политических правах (ст. 19) и комментарии Комитета ООН по правам человека - Позиции ЕСПЧ относительно российского законодательства об иностранных агентах (суд отклонил ссылки на них как беспредметные)

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Вывод ВС РФ: Ошибок нижестоящих судов не выявлено. Суд первой инстанции и апелляционный суд правильно применили уголовный и уголовно-процессуальный законы.

Однако анализ определения позволяет выявить следующие моменты, на которые защита указывала, но которые суд отклонил:

1. Процессуально-правовые аспекты (отклонены судом):

• Уведомление подсудимой: Защита утверждала, что уведомления направлялись по неактуальному адресу. Суд отклонил этот довод, указав на презумпцию осведомлённости, вытекающую из факта подачи кассационной жалобы. Однако суд не дал развёрнутого анализа того, как именно была уведомлена Зуева о судебном разбирательстве.

• Ходатайство об отложении: Суд отклонил ходатайство, поданное по электронной почте, указав на несоответствие требованиям ст. 474 УПК РФ, но не раскрыл конкретные требования, нарушенные при подаче.

• Формальное участие защитников: Суд указал, что защитники действовали в интересах подзащитной и не было данных о ненадлежащем исполнении ими обязанностей. Однако суд не рассмотрел довод о том, что позиция защитников должна была зависеть от позиции самой подсудимой, которая не участвовала в разбирательстве.

2. Материально-правовые аспекты (отклонены судом):

• Состав публичного оправдания терроризма: Защита утверждала, что действия Зуевой были эмоциональным суждением, а не преступлением. Суд отклонил этот довод, указав на наличие лингвистических признаков оправдания в экспертных заключениях и на осведомлённость Зуевой о террористическом характере одобряемых действий.

• Свобода выражения мнения: Защита ссылалась на международно-правовые стандарты защиты свободы выражения (ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах). Суд отклонил этот довод, указав, что публичное оправдание терроризма не может быть защищено как выражение мнения и что осуждение соответствует нормам международного права, запрещающим оправдание терроризма.

• Состав нарушения порядка деятельности иностранного агента: Защита утверждала, что не установлено осведомлённость Зуевой об обязанностях и реальная возможность их исполнения. Суд не дал развёрнутого ответа, ограничившись указанием на наличие судебных постановлений о привлечении к административной ответственности.

3. Назначение наказания (отклонены судом):

• Применение ст. 64, 73, 82 УК РФ: Защита утверждала, что суд не мотивировал необходимость реального лишения свободы и не учёл возможность применения альтернативных видов наказания. Суд отклонил этот довод, указав на прямой законодательный запрет применения указанных норм к лицам, осуждённым за преступления террористической направленности.

• Дополнительное наказание: Защита утверждала, что дополнительное наказание фактически запретило Зуевой заниматься профессиональной деятельностью. Суд указал, что дополнительное наказание по ч. 2 ст. 205² УК РФ обязательно, а по ч. 2 ст. 330¹ УК РФ соответствует ч. 3 ст. 47 УК РФ.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации:

1. Приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 18 декабря 2025 г. в отношении Зуевой Анны Сергеевны оставить без изменения

2. Апелляционное определение апелляционного военного суда от 9 апреля 2026 г. оставить без изменения

3. Кассационную жалобу защитника-адвоката Голубева А.А. оставить без удовлетворения

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает следующие ориентиры для квалификации:

• Публичное оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ) не требует наступления каких-либо последствий; преступление считается оконченным с момента распространения хотя бы одного обращения (комментария). Лингвистические признаки оправдания (выявленные экспертизой) достаточны для квалификации.

• Разграничение между оправданием и критикой: Суд чётко разграничил публичное оправдание терроризма от критики власти и свободного выражения мнения. Оправдание терроризма не может быть защищено как выражение мнения.

• Нарушение порядка деятельности иностранного агента (ч. 2 ст. 330¹ УК РФ) является оконченным с момента нарушения порядка (размещение материалов без маркировки) независимо от наступивших последствий. Наличие судебных постановлений о привлечении к административной ответственности подтверждает осведомлённость о статусе иностранного агента.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

• Судебные экспертизы: Определение подтверждает допустимость лингвистических экспертиз при квалификации по ст. 205² УК РФ. Экспертизы, оценивающие материалы с позиций лингвистической квалификации (а не правовой оценки), не содержат выводов о правовых вопросах и являются допустимыми доказательствами.

• Оценка совокупности доказательств: Суд применил стандарт оценки совокупности доказательств, требующий их согласованности в деталях и убедительности в целом (ст. 17, 87, 88 УПК РФ).

• Презумпция осведомлённости: Суд применил презумпцию осведомлённости подсудимой о судебном разбирательстве, основанную на факте подачи кассационной жалобы. Это может быть использовано в других делах при рассмотрении в отсутствие подсудимого.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого / потерпевшего

• Право на защиту при заочном разбирательстве: Определение подтверждает, что участие защитников (даже в отсутствие подсудимого) обеспечивает право на защиту, если защитники действуют в интересах подзащитного. Однако суд не рассмотрел довод о том, что позиция защитников должна зависеть от позиции самой подсудимой.

• Право на справедливое судебное разбирательство: Определение подтверждает, что состязательность и равноправие сторон обеспечиваются возможностью сторон исследовать доказательства, задавать вопросы, заявлять ходатайства и высказывать позицию.

• Ограничение прав осуждённого: Определение подтверждает, что лицам, осуждённым за преступления террористической направленности, не применяются ст. 64 (смягчение наказания), ст. 73 (условное осуждение) и ст. 82 (отсрочка отбывания) УК РФ. Это является прямым законодательным запретом.

4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ

Определение ссылается на: - Конституцию РФ (ст. 49 — презумпция невиновности) - Международный пакт о гражданских и политических правах (ст. 19 — свобода выражения) - Позиции ЕСПЧ (суд отклонил их как беспредметные в контексте преступлений террористической направленности)

Определение не ссылается на Постановления Пленума ВС РФ, что может быть пробелом в обосновании.

5. Сферы применения по аналогии

• Преступления террористической направленности: Определение может быть применено при квалификации других преступлений террористической направленности (ст. 205, 205¹, 205² УК РФ и др.), где также действуют запреты на применение ст. 64, 73, 82 УК РФ.

• Использование интернета при совершении преступлений: Определение может быть применено при квалификации других преступлений, совершённых с использованием интернета (распространение экстремистских материалов, разжигание ненависти и т.д.).

• Иностранные агенты: Определение может быть применено при квалификации других преступлений, совершённых лицами, включёнными в реестр иностранных агентов, в частности при нарушении порядка их деятельности.

• Заочное разбирательство: Определение может быть применено при рассмотрении других дел в отсутствие подсудимого, находящегося за пределами РФ и уклоняющегося от явки в суд.

6. Критические замечания

• Недостаточное обоснование подсудности: Суд не раскрыл оснований передачи дела в военный суд, ограничившись указанием на соответствие ст. 31 УПК РФ.

• Недостаточный анализ состава ст. 330¹ УК РФ: Суд не дал развёрнутого ответа на доводы защиты об отсутствии осведомлённости Зуевой об обязанностях иностранного агента и реальной возможности их исполнения.

• Отклонение позиций ЕСПЧ: Суд отклонил ссылки на позиции ЕСПЧ как беспредметные, не дав развёрнутого анализа соотношения российского законодательства о преступлениях террористической направленности с международно-правовыми стандартами защиты свободы выражения.

• Презумпция осведомлённости: Применение презумпции осведомлённости, основанной на факте подачи кассационной жалобы, может быть оспорено как недостаточное обоснование надлежащего уведомления подсудимой.

Заключение: Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих ВС РФ представляет собой развёрнутое обоснование отказа в удовлетворении кассационной жалобы и подтверждает правильность квалификации действий Зуевой по ч. 2 ст. 205 УК РФ и ч. 2 ст. 330¹ УК РФ, а также обоснованность назначенного наказания. Определение устанавливает важные ориентиры для квалификации преступлений террористической направленности, использования судебных экспертиз и применения запретов на смягчение наказания для лиц, осуждённых за такие преступления.