ВС отменил пенсию таджичке: суды неправильно применили устаревший договор

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер определения: № 3-КГ26-3-КЗ

Дата: 5 октября 2026 г.

Состав СКГД: - Председательствующая: Пчелинцева Л.М. - Судьи: Фролкина С.В. (судья-докладчик), Вавилычева Т.Ю.

Стороны: - Истец: Бахадирова Кумринисо (гражданин Российской Федерации, ранее гражданин Республики Таджикистан, пенсионер) - Ответчик: Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Коми (орган публичной власти, уполномоченный орган по пенсионному обеспечению)

Категория спора: Административно-правовой (пенсионное обеспечение); материально-правовой конфликт в сфере социального страхования и международного пенсионного сотрудничества

Внутрисудебный номер: 2-63/2025 Усть-Вымского районного суда Республики Коми

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца:

Бахадирова К. обратилась в суд 2 декабря 2024 г. с исковыми требованиями о: 1. признании незаконным решения Отделения ФПСС по Республике Коми от 15 ноября 2024 г. об отказе в назначении страховой пенсии по старости; 2. возложении на ОСФР по Республике Коми обязанности назначить страховую пенсию по старости с даты обращения с заявлением (30 марта 2024 г.).

Истица обосновывала требования тем, что 30 марта 2024 г. подала заявление о назначении страховой пенсии по старости, однако получила отказ со ссылкой на отсутствие у неё 12 месяцев страхового стажа на территории Российской Федерации и РСФСР и требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента.

Возражения ответчика:

ОСФР по Республике Коми обосновывала отказ положениями статьи 9 Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 г., указывая, что вся трудовая деятельность истицы осуществлялась на территории Таджикской ССР и Республики Таджикистан, и она не имеет требуемого страхового стажа в России.

Решение первой инстанции (14 января 2025 г.):

Усть-Вымский районный суд Республики Коми удовлетворил исковые требования. Суд исходил из того, что отказ нарушает конституционное право истицы как гражданина Российской Федерации на реализацию пенсионных прав, учитывая её возраст (71 год) и невозможность приобрести требуемый стаж. Суд применил положения Соглашения о гарантиях прав граждан государств — участников СНГ в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 г., включив в страховой стаж периоды работы истицы на территории Таджикской ССР и Республики Таджикистан с 1 сентября 1979 г. по 2 сентября 2009 г. (подтверждённые трудовой книжкой, архивными справками и справками работодателя). Обязал ОСФР назначить пенсию с 1 мая 2024 г.

Постановление апелляции (23 октября 2025 г.):

Апелляционная коллегия Верховного Суда Республики Коми согласилась с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, но исключила из стажа периоды работы в 2001–2003 и 2006–2009 годах в средней школе № 3 (документально не подтверждены начисление заработной платы и уплата страховых взносов). Однако отметила, что это не повлияло на право истицы на получение страховой пенсии по старости в России. Решение оставлено без изменения.

Постановление кассационного суда (22 декабря 2025 г.):

Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции оставила без изменения решение первой инстанции и апелляционное определение.

Обращение в ВС РФ:

Представитель ОСФР по Республике Коми подал кассационную жалобу в Верховный Суд Российской Федерации, ставя вопрос об отмене всех нижестоящих судебных постановлений как незаконных. Судья Фролкина С.В. определением от 7 сентября 2026 г. передала дело для рассмотрения в судебном заседании СКГД.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Спор возник между интересами гражданина Российской Федерации (получившей российское гражданство в 2023 г., ранее гражданина Таджикистана) на реализацию пенсионных прав в России и требованиями пенсионного законодательства Российской Федерации о наличии минимального страхового стажа на территории России. Конфликт также касается применения двух различных международных договоров, регулирующих пенсионное сотрудничество между Россией и Таджикистаном: - Соглашение от 13 марта 1992 г. (предусматривало учёт стажа, приобретённого на территории любого государства СНГ и бывшего СССР); - Договор от 15 сентября 2021 г. (вступил в силу 21 октября 2022 г., прекратил действие предыдущего соглашения, установил более жёсткие требования).

Категория проблемы: Материально-правовая (применение норм пенсионного законодательства и международных договоров) и межотраслевая (пенсионное право, международное право, конституционное право).

Причина передачи на коллегию:

Дело передано на коллегию в связи с необходимостью разрешения вопроса о надлежащем применении норм международного пенсионного сотрудничества и установления единообразной практики применения Договора от 15 сентября 2021 г. в условиях, когда нижестоящие суды ошибочно применили утратившее силу Соглашение от 13 марта 1992 г.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Какой международный договор подлежит применению при определении права на страховую пенсию по старости гражданина Российской Федерации, имеющего трудовой стаж, приобретённый исключительно на территории Республики Таджикистан до вступления в силу Договора от 15 сентября 2021 г.?

2. Может ли суд применить к спорным отношениям Соглашение от 13 марта 1992 г., если оно прекратило действие 21 октября 2022 г. со вступлением в силу Договора от 15 сентября 2021 г., и в новом договоре отсутствуют положения о сохранении применения старого соглашения к стажу, приобретённому до вступления нового договора в силу?

3. Имеет ли право на страховую пенсию по старости в Российской Федерации гражданин, у которого отсутствует страховой стаж продолжительностью не менее 12 месяцев на территории Российской Федерации и РСФСР, если весь его трудовой стаж приобретён на территории Республики Таджикистан?

4. Может ли суд при разрешении спора о назначении страховой пенсии учитывать соображения о возрасте истца и невозможности приобрести требуемый стаж, если такие обстоятельства не предусмотрены в пенсионном законодательстве Российской Федерации?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд Российской Федерации пришёл к выводу, что нижестоящие суды допустили существенные нарушения норм материального права, ошибочно применив к спорным отношениям Соглашение от 13 марта 1992 г., которое прекратило действие 21 октября 2022 г. со вступлением в силу Договора от 15 сентября 2021 г. Суды не применили надлежащие нормы Договора от 15 сентября 2021 г., в соответствии с которыми право на страховую пенсию в Российской Федерации возникает только при наличии страхового стажа продолжительностью не менее 12 месяцев на территории Российской Федерации и РСФСР. Поскольку истица не имела такого стажа, она не имеет права на страховую пенсию по старости в России, хотя её право на пенсионное обеспечение не нарушено, так как она продолжает получать пенсию, назначенную ей в Республике Таджикистан.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база пенсионного обеспечения в Российской Федерации

Верховный Суд указал, что основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (вступил в силу с 1 января 2015 г.).

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона № 400-ФЗ, право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении определённых условий.

По статье 8 Федерального закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 60 лет, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с переходными положениями, предусмотренными приложением 6).

2. Включение периодов работы за пределами Российской Федерации в страховой стаж

Согласно части 1 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ, в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, выполнявшиеся на территории Российской Федерации при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Часть 2 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ предусматривает, что периоды работы за пределами территории Российской Федерации включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в ФПСС РФ.

3. Применение международных договоров в пенсионном обеспечении

Согласно части 3 статьи 2 Федерального закона № 400-ФЗ, в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором установлены иные правила, чем предусмотренные федеральным законом, применяются правила международного договора.

4. Соглашение от 13 марта 1992 г. и его действие

Верховный Суд установил, что 13 марта 1992 г. государствами — участниками СНГ, включая Российскую Федерацию и Республику Таджикистан, было подписано Соглашение о гарантиях прав граждан государств — участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения.

Согласно статье 1 этого соглашения, пенсионное обеспечение граждан государств — участников осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

Пункт 2 статьи 6 Соглашения предусматривал, что для установления права на пенсию учитывается трудовой стаж, приобретённый на территории любого из государств — участников, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу соглашения.

Однако Верховный Суд подчеркнул, что это соглашение прекратило действие для Российской Федерации и Республики Таджикистан 21 октября 2022 г. со дня вступления в силу Договора от 15 сентября 2021 г.

5. Договор от 15 сентября 2021 г. и его положения

Верховный Суд детально проанализировал положения Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 г., вступившего в силу 21 октября 2022 г.

Пункт 3 статьи 21 Договора установил, что одновременно со вступлением в силу договора в отношениях между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан прекращает действие Соглашение от 13 марта 1992 г.

Пункт 2 статьи 5 Договора предусмотрел, что пенсии, назначенные и выплачиваемые договаривающимися сторонами, не подлежат уменьшению, приостановлению или прекращению в связи с проживанием застрахованного лица на территории другой стороны или третьего государства.

Пункт 3 статьи 5 Договора установил, что при переезде застрахованного лица, которому назначена пенсия, с территории одной стороны на территорию другой или третьего государства для проживания её выплата продолжается той стороной, которая назначила пенсию.

Статья 9 Договора регулирует определение права на пенсию:

• Пункт 1 статьи 9: Каждая договаривающаяся сторона назначает пенсию на основании страхового стажа, приобретённого на её территории, в соответствии с её законодательством, если иное не предусмотрено договором.

• Пункт 2 статьи 9: При определении права на пенсию под страховым стажем понимается: для Российской Федерации — стаж, приобретённый на территории Российской Федерации и РСФСР; для Республики Таджикистан — стаж, приобретённый на территории Республики Таджикистан и Таджикской ССР.

• Пункт 3 статьи 9: Если согласно законодательству одной стороны право на пенсию возникает и без учёта стажа другой стороны, то первая сторона назначает пенсию на основании своего стажа. Подсчёт и подтверждение стажа осуществляются согласно законодательству той стороны, которая устанавливает пенсию.

• Пункт 4 статьи 9: Если стажа, приобретённого по законодательству назначающей пенсию стороны, недостаточно, во внимание принимается стаж другой стороны, а также третьего государства, с которым назначающая сторона имеет международный договор о социальном обеспечении.

• Пункт 8 статьи 9: Если страховой стаж, приобретённый в соответствии с законодательством одной стороны, составляет менее 12 месяцев, то пенсия не устанавливается, кроме случаев, когда этот стаж даёт право на пенсию.

Пункт 1 статьи 11 Договора установил, что каждая сторона исчисляет размер пенсии, соответствующий стажу, приобретённому на её территории, согласно своему законодательству.

Пункт 1 статьи 20 Договора предусмотрел, что пенсии, установленные до вступления договора в силу, сохраняются и не пересматриваются с учётом его положений, за исключением социальной доплаты в Российской Федерации и случаев, предусмотренных пунктом 2 этой статьи.

6. Ключевой вывод о применимом праве

Верховный Суд сделал вывод, что из приведённых норм законодательства следует: право на страховую пенсию по старости имеют граждане Российской Федерации при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30. Периоды работы за пределами Российской Федерации включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации.

Таким международным договором было Соглашение от 13 марта 1992 г., которое предусматривало учёт трудового стажа, приобретённого на территории любого государства СНГ и бывшего СССР. Однако это соглашение прекратило действие 21 октября 2022 г.

Новым договором является Договор от 15 сентября 2021 г., который предусматривает, что каждая сторона назначает пенсию на основании стажа, приобретённого на её территории. Если стажа недостаточно, учитывается стаж другой стороны, но если стаж составляет менее 12 месяцев, пенсия не устанавливается.

7. Ошибки нижестоящих судов в применении права

Верховный Суд указал, что суды первой и апелляционной инстанций при разрешении исковых требований применили нормативные положения неправильно:

• Они ошибочно применили к спорным отношениям Соглашение от 13 марта 1992 г., хотя оно прекратило действие 21 октября 2022 г.

• Они не учли, что в Договоре от 15 сентября 2021 г. отсутствуют положения о том, что за стаж, приобретённый до вступления договора в силу, пенсия назначается в соответствии со старым соглашением.

• Они не применили положения Договора от 15 сентября 2021 г., которые регулируют определение права на пенсию при недостаточности стажа на территории назначающей стороны.

• Они не разрешили вопрос о наличии у истицы права на страховую пенсию в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями Договора от 15 сентября 2021 г.

8. Нарушение процессуального закона

Верховный Суд указал, что суды первой и апелляционной инстанций в нарушение статей 67, 196, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не дали должной правовой оценки обстоятельствам, что на дату обращения (30 марта 2024 г.) истица не имела страхового стажа продолжительностью не менее 12 месяцев на территории Российской Федерации и РСФСР, вся её трудовая деятельность осуществлялась на территории Таджикской ССР и Республики Таджикистан.

9. Неправомерность ссылки на конституционные права

Верховный Суд отметил, что суды, указывая на нарушение конституционного права истицы на реализацию пенсионных прав в Российской Федерации, не приняли во внимание, что в российском пенсионном законодательстве не содержится положений о необходимости учёта возраста истца и её невозможности приобрести требуемый стаж при определении права на страховую пенсию по старости.

10. Сохранение пенсионных прав истицы

Верховный Суд подчеркнул, что право истицы на пенсионное обеспечение не нарушено, так как:

• Она является получателем пенсии в Республике Таджикистан, приобрела право на неё в соответствии с законодательством этого государства.

• В силу пункта 3 статьи 5 Договора от 15 сентября 2021 г. при переезде в Российскую Федерацию у истицы сохраняется право получения пенсии, назначенной ей в Республике Таджикистан.

• С 1 мая 2024 г. выплата пенсии в Таджикистане была прекращена по заявлению истицы в связи с переездом в Россию, но это не означает нарушение её прав, так как она имеет право на получение этой пенсии в России.

11. Ошибки кассационного суда

Верховный Суд указал, что кассационный суд общей юрисдикции, проверяя законность судебных постановлений нижестоящих судов, допущенные ими нарушения норм права не выявил и не устранил, тем самым не выполнив требования статьи 379 и частей 1–3 статьи 379 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Существенные нарушения норм материального права:

1. Неправильное применение международного договора: Суды первой и апелляционной инстанций применили к спорным отношениям Соглашение от 13 марта 1992 г., которое прекратило действие 21 октября 2022 г. со вступлением в силу Договора от 15 сентября 2021 г. Это является прямым нарушением норм материального права, так как применяемый договор утратил силу и не подлежит применению к отношениям, возникшим после его прекращения.

2. Неприменение надлежащего международного договора: Суды не применили положения Договора от 15 сентября 2021 г., который является действующим международным договором, регулирующим пенсионное сотрудничество между Россией и Таджикистаном. В частности, они не применили пункт 8 статьи 9 договора, предусматривающий, что если страховой стаж составляет менее 12 месяцев, пенсия не устанавливается.

3. Неправильное толкование переходных положений: Суды не учли, что в Договоре от 15 сентября 2021 г. отсутствуют положения о сохранении применения старого соглашения к стажу, приобретённому до вступления нового договора в силу. Пункт 1 статьи 20 договора предусматривает, что пенсии, установленные до вступления договора в силу, сохраняются, но это не означает, что при определении права на новую пенсию применяется старое соглашение.

4. Нарушение требований Федерального закона № 400-ФЗ: Суды не применили положения части 2 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ, согласно которым периоды работы за пределами Российской Федерации включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации. Договор от 15 сентября 2021 г. предусматривает, что если стажа на территории назначающей стороны менее 12 месяцев, пенсия не устанавливается.

Существенные нарушения норм процессуального права:

1. Нарушение статьи 67 ГПК РФ (обязанность доказывания): Суды не дали должной оценки обстоятельству, что истица не имела страхового стажа продолжительностью не менее 12 месяцев на территории Российской Федерации и РСФСР. Это обстоятельство, подтверждённое документами (формуляр от Агентства социального страхования и пенсий Таджикистана от 15 октября 2024 г.), не было надлежащим образом оценено судами.

2. Нарушение статьи 196 ГПК РФ (мотивированность решения): Суды не дали надлежащего обоснования применению Соглашения от 13 марта 1992 г. вместо Договора от 15 сентября 2021 г., не объяснили, почему они считают, что старое соглашение продолжает применяться к отношениям, возникшим после его прекращения.

3. Нарушение статьи 327 ГПК РФ (применение норм права): Суды не применили надлежащие нормы материального права, регулирующие определение права на страховую пенсию по старости при наличии стажа, приобретённого за пределами Российской Федерации.

4. Нарушение статьи 379 ГПК РФ (обязанности кассационного суда): Кассационный суд не выявил и не устранил допущенные нижестоящими судами нарушения норм права, не выполнив требования статьи 379 и частей 1–3 статьи 379 ГПК РФ.

Влияние на исход дела:

Эти нарушения существенно повлияли на исход дела, так как привели к неправомерному удовлетворению исковых требований истицы и возложению на ОСФР обязанности назначить страховую пенсию, на которую истица не имеет права в соответствии с действующим законодательством и международным договором.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКГД ВС РФ:

1. Отменены: - Решение Усть-Вымского районного суда Республики Коми от 14 января 2025 г. - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от 23 октября 2025 г. - Определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22 декабря 2025 г.

2. Направлено на новое рассмотрение: Дело направлено в суд первой инстанции — Усть-Вымский районный суд Республики Коми в ином составе суда.

3. Указание суду при новом рассмотрении: При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует разрешить спор исходя из приведённого выше анализа в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами, с соблюдением требований процессуального закона.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД устанавливает чёткий стандарт применения международных договоров в пенсионном обеспечении:

• Суды должны применять действующие международные договоры, а не утратившие силу соглашения, даже если утратившее силу соглашение было более благоприятным для истца.

• При смене международного договора суды не могут применять положения старого договора к отношениям, возникшим после его прекращения, если в новом договоре не предусмотрены переходные положения, сохраняющие применение старого договора.

• Суды должны тщательно анализировать переходные положения в международных договорах и не предполагать автоматического сохранения применения старого договора.

2. Защита интересов сторон

Определение усиливает защиту интересов государства (ФПСС РФ) как органа, ответственного за пенсионное обеспечение, и устанавливает чёткие критерии для определения права на страховую пенсию. Однако оно также защищает интересы граждан, получивших пенсию в другом государстве, гарантируя, что они продолжат получать эту пенсию в России в соответствии с пунктом 3 статьи 5 Договора от 15 сентября 2021 г.

3. Связь с ранее сформированными позициями

Определение развивает позицию ВС РФ о необходимости надлежащего применения международных договоров в пенсионном обеспечении. Оно согласуется с принципом, установленным в части 3 статьи 2 Федерального закона № 400-ФЗ, о том, что в случае конфликта между федеральным законом и международным договором применяются правила международного договора, но при условии, что договор действует.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение подтверждает, что при определении права на страховую пенсию по старости бремя доказывания наличия требуемого страхового стажа лежит на истце. В данном случае истица не доказала наличие страхового стажа продолжительностью не менее 12 месяцев на территории Российской Федерации и РСФСР, что является необходимым условием для назначения страховой пенсии в соответствии с Договором от 15 сентября 2021 г.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция СКГД может быть применена по аналогии в следующих сферах:

• Определение права на социальную пенсию граждан, имеющих стаж работы за пределами Российской Федерации, если применимы международные договоры.

• Определение права на пенсию по инвалидности граждан, имеющих стаж работы в других государствах.

• Применение других международных договоров в области социального обеспечения, когда возникает вопрос о смене договора и применении переходных положений.

• Толкование переходных положений в международных договорах, когда новый договор прекращает действие старого договора.

6. Конституционно-правовое значение

Определение уточняет понимание конституционного права граждан на пенсионное обеспечение. Оно указывает, что это право не означает автоматического права на получение страховой пенсии в России, если гражданин не соответствует условиям, установленным российским законодательством и применимыми международными договорами. Однако право на пенсионное обеспечение не нарушается, если гражданин получает пенсию в другом государстве и имеет право продолжить её получение в России.

7. Значение для международного пенсионного сотрудничества

Определение подчёркивает важность надлежащего применения международных договоров в области пенсионного обеспечения и необходимость учёта переходных положений при смене договоров. Это имеет значение для развития практики пенсионного сотрудничества между Россией и другими государствами.

Заключение

Определение СКГД ВС РФ № 3-КГ26-3-КЗ является важным прецедентом в области применения международных договоров в пенсионном обеспечении. Оно устанавливает чёткий стандарт, согласно которому суды должны применять действующие международные договоры и не могут применять утратившие силу договоры, даже если они были более благоприятны для истца. Определение также подтверждает, что право на страховую пенсию по старости в Российской Федерации возникает только при соблюдении условий, установленных российским законодательством и применимыми международными договорами, включая наличие минимального страхового стажа на территории Российской Федерации.