ВС разграничил непреодолимую силу и распоряжения органов: письменное уведомление не требуется

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А40-311600/2024; Определение Верховного Суда РФ от 6 ноября 2026 г. № 305-ЭС26-7986

Дата принятия: 6 ноября 2026 г. (резолютивная часть объявлена 26 октября 2026 г.)

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Борисова Е.Е. - Судьи: Букина И.А. (судья-докладчик), Шилохвост О.Ю.

Стороны спора: - Истец (в кассационной жалобе — ответчик по жалобе): АО «Михайловский ГОК имени Андрея Владимировича Варичева» - Ответчик (в кассационной жалобе — заявитель): открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»)

Категория спора: договорный спор о взыскании пени за нарушение сроков доставки грузов железнодорожным транспортом; спор об освобождении от ответственности на основании непреодолимой силы

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула:

АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ОАО «РЖД» о взыскании пени в размере 2 138 085 руб. 90 коп. за просрочку доставки порожних вагонов на станцию Курбакинская (поселок Магнитный Железногорского района Курской области) за период с 21 по 25 октября 2024 г. По 599 транспортным железнодорожным накладным вагоны находились в пути свыше норм, предусмотренных Правилами исчисления сроков доставки грузов, утвержденными приказом МПС России от 7 августа 2015 г. № 245. Истец начислил неустойку на основании статьи 97 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» в сумме 2 250 895 руб. 50 коп. Претензия истца от 5 декабря 2024 г. была оставлена ОАО «РЖД» без ответа. Ответчик ссылался на освобождение от ответственности в связи с действием непреодолимой силы — прекращением штатного режима работы железнодорожного транспорта вследствие непрекращавшихся сигналов гражданской обороны «Ракетная опасность» и «Опасность атаки БПЛА». После получения отзыва ответчика истец уменьшил сумму иска до 2 138 085 руб. 90 коп. в связи с совпадением требований по 48 вагонам с исками, предъявленными другими компаниями.

Решения нижестоящих инстанций:

1. Арбитражный суд города Москвы (14 августа 2025 г.): Частично удовлетворил иск, взыскав с ОАО «РЖД» в пользу истца 1 500 000 руб. пени и 89 143 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказал. Суд признал нарушение ответчиком сроков доставки грузов, но снизил размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, учитывая незначительность нарушения. Отклонил довод об освобождении от ответственности на основании непреодолимой силы, сославшись на недоказанность причинно-следственной связи между введением режимов чрезвычайной ситуации и задержкой доставки конкретных спорных отправок, а также на непредставление ответчиком письменного уведомления руководителя федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта (статья 29 УЖТ РФ).

2. Девятый арбитражный апелляционный суд (21 ноября 2025 г.): Оставил решение суда первой инстанции без изменения.

3. Арбитражный суд Московского округа (22 апреля 2026 г.): Оставил решение и постановление апелляционного суда без изменения. Указал, что неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств (в частности, заключения Торгово-промышленной палаты Курской области) не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Основание передачи в коллегию:

Кассационная жалоба ОАО «РЖД» (ответчика) на все три судебных акта. Определением Верховного Суда РФ от 29 сентября 2026 г. жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС. Ключевые доводы жалобы касались ошибочности применения судами норм об освобождении от ответственности за непреодолимую силу и неправильной оценки доказательств, в том числе заключения Торгово-промышленной палаты Курской области об обстоятельствах непреодолимой силы.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор сосредоточен на разграничении оснований освобождения перевозчика от ответственности за нарушение сроков доставки грузов в условиях действия обстоятельств, связанных с угрозой безопасности. Конфликт возник между двумя подходами:

1. Позиция судов нижестоящих инстанций: Освобождение от ответственности на основании непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) возможно только при наличии письменного уведомления руководителя федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта о временном прекращении либо ограничении перевозки (статья 29 УЖТ РФ). Сигналы гражданской обороны («Ракетная опасность», «Опасность атаки БПЛА») рассматривались как формальные уведомительные сигналы, не влекущие прекращение штатного режима работы предприятий.

2. Позиция ОАО «РЖД»: Сигналы гражданской обороны сами по себе являются обстоятельствами непреодолимой силы, обязывающими к прекращению определенных операций в целях защиты жизни и здоровья работников, и не требуют дополнительного письменного уведомления компетентного органа.

Принципиальное значение дела: Определение соотношения между двумя самостоятельными основаниями освобождения перевозчика от ответственности (непреодолимая сила vs. прекращение/ограничение перевозки по распоряжению компетентного органа); уточнение требований к доказыванию непреодолимой силы в условиях военных действий и угроз безопасности; правовая оценка сигналов гражданской обороны как юридически значимых обстоятельств; порядок оценки заключений торгово-промышленных палат об обстоятельствах непреодолимой силы.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Является ли письменное уведомление руководителя федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта (предусмотренное статьей 29 УЖТ РФ) необходимым условием для признания обстоятельств непреодолимой силы, или это требование относится только к основанию прекращения/ограничения перевозки по распоряжению компетентного органа?

2. Могут ли сигналы гражданской обороны («Ракетная опасность», «Опасность атаки БПЛА») рассматриваться в качестве обстоятельств непреодолимой силы, обязывающих к прекращению определенных операций в целях защиты жизни и здоровья?

3. Какой порядок доказывания причинно-следственной связи между обстоятельствами непреодолимой силы и нарушением сроков доставки груза должны соблюдать суды?

4. Какова юридическая сила заключения торгово-промышленной палаты об обстоятельствах непреодолимой силы и подлежит ли оно обязательной оценке судом наряду с другими доказательствами?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ признал, что судами нижестоящих инстанций допущено существенное нарушение гражданского законодательства об освобождении от ответственности в силу действия обстоятельств непреодолимой силы. Ключевой вывод состоит в том, что письменное уведомление компетентного органа о прекращении/ограничении перевозки (статья 29 УЖТ РФ) относится ко второму из самостоятельных оснований освобождения перевозчика от ответственности — прекращению или ограничению перевозки по распоряжению компетентного органа, а не к непреодолимой силе как таковой. Сигналы гражданской обороны, обязывающие к прекращению определенных операций в целях защиты жизни и здоровья, должны презюмироваться в качестве обстоятельств непреодолимой силы, однако это не исключает право контрагентов доказывать иное.

B. Развёрнутое обоснование

1. Классификация оснований освобождения перевозчика от ответственности и разграничение между непреодолимой силой и распоряжением компетентного органа

Судебная коллегия установила, что общепризнанным является деление обстоятельств, освобождающих перевозчика и грузоотправителя от ответственности за невыполнение обязательств по перевозке грузов, на три категории:

1) действие непреодолимой силы и военные действия; 2) прекращение или ограничение перевозки грузов в определенных направлениях, установленные в порядке, предусмотренном соответствующим транспортным уставом или кодексом; 3) иные обстоятельства, предусмотренные транспортными уставами и кодексами.

Эта классификация опирается на пункт 2 статьи 794 ГК РФ, в котором непреодолимая сила, иные явления стихийного характера (пожары, заносы, наводнения) и военные действия указываются в качестве самостоятельного основания для освобождения перевозчика, наравне с прекращением или ограничением перевозки грузов, установленным в порядке, предусмотренном транспортным уставом или кодексом.

Аналогичный прием юридической техники используется в УЖТ РФ (статьи 39, 110, 116, 117), где условия, исключающие ответственность перевозчика в силу самого факта своего наступления, упоминаются отдельно от распоряжений компетентного органа, обязывающих или управомочивающих перевозчика приостановить или ограничить погрузку и отправление грузов в определенных направлениях.

Вывод коллегии: Письменное уведомление руководителя федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта о временном прекращении либо ограничении перевозки (упоминаемое в статье 29 УЖТ РФ) относится ко второму из названных оснований — прекращению или ограничению перевозки по распоряжению компетентного органа. Иной подход противоречил бы закрепленному в законе понятию непреодолимой силы как чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), действие которой не зависит от извещения компетентного органа и издания им соответствующего распоряжения.

Таким образом, ссылка судов на отсутствие письменного уведомления компетентного органа в качестве основания для отказа в признании непреодолимой силой препятствовавших осуществлению перевозок обстоятельств является ошибочной.

2. Критерии признания обстоятельства непреодолимой силой и требование доказывания причинно-следственной связи

Судебная коллегия ссылается на пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений гражданского кодекса российской федерации об ответственности за нарушение обязательств» и устанавливает, что для признания обстоятельства в качестве непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) необходимо:

• Чрезвычайный характер: исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.
• Непредотвратимый характер: если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Коллегия подчеркивает, что не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства (отсутствие денежных средств, нарушение обязательств контрагентами, неправомерные действия представителей).

Согласно пункту 10 того же постановления Пленума, должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Критическое требование: Самого факта наличия непреодолимой силы недостаточно для освобождения перевозчика от ответственности. Перевозчик, ссылающийся на освобождение на основании пункта 3 статьи 401 ГК РФ, должен доказать: - не только характер соответствующего обстоятельства как чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях, - но и наличие непосредственной причинной связи между обстоятельством непреодолимой силы и нарушением сроков доставки груза.

3. Правовой статус заключений торгово-промышленных палат об обстоятельствах непреодолимой силы и порядок их оценки

ОАО «РЖД» представила заключение Торгово-промышленной палаты Курской области от 24 июня 2025 г. № 640 об обстоятельствах непреодолимой силы, ссылаясь на подпункт н1 пункта 3 статьи 15 Закона о ТПП, в силу которого определенные Торгово-промышленной палатой РФ торгово-промышленные палаты вправе свидетельствовать обстоятельства непреодолимой силы, возникшие при исполнении договоров между российскими субъектами предпринимательской деятельности.

Коллегия ссылается на Положение о свидетельствовании уполномоченными торгово-промышленными палатами обстоятельств непреодолимой силы по договорам (контрактам), заключенным в рамках внутрироссийской экономической деятельности, утвержденное постановлением Совета Торгово-промышленной палаты РФ от 24 июня 2021 г. № 7-2, которое предусматривает свидетельствование названных обстоятельств по результатам определения совокупности следующих признаков:

• наличие обязательств по договору и срок их исполнения;
• характер и срок нарушения договорных обязательств;
• наличие и продолжительность обстоятельств, которые не могли быть разумно предвидены заявителем и имеют чрезвычайный и непредотвратимый характер;
• наличие документального подтверждения компетентными органами события, которое может быть отнесено к обстоятельствам непреодолимой силы;
• причинно-следственная связь между наступившими обстоятельствами и невозможностью полностью или частично выполнить обязательства по договору;
• непричастность заявителя к созданию обстоятельств непреодолимой силы.

Ключевой вывод коллегии: Указанное заключение не было предметом оценки судов по правилам статьи 71 АПК РФ, вопреки указанию суда округа об обратном. При этом коллегия учитывает, что истцом не оспаривается наделение Торгово-промышленной палаты Курской области компетенцией свидетельствовать соответствующие обстоятельства.

Однако названное доказательство не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы и подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ). Это означает, что несмотря на наличие свидетельства уполномоченной торгово-промышленной палаты об обстоятельствах непреодолимой силы, суд не вправе уклониться от установления и соответствующей квалификации причинно-следственной связи названных обстоятельств и вменяемого должнику нарушения обязательства при разрешении вопроса о применении пункта 3 статьи 401 ГК РФ.

4. Правовая оценка сигналов гражданской обороны как обстоятельств непреодолимой силы

Коллегия ссылается на Правила поведения, обязательные для исполнения гражданами и организациями при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, утвержденные постановлением Правительства РФ от 2 апреля 2020 г. № 417 в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера».

В зависимости от складывающейся обстановки организации обязаны: - обеспечить проведение эвакуации работников и иных граждан с территорий организаций (подпункт «а» пункта 6); - приостановить свою деятельность при угрозе безопасности жизнедеятельности работников и иных граждан (подпункт «д» пункта 6).

Во исполнение этих законоположений ОАО «РЖД» утвержден порядок действий работников железнодорожного транспорта при получении сигналов гражданской обороны, предусматривающий, что при получении сигнала «Воздушная тревога» («Ракетная опасность» или «Опасность атаки БПЛА»): - перекрываются входные сигналы на запрещающее показание; - прекращается маневровое передвижение; - останавливается поезд на благоприятном профиле; - закрепляется локомотив; - укладываются тормозные башмаки под вагоны; - локомотивные бригады укрываются в защитных сооружениях гражданской обороны.

Правовая позиция коллегии: Учитывая, что целью перечисленных мероприятий является предотвращение угрозы жизни и здоровью людей, находящихся на объектах инфраструктуры железнодорожного транспорта, применительно к гражданско-правовым последствиям нарушения перевозчиками договоров, судебная коллегия признает, что совершение управомоченными работниками железнодорожного транспорта обязательных действий должно презюмироваться. Однако это не лишает контрагентов таких перевозчиков права доказывать иное в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ.

Вывод: Вывод судов о том, что сигналы «Ракетная опасность» и «Опасность атаки БПЛА» носят формальный уведомительный характер, является ошибочным, а заключение о том, что при объявлении названных сигналов все предприятия области продолжают работать в штатном режиме, является преждевременным.

5. Порядок исчисления периода просрочки при наличии обстоятельств непреодолимой силы

Коллегия подчеркивает, что приведенная правовая позиция не означает автоматическое освобождение перевозчика от ответственности за несвоевременную доставку груза в силу одного лишь факта объявления сигналов гражданской обороны.

Перевозчик, ссылающийся на пункт 3 статьи 401 ГК РФ, обязан:

1. Соотнести длительность каждого из названных сигналов гражданской обороны с нормативной продолжительностью действий по остановке и закреплению подвижного состава, необходимого времени следования локомотивной бригады в укрытие и т.п.;

2. Определить продолжительность мероприятий, необходимых для восстановления графика движения поездов в пределах соответствующей инфраструктуры и возобновления конкретной перевозки;

3. Исчисленная таким образом продолжительность необходимого прекращения перевозки подлежит исключению из периода просрочки, вменяемого перевозчику на основании статьи 97 УЖТ РФ.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Судебная коллегия указала, что при новом рассмотрении суду следует оценить возражения ответчика со ссылкой на конкретные доказательства против предъявленного иска исходя из изложенных правил.

Конкретные критерии, которые должны быть применены судом первой инстанции при новом рассмотрении:

1. Разграничение оснований освобождения: Суд должен различать между непреодолимой силой (не требующей письменного уведомления компетентного органа) и прекращением/ограничением перевозки по распоряжению компетентного органа (требующим такого уведомления).

2. Оценка сигналов гражданской обороны: Сигналы «Ракетная опасность» и «Опасность атаки БПЛА» должны презюмироваться в качестве обстоятельств, обязывающих к прекращению определенных операций в целях защиты жизни и здоровья, однако контрагент вправе доказывать иное.

3. Доказывание причинно-следственной связи: Суд должен установить и квалифицировать причинно-следственную связь между обстоятельствами непреодолимой силы и вменяемым должнику нарушением обязательства.

4. Оценка заключения ТПП: Заключение Торгово-промышленной палаты Курской области об обстоятельствах непреодолимой силы подлежит оценке наряду с другими доказательствами по правилам статьи 71 АПК РФ; суд не вправе уклониться от установления причинно-следственной связи.

5. Исчисление периода просрочки: Продолжительность необходимого прекращения перевозки вследствие действия обстоятельств непреодолимой силы подлежит исключению из периода просрочки, вменяемого перевозчику.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ ОПРЕДЕЛИЛА:

1. Отменить: - решение Арбитражного суда города Москвы от 14 августа 2025 г.; - постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 ноября 2025 г.; - постановление Арбитражного суда Московского округа от 22 апреля 2026 г.

2. Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

3. Вступление в законную силу: Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд РФ в трехмесячный срок.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от формального к субстанциальному подходу

Определение СКЭС осуществляет принципиальный сдвиг от формального подхода к субстанциальному при оценке оснований освобождения перевозчика от ответственности. Если суды нижестоящих инстанций требовали наличия письменного уведомления компетентного органа как необходимого условия для признания непреодолимой силы, то Верховный Суд разграничивает два самостоятельных основания и признает, что непреодолимая сила по своей природе не зависит от издания распоряжения компетентным органом. Это отражает переход от механического применения формальных требований к анализу сущности правовых отношений и целей правового регулирования.

2. Гармонизация с позициями Пленума ВС РФ и конституционными принципами

Определение опирается на постановление Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7, уточняя и развивая его положения применительно к специфике железнодорожного транспорта. Коллегия также учитывает Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ и постановление Правительства РФ от 2 апреля 2020 г. № 417, гармонизируя гражданско-правовое регулирование с публично-правовыми требованиями защиты жизни и здоровья граждан. Это отражает конституционный принцип приоритета защиты жизни и здоровья (статья 2 Конституции РФ).

3. Последствия для арбитражных управляющих, кредиторов, перевозчиков и уполномоченных органов

Для перевозчиков (ОАО «РЖД» и аналогичных субъектов): - Получено право ссылаться на непреодолимую силу без предварительного письменного уведомления компетентного органа, если обстоятельства носят чрезвычайный и непредотвратимый характер. - Обязанность доказывать не только наличие обстоятельств непреодолимой силы, но и причинно-следственную связь с конкретным нарушением обязательства. - Обязанность соотносить длительность каждого сигнала гражданской обороны с нормативной продолжительностью необходимых действий и исключать только соответствующий период из периода просрочки.

Для грузоотправителей и кредиторов (АО «Михайловский ГОК» и аналогичных субъектов): - Сохранено право оспаривать ссылку перевозчика на непреодолимую силу, доказывая отсутствие причинно-следственной связи или преувеличение периода прекращения перевозки. - Право требовать от суда надлежащей оценки всех доказательств, включая заключения торгово-промышленных палат.

Для торгово-промышленных палат: - Подтверждено право свидетельствовать обстоятельства непреодолимой силы в соответствии с Положением от 24 июня 2021 г. № 7-2. - Уточнено, что их заключения не имеют заранее установленной силы и подлежат оценке судом наряду с другими доказательствами.

Для арбитражных судов: - Обязанность различать между непреодолимой силой и прекращением/ограничением перевозки по распоряжению компетентного органа. - Обязанность проводить надлежащую оценку всех доказательств, включая заключения ТПП, по правилам статьи 71 АПК РФ. - Обязанность устанавливать и квалифицировать причинно-следственную связь между обстоятельствами непреодолимой силы и вменяемым нарушением.

4. Анти-абузивные оговорки суда

Коллегия содержит несколько анти-абузивных оговорок:

1. Презумпция совершения обязательных действий не исключает право контрагентов доказывать иное (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Это предотвращает автоматическое освобождение перевозчика от ответственности при одном лишь объявлении сигнала гражданской обороны.

2. Требование доказывания причинно-следственной связи предотвращает использование перевозчиком факта объявления сигнала как универсального оправдания для любых задержек.

3. Обязанность соотносить длительность сигнала с нормативной продолжительностью необходимых действий предотвращает неоправданное расширение периода освобождения от ответственности.

4. Отсутствие заранее установленной силы заключений ТПП предотвращает подмену судебной оценки доказательств формальным признанием документа.

5. Сферы применения позиции за пределами банкротства и конкретной категории

Хотя дело касается железнодорожного транспорта, правовые позиции СКЭС имеют более широкое применение:

1. Разграничение между непреодолимой силой и распоряжением компетентного органа применимо ко всем видам транспорта (воздушному, морскому, автомобильному) и к иным договорным обязательствам, где предусмотрены оба основания освобождения от ответственности.

2. Требование доказывания причинно-следственной связи является универсальным принципом применения пункта 3 статьи 401 ГК РФ во всех сферах гражданского оборота.

3. Правовая оценка сигналов гражданской обороны как обстоятельств, обязывающих к прекращению определенных операций, применима ко всем субъектам, осуществляющим деятельность на территориях, где введены режимы повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

4. Порядок оценки заключений ТПП применим ко всем делам, где такие заключения представляются в качестве доказательств непреодолимой силы.

5. Принцип презумпции совершения обязательных действий при получении сигналов гражданской обороны может быть распространен на иные обстоятельства, связанные с защитой жизни и здоровья граждан, где закон предусматривает обязательные действия субъектов.

6. Значение для практики в условиях военных действий

Определение имеет особое значение в условиях, когда на территории Российской Федерации осуществляются военные действия и введены режимы повышенной готовности. Коллегия признает, что сигналы гражданской обороны являются юридически значимыми обстоятельствами, обязывающими к прекращению определенных операций, и что это должно учитываться при оценке ответственности хозяйствующих субъектов за нарушение договорных обязательств. Однако это не означает полного освобождения от ответственности — требуется доказывание причинно-следственной связи и соотнесение длительности сигнала с нормативной продолжительностью необходимых действий.

Заключение

Определение СКЭС от 6 ноября 2026 г. № 305-ЭС26-7986 представляет собой важный прецедент в развитии судебной практики по применению норм об освобождении от ответственности за нарушение договорных обязательств в условиях действия обстоятельств непреодолимой силы. Коллегия осуществила принципиальное разграничение между двумя самостоятельными основаниями освобождения перевозчика, уточнила требования к доказыванию непреодолимой силы, признала юридическую значимость сигналов гражданской обороны и установила порядок оценки заключений торгово-промышленных палат. Позиция Верховного Суда отражает баланс между защитой интересов кредиторов (требование доказывания причинно-следственной связи) и защитой жизни и здоровья граждан (презумпция совершения обязательных действий при получении сигналов гражданской обороны), а также гармонизирует гражданско-правовое регулирование с публично-правовыми требованиями.