ВС подтвердил приговор за контрабанду ЛСД из Германии: 16 лет колонии

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 5-УД25-119-А1 от 25 декабря 2025 года

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации (кассационная инстанция)

Состав суда: - Председательствующий: Борисова О.В. - Судьи: Земскова Е.Ю., Эрдыниева Э.Б. - Секретарь: Стрелкова А.А.

Участники судебного разбирательства: - Осуждённый: Аладышев Михаил Иванович (несудимый) - Защитник: адвокат Семкин С.Н. - Государственный обвинитель: прокурор Генеральной прокуратуры РФ Терехова С.П.

Статьи УК РФ и квалификация: - п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ — контрабанда наркотических средств (незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС наркотического средства d-Лизергид (ЛСД, ЛСД-25) массой 5,02 г, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере); - ч. 5 ст. 228.1 УК РФ — незаконная пересылка наркотического средства в особо крупном размере.

Назначенное наказание: - По п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ: 15 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год и ограничениями по ст. 53 УК РФ; - По ч. 5 ст. 228.1 УК РФ: 15 лет лишения свободы; - По совокупности (ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения): 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год и ограничениями по ст. 53 УК РФ. - Зачёт времени содержания под стражей (с 18 мая 2023 года) в соотношении 1:1 (п. «а» ч. 3 ст. 72 УК РФ).

По чьей жалобе рассмотрено дело: По кассационной жалобе адвоката Семкина С.Н. в интересах осуждённого Аладышева М.И. на приговор Московского городского суда от 17 октября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 26 декабря 2024 года.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные судом обстоятельства:

Аладышев М.И. признан виновным в совершении контрабанды наркотических средств путём незаконного перемещения через таможенную границу Евразийского экономического союза наркотического средства d-Лизергид (ЛСД, ЛСД-25) массой 5,02 г, а также в незаконной пересылке указанного наркотического средства. Преступления совершены группой лиц по предварительному сговору с находившимся на территории Германии неустановленным лицом, в особо крупном размере.

Согласно установленным судом обстоятельствам, международное почтовое отправление с наркотическим средством было отправлено из Германии, пересекло таможенную границу Евразийского экономического союза и было обнаружено в ходе оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) «Контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений». Осуждённый заказал посылку по трек-номеру на имя третьего лица (С.), которое получило её по его просьбе. При личном досмотре Аладышев М.И. пояснил, что у него при себе имеется конверт с запрещённым веществом, который он заказал из Германии.

Приговор первой инстанции (Московский городской суд, 17 октября 2024 года):

Осуждение по совокупности преступлений (п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ) с назначением окончательного наказания в виде 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год.

Решение апелляционной инстанции (Первый апелляционный суд общей юрисдикции, 26 декабря 2024 года):

Приговор изменён в части исключения из описательно-мотивировочной части ссылки суда на показания свидетеля П. в части воспроизведения им пояснений Аладышева М.И. об обстоятельствах содеянного. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Основания обращения в ВС РФ:

Адвокат Семкин С.Н. подал кассационную жалобу с просьбой отменить состоявшиеся судебные решения и передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Защита оспаривала виновность осуждённого, утверждая о неполноте предварительного и судебного следствия с обвинительным уклоном, недопустимости и противоречивости доказательств, нарушениях при проведении оперативно-розыскных мероприятий, задержании и досмотре, а также о завышении размера наркотического средства при проведении химического исследования.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Комплексная, включающая материально-правовые и процессуально-правовые аспекты.

Материально-правовые аспекты: - Правильность квалификации деяния по совокупности преступлений (п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ); - Установление признаков контрабанды наркотических средств (незаконное перемещение через таможенную границу, группа лиц по предварительному сговору, особо крупный размер); - Определение размера наркотического средства и соответствие критериям особо крупного размера; - Правильность назначения наказания по совокупности преступлений (ст. 69 УК РФ); - Применение положений ст. 64 УК РФ (назначение наказания ниже низшего предела).

Процессуально-правовые аспекты: - Допустимость доказательств, полученных в ходе оперативно-розыскных мероприятий; - Надлежащее оформление процессуальных действий (осмотр места происшествия, акт обследования помещения); - Допустимость показаний свидетелей (в том числе участвовавших в качестве понятых); - Надлежащее проведение экспертных исследований; - Соблюдение прав обвиняемого при задержании и досмотре; - Полнота предварительного следствия и судебного разбирательства; - Соблюдение принципов состязательности и равенства сторон.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Доказана ли виновность Аладышева М.И. в совершении контрабанды наркотических средств и незаконной пересылки наркотического средства в особо крупном размере на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств?

2. Являются ли доказательства, положенные в основу обвинительного приговора (показания свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий, протоколы осмотров, акты обследования, экспертные заключения), допустимыми и достоверными в соответствии с требованиями ст. 75, 87, 88 УПК РФ?

3. Проведены ли предварительное следствие и судебное разбирательство с соблюдением принципов состязательности, равенства сторон и беспристрастности суда?

4. Правильно ли суд первой инстанции квалифицировал деяние по совокупности преступлений (п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ) в соответствии с п. 17 Постановления Пленума ВС РФ № 14 от 15 июня 2006 года?

5. Соответствует ли назначенное наказание требованиям ст. 6, 43, 60, 69 УК РФ и обоснованно ли отклонение применения ст. 64 УК РФ?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ пришла к выводу, что приговор Московского городского суда и апелляционное определение Первого апелляционного суда общей юрисдикции являются законными и обоснованными. Виновность осуждённого Аладышева М.И. в совершении инкриминируемых преступлений доказана совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Все доводы защиты, приведённые в кассационной жалобе, были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую оценку. Оснований для отмены или изменения судебных решений, предусмотренных ст. 401.15 УПК РФ, не установлено.

B. Развёрнутое обоснование

1. Оценка доказательств и установление фактических обстоятельств

Судебная коллегия указала, что вывод суда о виновности осуждённого основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым в приговоре дана оценка в соответствии с положениями ст. 87, 88 УПК РФ. Обстоятельства содеянного, включая время, место, способ, мотивы и другие подлежащие установлению обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в приговоре надлежащим образом обоснованы исследованными в суде доказательствами и мотивированы.

В обоснование выводов о виновности суд положил следующие доказательства:

• Показания свидетеля А. — об обстоятельствах обнаружения в ходе ОРМ «Контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений» международного почтового отправления из Германии с порошком неизвестного происхождения;

• Показания свидетеля Р. — участвовавшей в качестве понятой при осмотре конверта и места происшествия, об обстоятельствах изъятия порошкообразного вещества массой 5,02 грамма;

• Показания свидетелей Х., П., П., К., М., Ч. — об обстоятельствах проведения ОРМ «Контролируемая поставка», включая изготовление муляжа наркотического средства и его помещение в рюкзак;

• Показания свидетеля О. — об обстоятельствах получения посылки по просьбе Аладышева М.И. по предоставленному трек-номеру;

• Показания свидетеля К. — о том, что при личном досмотре Аладышев М.И. пояснил о наличии конверта с запрещённым веществом, заказанным из Германии;

• Результаты ОРМ «Оперативный эксперимент», протокол осмотра места происшествия, содержание мобильных телефонов, отчёт об отслеживании почтового отправления, акт обследования помещения с использованием служебной собаки, результаты экспертных исследований, сведения о движении денежных средств, детализация телефонных соединений и иные доказательства.

Суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности — с точки зрения достаточности для постановления обвинительного приговора.

2. Соблюдение процессуальных гарантий и принципов судопроизводства

Судебная коллегия установила, что судом первой инстанции были созданы необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных им прав. Все заявленные по делу ходатайства рассмотрены, необоснованных отказов в их удовлетворении не допущено. Принципы состязательности судопроизводства и равенства сторон судом первой инстанции нарушены не были.

Из протокола судебного заседания усматривается, что председательствующий, оставаясь беспристрастным, создал сторонам равные условия и возможности для исполнения ими своих процессуальных прав и обязанностей. Данных, свидетельствующих о необъективном подходе суда первой инстанции и проявлении обвинительного уклона, не установлено.

Уголовное дело рассмотрено в строгом соответствии с процедурой судебного разбирательства. Влекущих отмену судебного решения нарушений требований УПК РФ не допущено, права осуждённого соблюдены в полной мере.

3. Полнота предварительного следствия

Судебная коллегия указала, что предварительное расследование произведено с соблюдением положений ст. 152 УПК РФ и с учётом предоставленных ст. 38 УПК РФ следователю полномочий самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, судебных экспертиз. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности предварительного следствия, фальсификации и недопустимости собранных доказательств, в материалах дела не содержится.

Версия осуждённого и доводы стороны защиты являлись предметом судебного разбирательства, проверялись и получили надлежащую оценку суда первой инстанции.

4. Оценка доводов защиты о недопустимости и противоречивости доказательств

Судебная коллегия рассмотрела утверждение адвоката о том, что суд положил в основу обвинительного приговора недопустимые и противоречивые доказательства. Суд апелляционной инстанции проверил эти доводы и пришёл к обоснованному выводу о том, что факт обнаружения в международном почтовом отправлении запрещённого вещества соответствует объективной действительности и не вызывает сомнений, поскольку каких-либо существенных нарушений требований, предъявляемых к фиксации данного факта и при изъятии наркотического средства, не установлено.

Судебная коллегия согласилась с выводом о том, что объективных данных о том, что сотрудники правоохранительных органов либо третьи лица были заинтересованы в привлечении к уголовной ответственности именно Аладышева М.И., не имеется. Действия оперативных сотрудников в отношении осуждённого не носили провокационного характера. Умысел на контрабанду наркотического средства путём пересылки у Аладышева М.И. сформировался самостоятельно до проведения оперативно-розыскных мероприятий и без какого-либо влияния извне.

5. Оценка доводов о замене наркотического средства

Судебная коллегия критически отнеслась к доводам защиты о том, что умысел осуждённого был направлен на приобретение амфетамина, который на стадии пересылки либо обнаружения в закрытом для посторонних лиц помещении сортировочного цеха мог быть заменён на наркотическое средство d-Лизергид. Суд первой инстанции обоснованно отнёсся критически к этому способу защиты от предъявленного обвинения.

6. Соблюдение требований при проведении оперативно-розыскных мероприятий

Судебная коллегия согласилась с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что комплекс оперативно-розыскных мероприятий проведён в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», уполномоченными на то должностными лицами, с целью выявления и раскрытия особо тяжких преступлений и установления лиц, причастных к контрабанде наркотического средства.

Результаты проведённых мероприятий представлены следственному органу с соблюдением Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности. Осмотр изъятых по результатам ОРМ вещества, предметов и признание их вещественными доказательствами произведены с соблюдением положений УПК РФ.

7. Оценка экспертных исследований

Судебная коллегия указала, что проведённые по делу экспертные исследования произведены уполномоченными на то должностными лицами в рамках процедуры, установленной процессуальным законодательством и ведомственными нормативными актами.

Суд согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что экспертные заключения являются мотивированными и обоснованными и в совокупности с иными исследованными судом доказательствами свидетельствуют об обоснованности изложенных в них выводов, в том числе о признании исследованного вещества наркотическим, его виде и весе.

Доводы адвоката о том, что исследование произведено на якобы непроверенном и несертифицированном оборудовании по устаревшим протоколам, носят характер предположения, объективно чем-либо не подтверждены.

8. Оценка показаний свидетелей

Судебная коллегия рассмотрела доводы защиты о недопустимости показаний свидетеля К., участвовавшего в качестве понятого. Эти доводы были предметом судебного разбирательства, проверены судом апелляционной инстанции и обоснованно признаны судом несостоятельными. Из материалов дела следует, что указанный свидетель русским языком владеет, в услугах переводчика не нуждается, его фактический миграционный статус не является препятствием для привлечения к удостоверению факта и результата следственного действия.

Как обоснованно указано в определении суда апелляционной инстанции, свидетель О. был задержан в установленном законом порядке, обстоятельства своего задержания не оспаривал. Факт и обстоятельства изъятия почтового конверта из рюкзака подтверждаются показаниями свидетелей М. и Ч.

Утверждение защиты о том, что О. принудили к сотрудничеству с правоохранительными органами, объективного подтверждения не имеет, опровергается показаниями вышеуказанных свидетелей и показаниями самого О., подтверждёнными в судебном заседании.

Допрос в судебном заседании в качестве специалиста сотрудника АО Т. требованиям закона не противоречит. Довод адвоката о необъективности показаний данного свидетеля является голословным.

9. Оценка доказательств по внутреннему убеждению суда

Судебная коллегия указала, что изложенные в жалобе адвоката доводы по своей сути сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

10. Квалификация по совокупности преступлений

Содеянное Аладышевым М.И. квалифицировано судом по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ и ч. 5 ст. 228.1 УК РФ — как контрабанда наркотических средств и незаконная пересылка наркотического средства в особо крупном размере.

Судебная коллегия ссылалась на п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», в котором указано, что незаконную пересылку указанных средств путём международного почтового отправления следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующими частями статей 228.1 и 229.1 УК РФ, в случае установления их незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза.

Суд первой инстанции правильно установил, что при совершении контрабандной пересылки наркотического средства Аладышев М.И. действовал по предварительному сговору с находившимся на территории Германии неустановленным лицом. Преступления являются оконченными, поскольку международное почтовое отправление с наркотическим средством пересекло таможенную границу Евразийского экономического союза, а ответственность за пересылку как за оконченное преступление наступает с момента фактического отправления письма или посылки с наркотическим средством.

Находившийся в незаконном обороте объём наркотического средства d-Лизергид массой 5,02 грамма согласно Постановлению Правительства РФ от 01 октября 2012 г. № 1002 составляет особо крупный размер.

11. Вменяемость и привлечение к уголовной ответственности

Суд первой инстанции обоснованно признал осуждённого Аладышева М.И. вменяемым и подлежащим привлечению к уголовной ответственности.

12. Назначение наказания

Назначенное Аладышеву М.И. наказание отвечает требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ, соотносится с характером и степенью общественной опасности совершённого преступления, данными о личности виновного, смягчающими обстоятельствами, отсутствием отягчающих наказание обстоятельств.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ судом мотивированы. Данные выводы сделаны с учётом степени общественной опасности содеянного, всех значимых обстоятельств, касающихся обстоятельств дела и личности виновного, с учётом отсутствия в действиях Аладышева М.И. исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного.

Вид исправительного учреждения осуждённому определён верно.

13. Соблюдение уголовно-процессуального закона

Нарушений уголовно-процессуального закона при постановлении приговора судом допущено не было.

14. Проверка апелляционной инстанцией

При апелляционном рассмотрении дела суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст. 389 УПК РФ проверил законность, обоснованность и справедливость приговора по доводам апелляционных жалоб и, внеся соответствующие изменения, постановил определение, соответствующее по форме и содержанию положениям ст. 389.28 УПК РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Судебная коллегия ВС РФ не установила существенных ошибок в решениях нижестоящих судов.

Однако следует отметить, что апелляционная коллегия Первого апелляционного суда общей юрисдикции внесла изменение в приговор, исключив из описательно-мотивировочной части ссылку суда на показания свидетеля П. в части воспроизведения им пояснений Аладышева М.И. об обстоятельствах содеянного. Это изменение было сделано, вероятно, в целях исключения недопустимых доказательств (показаний, полученных не в соответствии с требованиями УПК РФ).

Судебная коллегия ВС РФ не нашла оснований для отмены или изменения судебных решений по следующим основаниям:

• Квалификация деяния — правильно применены ст. 229.1 и 228.1 УК РФ в соответствии с п. 17 Постановления Пленума ВС РФ № 14;
• Доказывание — все доказательства надлежащим образом исследованы, оценены и признаны допустимыми и достоверными;
• Процессуальные гарантии — соблюдены принципы состязательности, равенства сторон, беспристрастности суда;
• Назначение наказания — наказание соответствует требованиям ст. 60, 69 УК РФ, обоснованно отклонено применение ст. 64 УК РФ;
• Полнота следствия — предварительное следствие проведено в соответствии с ст. 152 УПК РФ