КС РФ уточнил, что обращения в органы власти через интернет не считаются публичным распространением клеветы

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации № 43-П от 4 декабря 2025 года (далее — Постановление).

Заявитель: гражданка Роговая Лилия Геннадьевна (физическое лицо).

Повод к рассмотрению: жалоба гражданки Л.Г. Роговой о проверке конституционности нормативного акта (статья 125, пункт «а» части 4 Конституции РФ).

Основание к рассмотрению: обнаружившаяся неопределённость в вопросе о соответствии оспариваемого законоположения Конституции РФ (статьи 36, 47¹, 74, 86, 96, 97 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Оспариваемая норма: часть вторая статьи 128¹ Уголовного кодекса Российской Федерации — норма, устанавливающая повышенную уголовную ответственность за клевету (распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию), совершённую публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет».

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявительницы

Гражданка Л.Г. Рогова на почве личных неприязненных отношений и из мести в связи с земельным спором составила электронный текст публичного обращения (заявления), содержащий заведомо ложную негативную информацию в отношении двух лиц — депутата представительного органа муниципального образования и председателя комитета по муниципальному имуществу. В обращении она утверждала, что они позорят имя политической партии, представляют угрозу для российского общества, длительное время превышают свои полномочия и пытаются лишить её собственности (перенесли забор на её земельный участок, неосновательно инициировали проверки использования участка).

Данное обращение в форме электронного документа было направлено через официальные интернет-порталы, интернет-приемные и адреса электронной почты различным органам публичной власти и организациям, осуществляющим публично значимые функции: - в Комиссию Государственной Думы по контролю за достоверностью сведений о доходах и имуществе депутатов; - в комиссию по этике политической партии и региональную общественную приемную председателя партии; - в областные отделения двух других политических партий; - в администрацию муниципального образования; - к уполномоченному по правам человека в субъекте РФ.

Судебные решения по делу

Приговором мирового судьи от 15 февраля 2023 года Л.Г. Рогова признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 128¹ УК РФ, и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 600 тыс. рублей. Приговор оставлен без изменения судами вышестоящих инстанций: - апелляционное постановление городского суда от 4 апреля 2023 года; - постановление Первого кассационного суда общей юрисдикции от 21 декабря 2023 года; - постановление судьи Верховного Суда РФ от 13 мая 2024 года об отказе в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании.

Позиция суда первой инстанции

Суд установил, что приведённые в обращении сведения о злоупотреблении потерпевшими служебным положением не соответствовали действительности (являлись ложными), порочили честь и достоинство этих лиц, подрывали их репутацию. Суд расценил обращение как злоупотребление правом, обусловленное недобросовестными намерениями и желанием причинить вред посредством ложных утверждений.

Недобросовестность следовала из: - направления обращения в несколько партийных организаций, не имеющих отношения к разрешению земельных споров; - желания извлечь преимущества при разрешении спора посредством сообщения ложных, порочащих сведений.

Суд пришёл к выводу о публичности распространения сведений, поскольку обращение было направлено по незащищённым каналам связи в сети «Интернет», его содержание стало доступным неопределённому кругу лиц, оно зарегистрировано всеми получателями и приобрело огласку (уполномоченные лица готовили на него ответы).

Конституционные права, которые заявитель считает нарушенными

По мнению Л.Г. Роговой, часть вторая статьи 128¹ УК РФ не соответствует статьям 29, 33, 35 и 45 Конституции РФ, поскольку данная норма в системе действующего правового регулирования и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, позволяет привлекать к уголовной ответственности за направление обращения в государственные и иные органы через их официальные интернет-приемные в рамках реализации конституционных прав на: - защиту (статья 45); - охрану частной собственности (статья 35); - свободное выражение собственного мнения (статья 29); - обращение в государственные органы (статья 33).

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта

Конституционно-правовой конфликт возникает между несколькими конституционными ценностями и правами:

1. С одной стороны — конституционные права граждан на: - свободу мысли и слова (статья 29, части 1 и 4); - обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33); - защиту своих прав и свобод (статья 45); - охрану частной собственности (статья 35); - общественный контроль за деятельностью органов публичной власти (статья 45 во взаимосвязи со статьями 2, 17, 18).

2. С другой стороны — конституционные гарантии охраны: - достоинства личности (статья 21); - чести и доброго имени (статья 21, статья 23, часть 1); - репутации (статья 23, часть 1); - недопустимости нарушения прав и свобод других лиц при осуществлении своих прав (статья 17, часть 3).

Почему вопрос имеет конституционное значение

Вопрос имеет конституционное значение по следующим причинам:

1. Неопределённость нормы: часть вторая статьи 128¹ УК РФ содержит квалифицирующий признак «публичное распространение с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть "Интернет"». Однако в системе действующего правового регулирования остаётся неясным, охватывает ли этот признак направление обращений в государственные органы и организации, осуществляющие публично значимые функции, через их официальные интернет-приемные и порталы.

2. Расходящееся правоприменение: судебная практика квалифицирует направление обращений в органы публичной власти через официальные интернет-каналы как «публичное распространение информации», что приводит к усилению уголовной ответственности и создаёт угрозу ответственности за действие, разрешённое Федеральным законом от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».

3. Баланс конституционно защищаемых интересов: необходимо определить, как согласовать право граждан на обращение в органы власти (включая использование электронных средств коммуникации) с защитой чести и достоинства лиц, о которых содержится информация в обращении.

4. Рассогласованность нормативного регулирования: возникает противоречие между уголовным законом (часть вторая статьи 128¹ УК РФ) и Федеральным законом о порядке рассмотрения обращений граждан, который предусматривает равнозначность бумажной и электронной форм обращения и обязывает органы публичной власти сохранять конфиденциальность содержания обращений.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КОНСТИТУЦИОННЫМ СУДОМ

Соответствует ли Конституции Российской Федерации часть вторая статьи 128¹ УК РФ в той мере, в какой на её основании в системе действующего правового регулирования разрешается вопрос о применении квалифицирующего признака клеветы (публичное распространение с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет») в случае направления лицом обращений в органы публичной власти, должностными лицами и организациями, осуществляющими публично значимые функции, посредством использования средств коммуникации с ними в сети «Интернет»?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Часть вторая статьи 128¹ УК РФ признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, однако в выявленном конституционно-правовом смысле. По своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования эта норма не предполагает оценки переписки с органами публичной власти, должностными лицами и организациями, осуществляющими публично значимые функции, через официальные средства коммуникации с ними в сети «Интернет» в качестве публичного распространения информации, дающего основания для квалификации деяния по этой части названной статьи. Использование сети «Интернет» в таких случаях является лишь способом направления обращения в письменной форме, не предполагающим доступности его содержания широкому (неопределённому) кругу лиц.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционные основы права на обращение и свободы слова

Конституционная база: - Статья 1 (человек, его права и свободы — высшая ценность); - Статья 2 (обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы); - Статья 17, часть 1 (права и свободы непосредственно действующие); - Статья 18 (права и свободы определяют смысл, содержание и применение законов); - Статья 29, части 1 и 4 (свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию); - Статья 33 (право граждан обращаться в государственные органы и органы местного самоуправления); - Статья 45, часть 1 (государственная защита прав и свобод).

Позиция Суда:

Конституция провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагает на Россию как демократическое правовое государство обязанность признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы.

Конституционное право граждан на обращение в совокупности с другими элементами правового статуса личности позволяет им: - выразить своё отношение к деятельности публичной власти; - проявить заинтересованность в эффективной организации государственной и общественной жизни; - подать в государственные органы и органы местного самоуправления заявление, ходатайство или жалобу; - получить на них адекватный ответ.

Это право, будучи важным инструментом влияния личности на публичную власть, выступает средством оптимизации деятельности соответствующих органов и должностных лиц, разрешения цивилизованным способом противоречий, споров и конфликтных ситуаций.

Ссылка на ранее выраженные позиции КС РФ: - Постановление от 3 мая 1995 года № 4-П; - Постановление от 18 июля 2012 года № 19-П; - Постановление от 4 марта 2021 года № 5-П.

2. Свобода слова как условие общественного контроля и открытости власти

Конституционная база: - Статья 45, часть 1 (государственная защита прав и свобод); - Статья 2, 17, 18 (во взаимосвязи); - Постановление от 30 июня 2011 года № 14-П; - Определение от 18 сентября 2014 года № 1818-О.

Позиция Суда:

По смыслу статьи 45 (часть 1) Конституции РФ государство призвано создавать наиболее благоприятные условия для: - общественного контроля за деятельностью органов публичной власти и их должностных лиц; - обеспечения открытости их деятельности; - предоставления гражданам полной и достоверной информации о процессе и результате выполнения возложенных на них функций.

Свобода слова — это не только гарантированная государством возможность беспрепятственно выражать посредством устного или печатного слова свои суждения, но и условие эффективности общественного контроля за действиями публичной власти.

Конституционное требование о недопустимости принуждения к отказу от своих мнений и убеждений адресовано государственным органам, органам местного самоуправления, политическим партиям, другим общественным объединениям, их должностным лицам и всем членам общества.

3. Баланс конституционных ценностей: охрана достоинства и чести

Конституционная база: - Статья 17, часть 3 (недопустимость нарушения прав и свобод других лиц при осуществлении своих прав); - Статья 21 (охрана достоинства личности); - Статья 23, часть 1 (охрана чести и доброго имени); - Статья 75¹ (поддержание взаимного доверия государства и общества); - Постановление от 21 июля 2023 года № 44-П; - Постановление от 19 ноября 2024 года № 53-П.

Позиция Суда:

Реализация прав и свобод предполагает следование конституционным установлениям, гарантирующим охрану достоинства личности, чести и доброго имени, а также недопустимость при осуществлении прав и свобод нарушений прав и свобод других лиц как одно из основополагающих условий соблюдения баланса общественных и частных интересов, прав и законных интересов участников правоотношений.

Эти конституционные установления в полной мере относятся к любой информации — независимо от места и способа её производства, передачи и распространения, включая сведения, размещаемые в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (постановления от 26 октября 2017 года № 25-П, от 25 мая 2021 года № 22-П).

4. Принцип соразмерности ограничений прав

Конституционная база: - Статья 55, часть 3 (ограничения прав и свобод могут быть оправданы только если адекватны социально необходимому результату).

Позиция Суда:

Нормативное регулирование отношений в сфере обращения граждан в органы публичной власти предполагает установление федеральным законодателем соразмерных ограничений в целях достижения разумного баланса конституционных ценностей, которые по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции РФ могут оправдывать правовые ограничения прав и свобод только если эти ограничения адекватны социально необходимому результату.

5. Федеральный закон о порядке рассмотрения обращений граждан как основа регулирования

Нормативная база: - Федеральный закон от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» (далее — Закон об обращениях).

Позиция Суда:

Закон об обращениях устанавливает порядок рассмотрения обращений граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами, распространяясь также на правоотношения, связанные с рассмотрением обращений граждан осуществляющими публично значимые функции государственными и муниципальными учреждениями, иными организациями и их должностными лицами (части 1 и 4 статьи 1).

Закон об обращениях: - закрепляет принцип свободной и добровольной реализации гражданами права на обращение; - устанавливает недопустимость нарушения при его осуществлении прав и свобод других лиц; - содержит требования, направленные на защиту чести и достоинства личности и противодействие злоупотреблению правом (часть 2 статьи 2, часть 3 статьи 11).

Ключевой момент: при определении требований к письменному обращению и прав гражданина при его рассмотрении законодатель не устанавливает специальных условий относительно содержания обращений (за исключением случаев, когда возможно не давать ответ по существу), и не определяет критериев оценки обоснованности обращения, презюмируя обязательность принятия его к рассмотрению (статьи 5, 7, 9 и 11 Закона об обращениях).

6. Широкие возможности граждан при реализации права на обращение

Позиция Суда:

Данный правовой механизм предоставляет гражданам достаточно широкие возможности при реализации конституционного права на обращение:

• гражданин может направить обращение в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, даже если предполагаемое им нарушение его прав не подтверждено конкретными фактами;
• такое обращение само по себе не может считаться необоснованным и исключённым из сферы действия гарантий Закона об обращениях;
• сообщаемые в нём сведения должны получить правовую оценку соответствующих органов или должностного лица;
• письменное обращение подлежит обработке, даже когда оно содержит вопросы, разрешение которых не входит в компетенцию органа: оно регистрируется и направляется в орган, наделённый полномочиями для решения поставленных вопросов (части 1–3 статьи 8 Закона об обращениях).

7. Повышенный уровень допустимости информации при критике должностных лиц

Позиция Суда:

Обжалование или критика действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, органов местного самоуправления или политических деятелей предполагает более высокий уровень допустимости сообщаемой информации.

Это обусловлено тем, что: - деятельность указанных лиц носит публичный характер; - может стать объектом общественной дискуссии и критики; - к служебному и неслужебному поведению таких лиц предъявляются повышенные требования в части как профессиональных, так и нравственных качеств; - это необходимо для поддержания взаимного доверия государства и общества в качестве особой конституционной ценности (статья 75¹ Конституции РФ).

8. Гарантии безопасности гражданина при обращении

Нормативная база: - Статья 6 Закона об обращениях; - Определения от 22 декабря 2015 года № 2906-О и от 25 января 2018 года № 62-О.

Позиция Суда:

В рамках осуществления дискреционных полномочий законодатель установил в статье 6 Закона об обращениях гарантии безопасности гражданина в связи с его обращением, с тем чтобы реализация им конституционного права не вела к умалению или отрицанию других его прав и свобод, а также с целью минимизации негативного воздействия на иных лиц, чьи права и свободы могут быть затронуты сведениями, сообщаемыми в обращении.

Согласно статье 6: - запрещается преследование гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу с критикой деятельности указанных органов или должностного лица либо в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц (часть 1); - при рассмотрении обращения запрещается разглашение содержащихся в нём сведений, а также сведений, касающихся частной жизни гражданина, без его согласия; при этом направление письменного обращения в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, в компетенцию которых входит решение поставленных в обращении вопросов, не является разглашением сведений, содержащихся в обращении (часть 2).

Конституционно-правовой смысл этих предписаний:

Они, будучи направленными на реализацию положений статей 2, 15 (часть 2), 17, 33 и 55 (часть 3) Конституции РФ, выступают гарантией права на обращение в органы публичной власти, исключающей распространение неопределённому кругу лиц сведений о содержании обращения, тем более относящихся к частной жизни гражданина.

Действующее правовое регулирование устанавливает особый (ограниченный) режим использования органами публичной власти и их должностными лицами информации, содержащейся в обращениях граждан, не предполагающий её необоснованного (не связанного с проверкой указанных в обращении сведений) разглашения.

Ответственность за сохранение конфиденциальности: обязанность обеспечить неразглашение сведений, касающихся частной жизни или иным образом затрагивающих достоинство других (третьих) лиц, и исключить доступ неопределённого круга лиц к таким обращениям возлагается на орган публичной власти; ответственным за сохранение конфиденциальности ставших известными из обращения сведений является должностное лицо, обязанное дать ответ на обращение.

9. Обращение в органы публичной власти как конституционно необходимое средство защиты интересов

Нормативная база: - Постановление от 18 января 2024 года № 2-П; - Определения от 5 декабря 2019 года № 3272-О и от 26 марта 2020 года № 540-О; - Постановление от 20 декабря 1995 года № 17-П.

Позиция Суда:

Конституционный Суд неоднократно подчеркивал, что в системе действующего правового регулирования само по себе обращение в орган публичной власти — даже с учётом потенциально возможного риска причинения вреда правам и свободам лиц, с которыми связана содержащаяся в обращении информация, — будучи конституционно необходимым средством защиты частных и публичных интересов, обусловленным целью получения содействия в реализации прав и свобод обратившегося гражданина или прав и свобод других лиц, не может рассматриваться как неправомерное распространение (разглашение) этой информации.

Следствие: правомерное осуществление гражданином своих конституционных прав и свобод не должно влечь для него неблагоприятные правовые последствия, тем более в форме уголовной ответственности.

Однако: выход за установленные федеральным законодателем пределы реализации конституционного права на обращение объективно может создавать угрозу конституционным правам и свободам других лиц и охраняемым публичным интересам, а потому предполагает допустимость введения законодательных ограничений в данной сфере, связанных в том числе с привлечением к ответственности.

Иное понимание существа права на обращение означало бы незащищённость лица, о действиях которого, носящих якобы противоправный характер, информируются на систематической основе органы с целью причинения ему вреда.

10. Соразмерность уголовного наказания и принцип адекватности

Нормативная база: - Постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П, от 17 июня 2014 года № 18-П, от 16 июля 2015 года № 22-П.

Позиция Суда:

Меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинён в результате преступного деяния.

Это необходимо для обеспечения: - соразмерности мер уголовного наказания совершённому преступлению; - баланса основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.

Уголовное законодательство является по своей природе крайним (исключительным) средством, с помощью которого государство реагирует на факты противоправного поведения в целях охраны общественных отношений, если она не может быть обеспечена должным образом с помощью правовых норм иной отраслевой принадлежности.

Уголовная ответственность может считаться законно установленной лишь при условии, что она соразмерна характеру и степени общественной опасности криминализируемого противоправного деяния.

11. Отсутствие противоправности исключает уголовную наказуемость

Конституционная база: - Статья 54, часть 2 (ник