ВС РФ: общество не может отказать в выплате дивидендов, ссылаясь на формальное отсутствие нотариального удостоверения решения

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Кассационная жалоба на постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13 ноября 2024 г. по делу № А75-20559/2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ № 304-ЭС24-23525.

Дата принятия: Резолютивная часть объявлена 13 мая 2025 г.; полный текст изготовлен 27 мая 2025 г.

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Чучунова Н.С. - Судьи: Грачева И.Л., Хатыпова Р.А. - Секретарь судебного заседания: Кунаков В.В.

Стороны спора: - Истец (заявитель кассационной жалобы): Карауш Мария Владимировна (участник общества с ограниченной ответственностью, кредитор по требованиям о выплате дивидендов) - Ответчик: Общество с ограниченной ответственностью «Связь-город» (должник по обязательству о выплате дивидендов) - Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: Швалев Алексей Владимирович, Швалев Иван Владимирович, Гордеев Дмитрий Алексеевич, нотариус Самойлова Жанна Александровна

Категория спора: Корпоративный спор, связанный с распределением прибыли и выплатой дивидендов участнику общества с ограниченной ответственностью; вопрос о форме удостоверения решений общего собрания участников.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Карауш Мария Владимировна являлась участником ООО «Связь-город», владеющей 20% долей в уставном капитале (остальные доли принадлежали Швалеву А.В. и Швалеву И.В. по 40% каждому). В период с 2020 по 2022 год общее собрание участников единогласно принимало решения о распределении прибыли и выплате дивидендов. Решением от 22 октября 2018 г. был установлен альтернативный порядок удостоверения решений общего собрания (без нотариального удостоверения). На основании решений от 13 января 2020 г., 1 июня 2021 г. и 17 мая 2022 г. о выплате дивидендов Общество частично исполнило свои обязательства, включая передачу гаражного бокса в собственность Карауш М.В. по нотариально удостоверенному соглашению от 25 августа 2022 г. Однако по состоянию на дату обращения в суд задолженность по дивидендам составила 1 121 959 руб. 60 коп. Претензия, направленная в адрес Общества, осталась без удовлетворения.

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (суд первой инстанции), решение от 30 апреля 2024 г.: Удовлетворил требования истца в части взыскания 1 121 959 руб. 60 коп. задолженности по выплате дивидендов; отказ истца от требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами принят, производство по этой части прекращено. Суд исходил из того, что Общество не исполнило решения общего собрания о распределении прибыли, руководствуясь статьями 10, 671, 309, 310 ГК РФ и статьей 28 Закона № 14-ФЗ. Суд отклонил возражения об отсутствии нотариального удостоверения решений, указав на установленный в Обществе альтернативный порядок и применив принцип запрета противоречивого поведения.

Восьмой арбитражный апелляционный суд, постановление от 17 июля 2024 г.: Оставил решение суда первой инстанции без изменения. Подтвердил выводы о том, что альтернативный порядок удостоверения был установлен в Обществе до внесения изменений в гражданское законодательство, и что отказ от выплаты дивидендов нарушает принцип запрета противоречивого поведения при наличии установившейся практики выплат.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (кассационная инстанция), постановление от 13 ноября 2024 г.: Отменил решение суда первой инстанции и апелляционное постановление, отказал в удовлетворении иска в полном объеме. Суд кассационной инстанции исходил из того, что в соответствии со статьей 671 ГК РФ (введена Законом № 99-ФЗ от 5 мая 2014 г.) решение об установлении альтернативного порядка удостоверения решений общего собрания должно быть принято единогласно и требует нотариального удостоверения. Поскольку решение от 22 октября 2018 г. не было нотариально удостоверено, все последующие решения о выплате дивидендов без нотариального подтверждения признаны ничтожными. Суд округа не согласился с применением принципа запрета противоречивого поведения, указав, что участники должны были действовать осмотрительнее и принять решение об альтернативном порядке в надлежащей форме.

Основание передачи в коллегию

Определением ВС РФ от 28 марта 2025 г. № 304-ЭС24-23525 кассационная жалоба Карауш М.В. вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС. В судебном заседании представитель истца поддержал доводы жалобы, просил отменить постановление суда округа и оставить в силе решение суда первой инстанции и апелляционное постановление. Представитель Общества просил отказать в удовлетворении жалобы.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор возник между двумя противоположными подходами к толкованию и применению требований статьи 671 ГК РФ (в редакции Закона № 99-ФЗ от 5 мая 2014 г.) о форме удостоверения решений общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью.

Первый подход (суды первой и апелляционной инстанций): Формальное требование о нотариальном удостоверении решения об установлении альтернативного порядка удостоверения не может быть использовано как основание для отказа в исполнении решений, которые фактически были приняты, систематически исполнялись и создали у участников обоснованные ожидания действительности. Применяется принцип запрета противоречивого поведения (статьи 1, 166 ГК РФ).

Второй подход (суд кассационной инстанции): Требование о нотариальном удостоверении решения об установлении альтернативного порядка является императивным и не подлежит отступлению. Отсутствие надлежащей формы делает решение ничтожным независимо от его фактического принятия и исполнения. Участники должны были проявить надлежащую осмотрительность при установлении альтернативного порядка.

Принципиальное значение: Дело затрагивает фундаментальный вопрос о соотношении формальных требований гражданского законодательства (защита от фальсификации решений) и принципов добросовестности и запрета противоречивого поведения в корпоративных отношениях. Вопрос имеет значение для практики применения статьи 671 ГК РФ и определяет пределы, в которых участники общества могут оспаривать решения, которые они сами принимали и исполняли.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли суд признать ничтожным решение общего собрания участников ООО об установлении альтернативного порядка удостоверения решений и все последующие решения о распределении прибыли, если решение об альтернативном порядке не было нотариально удостоверено, но фактически было принято, систематически исполнялось и не оспаривалось участниками до возникновения спора?

2. Применим ли принцип запрета недобросовестного противоречивого поведения (статьи 1, 166 ГК РФ) к корпоративным отношениям, связанным с распределением прибыли между участниками ООО, в случае когда участник или само общество ссылаются на формальное несоблюдение нотариальной формы удостоверения решения, которое фактически было принято и частично исполнено?

3. Может ли лицо, создавшее своими действиями разумные ожидания действительности решения общего собрания (путем его исполнения), впоследствии оспаривать это решение исключительно по мотиву отсутствия надлежащего удостоверения, не приводя доводов о том, что решение не принималось или принималось на иных условиях?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Ничтожность решения общего собрания участников общества, совершенного в отсутствие нотариального удостоверения, не может быть констатирована судом, если материалами дела подтверждается действительный факт принятия такого решения всеми участниками хозяйствующего субъекта и отсутствуют обоснованные сомнения относительно данного факта. В случае, когда лицо заявляет о недействительности принятого собранием решения только по мотиву отсутствия его надлежащего удостоверения, но не приводит доводов о том, что соответствующее решение не принималось в принципе и (или) принималось на иных условиях, такое заявление не имеет правового значения как свидетельствующее о недопустимом противоречивом поведении. Принцип запрета недобросовестного противоречивого поведения в полной мере применим к корпоративным отношениям, связанным с распределением прибыли между участниками.

B. Развёрнутое обоснование

1. Принцип добросовестности и запрета противоречивого поведения как основополагающие принципы гражданского права

Суд исходит из того, что статья 1 ГК РФ (пункты 3 и 4) устанавливает, что участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснению Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункт 1), поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Из этого следует, что суд обязан дать надлежащую правовую оценку действиям, отклоняющимся от добросовестного поведения.

2. Принцип запрета недобросовестного противоречивого поведения в контексте недействительности сделок

Суд указывает, что одним из основополагающих принципов гражданского законодательства является принцип запрета недобросовестного противоречивого поведения, в соответствии с которым лицо не вправе действовать вопреки своим ранее совершенным действиям, создавшим обоснованные ожидания у другой стороны.

Статья 166 ГК РФ (пункт 5) устанавливает, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Из этого суд выводит принципиальное положение: лицо, которое своими действиями создало разумные (правомерные) ожидания действительности сделки у иных лиц, не вправе ссылаться на недействительность (ничтожность) соответствующей сделки. Заявление лица о ничтожности сделки, совершенное вопреки её предшествовавшему последовательному поведению, не имеет юридического значения.

3. Применение принципа запрета противоречивого поведения к корпоративным отношениям

Суд подчёркивает, что принцип запрета противоречивого поведения в полной мере применим к корпоративным отношениям, связанным с участием в хозяйственном обществе, включая отношения, возникающие при распределении прибыли между участниками (абзац четвёртый пункта 1 статьи 8 Закона № 14-ФЗ).

Из этого следует, что ни хозяйственное общество, ни его отдельные участники не вправе выдвигать возражения относительно несоблюдения формы удостоверения решения участников (нотариальной или альтернативной), только для того, чтобы не исполнять решение, которое отражает действительную волю участников и до возникновения спора рассматривалось заинтересованными лицами как подлежавшее исполнению, в том числе было частично исполнено.

Суд ссылается на свои собственные определения от 25 апреля 2025 г. № 307-ЭС24-22235 и от 8 октября 2024 г. № 300-ЭС24-6956, в которых высказаны правовые позиции относительно недопустимости противоречивого поведения участников оборота.

4. Цель введения требования о нотариальном удостоверении решений в статье 671 ГК РФ

Суд анализирует цель, преследуемую Законом № 99-ФЗ от 5 мая 2014 г., который ввёл требование о нотариальном удостоверении решений общего собрания участников ООО. Суд указывает, что целью принятия соответствующих изменений в Гражданский кодекс являлось повышение правовых гарантий участников обществ с ограниченной ответственностью, их защита от несанкционированного внесения изменений в учредительные и иные документы общества путем фальсификации решений общего собрания, то есть по сути предупреждение возможных правонарушений, защиты прав добросовестных участников оборота.

Из этого суд делает вывод, что требование о нотариальном удостоверении направлено на защиту от фальсификации, а не на создание абсолютного препятствия для исполнения решений, которые фактически были приняты и исполнялись.

5. Критерий для признания решения ничтожным несмотря на отсутствие нотариального удостоверения

Суд формулирует следующий критерий: ничтожность решения общего собрания участников общества, совершенного в отсутствие нотариального удостоверения, не может быть констатирована судом, если материалами дела подтверждается действительный факт принятия такого решения всеми участниками хозяйствующего субъекта и отсутствуют обоснованные сомнения относительно данного факта.

Суд подчёркивает, что в случае, когда лицо заявляет о недействительности принятого собранием решения только по мотиву отсутствия его надлежащего удостоверения, но не приводит доводов о том, что соответствующее решение не принималось в принципе и (или) принималось на иных условиях, такое заявление по смыслу пункта 4 статьи 1, пункта 5 статьи 166 ГК РФ не имеет правового значения как свидетельствующее о недопустимом противоречивом поведении.

6. Анализ фактических обстоятельств дела в контексте правовых принципов

Суд устанавливает следующие фактические обстоятельства:

• Несмотря на отсутствие нотариального удостоверения решения собрания об установлении альтернативного порядка удостоверения решений, в течение длительного времени Общество принимало решения о распределении прибыли и фактически распределяло прибыль между своими участниками в отсутствие такого удостоверения (решения от 13 января 2020 г., 1 июня 2021 г., 17 мая 2022 г.).

• Такие решения общего собрания систематически исполнялись, что не могло не создавать у участников Общества соответствующих правомерных ожиданий.

• Частичное исполнение Обществом обязательства по выплате дивидендов Карауш М.В. подтверждается заключением нотариального соглашения о передаче имущества в собственность участника в качестве способа выплаты дивидендов и последующей государственной регистрацией права собственности на переданное имущество.

• Общество при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций не заявляло о фальсификации принятых решений общего собрания о распределении дивидендов и не оспаривало тот факт, что названные решения фактически были приняты на тех условиях, которые указывались истцом.

Суд заключает, что при таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций верно установили наличие волеизъявления участников на распределение полученной прибыли и пришли к правомерному выводу о недопустимости последующего оспаривания совершенных действий по причине формального несоблюдения нотариальной формы при отсутствии сомнений в факте принятия оспариваемого решения с изложенными условиями.

7. Опровержение аргумента суда кассационной инстанции об осмотрительности участников

Суд не согласен с суждением суда кассационной инстанции о том, что участники Общества, включая истца Карауш М.В., не проявили должной осмотрительности при установлении альтернативного порядка удостоверения решения общего собрания.

Суд признаёт, что в соответствии с подпункт 3 пункта 3 статьи 671 ГК РФ принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения на заседании и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются путем нотариального удостоверения, если иной способ не предусмотрен уставом или решением, принятым единогласно.

Однако суд указывает, что целью принятия соответствующих изменений в Гражданский кодекс являлось повышение правовых гарантий участников обществ с ограниченной ответственностью, их защита от несанкционированного внесения изменений в учредительные и иные документы общества путем фальсификации решений общего собрания, а не создание препятствий для исполнения решений, которые фактически были приняты и исполнялись.

Исходя из этого, суд указывает, что ничтожность решения общего собрания участников общества, совершенного в отсутствие нотариального удостоверения, не может быть констатирована судом, если материалами дела подтверждается действительный факт принятия такого решения всеми участниками хозяйствующего субъекта и отсутствуют обоснованные сомнения относительно данного факта.

8. Правовое значение заявления о недействительности решения при отсутствии доводов о фальсификации

Суд формулирует важный вывод: в случае, когда лицо заявляет о недействительности принятого собранием решения только по мотиву отсутствия его надлежащего удостоверения, но не приводит доводов о том, что соответствующее решение не принималось в принципе и (или) принималось на иных условиях, такое заявление по смыслу пункта 4 статьи 1, пункта 5 статьи 166 ГК РФ не имеет правового значения как свидетельствующее о недопустимом противоречивом поведении.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Конкретный критерий, применённый к данному делу

Суд применил следующий критерий для разрешения спора:

1. Установление факта принятия решения: Материалы дела подтверждают, что решения общего собрания о распределении прибыли и выплате дивидендов (от 13 января 2020 г., 1 июня 2021 г., 17 мая 2022 г.) были фактически приняты всеми участниками Общества.

2. Отсутствие сомнений в факте принятия: Общество не оспаривало факт принятия этих решений и не заявляло о фальсификации. Оно не приводило доводов о том, что решения не принимались или принимались на иных условиях.

3. Систематическое исполнение: Решения систематически исполнялись, включая частичное исполнение обязательства по выплате дивидендов Карауш М.В. путём передачи гаражного бокса по нотариально удостоверенному соглашению.

4. Создание правомерных ожиданий: Систематическое исполнение решений создало у участников обоснованные ожидания действительности этих решений.

5. Недопустимость противоречивого поведения: Отказ Общества от выплаты оставшейся части дивидендов, основанный исключительно на формальном отсутствии нотариального удостоверения решения об альтернативном порядке, при отсутствии доводов о фальсификации, представляет собой недопустимое противоречивое поведение.

Указания нижестоящим судам

Суд указал, что суды первой и апелляционной инстанций верно установили наличие волеизъявления участников на распределение полученной прибыли и пришли к правомерному выводу о недопустимости последующего оспаривания совершенных действий по причине формального несоблюдения нотариальной формы при отсутствии сомнений в факте принятия оспариваемого решения с изложенными условиями.

Распределение обязанностей и процедурные указания

Суд определил следующее:

1. Отмена постановления суда кассационной инстанции: Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13 ноября 2024 г. по делу № А75-20559/2023 отменено как принятое с нарушением норм материального права (статей 1, 10, 166 ГК РФ).

2. Восстановление решений нижестоящих инстанций: Оставлены в силе: - Решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 30 апреля 2024 г., которым взыскано 1 121 959 руб. 60 коп. задолженности по выплате дивидендов в пользу Карауш М.В. - Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17 июля 2024 г., оставившее это решение без изменения.

3. Обязанность Общества: Общество обязано исполнить решение суда первой инстанции о взыскании задолженности по дивидендам в размере 1 121 959 руб. 60 коп. в пользу Карауш М.В.

4. Правовое значение для будущей практики: Суд установил, что при рассмотрении споров о недействительности решений общего собрания участников ООО суды должны учитывать принцип запрета недобросовестного противоречивого поведения и не признавать решения ничтожными на основании формального отсутствия нотариального удостоверения, если материалами дела подтверждается факт принятия решения и отсутствуют обоснованные сомнения в этом факте.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение СКЭС ВС РФ № 304-ЭС24-23525 устанавливает важный прецедент в применении принципа запрета недобросовестного противоречивого поведения к корпоративным отношениям. Суд отвергает формалистический подход, при котором отсутствие нотариального удостоверения решения об альтернативном порядке удостоверения решений общего собрания может служить основанием для отказа в исполнении решений, которые фактически были приняты, систематически исполнялись и не оспаривались участниками до возникновения спора. Суд подчёркивает, что целью требования о нотариальном удостоверении является защита от фальсификации, а не создание абсолютного препятствия для исполнения решений. Данное определение имеет принципиальное значение для практики применения статьи 671 ГК РФ и статей 1, 166 ГК РФ в корпоративных спорах.