ВС РФ направил в КС запрос о взыскании уголовного штрафа с банкрота

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А47-13142/2015 (Арбитражный суд Оренбургской области); Определение СКЭС ВС РФ № 309-ЭС18-19021 (6).

Дата принятия: Резолютивная часть объявлена 20 марта 2025 г.; полный текст изготовлен 25 марта 2025 г.

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Капкаев Д.В. - Судьи: Букина И.А., Ксенофонтова Н.А. (замена судьи Самуйлова С.В. произведена определением от 3 марта 2025 г.) - Секретарь судебного заседания: Мельникова И.Е.

Стороны спора: - Общество с ограниченной ответственностью «Орбис» (конкурсный кредитор, истец в кассационной жалобе) - Чурилова Алла Николаевна (должник, признанный банкротом) - Кузьминов А.В. (финансовый управляющий имуществом должника) - Управление Министерства внутренних дел по Оренбургской области (уполномоченный орган, взыскивающий уголовный штраф) - Попов Анатолий Анатольевич, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (конкурсные кредиторы)

Категория спора: Банкротный обособленный спор о разрешении разногласий между должником и конкурсными кредиторами относительно порядка оплаты уголовного штрафа в процедуре реализации имущества гражданина-банкрота.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Фабула

17 декабря 2015 г. возбуждено дело о банкротстве Чуриловой А.Н.; 13 сентября 2016 г. введена процедура реализации имущества. В отношении должника возбуждено уголовное дело. После признания её банкротом постановлением суда общей юрисдикции от 19 января 2017 г. наложен арест на её недвижимое имущество. Вступившим в законную силу приговором от 28 апреля 2022 г. Чурилова А.Н. признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 201 и частью 4 статьи 160 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы и штрафа в размере 950 000 руб.; арест на имущество сохранён до исполнения приговора. На основании исполнительного листа от 19 сентября 2022 г. 4 июля 2023 г. возбуждено исполнительное производство о взыскании штрафа в пользу Управления МВД по Оренбургской области. Чурилова А.Н. направила финансовому управляющему письмо о необходимости оплаты штрафа за счёт конкурсной массы в составе текущих платежей. Конкурсные кредиторы (Попов А.А., ПАО «Сбербанк России», ООО «Орбис») возражали против такой оплаты. Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий.

Процессуальная история

Арбитражный суд Оренбургской области (первая инстанция), определение от 13 февраля 2023 г.: Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что назначенный в рамках уголовного дела штраф не может быть квалифицирован в качестве текущего платежа. Разногласия разрешены в пользу финансового управляющего; штраф в размере 950 000 руб. признан подлежащим оплате в порядке, предусмотренном статьей 142 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (т.е. в порядке текущих платежей).

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 27 сентября 2023 г.: Апелляционный суд отменил определение от 13 февраля 2023 г., согласился с выводами суда первой инстанции о реестровом характере требования (штраф не является текущим платежом), но указал, что в связи с отсутствием заявления о включении требования в реестр оснований для определения очередности его погашения не имелось. Штраф признан не подлежащим погашению в составе текущих обязательств должника.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 29 марта 2024 г. (пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам): Чурилова А.Н. обратилась с заявлением о пересмотре постановления от 27 сентября 2023 г. по вновь открывшимся обстоятельствам, указав на решение суда общей юрисдикции от 28 ноября 2023 г., которым ей отказано в удовлетворении административного иска о признании незаконным постановления о возбуждении исполнительного производства от 4 июля 2023 г. Апелляционный суд удовлетворил заявление, отменил постановление от 27 сентября 2023 г. по вновь открывшимся обстоятельствам и перешёл к рассмотрению заявления о разрешении разногласий по правилам АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Управление МВД по Оренбургской области и отдел судебных приставов Ленинского района города Оренбурга.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, постановление от 23 апреля 2024 г.: Апелляционный суд отменил определение от 13 февраля 2023 г., пришёл к выводу о том, что наличие ареста препятствует реализации имущества, блокирует работу финансового управляющего и ход процедуры банкротства. Штраф в размере 950 000 руб. признан подлежащим удовлетворению преимущественно перед удовлетворением требований, включённых в реестр требований кредиторов Чуриловой А.Н.

Арбитражный суд Уральского округа, постановление от 1 августа 2024 г.: Суд округа оставил постановление апелляционного суда от 23 апреля 2024 г. без изменения.

Основание передачи в коллегию

Общество «Орбис» подало кассационную жалобу на судебные акты судов апелляционной инстанции и округа, ссылаясь на существенные нарушения судами норм права, и просило отменить эти акты и направить запрос в Конституционный Суд РФ. Определением ВС РФ от 9 января 2025 г. кассационная жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность правового конфликта заключается в столкновении двух противоположных интересов в системе банкротного права:

1. Интерес государства и потерпевших — взыскание уголовного штрафа, назначенного приговором суда, с гражданина-банкрота в приоритетном порядке, поскольку исполнительное производство о взыскании штрафа блокирует имущество должника (наложен арест), препятствуя реализации имущества финансовым управляющим и затягивая процедуру банкротства.

2. Интерес конкурсных кредиторов — равное распределение конкурсной массы в соответствии с установленной законом очередностью требований, без приоритета государственных требований о взыскании уголовного штрафа.

Правовая неопределённость возникает из-за отсутствия в законодательстве чёткого механизма разрешения конфликта между: - нормами Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», определяющими порядок удовлетворения требований в процедуре банкротства (статьи 2, 126, 213.11, 213.25); - нормами Федерального закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», регулирующими взыскание штрафов (статьи 47, 69.1, 103); - нормами Уголовного кодекса РФ и Уголовно-исполнительного кодекса РФ, предусматривающими уголовный штраф как вид наказания (УК РФ, статья 86; УИК РФ, статьи 31, 32).

Дело имеет принципиальное значение, поскольку затрагивает конституционные права граждан-банкротов на справедливое разбирательство, равенство перед законом и баланс между публичными интересами государства и частными интересами кредиторов в условиях несостоятельности.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации положения действующего законодательства в той части, в которой они создают конституционно значимую неопределённость, допуская удовлетворение требований государства о взыскании уголовного штрафа с гражданина, признанного банкротом, приоритетно перед требованиями потерпевших, либо — при удовлетворении этого штрафа в рамках дела о банкротстве — препятствуя такому гражданину принимать эффективные меры, направленные на оперативную уплату штрафа в целях погашения судимости?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ не разрешила спор по существу, а вместо этого установила правовую неопределённость конституционного значения в системе действующего правового регулирования, касающейся взыскания уголовного штрафа с гражданина-банкрота. Коллегия пришла к выводу, что данная неопределённость требует обращения с запросом в Конституционный Суд РФ для проверки конституционности соответствующих норм законодательства.

B. Развёрнутое обоснование

1. Установление конституционно значимой неопределённости

Судебная коллегия установила, что при рассмотрении дела в судебном заседании выявлена правовая неопределённость в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации следующие нормативные положения:

• абзац пятый статьи 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»;
• абзац седьмой и десятый пункта 1 статьи 126 Федерального закона № 127-ФЗ;
• абзац третий пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона № 127-ФЗ;
• пункт 5 статьи 213.25 Федерального закона № 127-ФЗ;
• пункт 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»;
• часть 4 статьи 69.1 Федерального закона № 229-ФЗ;
• части 1 и 15 статьи 103 Федерального закона № 229-ФЗ;
• часть третья статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации;
• части первая и вторая статьи 31 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации;
• части вторая и третья статьи 32 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

2. Суть конституционной проблемы

Коллегия определила, что указанные нормы в системе действующего правового регулирования создают конституционно значимую неопределённость, допуская два взаимоисключающих сценария:

Сценарий первый: удовлетворение требований государства о взыскании уголовного штрафа с гражданина, признанного банкротом, приоритетно перед требованиями потерпевших (что нарушает принцип равенства кредиторов и справедливого распределения конкурсной массы);

Сценарий второй: при удовлетворении уголовного штрафа в рамках дела о банкротстве — препятствие такому гражданину принимать эффективные меры, направленные на оперативную уплату штрафа в целях погашения судимости (что нарушает право на справедливое разбирательство и возможность реабилитации).

3. Фактические обстоятельства, выявившие неопределённость

Коллегия указала на следующие обстоятельства, которые демонстрируют практическую остроту конституционной проблемы:

• Наличие ареста на имущество должника, наложенного в рамках исполнительного производства о взыскании уголовного штрафа, препятствует реализации имущества финансовым управляющим, блокирует его работу и замораживает ход процедуры банкротства.
• Исполнительное производство может быть прекращено только уплатой штрафа, однако механизм такой уплаты в условиях банкротства остаётся неясным.
• Конкурсные кредиторы возражают против приоритетного удовлетворения государственного требования о штрафе, ссылаясь на нарушение принципа равенства кредиторов.
• Должник, с одной стороны, заинтересована в уплате штрафа для погашения судимости, но с другой стороны, не может эффективно это сделать в условиях блокировки имущества и отсутствия ясного механизма.

4. Процессуальная позиция нижестоящих судов

Коллегия отметила противоречивость позиций нижестоящих судов:

• Суд первой инстанции (определение от 13 февраля 2023 г.) признал штраф текущим платежом, подлежащим оплате в порядке статьи 142 Федерального закона № 127-ФЗ.
• Апелляционный суд (постановление от 27 сентября 2023 г.) согласился, что штраф имеет реестровый характер, но указал на отсутствие заявления о включении в реестр.
• Апелляционный суд (постановление от 23 апреля 2024 г., после пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам) пришёл к выводу, что штраф подлежит удовлетворению преимущественно перед требованиями кредиторов, исходя из необходимости прекратить исполнительное производство и разблокировать имущество.
• Суд округа (постановление от 1 августа 2024 г.) поддержал позицию апелляционного суда.

5. Отсутствие единообразного правового регулирования

Коллегия подчеркнула, что в действующем законодательстве отсутствует единообразный и ясный механизм разрешения конфликта между:

• требованиями о взыскании уголовного штрафа (регулируются УК РФ, УИК РФ и Законом № 229-ФЗ);
• требованиями конкурсных кредиторов в процедуре банкротства (регулируются Законом № 127-ФЗ);
• правами потерпевших на возмещение вреда.

Нормы Закона № 127-ФЗ о текущих платежах (статья 142) и реестровых требованиях (статьи 126, 213.11, 213.25) не содержат явного указания на то, как должны классифицироваться и удовлетворяться уголовные штрафы в процедуре банкротства.

6. Конституционные принципы, затронутые неопределённостью

Коллегия имплицитно указала на нарушение следующих конституционных принципов:

• Принцип справедливости и равенства перед законом (статья 19 Конституции РФ) — неясно, почему государственное требование о штрафе должно иметь приоритет перед требованиями потерпевших и конкурсных кредиторов;
• Принцип справедливого разбирательства (статья 46 Конституции РФ) — должник не имеет ясного механизма для оперативной уплаты штрафа и погашения судимости;
• Принцип защиты прав собственности (статья 35 Конституции РФ) — арест имущества в рамках исполнительного производства препятствует реализации имущества в процедуре банкротства.

7. Основание для обращения в Конституционный Суд РФ

Коллегия указала, что согласно статьям 36, 101 и 103 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» выявленная правовая неопределённость конституционного значения является основанием для обращения с запросом в Конституционный Суд РФ.

8. Процессуальные последствия

Коллегия, руководствуясь статьями 143, 145, 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняла решение о приостановлении производства по обособленному спору до вступления в законную силу акта Конституционного Суда РФ по указанному запросу.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Судебная коллегия не разрешила спор по существу, а вместо этого:

1. Направила запрос в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности указанных норм законодательства в части, касающейся взыскания уголовного штрафа с гражданина-банкрота.

2. Приостановила производство по обособленному спору до вступления в законную силу акта Конституционного Суда РФ по указанному запросу.

3. Не дала указаний нижестоящим судам, финансовому управляющему или уполномоченным органам о порядке исполнения, поскольку разрешение спора отложено до получения решения Конституционного Суда РФ.

Таким образом, судьба штрафа в размере 950 000 руб., порядок его удовлетворения (в составе текущих платежей, реестровых требований или с приоритетом перед кредиторами), а также вопрос о снятии ареста с имущества должника остаются в статусе неопределённости, требующей конституционного разрешения.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определила:

1. Направить запрос в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности положений: - абзаца пятого статьи 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; - абзаца седьмого и десятого пункта 1 статьи 126 Федерального закона № 127-ФЗ; - абзаца третьего пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона № 127-ФЗ; - пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона № 127-ФЗ; - пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; - части 4 статьи 69.1 Федерального закона № 229-ФЗ; - частей 1 и 15 статьи 103 Федерального закона № 229-ФЗ; - части третьей статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации; - частей первой и второй статьи 31 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации; - частей второй и третьей статьи 32 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации

в той части, в которой в системе действующего правового регулирования они создают конституционно значимую неопределённость, допуская удовлетворение требований государства о взыскании уголовного штрафа с гражданина, признанного банкротом, приоритетно перед требованиями потерпевших, либо — при удовлетворении этого штрафа в рамках дела о банкротстве — препятствуя такому гражданину принимать эффективные меры, направленные на оперативную уплату штрафа в целях погашения судимости.

1. Приостановить производство по обособленному спору до вступления в законную силу акта Конституционного Суда Российской Федерации по указанному запросу.

2. Определение вступает в законную силу со дня его вынесения.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от казуистического к конституционному подходу

Определение СКЭС демонстрирует принципиальный сдвиг в методологии разрешения сложных банкротных споров — от попытки казуистического разрешения конкретного дела к признанию необходимости конституционного переосмысления системы правового регулирования. Вместо того чтобы выбрать одну из позиций нижестоящих судов (текущий платёж vs. реестровое требование vs. приоритетное требование), СКЭС признала, что сама система законодательства содержит неразрешимое противоречие конституционного значения, требующее вмешательства Конституционного Суда РФ.

Это отражает понимание того, что вопрос о взыскании уголовного штрафа с банкрота не является чисто техническим вопросом классификации требований, а затрагивает фундаментальные конституционные ценности: справедливость, равенство перед законом, право на справедливое разбирательство, баланс между публичными и частными интересами.

2. Гармонизация с конституционной юриспруденцией

Определение СКЭС согласуется с устоявшейся практикой Конституционного Суда РФ по обращению арбитражных судов с запросами о проверке конституционности норм, создающих правовую неопределённость. Коллегия корректно применила критерии, установленные КС РФ для выявления конституционно значимой неопределённости:

• Наличие противоречивых норм в системе законодательства (Закон № 127-ФЗ, Закон № 229-ФЗ, УК РФ, УИК РФ);
• Отсутствие единообразной судебной практики (противоречивые позиции нижестоящих судов);
• Практические последствия неопределённости (блокировка имущества, затягивание процедуры банкротства, невозможность должника погасить судимость);
• Затронутость конституционных прав (справедливое разбирательство, равенство, защита собственности).

3. Последствия для арбитражных управляющих

Определение СКЭС создаёт неопределённость в статусе финансового управляющего в отношении взыскания уголовных штрафов:

• Финансовый управляющий не может самостоятельно решить, включать ли штраф в текущие платежи или реестровые требования;
• Наличие ареста на имущество должника препятствует реализации имущества и выполнению функций управляющего;
• До получения решения КС РФ управляющий находится в состоянии правовой неопределённости относительно своих обязанностей и полномочий.

Это может привести к необходимости приостановления процедуры реализации имущества до разрешения конституционного вопроса.

4. Последствия для конкурсных кредиторов

Определение СКЭС защищает интересы конкурсных кредиторов, отказав в приоритетном удовлетворении государственного требования о штрафе без конституционного обоснования:

• Конкурсные кредиторы получают возможность оспорить приоритет государственного требования на конституционном уровне;
• Принцип pari passu (равного распределения конкурсной массы между кредиторами одной очереди) может быть восстановлен;
• Однако до решения КС РФ статус требований конкурсных кредиторов остаётся неопределённым.

5. Последствия для уполномоченных органов и государства

Определение СКЭС создаёт неопределённость в возможности взыскания уголовных штрафов с граждан-банкротов:

• Управление МВД по Оренбургской области не может быть уверено в том, что штраф будет взыскан в приоритетном порядке;
• Государство может потерять возможность взыскания штрафа, если КС РФ признает приоритетное удовлетворение государственного требования неконституционным;
• Однако КС РФ может также признать необходимость приоритета государственного требования для обеспечения исполнения приговора и защиты интересов потерпевших.

6. Последствия для должника (гражданина-банкрота)

Определение СКЭС создаёт возможность для должника добиться справедливого разрешения конфликта на конституционном уровне:

• Должник может ссылаться на нарушение права на справедливое разбирательство и возможность реабилитации;
• Однако до решения КС РФ должник остаётся в состоянии неопределённости относительно возможности уплаты штрафа и погашения судимости;
• Арест на имущ