ВС РФ: при оспаривании сделок по заблуждению суды должны учитывать состояние здоровья и особенности положения участника

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер определения: № 57-КГ26-5-К1

Дата: 15 июня 2026 г.

Состав СКГД: - Председательствующий: Пчелинцева Л.М. - Судьи: Фролкина С.В., Попова Г.Г. - Судья-докладчик: Фролкина С.В.

Стороны: - Истец: Яшина Светлана Михайловна (гражданин, собственник жилого помещения, пожилого возраста с ограничениями здоровья) - Ответчик: Шальнева Евгения Александровна (гражданин, дочь истца, одаряемая по договору дарения) - Третье лицо: Яшин Михаил Валентинович (гражданин, сын истца, заинтересованное лицо в наследственных правах)

Категория спора: Гражданско-правовой спор о признании сделки (договора дарения) недействительной; материально-правовая категория — недействительность сделок, совершённых под влиянием существенного заблуждения; наследственные интересы.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца

Яшина С.М. обратилась в суд с иском о признании договора дарения квартиры от 26 декабря 2023 г. недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Истец ссылалась на следующие обстоятельства: - Она являлась собственником квартиры и имела двоих детей (дочь Шальневу Е.А. и сына Яшина М.В.) - Намеревалась передать квартиру по наследству обоим детям в равных долях - 26 декабря 2023 г. дочь привезла её в Федеральную службу государственной регистрации, где сообщила о необходимости подписать договор дарения - Согласилась подписать договор только после убеждения дочери в том, что это не повлияет на наследственные права сына - Не понимала содержание договора в силу возраста и состояния здоровья (наличие серьёзных заболеваний, ограничивающих передвижение, приём сильнодействующих лекарственных препаратов, влияющих на сознание) - Не имела желания и воли дарить квартиру дочери

Правовое основание: статья 178 ГК РФ (сделка, совершённая под влиянием существенного заблуждения).

Возражения ответчика

Ответчик Шальнева Е.А. возражала против удовлетворения исковых требований, однако в определении конкретные её возражения не раскрыты подробно.

Решение первой инстанции (Свердловский районный суд г. Белгорода, 12 февраля 2025 г.)

Резолюция: Исковые требования Яшиной С.М. удовлетворены.

Ключевые мотивы: - Договор дарения от 26 декабря 2023 г. признан недействительным - Применены последствия недействительности сделки (двусторонняя реституция) - Аннулирована запись о регистрации права собственности Шальневой Е.А. - Признано право собственности Яшиной С.М. на квартиру

Суд первой инстанции пришёл к выводу, что договор дарения заключён истцом под влиянием существенного заблуждения, поскольку она не имела намерения дарить квартиру дочери и не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (передача всей квартиры в собственность дочери и лишение сына возможности получить наследственную долю). Суд учёл преклонный возраст истца, наличие серьёзных заболеваний, затруднения при передвижении, отмену завещания накануне заключения договора дарения, отсутствие волеизъявления на безвозмездное отчуждение единственного жилья и непонимание последствий сделки.

Постановление апелляции (Белгородский областной суд, 22 мая 2025 г.)

Резолюция: Решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Яшиной С.М.

Ключевые мотивы апелляционного суда: - Истец не представила доказательств совершения договора дарения под влиянием существенного заблуждения - Не доказано, что формирование воли истца произошло в результате недобросовестных действий Шальневой Е.А., выразившихся в умышленном создании искажённого представления об обстоятельствах - Яшина С.М. уже составляла завещание в 2006 г., поэтому не могла не осознавать различие между завещанием (односторонняя сделка) и договором дарения (двусторонняя сделка) - Договор дарения составлен в простой письменной форме, не нотариально заверен, подписан обеими сторонами - Отменив 21 декабря 2023 г. завещание в пользу дочери, истец имела возможность составить новое завещание в пользу сына или обоих детей, но этого не сделала - Преклонный возраст, наличие заболеваний и состояние здоровья сами по себе не подтверждают заблуждение относительно совершаемых действий и наступления правовых последствий - Истец собственноручно написала в договоре свои фамилию, имя и отчество - Доводы о том, что квартира является единственным жильём, истец в ней проживает и несёт расходы по содержанию, не свидетельствуют о существенном заблуждении

Постановление кассации (Первый кассационный суд общей юрисдикции, 3 сентября 2025 г.)

Резолюция: Апелляционное определение оставлено без изменения.

Кассационный суд не установил нарушения либо неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального или процессуального права.

Обращение в Верховный Суд РФ

Яшина С.М. подала кассационную жалобу в ВС РФ с просьбой отменить апелляционное определение и определение кассационного суда как незаконные и оставить в силе решение суда первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы судьёй Фролкиной С.В. 30 марта 2026 г. дело было истребовано в ВС РФ, а определением от 18 мая 2026 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКГД.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта

Спор возник между интересами пожилой женщины, которая намеревалась распределить своё имущество (единственное жилое помещение) между двумя детьми в равных долях по наследству, и её дочери, которая получила квартиру в собственность по договору дарения. Конфликт заключается в толковании и применении норм о недействительности сделок, совершённых под влиянием существенного заблуждения (ст. 178 ГК РФ).

Центральный вопрос: может ли пожилая женщина с ограничениями здоровья, которая не понимала содержание договора дарения и была убеждена дочерью в том, что это не повлияет на наследственные права сына, оспорить сделку как совершённую под влиянием существенного заблуждения?

Категория проблемы

Материально-правовая — применение норм ГК РФ о недействительности сделок (ст. 153, 166–178 ГК РФ), о договоре дарения (ст. 572 ГК РФ), о последствиях недействительности сделок (ст. 167 ГК РФ).

Процессуально-правовая — оценка доказательств судом апелляционной инстанции, надлежащее исследование фактических обстоятельств дела, соблюдение требований к мотивировке судебных актов (ст. 67, 71, 195–198, 327, 329, 330, 379 ГПК РФ).

Межотраслевая — пересечение гражданского права (сделки, наследование) и защиты прав граждан с ограничениями здоровья.

Почему дело передано на коллегию

Дело передано на СКГД ВС РФ в связи с наличием существенных нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судом апелляционной инстанции и кассационным судом, которые повлияли на исход дела и требуют единообразного толкования и применения норм о недействительности сделок, совершённых под влиянием существенного заблуждения, с учётом конкретных обстоятельств дела, особенностей положения участника сделки, состояния его здоровья.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Как должны применяться критерии существенности заблуждения, установленные пунктом 2 статьи 178 ГК РФ, при разрешении спора о признании сделки недействительной, совершённой пожилым гражданином с ограничениями здоровья?

2. Должны ли суды при оценке существенности заблуждения учитывать конкретные обстоятельства дела, особенности положения участника сделки, состояние его здоровья, характер деятельности, значение для него оспариваемой сделки?

3. Какова роль поведения другой стороны сделки (добросовестное или недобросовестное) и наличие у неё возможности распознать заблуждение при разрешении спора о признании сделки недействительной?

4. Допустимо ли судом апелляционной инстанции отменять решение суда первой инстанции, основанное на совокупности установленных обстоятельств, без надлежащей оценки доказательств и без установления новых обстоятельств, противоречащих выводам суда первой инстанции?

5. Какие требования предъявляются к мотивировке судебных актов при разрешении споров о недействительности сделок, совершённых под влиянием заблуждения?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что при разрешении спора о признании сделки, совершённой под влиянием заблуждения, недействительной необходимо оценивать существенность заблуждения участника сделки с учётом конкретных обстоятельств дела, особенностей положения участника сделки, состояния его здоровья, характера деятельности, значения для него оспариваемой сделки, а также исследовать поведение другой стороны сделки и наличие у неё возможности распознать заблуждение. Суд апелляционной инстанции неправомерно применил нормы статьи 178 ГК РФ, не проведя надлежащей оценки доказательств и не учитывая совокупность установленных судом первой инстанции обстоятельств.

B. Развёрнутое обоснование

1. Понятие сделки и договора дарения

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 153 ГК РФ сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По пункту 1 статьи 420 ГК РФ договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

По пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передаёт или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

2. Основания и порядок признания сделок недействительными

Вопросы недействительности сделок регулирует параграф 2 главы 9 части 1 ГК РФ (статьи 166–181).

По пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абзацам первому и второму пункта 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

По абзацу первому пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

По пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

3. Сделки, совершённые под влиянием существенного заблуждения

По пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно пункту 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: - сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т. п.; - сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; - сторона заблуждается в отношении природы сделки; - сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; - сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своём волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По пункту 3 статьи 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По пункту 5 статьи 178 ГК РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учётом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

4. Толкование и применение критериев существенности заблуждения

Ключевая позиция СКГД: Статья 178 ГК РФ, устанавливающая критерии для определения существенности заблуждения, обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остаётся в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под влиянием этого совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений об обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Критерий существенности: Не всякое заблуждение признаётся пороком сделки, а лишь существенное для данного конкретного лица и при данных конкретных обстоятельствах, то есть такое заблуждение, при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Открытый перечень обстоятельств: Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 статьи 178 ГК РФ приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых предполагается существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной).

Индивидуализированный подход: Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом деле с учётом: - существенности данного обстоятельства для участника сделки; - особенностей его положения; - состояния здоровья; - характера деятельности; - значения для него оспариваемой сделки.

5. Роль поведения другой стороны сделки

При разрешении спора о признании сделки, совершённой под влиянием заблуждения, недействительной необходимо в соответствии с положениями пункта 5 статьи 178 ГК РФ принимать во внимание: - поведение другой стороны сделки (добросовестное или недобросовестное); - обстоятельства наличия у этой стороны возможности распознать заблуждение, под влиянием которого действовало лицо, совершая сделку.

6. Применение последствий недействительности сделки

Если все условия, позволяющие оспорить сделку как совершённую под влиянием существенного заблуждения, имеются и в случае, если стороны успели осуществить взаимные предоставления, суд применяет последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции. При этом суд вправе не применять последствия недействительности сделки только в случаях, определённых законом.

7. Требования к оценке доказательств и мотивировке судебных актов

Исходя из положений статей 67, 71, 195–198, абзаца второго части 1 статьи 327, статьи 329 ГПК РФ выводы суда апелляционной инстанции о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьёй 2 ГПК РФ.

Оценка доказательств и отражение её результатов в судебном акте являются проявлением дискреционных полномочий суда апелляционной инстанции, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом апелляционной инстанции доказательств произвольно и в противоречии с законом.

При рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учётом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закреплённое в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемлённым.

8. Анализ ошибок нижестоящих судов в контексте правовой позиции

Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по апелляционной жалобе Шальневой Е.А. и отменяя решение суда первой инстанции, приведённые нормативные положения к спорным отношениям применил неправильно. Суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что при разрешении спора о признании недействительной сделки, совершённой под влиянием заблуждения, необходимо оценивать существенность заблуждения участника сделки с учётом конкретных обстоятельств данного дела, особенностей положения участника сделки, состояния его здоровья, характера деятельности, значения для него оспариваемой сделки, а также исследовать поведение другой стороны сделки, обстоятельства наличия у неё возможности распознать заблуждение, под влиянием которого действовал гражданин, совершая сделку, и дать им оценку.

Как следствие, суд апелляционной инстанции ошибочно счёл необоснованным вывод суда первой инстанции о заключении Яшиной С.М. договора дарения от 26 декабря 2023 г. под влиянием существенного заблуждения, полагая недоказанными обстоятельства действий Яшиной С.М. под влиянием существенного заблуждения и формирования её воли на совершение сделки в результате недобросовестного поведения Шальневой Е.А.

Между тем суд первой инстанции, делая вывод о том, что оспариваемая сделка была совершена истцом под влиянием существенного заблуждения, исходил из совокупности обстоятельств заключения сделки, установленных в ходе судебного разбирательства. Суд первой инстанции принял во внимание, что: - Яшина С.М. не имела намерения дарить дочери Шальневой Е.А. принадлежащую ей квартиру - она не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел — о передаче всей квартиры в собственность дочери Шальневой Е.А. и, соответственно, о лишении возможности получения её сыном Яшиным М.В. права собственности на долю квартиры в порядке наследования после её смерти - Яшина С.М. является пожилым гражданином, страдает рядом серьёзных заболеваний, имеет затруднения при передвижении - спорная квартира является её единственным жильём, она продолжает проживать в этой квартире и нести расходы по её содержанию - Яшина С.М. не обладала волеизъявлением на безвозмездное отчуждение данного жилого помещения путём заключения 26 декабря 2023 г. договора дарения квартиры с Шальневой Е.А. и не понимала последствий его заключения - отменила накануне заключения этого договора составленное 24 марта 2006 г. завещание, которым она завещала всё принадлежащее ей имущество своей дочери Шальневой Е.А.

Обстоятельства дела, установленные судом первой инстанции, и соответствующие им выводы не опровергнуты стороной ответчика в ходе судебного разбирательства, в том числе и в суде апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, ссылаясь в обоснование своего вывода об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований Яшиной С.М. на недоказанность обстоятельств действий Яшиной С.М. под влиянием существенного заблуждения и формирования её воли на совершение сделки в результате недобросовестного поведения Шальневой Е.А., в отличие от суда первой инстанции оставил без внимания и надлежащей правовой оценки пояснения Яшиной С.М., содержащиеся в исковом заявлении и в письменных дополнениях к исковому заявлению, согласно которым дочь Шальнева Е.А. ввела её в заблуждение относительно существа подписываемых документов, договор дарения квартиры ей не прочитала, а сама она в силу возраста и наличия многочисленных заболеваний не могла прочесть данный договор и понять его суть.

Суд апелляционной инстанции проигнорировал установленные судом первой инстанции обстоятельства заключения Яшиной С.М. договора дарения квартиры от 26 декабря 2023 г., в том числе касающиеся состояния здоровья Яшиной С.М., отмену Яшиной С.М. накануне заключения указанного договора завещания, составленного ею 24 марта 2006 г. в пользу дочери Шальневой Е.А., при этом каких-либо новых обстоятельств по делу не установил.

Таким образом, суд апелляционной инстанции неправомерно признал необоснованным вывод суда первой инстанции о заключении Яшиной С.М. договора дарения от 26 декабря 2023 г. под влиянием существенного заблуждения. У суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных статьёй 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции, разрешившего данный спор в соответствии с требованиями закона и установленными по делу обстоятельствами, и для принятия по делу нового решения об отказе Яшиной С.М. в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибки суда апелляционной инстанции (Белгородский областной суд)

1. Существенное нарушение норм материального права (ст. 178 ГК РФ)

Суд апелляционной инстанции неправильно толковал и применял критерии существенности заблуждения, установленные пунктом 2 статьи 178 ГК РФ. Вместо индивидуализированной оценки существенности заблуждения с учётом конкретных обстоятельств дела, особенностей положения истца (пожилой возраст, состояние здоровья, единственное жилище), суд применил формальный подход, сосредоточившись на внешних признаках (собственноручное написание фамилии, наличие опыта составления завещания в 2006 г., простая письменная форма договора).

Суд апелляционной инстанции не учитывал, что: - истец не имела намерения дарить квартиру и не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (передача всей квартиры в собственность дочери и лишение сына наследственной доли); - истец была введена в заблуждение дочерью относительно существа подписываемых документов; - истец в силу возраста и состояния здоровья не могла прочесть и понять содержание договора дарения; - отмена завещания накануне заключения договора дарения свидетельствует об отсутствии волеизъявления на безвозмездное отчуждение единственного жилья.

Характер нарушения: Неправильное применение норм материального права, повлиявшее на исход дела (ст. 390 ГПК РФ).

2. Существенное нарушение норм процессуального права (ст. 67, 71, 195–198, 327, 329, 330 ГПК РФ)

Суд апелляционной инстанции не провёл надлежащей оценки доказательств и не дал убедительного обоснования своих выводов со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.

Конкретные процессуальные нарушения: - Суд апелляционной инстанции оставил без внимания и надлежащей правовой оценки пояснения истца, содержащиеся в исковом заявлении и письменных дополнениях к нему; - Суд проигнорировал установленные судом первой инстанции обстоятельства (состояние здоровья истца, отмену завещания, отсутствие волеизъявления на отчуждение единственного жилья); - Суд не установил новых обстоятельств, противоречащих выводам суда первой инстанции, но тем не менее отменил его решение; - Суд не исследовал по существу поведение другой стороны сделки (добросовестное или недобросовестное) и наличие у неё возможности распознать заблуждение истца; - Суд не обосновал, почему преклонный возраст, наличие заболеваний и состояние здоровья истца сами по себе не подтверждают заблуждение, не проведя анализа конкретных обстоятельств дела.

Характер нарушения: Нарушение требований к оценке доказательств и мотивировке судебных актов, нарушение права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), повлиявшие на исход дела (ст. 330, 390 ГПК РФ).

Ошибки кассационного суда (Первый кассационный суд общей юрисдикции)

Существенное нарушение норм процессуального права (ст. 379 ГПК РФ)

Кассационный суд, проверяя по кассационной жалобе истца законность судебного постановления суда апелляционной инстанции, не выявил и не устранил допущенные апелляционным судом нарушения норм материального и процессуального права. Кассационный суд не выполнил требования статьи 379 и частей 1–3 статьи 379 ГПК РФ, которые предусматривают обязанность кассационного суда проверить законность судебных постановлений и выявить нарушения норм права.

Кассационный суд оставил без изменения апелляционное определение, не установив нарушения либо неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального или процессуального права, хотя такие нарушения имели место.

Характер нарушения: Неисполнение требований кассационного производства, повлиявшее на исход дела (ст. 390 ГПК РФ).

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение СКГД ВС РФ:

1. Отменены: - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 22 мая 2025 г. - Определение судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 3 сентября 2025 г.

2. Оставлено в силе: - Решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 12 февраля 2025 г. по делу № 2-621/2025

Содержание решения суда первой инстанции: - Договор дарения квартиры от 26 декабря 2023 г. между Яшиной С.М. и Шальневой Е.А. признан недействительным - Применены последствия недействительности сделки (двусторонняя реституция) - Аннулирована запись о регистрации права собственности Шальневой Е.А. на квартиру - Признано право собственности Яшиной С.М. на квартиру

Направление дела: Дело не направлено на новое рассмотрение; решение суда первой инстанции восстановлено в полной силе.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД ВС РФ устанавливает обязательный стандарт применения норм о недействительности сделок, совершённых под влиянием существенного заблуждения (ст. 178 ГК РФ), для всех судов общей юрисдикции. Нижестоящие суды обязаны:

• Индивидуализировать оценку существенности заблуждения с учётом конкретных обстоятельств дела, особенностей положения участника сделки, состояния его здоровья, характера деятельности, значения для него оспариваемой сделки;

• Исследовать поведение другой стороны сделки (добросовестное или недобросовестное) и наличие у неё возможности распознать заблуждение;

• Не применять формальный подход к оценке доказательств, основанный на внешних признаках (собственноручное написание, наличие опыта, форма документа);

• Надлежащим образом мотивировать судебные акты со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости;

• Исследовать по существу все фактические обстоятельства с учётом доводов и возражений сторон спора, не ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы.

2. Защита какой стороны усиливается

Усиливается защита пожилых граждан и граждан с ограничениями здоровья, которые совершают сделки под влиянием заблуждения, вызванного: - недостаточным пониманием содержания документов в силу возраста, состояния здоровья, наличия заболеваний; - введением в заблуждение другой стороной сделки относительно существа и последствий сделки; - отсутствием волеизъявления на совершение сделки, но согласием под влиянием убеждения другой стороны.

Определение защищает интересы граждан, которые намеревались распределить своё имущество определённым образом (в данном случае — между двумя детьми в равных долях по наследству), но были введены в заблуждение относительно последствий совершённой сделки.

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ и обзорами практики

Определение СКГД развивает и конкретизирует положения:

• Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (пункт 50 о понятии сделки и волеизъявления);

• Статьи 46 Конституции РФ о праве на судебную защиту, подчёркивая, что формальный подход к оценке доказательств и применению норм материального права ущемляет это конституционное право;

• Принципа добросовестности и разумности при оценке поведения сторон сделки и возможности распознания заблуждения (пункт 5 ст. 178 ГК РФ).

Определение согласуется с общей линией ВС РФ на защиту слабой стороны в гражданско-правовых отношениях, особенно в отношении пожилых граждан и граждан с ограничениями здоровья.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени доказывания

Изменение стандарта доказывания:

Определение СКГД устанавливает, что при разрешении спора о признании сделки недействительной, совершённой под влиянием заблуждения, суд не должен требовать от истца доказывания недобросовестного поведения другой стороны как обязательного условия признания сделки недействительной. Достаточно доказывания: - наличия существенного заблуждения (с учётом конкретных обстоятельств дела); - того, что при отсутствии заблуждения истец не совершил бы сделку; - обстоятельств, свидетельствующих о возможности другой стороны распознать заблуждение.

Распределение бремени доказывания:

• Истец (сторона, действовавшая под влиянием заблуждения) обязана доказать:
• наличие существенного заблуждения;
• что при отсутствии заблуждения она не совершила бы сделку;

• конкретные обстоятельства, свидетельствующие о существенности заблуждения для неё.

• Ответчик (другая сторона сделки) может возражать, доказывая:

• что заблуждение не было существенным;
• что истец должна была распознать заблуждение при обычной осмотрительности;
• что он действовал добросовестно и не имел возможности распознать заблуждение истца.

Однако суд не вправе требовать от истца доказывания недобросовестного поведения ответчика как обязательного условия признания сделки недействительной.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция СКГД ВС РФ применима по аналогии к следующим категориям споров:

А. Сделки, совершённые под влиянием иных пороков воли: - Сделки, совершённые под влиянием обмана (ст. 179 ГК РФ) — при оценке добросовестности поведения другой стороны и возможности распознания обмана; - Сделки, совершённые под влиянием насилия, угрозы, злостного злоупотребления зависимостью (ст. 179 ГК РФ) — при оценке конкретных обстоятельств и особенностей положения потерпевшей стороны.

Б. Сделки с участием граждан с ограниченной дееспособностью: - Оспаривание сделок, совершённых гражданином, признанным ограниченно дееспособным, — при оценке состояния здоровья и способности понимать значение своих действий; - Оспаривание сделок, совершённых гражданином, впоследствии признанным недееспособным.

В. Защита прав потребителей: - Оспаривание договоров, заключённых потребителем под влиянием заблуждения относительно существенных качеств товара, работы, услуги; - Оспаривание договоров, заключённых потребителем под влиянием введения его в заблуждение продавцом (исполнителем) относительно существа и последствий договора.

Г. Семейные споры: - Оспаривание брачных контрактов, заключённых под влиянием существенного заблуждения относительно имущественного положения супруга или иных существенных обстоятельств; - Оспаривание соглашений об уплате алиментов, заключённых под влиянием заблуждения.

Д. Наследственные споры: - Оспаривание дарений, совершённых наследодателем под влиянием заблуждения относительно последствий для наследственных прав других наследников; - Оспаривание отказов от наследства, совершённых под влиянием заблуждения.

Е. Жилищные споры: - Оспаривание договоров отчуждения жилого помещения, совершённых под влиянием заблуждения относительно существенных качеств помещения или его правового статуса; - Оспаривание договоров дарения жилого помещения, совершённых под влиянием заблуждения относительно последствий для других членов семьи.

6. Значение для развития судебной практики

Определение СКГД ВС РФ имеет важное значение для:

• Унификации судебной практики по применению норм о недействительности сделок, совершённых под влиянием существенного заблуждения;

• Развития доктрины гражданского права в части толкования критериев существенности заблуждения и роли поведения другой стороны сделки;

• Усиления защиты прав граждан с ограничениями здоровья и пожилых граждан в гражданском обороте;

• Совершенствования процессуального права в части требований к оценке доказательств и мотивировке судебных актов;

• Обеспечения соответствия судебной практики конституционным принципам права на судебную защиту и справедливого судебного разбирательства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение СКГД ВС РФ № 57-КГ26-5-К1 от 15 июня 2026 г. устанавливает принципиальную позицию о необходимости индивидуализированной оценки существенности заблуждения при разрешении споров о признании сделок недействительными. Суды обязаны учитывать конкретные обстоятельства дела, особенности положения участника сделки, состояние его здоровья, характер деятельности, значение для него оспариваемой сделки, а также исследовать поведение другой стороны сделки и наличие у неё возможности распознать заблуждение.

Определение отменяет неправильное применение норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции и кассационным судом, восстанавливает справедливое решение суда первой инстанции, защищающее права пожилой женщины, которая была введена в заблуждение относительно последствий договора дарения своего единственного жилища. Позиция ВС РФ усиливает защиту граждан с ограничениями здоровья и пожилых граждан в гражданском обороте и обеспечивает соответствие судебной практики конституционным принципам справедливого судебного разбирательства и права на судебную защиту.