КС подтвердил: поставка фальсифицированных лекарств не может признаваться крайней необходимостью, а исправление судебной ошибки — нарушением прав

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 936-О от 31 марта 2026 года

Состав Суда: Председатель В.Д. Зорькин, судьи А.Ю. Бушев, Л.М. Жаркова, К.Б. Калиновский, С.Д. Князев, А.Н. Кокотов, А.В. Коновалов, М.Б. Лобов, В.А. Сивицкий, Е.В. Тарибо

Заявитель: Гражданин Олег Николаевич Шашмурин (осужденный по уголовному делу)

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав при применении уголовного и уголовно-процессуального законодательства

Оспариваемые нормы: - Статья 39 «Крайняя необходимость» Уголовного кодекса Российской Федерации - Статья 38915 «Основания отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке» Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации - Части первая и третья статьи 38919 «Пределы прав суда апелляционной инстанции» УПК РФ - Статьи 38922 «Отмена обвинительного приговора или иных решений суда первой инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство либо с возвращением уголовного дела прокурору», 38923 «Отмена приговора и иных решений суда первой инстанции с вынесением нового судебного решения» и часть первая статьи 38924 «Отмена приговора или изменение иного судебного решения в сторону ухудшения положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено» УПК РФ

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Обстоятельства дела

Гражданин О.Н. Шашмурин был первоначально оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 159 УК РФ (мошенничество), и одновременно осужден к 5 годам 6 месяцам лишения свободы условно за совершение преступления, предусмотренного пунктом «а» части второй статьи 2381 УК РФ (обращение фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств).

Приговор суда первой инстанции был отменен апелляционным определением по результатам рассмотрения представления государственного обвинителя с направлением дела на новое рассмотрение. Суд апелляционной инстанции констатировал, что выводы суда первой инстанции об отсутствии состава преступления по статье 159 УК РФ не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на неправильном применении уголовного закона. Остальные доводы сторон не рассматривались по существу как подлежащие проверке при новом рассмотрении.

При новом рассмотрении дела О.Н. Шашмурин был признан виновным в совершении преступлений по обеим статьям и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 10 месяцев со штрафом в размере 1 млн рублей.

Фактические обстоятельства преступления

Согласно установленным судом фактам, заявитель в 2021 году (в период массового распространения коронавирусной инфекции) в рамках договоров с лечебными учреждениями сбыл фальсифицированные лекарственные средства в крупном размере в составе группы лиц по предварительному сговору. Конкретно: под видом кислорода жидкого медицинского поставил с представлением подложных документов кислород жидкий технический, не являющийся лекарственным средством.

Суд отклонил доводы защиты о совершении действий в состоянии крайней необходимости и об отсутствии корыстного умысла, установив, что содеянное было обусловлено извлечением выгоды и сопровождалось обманом. Технический кислород не мог использоваться по назначению медицинскими учреждениями, будучи опасным для здоровья и жизни человека.

Позиция заявителя и нарушаемые конституционные права

О.Н. Шашмурин просит признать не соответствующими Конституции РФ оспариваемые нормы, ссылаясь на нарушение следующих конституционных статей: - Статьи 1 (часть 1) — о правовом государстве - Статьи 2 — о правах и свободах человека - Статьи 17, 18, 19 (часть 1) — о равенстве прав и свобод - Статьи 21 (часть 1) — о достоинстве личности - Статьи 22 (часть 1) — о свободе и личной неприкосновенности - Статьи 35 (части 1 и 2) — о праве собственности - Статьи 45, 46 (часть 1) — о праве на судебную защиту - Статьи 50 (часть 3) — о пересмотре судебных решений - Статьи 118, 120, 123 — о правосудии и независимости судов

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта

Жалоба заявителя содержит несколько взаимосвязанных конституционно-правовых претензий:

1. Проблема применения института крайней необходимости: Заявитель оспаривает конституционность статьи 39 УК РФ в системном единстве с положениями статьи 2381 УК РФ, утверждая, что данная норма позволяет не признавать совершенными в состоянии крайней необходимости действия лица по устранению возникшей опасности, когда такое лицо не обладает специальными познаниями относительно возможных последствий своего поведения и при этом преследует цель получения экономической выгоды. Здесь возникает конфликт между правом на справедливое судебное разбирательство (ст. 50, 123 Конституции) и правовой определённостью уголовного закона.

2. Проблема пределов апелляционного пересмотра: Заявитель оспаривает конституционность статей 38915, 38919, 38922, 38923 и части первой статьи 38924 УПК РФ, утверждая, что они позволяют суду апелляционной инстанции не осуществлять проверку доводов сторон и не рассматривать их по существу, а также позволяют суду первой инстанции при новом рассмотрении дела назначать более строгое наказание без оснований, связанных с необходимостью ухудшения положения обвиняемого. Здесь возникает конфликт между правом на справедливое судебное разбирательство и принципом справедливости в уголовном судопроизводстве.

Почему вопрос имеет конституционное значение

Вопрос имеет конституционное значение в следующих аспектах:

• Правовая определённость: Заявитель усматривает неопределённость в применении норм о крайней необходимости и пределах апелляционного пересмотра, что может приводить к произвольному правоприменению.

• Баланс конституционно защищаемых интересов: Возникает вопрос о соотношении между правом обвиняемого на справедливое судебное разбирательство и правом государства на исправление судебных ошибок.

• Гарантии прав обвиняемого: Заявитель оспаривает возможность ухудшения его положения при пересмотре дела в апелляционном порядке, что затрагивает фундаментальные гарантии уголовного судопроизводства.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации:

1. Статья 39 УК РФ в системном единстве со статьей 2381 УК РФ в той мере, в какой она позволяет не признавать совершенными в состоянии крайней необходимости действия лица по устранению возникшей опасности, когда такое лицо не обладает специальными познаниями относительно возможных последствий своего поведения и при этом преследует цель получения экономической выгоды?

2. Статьи 38915, 38919, 38922, 38923 и часть первая статьи 38924 УПК РФ в той мере, в какой они позволяют суду апелляционной инстанции не осуществлять проверку доводов сторон и позволяют суду первой инстанции при новом рассмотрении дела назначать более строгое наказание без оснований, связанных с необходимостью ухудшения положения обвиняемого?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к допустимости жалоб. Суд не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению, установив, что оспариваемые положения уголовного и уголовно-процессуального законов не нарушают конституционные права заявителя в обозначенных им аспектах.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционно-правовой анализ института крайней необходимости и его применения к деяниям заявителя

1.1. Конституционные основы уголовной ответственности

Конституционный Суд исходит из того, что любое привлечение к уголовной ответственности по смыслу статьи 54 (часть 2) Конституции РФ и конкретизирующих её положений частей второй статьи 2, статьи 8 и части первой статьи 14 УК РФ безусловно предполагает, что её основанием может быть лишь обладающее опасностью для личности, общества или государства деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом, которые должны быть присущи ему в момент совершения.

Суд ссылается на свои постановления: - от 10 февраля 2017 года № 2-П - от 8 апреля 2021 года № 11-П

1.2. Система обстоятельств, исключающих уголовную противоправность

Конституционный Суд отмечает, что Уголовный кодекс Российской Федерации в главе 8 предусматривает специальные обстоятельства, которые исключают уголовную противоправность деяний. В частности, согласно статье 39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, т.е. для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости (часть первая).

1.3. Критерии признания действий крайне необходимыми

Суд ссылается на разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым для признания предпринятых лицом действий крайне необходимыми (не преступными) должны быть установлены:

• наличие и действительный характер возникшей опасности
• невозможность её устранения без причинения ущерба интересам личности, общества или государства
• отсутствие явного превышения допустимых при этом пределов, в том числе в виде причинения вреда, равного или большего по сравнению с тем, который мог быть причинен при дальнейшем развитии возникшей опасности

Суд приводит пример из пункта 181 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности»: временное осуществление предпринимательской деятельности без лицензии (лицензия не продлена в установленные сроки) не влечет уголовной ответственности, если прекращение указанной деятельности может привести к дезорганизации работы объектов жизнеобеспечения (прекращение водозабора, водоочистки, теплоснабжения жилья и социальных объектов населенного пункта, угроза техногенной аварии и т.д.).

1.4. Отсутствие неопределённости в норме о крайней необходимости

Конституционный Суд прямо заявляет: «Соответственно, положения статьи 39 УК Российской Федерации не содержат неопределенности признаков крайней необходимости, приводящей к произвольному их пониманию и применению судами».

Суд ссылается на своё Определение от 28 сентября 2021 года № 2058-О.

1.5. Применение норм о крайней необходимости к деяниям заявителя

Суд устанавливает, что совершенная обманным путем поставка в лечебные учреждения заведомо фальсифицированных лекарственных средств, оборот которых запрещен (ссылка на пункт 2 части 5 статьи 45, часть 5 статьи 47 и часть 1 статьи 57 Федерального закона от 12 апреля 2010 года № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств») и использование которых создает, а не предотвращает опасность причинения вреда нуждающимся в медицинской помощи лицам, в любом случае не может расцениваться как деяние, совершенное в состоянии крайней необходимости.

Ключевой момент: Суд подчеркивает, что фальсифицированные лекарственные средства создают опасность, а не устраняют её, что исключает применение норм о крайней необходимости.

2. Конституционно-правовой анализ норм об апелляционном пересмотре судебных решений

2.1. Компетенция судов апелляционной инстанции и основания для пересмотра

Конституционный Суд отмечает, что разрешение вопроса о том, какое решение должно быть принято судом апелляционной инстанции по итогам проведенного судебного разбирательства: об отмене оспариваемого судебного акта, его изменении или иное (ссылка на статьи 38920 и 38926 УПК РФ), будучи напрямую отнесенным к компетенции судов общей юрисдикции, осуществляется в каждом конкретном случае с учетом наличия закрепленных в статье 38915 УПК РФ к тому оснований и характера допущенных нарушений, в том числе их неустранимости.

Суд ссылается на свои определения: - от 26 мая 2016 года № 1103-О - от 26 ноября 2018 года № 2826-О - от 18 июля 2019 года № 1851-О

2.2. Исправление судебной ошибки как конституционная ценность

Суд устанавливает принципиально важный момент: «исправление судебной ошибки и вынесение справедливого решения по уголовному делу не может расцениваться в качестве нарушения прав».

Суд ссылается на свои определения: - от 20 апреля 2017 года № 776-О - от 27 декабря 2022 года № 3498-О - от 26 июня 2025 года № 1817-О и др.

2.3. Отсутствие неопределённости в нормах о пределах апелляционного пересмотра

Конституционный Суд прямо заявляет: «Положения статьи 38919 УПК Российской Федерации, закрепляющие пределы прав суда апелляционной инстанции, не содержат какой-либо неопределенности, равно как и изъятий из установленного порядка доказывания по уголовным делам в суде первой инстанции».

Суд ссылается на своё Определение от 25 ноября 2020 года № 2603-О.

2.4. Гарантии прав защиты при направлении дела на новое рассмотрение

Суд устанавливает, что в случае отмены обвинительного приговора и направления уголовного дела на новое судебное разбирательство по причине выявления нарушений уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимых в суде апелляционной инстанции (ссылка на часть первую статьи 38922 УПК РФ), сторона защиты не лишается возможности приводить доводы о необоснованности предъявленного обвинения и заявлять соответствующие ходатайства – такое право осуществимо в ходе нового судебного разбирательства в суде как первой, так и апелляционной инстанции.

Суд ссылается на свои определения: - от 25 октября 2016 года № 2196-О - от 25 апреля 2019 года № 1145-О - от 20 июля 2021 года № 1445-О и др.

2.5. Пределы ухудшения положения обвиняемого при новом рассмотрении

Суд ссылается на разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации (пункт 20 постановления от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве»), согласно которым с учетом взаимосвязанных положений статей 38922, 38923 и части первой статьи 38924 УПК РФ о том, что обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строгого наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности.

2.6. Применение к конкретному делу заявителя

Суд устанавливает решающий факт: «В то же время, как следует из представленных О.Н.Шашмуриным материалов, первоначально вынесенный в его отношении приговор был отменен судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения представления государственного обвинителя, в котором ставился вопрос об ухудшении положения заявителя».

Это означает, что отмена приговора произошла именно по основанию, связанному с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, что допускается законом.

3. Итоговый вывод об отсутствии нарушений конституционных прав

Суд заключает: «Таким образом, отсутствуют основания утверждать, что оспариваемые положения уголовного и уголовно-процессуального законов нарушают конституционные права О.Н.Шашмурина в обозначенных им аспектах».

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция

Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шашмурина Олега Николаевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия

Для заявителя: - Жалоба не принята к рассмотрению, что означает отсутствие судебного разбирательства по существу конституционной жалобы - Конкретное уголовное дело заявителя остаётся в силе; вынесенный приговор (3 года 10 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 1 млн рублей) не пересматривается - Заявитель лишён возможности получить конституционно-правовую защиту через КС РФ в данном деле

Для правоприменения: - Оспариваемые нормы УК РФ и УПК РФ остаются в силе без каких-либо изменений или конституционно-правового истолкования - Суды продолжают применять статью 39 УК РФ в соответствии с существующей судебной практикой - Суды продолжают применять нормы об апелляционном пересмотре в соответствии с установленными пределами

Момент вступления в силу: - Определение вступает в силу немедленно и является окончательным, не подлежит обжалованию

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Хотя Суд отказал в принятии жалобы к рассмотрению (что формально означает отсутствие развёрнутого конституционно-правового решения), в мотивировочной части определения содержатся важные правовые позиции:

• Подтверждение конституционности норм о крайней необходимости: Суд подтвердил, что статья 39 УК РФ не содержит неопределённости и может быть применена судами без нарушения конституционных прав. Это означает, что суды могут уверенно применять эту норму, не опасаясь конституционно-правовых претензий.

• Подтверждение конституционности норм об апелляционном пересмотре: Суд подтвердил, что статьи 38915, 38919, 38922, 38923 и часть первая статьи 38924 УПК РФ соответствуют Конституции и не нарушают права обвиняемого. Это означает, что суды апелляционной инстанции могут применять эти нормы в полном объёме.

• Уточнение пределов ухудшения положения обвиняемого: Суд подтвердил, что ухудшение положения обвиняемого допускается только при отмене приговора по основаниям, связанным с необходимостью такого ухудшения (по представлению прокурора или жалобе потерпевшего). Если же приговор отменяется по иным основаниям, ухудшение положения не допускается.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Суд опирается на свои ранее выраженные позиции:

• Постановления от 10 февраля 2017 года № 2-П и от 8 апреля 2021 года № 11-П — о конституционных основах уголовной ответственности и необходимости наличия состава преступления

• Определение от 28 сентября 2021 года № 2058-О — об отсутствии неопределённости в норме о крайней необходимости

• Определения от 26 мая 2016 года № 1103-О, от 26 ноября 2018 года № 2826-О и от 18 июля 2019 года № 1851-О — о компетенции судов апелляционной инстанции и основаниях для пересмотра

• Определения от 20 апреля 2017 года № 776-О, от 27 декабря 2022 года № 3498-О, от 26 июня 2025 года № 1817-О — о том, что исправление судебной ошибки не является нарушением прав

• Определения от 25 октября 2016 года № 2196-О, от 25 апреля 2019 года № 1145-О, от 20 июля 2021 года № 1445-О — о гарантиях прав защиты при направлении дела на новое рассмотрение

• Определение от 25 ноября 2020 года № 2603-О — об отсутствии неопределённости в нормах о пределах апелляционного пересмотра

Таким образом, Суд демонстрирует преемственность своей правовой позиции и развивает её в контексте конкретного дела.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Хотя жалоба отклонена, в определении содержатся позиции, усиливающие гарантии следующих конституционных прав:

• Право на справедливое судебное разбирательство (ст. 50, 123 Конституции): Суд подтверждает, что исправление судебных ошибок и вынесение справедливого решения — это не нарушение прав, а реализация конституционного права на справедливое судебное разбирательство.

• Право на защиту (ст. 45, 46 Конституции): Суд подтверждает, что при направлении дела на новое рассмотрение сторона защиты не лишается возможности приводить доводы о необоснованности обвинения и заявлять ходатайства.

• Право на пересмотр судебных решений (ст. 50 Конституции): Суд подтверждает, что апелляционный пересмотр осуществляется в соответствии с установленными в законе основаниями и пределами.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Определение не содержит предписаний федеральному законодателю. Суд не требует изменения оспариваемых норм, поскольку признал их соответствующими Конституции.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Правовые позиции, содержащиеся в определении, имеют значение для следующих сфер:

• Применение норм о крайней необходимости в уголовном праве: Суд подтвердил, что норма о крайней необходимости может быть применена только в случаях, когда деяние действительно устраняет опасность, а не создаёт её. Это имеет значение для всех дел, связанных с применением статьи 39 УК РФ.

• Апелляционный пересмотр уголовных дел: Суд подтвердил, что апелляционный пересмотр осуществляется в соответствии с установленными основаниями и пределами. Это имеет значение для всех дел, рассматриваемых в апелляционном порядке.

• Защита прав обвиняемого при новом рассмотрении дела: Суд подтвердил, что при направлении дела на новое рассмотрение обвиняемый сохраняет право на защиту. Это имеет значение для всех дел, направляемых на новое рассмотрение.

• Применение норм об ухудшении положения обвиняемого: Суд подтвердил, что ухудшение положения обвиняемого допускается только при отмене приговора по определённым основаниям. Это имеет значение для всех дел, в которых рассматривается вопрос об ухудшении положения обвиняемого.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 936-О от 31 марта 2026 года представляет собой отказ в принятии жалобы к рассмотрению, однако содержит важные правовые позиции, подтверждающие конституционность оспариваемых норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Суд подтвердил, что:

1. Статья 39 УК РФ о крайней необходимости не содержит неопределённости и может быть применена судами без нарушения конституционных прав. Деяния, которые создают опасность (как поставка фальсифицированных лекарственных средств), не могут расцениваться как совершённые в состоянии крайней необходимости.

2. Нормы об апелляционном пересмотре соответствуют Конституции и не нарушают права обвиняемого. Исправление судебных ошибок и вынесение справедливого решения — это не нарушение прав, а реализация конституционного права на справедливое судебное разбирательство.

3. Ухудшение положения обвиняемого при новом рассмотрении допускается только при отмене приговора по определённым основаниям, связанным с необходимостью такого ухудшения.

Определение имеет значение для правоприменения в сфере уголовного права и уголовного судопроизводства, подтверждая конституционность ключевых норм и принципов уголовного процесса.