КС подтвердил: казённые учреждения обязаны уведомлять о найме бывших госслужащих — в отличие от госорганов

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 2612-О от 14 октября 2025 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: Гражданин Варгатюк Иван Васильевич — директор федерального казенного профессионального образовательного учреждения № 23 Федеральной службы исполнения наказания (должностное лицо государственного учреждения).

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение конституционных прав положениями законодательства о противодействии коррупции и трудовом праве. Рассмотрение проведено на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в порядке предварительного изучения жалобы.

Оспариваемые нормы: - Статья 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) — устанавливает административную ответственность (штраф от 2 до 4 тыс. рублей для граждан, от 20 до 50 тыс. рублей для должностных лиц, от 100 до 500 тыс. рублей для юридических лиц) за привлечение работодателем государственного или муниципального служащего либо бывшего служащего к трудовой деятельности или выполнению работ (оказанию услуг) с нарушением требований Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»; - Статья 64¹ Трудового кодекса Российской Федерации (часть 3) — возлагает на работодателя обязанность в десятидневный срок сообщать представителю нанимателя по последнему месту службы о заключении трудового договора с гражданином, замещавшим должность государственной или муниципальной службы, в течение двух лет после его увольнения; - Статья 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» (части 4 и 5) — устанавливают аналогичную обязанность работодателя уведомлять о заключении трудового или гражданско-правового договора с бывшим государственным или муниципальным служащим и предусматривают ответственность за её неисполнение.

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявителя:

Гражданин И.В. Варгатюк, являясь директором казенного образовательного учреждения, принял на должность мастера производственного обучения бывшего заместителя начальника федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 31 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми». Заявитель ограничился предварительным согласованием кандидатуры с вышестоящим органом, но не исполнил обязанность по уведомлению представителя нанимателя по последнему месту службы нанятого работника.

Судебные решения: - Постановление мирового судьи Тентюковского судебного участка города Сыктывкара от 4 апреля 2023 года; - Решение судьи Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 12 мая 2023 года (оставило постановление без изменения); - Постановление судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 10 октября 2023 года; - Постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 17 июня 2024 года.

Заявитель привлечён к административной ответственности как должностное лицо за совершение административного правонарушения по статье 19.29 КоАП РФ и ему назначен административный штраф в размере двадцати тысяч рублей.

Мотивация судов: Суды исходили из того, что обязанность уведомлять представителя нанимателя по последнему месту службы о заключении трудового договора с бывшим государственным служащим возлагается на работодателей любых организаций независимо от их организационно-правовой формы.

Конституционные права, которые заявитель считает нарушенными:

По мнению И.В. Варгатюка, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 1, 2, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 45 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку ввиду своей неопределённости позволяют привлекать к административной ответственности руководителя казенного учреждения за нарушение порядка уведомления о заключении трудового договора с гражданином, ранее замещавшим должность государственной службы в той же ведомственной системе органов и учреждений, в отсутствие коррупционных рисков, порождаемых осуществлением бывшим государственным служащим трудовой деятельности.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Возникает противоречие между: 1. Конституционным правом на справедливое судопроизводство и предсказуемость правового регулирования (статьи 19 ч. 1, 45 ч. 1, 55 ч. 3 Конституции РФ) — требование определённости состава административного правонарушения и возможности предвидеть юридические последствия своих действий; 2. Государственным интересом в противодействии коррупции — необходимость установления ограничений и обязанностей для работодателей при трудоустройстве бывших государственных служащих в целях предупреждения конфликта публичных и частных интересов.

Почему вопрос имеет конституционное значение:

• Неопределённость нормы: Заявитель утверждает, что оспариваемые нормы, будучи бланкетными, не содержат достаточно ясных критериев для определения, когда обязанность уведомления распространяется на работодателя, в частности на казенное учреждение, и когда она не применяется;
• Расходящееся правоприменение: Верховный Суд РФ дал различные толкования в Обзоре судебной практики (2016 г.) и постановлении Пленума № 46 (2017 г.), что создаёт неопределённость в применении норм;
• Баланс конституционных ценностей: Необходимо согласовать принцип правовой определённости и равенства перед законом с легитимной целью противодействия коррупции, особенно в контексте применения норм к казенным учреждениям, которые могут осуществлять приносящую доходы деятельность.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли статья 19.29 КоАП РФ, статья 64¹ Трудового кодекса РФ (часть 3) и части 4 и 5 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» Конституции Российской Федерации (в частности, статьям 1, 2, 17 ч. 1, 18, 19 ч. 1, 45 ч. 1, 55 ч. 3) в аспекте их применения к должностному лицу казенного учреждения при привлечении его к административной ответственности за неисполнение обязанности по уведомлению о заключении трудового договора с бывшим государственным служащим в отсутствие коррупционных рисков, порождаемых осуществлением такой деятельности?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к допустимости жалобы.

Ключевой вывод по существу: Положения статьи 19.29 КоАП РФ, статьи 64¹ Трудового кодекса РФ и частей 4 и 5 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции», в том числе с учётом сложившейся судебной практики их применения, не содержат какой-либо неопределённости и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителя в обозначенном им аспекте.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционная допустимость установления ограничений и обязанностей для работодателей в целях противодействия коррупции

Конституционно-правовое основание:

Конституционный Суд исходит из того, что специфика публичной службы предопределяет особый правовой статус государственных (муниципальных) служащих и, соответственно, необходимость его специального правового регулирования, вводящего для них ограничения, запреты и обязанности (ссылка на Постановление КС РФ от 29 ноября 2016 года № 26-П).

Вытекающие из природы публичной службы обязанности могут быть возложены и на иных субъектов, включая работодателей бывших государственных (муниципальных) служащих, в том числе для принятия адекватных мер противодействия коррупции.

Международно-правовой контекст:

Суд подчёркивает, что такой подход согласуется с Конвенцией ООН против коррупции (ратифицирована Российской Федерацией 8 марта 2006 года), которая предусматривает, что государства вправе устанавливать ограничения в надлежащих случаях и на разумный срок в отношении профессиональной деятельности бывших публичных должностных лиц или в отношении работы публичных должностных лиц в частном секторе после их выхода в отставку или на пенсию, когда такая деятельность или работа прямо связана с функциями, которые такие публичные должностные лица выполняли в период нахождения в должности или за выполнением которых они осуществляли надзор (подпункт «е» пункта 2 статьи 12 Конвенции).

Ранее выраженные позиции КС РФ:

Конституционный Суд отмечает, что в ряде своих решений ранее указывал, что закрепление в части 4 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» и статье 64¹ Трудового кодекса РФ обязанности работодателя в установленных случаях сообщать о заключении трудового соглашения или гражданско-правового договора на выполнение работ (оказание услуг) представителю нанимателя (работодателю) государственного или муниципального служащего по последнему месту его службы, а также введение ответственности за её невыполнение (статья 19.29 КоАП РФ) направлены на повышение эффективности противодействия коррупции и основываются на принципах приоритетного применения мер по предупреждению коррупции и комплексного использования политических, организационных, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер для борьбы с этим явлением.

Суд ссылается на определения от 25 февраля 2013 года № 334-О, от 27 октября 2015 года № 2432-О, от 28 сентября 2017 года № 1798-О, от 21 июля 2022 года № 1998-О, от 30 мая 2024 года № 1144-О и др.

Вывод по данному пункту:

Установление предусмотренной оспариваемыми законоположениями соответствующей обязанности работодателей информировать представителя нанимателя (работодателя) в определённый законом срок о заключении трудового договора с бывшим государственным (муниципальным) служащим по последнему месту его службы, а также административной ответственности за её неисполнение в равной мере адресовано всем категориям работодателей, имеет преимущественно профилактический характер, направлено на обеспечение безопасности государства, в связи с чем не может восприниматься как выходящее за пределы законодательной дискреции и лишённое необходимого обоснования.

2. Бланкетный характер статьи 19.29 КоАП РФ и требования конституционной определённости

Конституционно-правовое основание:

Статья 19.29 КоАП РФ, как и многие иные нормы Особенной части названного Кодекса, является бланкетной. Конституционный Суд неоднократно указывал, что сам по себе бланкетный характер нормы не вступает в противоречие со статьей 54 (часть 2) Конституции РФ (которая запрещает применение законов, устанавливающих или отягчающих ответственность, обратной силы).

Однако федеральный законодатель, используя бланкетный приём юридической техники, связан вытекающими из статьи 55 (часть 3) Конституции РФ критериями необходимости и соразмерности ограничения прав и свобод граждан, а также обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции РФ равенство всех перед законом.

Требования к определённости состава административного правонарушения:

Из принципа равенства перед законом следует, что состав административного правонарушения должен быть исчерпывающим образом определён непосредственно в законе, причём так, чтобы: - исходя из его текста (если нужно, с помощью толкования, данного судами) каждый мог предвидеть административно-правовые последствия своих действий (бездействия); - правоприменитель проявлял надлежащую заботу об установлении достаточных признаков, позволяющих идентифицировать регулятивные нормы, содержащие правила поведения, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

Суд ссылается на постановления от 18 января 2019 года № 5-П, от 16 октября 2020 года № 42-П, от 18 марта 2021 года № 7-П, от 21 июля 2021 года № 39-П, от 5 марта 2024 года № 9-П, от 6 ноября 2024 года № 50-П и др.

Практическое применение требований:

Из этого следует, что при привлечении к административной ответственности по статье 19.29 КоАП РФ за действия (бездействие) работодателя, связанные с трудоустройством бывшего государственного или муниципального служащего, замещавшего должность, включённую в перечень, установленный нормативными правовыми актами, с нарушением требований Федерального закона «О противодействии коррупции», необходимо (наряду с указанной статьей названного Кодекса) учитывать как регулятивные нормы действующего законодательства, так и их судебную интерпретацию, не допуская расширительного толкования оснований административной ответственности, распространяющегося на деяния, не запрещённые законом.

3. Судебное толкование оспариваемых норм и его роль в обеспечении определённости

Ключевой источник толкования:

Конституционный Суд обращается к пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 ноября 2017 года № 46 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел о привлечении к административной ответственности по статье 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – постановление Пленума № 46).

Содержание толкования:

Согласно пункту 5 постановления Пленума № 46, при привлечении работодателей либо заказчиков работ (услуг) к административной ответственности требуется исходить из того, что ограничения, налагаемые на бывшего государственного (муниципального) служащего, установлены в целях противодействия коррупции при осуществлении данным лицом деятельности или выполнении работ (оказании услуг) в сфере, не связанной с обеспечением исполнения государственных или иных публичных полномочий.

Следствие для применения норм:

В связи с этим обязанность по направлению сообщения о заключении с бывшим государственным (муниципальным) служащим трудового (гражданско-правового) договора представителю нанимателя (работодателю) по последнему месту службы данного лица не распространяется на государственные (муниципальные) органы, в том числе в случае, когда бывший государственный (муниципальный) служащий трудоустраивается в данный орган на должность, не относящуюся к должностям государственной (муниципальной) службы, либо заключает с указанным органом гражданско-правовой договор (договоры).

Важное уточнение:

Содержащееся в приведённом постановлении Пленума ограничительное толкование оспариваемых законоположений не предполагает, вопреки их буквальному смыслу, вменение обязанности сообщать о трудоустройстве бывшего государственного служащего и установление ответственности за её невыполнение работодателю, возглавляющему государственный (муниципальный) орган.

Применение к казенным учреждениям:

При этом в силу статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» соответствующую обязанность несут все иные организации независимо от их организационно-правовой формы, в том числе казенные образовательные учреждения.

4. Разрешение противоречия между Обзором судебной практики (2016 г.) и постановлением Пленума № 46 (2017 г.)

Выявленное противоречие:

Заявитель указывал на то, что в пункте 3 Обзора судебной практики по делам о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 19.29 КоАП РФ, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 30 ноября 2016 года (далее – Обзор), было дано более ограничительное толкование оспариваемых законоположений: в нём отмечалось, что необходимость соблюдения требований части 4 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» не распространяется на случаи трудоустройства бывшего государственного (муниципального) служащего не только в государственные (муниципальные) органы, но и в государственное (муниципальное) казенное учреждение, а потому их невыполнение со стороны его работодателя не образует объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.29 КоАП РФ.

Позиция КС РФ по этому противоречию:

Конституционный Суд подчёркивает, что тот факт, что Верховный Суд РФ допустил различное толкование оспариваемых законоположений в постановлении Пленума № 46 и Обзоре, не может служить доказательством неоднородной судебной практики применения статьи 19.29 КоАП РФ.

Аргументация (четыре основания):

Первое основание: Несмотря на то что утверждённые Президиумом Верховного Суда РФ обзоры имеют существенное ориентирующее значение для нижестоящих судов, по смыслу правовой позиции, сформулированной КС РФ в Постановлении от 17 октября 2017 года № 24-П, они не обладают свойством неопровержимости, поскольку базируются на судебных актах, вынесенных коллегиями Верховного Суда РФ по конкретным делам, по которым не исключается возможность принятия иных судебных актов.

Второе основание: Конкретное дело, которое в качестве примера было приведено в пункте 3 Обзора, касалось лишь муниципального органа – администрации городского округа, в связи с чем распространение высказанного в нём подхода к оценке статьи 19.29 КоАП РФ на казенные учреждения вызывает сомнения. Это подтверждается последующим принятием постановления Пленума № 46, направленного на поддержание единообразия в толковании и применении судами в конкретных делах правовых норм, которое должно соотноситься с содержащимися в нём разъяснениями, так как иное может свидетельствовать о судебной ошибке (ссылка на Постановление КС РФ от 23 декабря 2013 года № 29-П).

Третье основание: В соответствии с пунктом 3 статьи 161 Бюджетного кодекса РФ казенное учреждение, в отличие от государственного (муниципального) органа, вправе при определённых условиях осуществлять приносящую доходы деятельность, что при трудоустройстве в него бывшего государственного или муниципального служащего может приводить к конфликту частных и публичных интересов, чреватому рисками коррупционных проявлений.

Четвёртое основание: Различная трактовка Верховным Судом РФ соответствующей обязанности работодателя применительно к казенным учреждениям, допущенная им в постановлении Пленума № 46 и Обзоре, не повлекла за собой неоднозначного применения оспариваемых законоположений, которое последовательно основывается на разъяснениях, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума № 46. Суд приводит примеры постановлений Верховного Суда РФ от 1 декабря 2020 года № 29-АД20-8, от 24 июня 2021 года № 78-АД21-7-К3, от 13 июля 2021 года № 78-АД21-9-К3, от 19 мая 2022 года № 78-АД22-7-К3, от 22 июля 2022 года № 69-АД22-5-К7, от 18 ноября 2024 года № 46-АД24-21-К6 и др.

5. Требование разумной предсказуемости судебного толкования

Новая правовая позиция КС РФ:

Конституционный Суд подчёркивает, что как подчеркнул Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 января 2025 года № 2-П, толкование правоприменительными, прежде всего судебными, органами правовых норм должно быть разумно предсказуемым в силу его логической непротиворечивости, ясности и понятности, опоры правоприменителя на ранее высказанные и устойчивые позиции судов (при наличии таковых), сформулированные по аналогичным и (или) корреспондирующим вопросам при схожих обстоятельствах, и должно с учётом указанных условий исключать иное, противоречащее первоначальному толкование одной и той же нормы.

Особое значение для норм об ответственности:

Перечисленные требования приобретают особое значение при уяснении и интерпретации положений законодательства, устанавливающих юридическую, в том числе административную, ответственность.

Применение к данному делу:

Соответственно, вывод, к которому пришёл Верховный Суд РФ в пункте 5 постановления Пленума № 46, не опровергается тем, что в пункте 3 Обзора было дано более ограничительное толкование оспариваемых законоположений.

6. Итоговая оценка определённости оспариваемых норм

Заключительный вывод:

При таких обстоятельствах положения статьи 19.29 КоАП РФ, статьи 64¹ Трудового кодекса РФ, а также частей 4 и 5 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции», в том числе с учётом сложившейся судебной практики их применения, не содержат какой-либо неопределённости и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителя в обозначенном им аспекте.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция

Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Варгатюка Ивана Васильевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признаётся допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия

Судьба конкретного дела заявителя:

Отказ в принятии жалобы к рассмотрению означает, что судебные решения, вынесенные по делу И.В. Варгатюка (постановления мирового судьи, городского суда, кассационного суда и Верховного Суда РФ), остаются в силе. Заявитель остаётся привлечённым к административной ответственности с наложением штрафа в размере двадцати тысяч рублей.

Отсутствие предписаний законодателю:

Конституционный Суд не выявил неконституционности оспариваемых норм и, соответственно, не дал предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования.

Момент вступления в силу:

Определение вступает в силу с момента его принятия (14 октября 2025 года) и является окончательным.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Утверждение судебного толкования:

Определение КС РФ подтверждает и закрепляет толкование оспариваемых норм, содержащееся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 ноября 2017 года № 46, в соответствии с которым: - обязанность по уведомлению о заключении трудового договора с бывшим государственным служащим не распространяется на государственные (муниципальные) органы; - но распространяется на все иные организации, включая казенные учреждения, независимо от их организационно-правовой формы.

Практическое значение:

Суды при рассмотрении дел о привлечении к административной ответственности по статье 19.29 КоАП РФ должны руководствоваться этим толкованием, что обеспечивает единообразное применение норм и исключает расширительное толкование оснований ответственности.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Преемственность:

Определение развивает и уточняет ранее выраженные позиции КС РФ по вопросам: - Конституционности ограничений для государственных служащих (Постановление от 29 ноября 2016 года № 26-П); - Допустимости бланкетных норм в административном праве (многочисленные постановления, указанные в тексте); - Требований к определённости состава административного правонарушения (постановления от 18 января 2019 года № 5-П, от 16 октября 2020 года № 42-П, от 18 марта 2021 года № 7-П, от 21 июля 2021 года № 39-П, от 5 марта 2024 года № 9-П, от 6 ноября 2024 года № 50-П); - Роли судебного толкования в обеспечении определённости норм (Постановление от 17 октября 2017 года № 24-П, Постановление от 21 января 2025 года № 2-П).

Развитие позиции:

Определение впервые в явном виде формулирует требование разумной предсказуемости судебного толкования (ссылка на Постановление от 21 января 2025 года № 2-П), подчёркивая, что толкование должно быть логически непротиворечивым, ясным и понятным, опираться на устойчивые позиции судов и исключать противоречащие толкования одной и той же нормы.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Право на справедливое судопроизводство (статья 45 ч. 1 Конституции РФ):

Определение подтверждает, что судебное толкование норм об административной ответственности должно быть предсказуемым и непротиворечивым, что гарантирует возможность лиц предвидеть юридические последствия своих действий.

Принцип равенства перед законом (статья 19 ч. 1 Конституции РФ):

Определение усиливает гарантии равенства, требуя, чтобы состав административного правонарушения был исчерпывающим образом определён в законе и его судебной интерпретации, без расширительного толкования.

Право на защиту от произвольного применения норм (статья 55 ч. 3 Конституции РФ):

Определение подтверждает, что ограничения прав граждан должны быть необходимыми и соразмерными, что достигается через ясное определение состава правонарушения и его судебное толкование.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Отсутствие предписаний:

Конституционный Суд не дал предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования, поскольку не выявил неконституционности оспариваемых норм. Однако Суд косвенно указал на необходимость соблюдения требований определённости и соразмерности при применении норм.

Рекомендация для правоприменителей:

Суды должны руководствоваться толкованием, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 46, и требованием разумной предсказуемости судебного толкования, сформулированным в Постановлении КС РФ от 21 января 2025 года № 2-П.

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Применение к иным казенным учреждениям:

Позиция КС РФ распространяется на все случаи трудоустройства бывших государственных или муниципальных служащих в казенные учреждения (казенные образовательные учреждения, казенные учреждения здравоохранения, казенные учреждения культуры и т.д.), которые должны соблюдать обязанность по уведомлению о заключении трудового договора.

Применение к иным организациям:

Позиция также применяется к бюджетным и автономным учреждениям, а также к коммерческим организациям, которые нанимают бывших государственных или муниципальных служащих.

Применение к гражданско-правовым договорам:

Позиция распространяется не только на трудовые договоры, но и на гражданско-правовые договоры на выполнение работ или оказание услуг, заключённые с бывшими государственными или муниципальными служащими (в соответствии с частью 4 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

Применение к иным нормам о противодействии коррупции:

Позиция КС РФ о необходимости разумной предсказуемости судебного толкования норм об административной ответственности может быть применена к толкованию иных норм Кодекса об административных правонарушениях, содержащих бланкетные диспозиции, связанные с противодействием коррупции.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 2612-О от 14 октября 2025 года, хотя и отказывает в принятии жалобы к рассмотрению, содержит важную правовую позицию о роли судебного толкования в обеспечении конституционной определённости норм об административной ответственности.

Суд подтверждает, что: 1. Бланкетные нормы допустимы, если они применяются в соответствии с требованиями конституционной определённости; 2. Судебное толкование (в частности, постановления Пленума Верховного Суда РФ) является неотъемлемой частью правового регулирования и должно быть разумно предсказуемым; 3. Казенные учреждения несут обязанность по уведомлению о трудоустройстве бывших государственных служащих, в отличие от государственных органов, что обоснованно различием в их правовом статусе и возможности осуществления приносящей доходы деятельности; 4. Противодействие коррупции является легитимной целью, оправдывающей установление ограничений и обязанностей для работодателей.

Позиция КС РФ усиливает гарантии конституционных прав граждан на справедливое судопроизводство и равенство перед законом, требуя от судов непротиворечивого и предсказуемого толкования норм об ответственности.