ВС отклонил пересмотр требования кредитора в реестре банкротства из-за пропуска срока

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: - Дело № А38-4254/2019 (Арбитражный суд Республики Марий Эл) - Определение Верховного Суда РФ № 301-ЭС21-29781 (9) - Дата объявления резолютивной части: 9 февраля 2026 г. - Дата изготовления полного текста: 24 февраля 2026 г.

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Разумов И.В. - Судьи: Ксенофонтова Н.А., Самуйлов С.В.

Стороны спора: - Истец (кассант): публичное акционерное общество «Банк ПСБ» (кредитор, заявитель требования в реестр) - Ответчик: конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Марийский нефтеперерабатывающий завод» (далее – завод) - Третье лицо: публичное акционерное общество «Московский кредитный банк» (конкурсный кредитор) - Уполномоченный орган: прокуратура Республики Марий Эл

Категория спора: банкротный обособленный спор (процедурный спор о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в деле о несостоятельности)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Завод выступил поручителем по кредитному договору от 22 марта 2017 г., заключённому между банком и обществом с ограниченной ответственностью «АНПЗ-Продукт» (заемщик). Договор поручительства датирован 29 июня 2018 г. Сумма кредита составила 1 800 000 000 рублей и до момента возбуждения дела о банкротстве завода не была возвращена. Требование банка в полной сумме 1 979 063 013 рублей 70 копеек (включая проценты) было включено в реестр требований кредиторов завода определением суда первой инстанции от 20 ноября 2020 г. Спустя более трёх лет, 22 мая 2024 г., конкурсный управляющий заводом подал заявление о пересмотре этого определения по вновь открывшимся обстоятельствам, ссылаясь на то, что группа компаний «Новый поток» (в которую входили завод, заемщик и другие юридические лица) вывела полученные от банка средства в пользу кипрской компании «SKIBERTI LIMITED», ранее являвшейся миноритарным акционером банка, что якобы свидетельствует о погашении основного долга. Управляющий заявил ходатайство о восстановлении пропущенного трёхмесячного срока на подачу заявления о пересмотре, ссылаясь на то, что обстоятельства стали ему известны 1 декабря 2023 г. (дата вступления в силу определения Арбитражного суда города Москвы от 15 июня 2023 г. по делу о банкротстве компании-заемщика).

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Республики Марий Эл (определение от 2 октября 2024 г.): Суд первой инстанции признал причины пропуска трёхмесячного срока неуважительными (в частности, отклонил довод о риске отмены судебного акта окружным судом как не являющийся уважительной причиной) и отказал в удовлетворении как заявления о пересмотре, так и ходатайства о восстановлении пропущенного срока. Определение о включении требований банка в реестр сохранило юридическую силу.

Первый арбитражный апелляционный суд (постановление от 18 апреля 2025 г.): Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 2 октября 2024 г., восстановил пропущенный срок, признав приведённые управляющим причины объективными и уважительными, отменил определение от 20 ноября 2020 г. по вновь открывшимся обстоятельствам и направил вопрос о включении требований банка в реестр на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа (постановление от 18 августа 2025 г.): Окружной суд исходил из того, что завод был включён в реестр требований кредиторов компании-заемщика 16 февраля 2024 г., с чего момента приобрёл статус конкурсного кредитора и соответствующие процессуальные права. С учётом разумного срока для ознакомления с материалами обособленного спора суд округа признал трёхмесячный процессуальный срок непропущенным. Постановление апелляционного суда оставил без изменения.

Основание передачи в коллегию

Кассационная жалоба банка на постановления апелляционного суда от 18 апреля 2025 г. и окружного суда от 18 августа 2025 г. с просьбой отменить их и оставить в силе определение суда первой инстанции от 2 октября 2024 г. Определением судьи ВС РФ от 15 января 2026 г. жалоба передана на рассмотрение СКЭС.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор сосредоточен на процессуальном вопросе о соблюдении сроков подачи заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в контексте банкротного производства. Конфликт возникает между:

1. Интересом кредитора (банка) в стабильности и окончательности судебных актов, вступивших в законную силу, особенно в условиях банкротного производства, где требования включены в реестр и влияют на распределение конкурсной массы;

2. Интересом конкурсного управляющего в пересмотре требований на основе новых обстоятельств, которые якобы свидетельствуют об отсутствии неисполненных обязательств;

3. Вопросом о критериях определения момента "открытия" обстоятельств для целей исчисления трёхмесячного срока, предусмотренного частью 1 статьи 312 АПК РФ, и о том, какие причины пропуска срока следует признавать уважительными.

Дело имеет принципиальное значение для практики применения процессуальных сроков в банкротном производстве, поскольку затрагивает баланс между защитой прав кредиторов (стабильность реестра требований) и возможностью пересмотра судебных актов при наличии действительно новых обстоятельств.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Когда следует считать днём "открытия" обстоятельств для целей исчисления трёхмесячного срока подачи заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам: момент, когда заявитель узнал об обстоятельствах, или момент, когда он приобрёл процессуальный статус (в данном случае — статус конкурсного кредитора)?

2. Являются ли уважительной причиной пропуска срока ожидание результата проверки судом округа законности вступившего в силу судебного акта, положенного в основание заявления о пересмотре?

3. Должен ли суд первой инстанции прекратить производство по заявлению о пересмотре при установлении факта пропуска срока, или может оставить в силе определение о включении требований в реестр, несмотря на процессуальное упущение?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ отклонил позицию апелляционного и окружного судов и встал на сторону суда первой инстанции, установив, что конкурсный управляющий пропустил трёхмесячный срок на подачу заявления о пересмотре без уважительных причин. Ключевое положение: днём открытия обстоятельств для целей исчисления срока, предусмотренного частью 1 статьи 312 АПК РФ, следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств, а не день приобретения им определённого процессуального статуса. Ожидание результата проверки судом округа законности вступившего в силу судебного акта не является уважительной причиной пропуска срока.

B. Развёрнутое обоснование

1. Применимое процессуальное законодательство и момент открытия обстоятельств

СКЭС установила, что заявление о пересмотре было подано 22 мая 2024 г., то есть до вступления в силу Федерального закона от 29 мая 2024 г. № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации». В соответствии с частью 2 статьи 3 Закона № 107-ФЗ специальные положения пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 107-ФЗ) к данному заявлению неприменимы. Таким образом, заявление подлежало рассмотрению по общим правилам главы 37 АПК РФ.

Согласно части 1 статьи 312 АПК РФ, заявление о пересмотре подается в арбитражный суд в срок, не превышающий трёх месяцев со дня открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра. Днём открытия таких обстоятельств следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств (пункт 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2011 г. № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам»).

2. Фактическая информированность управляющего и исчисление срока

Конкурсный управляющий сам указал в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока, что об обстоятельствах, положенных в обоснование его заявления, он узнал 1 декабря 2023 г. (дата вступления в силу определения Арбитражного суда города Москвы от 15 июня 2023 г. по делу о банкротстве компании-заемщика).

СКЭС подчеркнула: при фактической информированности управляющего с указанного им самим дня об обстоятельствах, которые он считал вновь открывшимися, у суда округа не имелось оснований исчислять трёхмесячный срок с более позднего момента (с февраля 2024 г., когда завод был включён в реестр требований кредиторов компании-заемщика). Приобретение управляющим статуса конкурсного кредитора в деле о банкротстве компании-заемщика не переносит момент открытия обстоятельств на более позднюю дату.

3. Пропуск срока и отсутствие уважительных причин

Управляющий не отрицал, что трёхмесячный срок им пропущен (с 1 декабря 2023 г. по 22 мая 2024 г. прошло более трёх месяцев), в связи с чем и заявил ходатайство о его восстановлении.

Согласно части 2 статьи 312 АПК РФ, пропущенный срок подачи заявления о пересмотре может быть восстановлен, если суд признает причины пропуска срока уважительными. Такими причинами могут быть признаны причины, связанные с независящими от лица обстоятельствами, в силу которых оно объективно было лишено возможности своевременно подготовить и подать заявление о пересмотре.

4. Отклонение довода об ожидании проверки судом округа

СКЭС согласилась с выводом суда первой инстанции о том, что сама по себе проверка судом округа законности вступившего в силу судебного акта, положенного в основание заявления о пересмотре, не препятствовала подаче указанного заявления. Ожидание результата такой проверки не является уважительной причиной пропуска срока.

Управляющий ссылался на то, что банк относится к числу системно значимых кредитных организаций и является опорным банком для оборонно-промышленного комплекса, поэтому он полагал нецелесообразным подавать заявление о пересмотре до проверки законности определения от 15 июня 2023 г. окружным судом. Однако СКЭС отвергла эту аргументацию как не соответствующую критериям уважительности причин пропуска срока.

5. Отсутствие объективных препятствий

Иные причины неподачи заявления о пересмотре в отведённый процессуальным законом трёхмесячный срок управляющий не привел. Таким образом, срок на обращение в суд пропущен конкурсным управляющим в отсутствие к тому уважительных причин, даже если этот срок исчислять с момента, указанного самим управляющим (с 1 декабря 2023 г.).

6. Правовое значение доводов банка о более раннем ознакомлении

Доводы банка относительно того, что управляющий узнал об обстоятельствах, которые он считает вновь открывшимися, ещё раньше, в рассматриваемом случае не имеют правового значения для констатации факта безосновательного пропуска срока подачи заявления о пересмотре, поскольку даже при исчислении срока с момента, указанного самим управляющим, срок был пропущен.

7. Отсутствие оснований для удовлетворения заявления о пересмотре

С учётом изложенного у судов апелляционной инстанции и округа не имелось оснований как для удовлетворения заявления о пересмотре ввиду его поздней подачи, так и для отмены ранее принятого определения по вновь открывшимся обстоятельствам.

8. Процессуальное упущение суда первой инстанции и его исправление

СКЭС отметила, что суду первой инстанции, установившему в судебном заседании факт пропуска срока, предусмотренного частью 1 статьи 312 АПК РФ, следовало бы прекратить производство по заявлению конкурсного управляющего о пересмотре применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ (основание для прекращения производства — истечение сроков исковой давности или иных сроков, установленных законом, при условии, что истец не ходатайствовал об их восстановлении, или суд отказал в восстановлении).

Однако СКЭС сочла возможным оставить в силе определение суда первой инстанции, поскольку: - общий вывод суда первой инстанции о необходимости сохранения юридической силы определения о включении требований банка в реестр является верным; - допущенное судом процессуальное упущение не привело к нарушению прав и законных интересов участвующих в деле лиц.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий, применённый к данному делу

Критерием разрешения спора явилось соблюдение трёхмесячного срока, предусмотленного частью 1 статьи 312 АПК РФ, исчисляемого со дня, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра. Управляющий сам указал на дату 1 декабря 2023 г., с которой он узнал об обстоятельствах. Поскольку с этой даты по 22 мая 2024 г. прошло более трёх месяцев, срок был пропущен. Причины пропуска (ожидание результата проверки судом округа законности вступившего в силу судебного акта) не признаны уважительными в соответствии с критериями, установленными в части 2 статьи 312 АПК РФ и практикой применения этой нормы.

Указания нижестоящим судам

Постановления апелляционного суда от 18 апреля 2025 г. и окружного суда от 18 августа 2025 г. отменены. Определение суда первой инстанции от 2 октября 2024 г. оставлено в силе. Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 20 ноября 2020 г. о включении требований банка в реестр требований кредиторов завода сохраняет юридическую силу. Никаких дополнительных указаний о порядке исполнения СКЭС не дала, поскольку вопрос о пересмотре требования был разрешён в отрицательном смысле.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 18 апреля 2025 г. и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18 августа 2025 г. по делу № А38-4254/2019 Арбитражного суда Республики Марий Эл отменены.

Определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 2 октября 2024 г. по указанному делу оставлено в силе.

Решение принято на основании статей 291.11–291.14 АПК РФ (кассационное производство в Верховном Суде РФ).

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от субъективного к объективному критерию исчисления срока

Определение СКЭС отвергает подход, при котором момент открытия обстоятельств связывается с приобретением заявителем определённого процессуального статуса (в данном случае — статуса конкурсного кредитора в деле о банкротстве третьего лица). Вместо этого СКЭС утверждает объективный критерий: днём открытия обстоятельств является день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств, независимо от того, обладал ли он в этот момент процессуальным статусом для подачи заявления о пересмотре. Это соответствует пункту 19 постановления Пленума ВАС РФ от 30 июня 2011 г. № 52 и обеспечивает единообразное применение процессуальных сроков.

2. Гармонизация с принципом стабильности судебных актов в банкротном производстве

Определение подтверждает, что в банкротном производстве, где реестр требований кредиторов является основой для распределения конкурсной массы, стабильность судебных актов, вступивших в законную силу, имеет повышенное значение. Пересмотр требований, включённых в реестр, возможен только при соблюдении строгих процессуальных сроков и при наличии действительно уважительных причин их пропуска. Ожидание результата проверки судом округа законности иного судебного акта не является такой причиной.

3. Последствия для конкурсных управляющих

Определение устанавливает высокий стандарт ответственности конкурсных управляющих за соблюдение процессуальных сроков при подаче заявлений о пересмотре. Управляющие не могут ссылаться на ожидание результатов проверки иных судебных актов как на уважительную причину пропуска срока. Они обязаны активно отслеживать появление новых обстоятельств и своевременно подавать заявления о пересмотре в установленный трёхмесячный срок, даже если в этот момент проводится проверка законности иных судебных актов, которые могут быть положены в основание заявления о пересмотре.

4. Последствия для кредиторов

Определение защищает интересы кредиторов, требования которых включены в реестр, обеспечивая стабильность и окончательность судебных актов о включении требований в реестр. Кредиторы могут полагаться на то, что их требования, включённые в реестр, не будут пересмотрены по истечении трёхмесячного срока со дня открытия обстоятельств, даже если конкурсный управляющий ссылается на проверку судом округа законности иных судебных актов.

5. Анти-абузивные оговорки суда

СКЭС не допустила использования управляющим аргумента о системной значимости банка и его роли в оборонно-промышленном комплексе как основания для пропуска процессуального срока. Это свидетельствует о неприятии судом попыток обойти процессуальные требления путём ссылок на политическую или экономическую значимость участников спора. Процессуальные сроки применяются единообразно независимо от статуса участников.

6. Сферы применения позиции за пределами банкротства

Хотя определение касается банкротного производства, его правовые выводы о критериях исчисления трёхмесячного срока на подачу заявления о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам и об уважительности причин пропуска срока имеют универсальное значение для всех категорий дел, рассматриваемых в арбитражных судах. Принцип, согласно которому днём открытия обстоятельств является день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств, применяется независимо от категории спора.

7. Значение для практики применения Закона № 107-ФЗ

Определение уточняет, что специальные положения Закона № 107-ФЗ о пересмотре требований в банкротном производстве (пункт 8 статьи 71 и пункт 8 статьи 100 Закона о банкротстве в редакции Закона № 107-ФЗ) применяются только к заявлениям, поданным после вступления этого закона в силу (29 мая 2024 г.). Заявления, поданные до этой даты, рассматриваются по общим правилам главы 37 АПК РФ. Это имеет значение для разграничения применимого процессуального режима в переходный период.

8. Процессуальное упущение суда и его исправление

Определение демонстрирует, что СКЭС готова исправлять процессуальные упущения нижестоящих судов, если они не привели к нарушению прав и законных интересов участвующих в деле лиц и если общий вывод суда является верным. В данном случае суд первой инстанции не прекратил производство по заявлению о пересмотре, а отказал в его удовлетворении, что привело к тому же результату (сохранению юридической силы определения о включении требований в реестр). СКЭС оставила определение в силе, несмотря на процессуальное упущение, поскольку оно не нарушило права участвующих в деле лиц.

Заключение: Определение СКЭС № 301-ЭС21-29781 (9) имеет значительное практическое значение для унификации подходов к исчислению процессуальных сроков в банкротном производстве и подтверждает приоритет стабильности судебных актов, вступивших в законную силу, над возможностью их пересмотра при пропуске установленных законом сроков без уважительных причин.