КС РФ: осужденный может требовать возмещения вреда от незаконного отстранения от должности

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации № 27-П от 24 апреля 2026 года (далее — Постановление).

Заявитель: гражданин Пономарев Павел Васильевич (физическое лицо).

Повод к рассмотрению: конституционная жалоба гражданина П.В. Пономарева.

Основание к рассмотрению: обнаружившаяся неопределённость в вопросе о соответствии Конституции Российской Федерации оспариваемых законоположений (статья 125, пункт «а» части 4 Конституции РФ; пункт 3 части первой статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Оспариваемые нормы: - Статья 111 УПК РФ — в той мере, в какой она наделяет дознавателя, следователя и суд правом применять к подозреваемому или обвиняемому меры процессуального принуждения, включая временное отстранение от должности; - Статья 114 УПК РФ — в части регулирования порядка применения судом временного отстранения от должности по ходатайству следователя или дознавателя и отмены этой меры; - Часть третья статьи 133 УПК РФ — в части, предусматривающей право на возмещение вреда лицам, незаконно подвергнутым мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявителя

Гражданин П.В. Пономарев с 2013 года занимал должность главы администрации Хохольского муниципального района Воронежской области. 17 мая 2017 года в отношении него возбуждено уголовное дело по подозрению в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).

Постановлением судьи Ленинского районного суда города Воронежа от 14 июня 2017 года Пономарев был временно отстранён от должности главы администрации на основании статей 111 и 114 УПК РФ.

Судебная проверка законности возбуждения уголовного дела показала следующее: - Судья первой инстанции (28 июня 2017 г.) отклонил жалобу адвокатов, указав, что Пономарев не относится к выборным должностным лицам и к нему применяется общий порядок возбуждения уголовного дела. - Апелляционное постановление Воронежского областного суда (21 августа 2017 г.) подтвердило этот вывод. - Однако Постановлением президиума Воронежского областного суда от 27 июня 2018 года первоначальные решения были отменены, и дело направлено на новое рассмотрение. - При новом рассмотрении (30 июля 2018 г.) жалоба была оставлена без удовлетворения: суд указал, что Пономарев назначен на должность по контракту (по результатам конкурса), а не избран, и потому не является выборным должностным лицом.

Постановлением руководителя следственного управления СК РФ по Воронежской области от 12 октября 2018 года первоначальное постановление о возбуждении уголовного дела было отменено как необоснованное. Однако 14 октября 2018 года этим же руководителем было вынесено новое постановление о возбуждении уголовного дела по тем же признакам и фактам.

Приговором Железнодорожного районного суда города Воронежа от 5 октября 2020 года Пономарев был осуждён за совершение преступления, предусмотренного частью второй статьи 286 УК РФ. Приговор вступил в законную силу.

17 сентября 2018 года контракт с Пономаревым был расторгнут ввиду истечения срока его действия, и мера процессуального принуждения прекратила действие.

Требование о возмещении вреда

После вступления приговора в законную силу адвокат Пономарева обратился в суд с требованием о возмещении имущественного вреда (утраченной заработной платы) за период временного отстранения от должности с 14 июня 2017 года по 17 сентября 2018 года. Основание: отмена постановления о возбуждении уголовного дела от 17 мая 2017 года якобы свидетельствует о незаконности применённой меры принуждения.

Судебные решения по требованию о возмещении вреда: - Постановление судьи Хохольского районного суда от 27 сентября 2023 года — в удовлетворении требования отказано. - Апелляционное постановление Воронежского областного суда от 18 декабря 2023 года — оставило решение без изменения. - Постановление судьи Первого кассационного суда общей юрисдикции от 15 июля 2024 года — отказало в пересмотре. - Постановление судьи Верховного Суда РФ от 2 декабря 2024 года — отказало в пересмотре.

Суды исходили из того, что мера принуждения была применена в ходе уголовного преследования, которое впоследствии подтверждено вступившим в законную силу обвинительным приговором, и процессуальные нарушения при первоначальном возбуждении уголовного дела были устранены вынесением нового постановления о возбуждении.

Важное событие в ходе рассмотрения дела КС РФ: 8 сентября 2025 года заместитель Генерального прокурора РФ внёс кассационное представление об отмене судебных решений от 27 сентября 2023 года и 18 декабря 2023 года. Постановлением от 20 января 2026 года это представление было удовлетворено, решения отменены и дело передано на новое рассмотрение в Хохольский районный суд в ином составе.

Конституционные права, которые заявитель считает нарушенными

Пономарев просит признать не соответствующими статьям 52 и 53 Конституции РФ следующие положения: - Статьи 111 и 114 УПК РФ — в той мере, в какой они позволяют произвольно отстранять от должности лицо, в отношении которого уголовное дело признано возбужденным незаконно; - Часть третью статьи 133 УПК РФ — поскольку она исключает право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ для лица, незаконно подвергнутого мерам процессуального принуждения, если впоследствии это лицо было осуждено по вновь возбужденному уголовному делу по тем же фактам.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта

Конституционно-правовой конфликт возникает между несколькими конституционными ценностями и принципами:

1. Право на справедливое судебное разбирательство и защиту от незаконного применения мер принуждения (статьи 52, 53 Конституции РФ) — с одной стороны;

2. Право государства на уголовное преследование лиц, совершивших преступления, и применение необходимых мер процессуального принуждения для обеспечения производства по уголовному делу (статьи 71, 118 Конституции РФ) — с другой стороны;

3. Принцип справедливости и равенства перед законом (статьи 19, 46 Конституции РФ) — в контексте возмещения вреда лицам, в отношении которых применены меры принуждения.

Конкретное противоречие

Противоречие заключается в следующем:

• С одной стороны, часть третья статьи 133 УПК РФ предусматривает право на возмещение вреда лицам, незаконно подвергнутым мерам процессуального принуждения. Отмена постановления о возбуждении уголовного дела может рассматриваться как свидетельство незаконности применённых мер принуждения.

• С другой стороны, если впоследствии по тем же фактам возбуждено новое уголовное дело и лицо осуждено вступившим в законную силу приговором, возникает вопрос: может ли такое лицо требовать возмещения вреда, причинённого мерой принуждения, применённой в ходе уголовного преследования, которое в конечном итоге подтвердилось?

Почему вопрос имеет конституционное значение

1. Неопределённость в правоприменении: суды по-разному толкуют часть третью статьи 133 УПК РФ в ситуации, когда отмена первоначального постановления о возбуждении уголовного дела сопровождается возбуждением нового уголовного дела и последующим осуждением.

2. Баланс конституционно защищаемых интересов: необходимо согласовать право на возмещение вреда от незаконного применения мер принуждения с принципом справедливости и равенства, когда лицо в конечном итоге осуждено за совершённое преступление.

3. Гарантии конституционных прав: статьи 52 и 53 Конституции РФ требуют эффективных механизмов защиты от незаконного применения мер процессуального принуждения, но эти механизмы должны быть согласованы с принципом справедливости.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации статьи 111, 114 и часть третья статьи 133 УПК РФ в той мере, в какой они регулируют право на возмещение имущественного вреда (утраченной заработной платы), причинённого временным отстранением от должности подозреваемого (обвиняемого), в ситуации, когда:

1. первоначальное постановление о возбуждении уголовного дела отменено;
2. по тем же признакам и фактам возбуждено новое уголовное дело;
3. лицо осуждено вступившим в законную силу обвинительным приговором;
4. законность и обоснованность применения меры процессуального принуждения не опровергнуты в установленном законом порядке?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд признал статьи 111, 114 и часть третью статьи 133 УПК РФ не противоречащими Конституции Российской Федерации в выявленном конституционно-правовом смысле.

Суд установил, что эти нормы по своему конституционно-правовому смыслу предполагают правомочие суда при отсутствии права осужденного на реабилитацию принять решение о возмещении имущественного вреда (утраченной заработной платы), причинённого временным отстранением от должности, при условии подтверждения в установленном законом порядке и с учётом конкретных обстоятельств уголовного дела незаконного и необоснованного применения указанной меры принуждения и установления обусловленности причинения имущественного вреда её незаконностью и необоснованностью.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционные основы регулирования мер процессуального принуждения

Конституционная база: - Статья 15, часть 2 (органы публичной власти обязаны соблюдать Конституцию и законы); - Статья 17, часть 3 (осуществление прав и свобод не должно нарушать права и свободы других лиц); - Статья 18 (права и свободы определяют смысл, содержание и применение законов); - Статья 19, части 1 и 2 (равенство всех перед законом и судом); - Статья 54, часть 2 (закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, не имеет обратной силы); - Статья 55, часть 3 (права и свободы могут ограничиваться федеральным законом в целях защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, прав других лиц, обороны и безопасности государства); - Статья 71, пункты «в», «г», «м», «о» (федеральное ведение в области уголовного права и процесса).

Правовая позиция Суда:

Совершение правонарушения допускает привлечение к ответственности, включая уголовную, и может служить предпосылкой для ограничения прав и свобод на основании федерального закона. Выход должностного лица за установленные законом пределы полномочий и совершение им преступления с использованием должностного положения чреваты существенной угрозой конституционным правам и свободам граждан. Соответственно, уголовное преследование за должностное преступление может повлечь ограничение исполнения подозреваемым (обвиняемым) своих полномочий с целью предотвращения их использования для воспрепятствования производству по уголовному делу или продолжения преступной деятельности.

2. Конституционные гарантии защиты от незаконного применения мер принуждения

Конституционная база: - Статья 52 Конституции РФ (право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями органов власти и должностных лиц); - Статья 53 Конституции РФ (право на возмещение морального вреда); - Статья 46, части 1 и 2 (право на судебную защиту и обжалование судебных решений).

Правовая позиция Суда:

Федеральный законодатель, предусматривая в законе конституционно обоснованные меры процессуального принуждения, обязан обеспечить эффективные механизмы для предотвращения, выявления и устранения возможных при использовании этих мер процессуальных нарушений, а также для возмещения причинённого такими нарушениями вреда.

По смыслу статей 52 и 53 Конституции РФ и реализующих их предписаний УПК РФ восстановление нарушенных уголовным преследованием прав подозреваемых (обвиняемых) в такой же мере отвечает назначению уголовного судопроизводства, что и уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания (часть вторая статьи 6 УПК РФ).

Сказанное всецело относится к восстановлению прав, нарушенных незаконным применением мер процессуального принуждения, включая временное отстранение подозреваемого (обвиняемого) от должности.

3. Различие между реабилитацией и возмещением вреда при незаконном применении мер принуждения

Конституционная база: - Статья 49 Конституции РФ (презумпция невиновности); - Часть вторая статьи 133 УПК РФ (право на реабилитацию); - Часть третья статьи 133 УПК РФ (право на возмещение вреда при незаконном применении мер принуждения).

Правовая позиция Суда:

УПК РФ различает две категории лиц:

1. Лица, имеющие право на реабилитацию (часть вторая статьи 133 УПК РФ) — те, в отношении которых уголовное преследование было незаконным или необоснованным, и они имеют право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

2. Лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения (часть третья статьи 133 УПК РФ) — те, которые не имеют права на реабилитацию, но наделены правом на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, в случае установления в определённом уголовно-процессуальным законом порядке незаконности применения таких мер.

Ключевой момент: обвинительный приговор, вступивший в законную силу, подтверждает обоснованность возбуждения уголовного дела и основательность состоявшегося уголовного преследования в целом, что исключает право на реабилитацию. Однако это не исключает права на возмещение вреда, причинённого незаконным применением меры процессуального принуждения.

4. Судебный контроль как гарантия законности временного отстранения от должности

Конституционная база: - Статья 120, часть 1 Конституции РФ (судьи независимы и подчиняются только Конституции и закону); - Статья 46, части 1 и 2 (право на судебную защиту и обжалование); - Статья 118, часть 2 (правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон).

Правовая позиция Суда:

Фундаментальной гарантией законности и обоснованности меры временного отстранения от должности служит предусмотренный уголовно-процессуальным законом судебный порядок её применения (статья 114 УПК РФ):

• Ходатайство направляется в суд следователем с согласия руководителя следственного органа или дознавателем с согласия прокурора (часть первая статьи 114 УПК РФ);
• Окончательное решение принимает судья (часть вторая статьи 114 УПК РФ);
• Подозреваемый (обвиняемый) и его защитник имеют право очно представить свою позицию в ходе судебного заседания;
• Решение суда может быть обжаловано в апелляционном и кассационном порядке (главы 45.1 и 47.1 УПК РФ).

Отсутствие опровержения в установленном порядке законности и обоснованности решения о применении такой меры вышестоящими судами подтверждает его правосудность.

Временное отстранение может быть отменено постановлением следователя (дознавателя) без отмены судебного решения, когда в применении меры отпала необходимость (часть четвёртая статьи 114 УПК РФ). Такое постановление само по себе не свидетельствует о незаконном применении данной меры.

5. Содержательная оценка законности меры принуждения судом

Конституционная база: - Статья 46, части 1 и 2 (право на судебную защиту); - Статья 19, части 1 и 2 (равенство и справедливость); - Статья 118, часть 2 (состязательность и равноправие сторон).

Правовая позиция Суда:

Соблюдение конституционных прав лица, в отношении которого избирается мера процессуального принуждения, обеспечивается не только судебным контролем, но и обязанностью судов при рассмотрении таких дел исследовать фактические обстоятельства по существу, не ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, с тем чтобы право на судебную защиту не было ущемленным, а принятое решение отвечало бы принципу справедливости.

Законность мер процессуального принуждения должна оцениваться не только в формальном, но и содержательном смысле, включая соблюдение оснований и условий их применения. Применение таких мер не является ни законным, ни обоснованным, если:

• действия, вменяемые лицу, в момент их совершения не составляли запрещённое уголовным законом деяние (отсутствовали признаки преступления);
• применение меры является произвольным или сопровождается злоупотреблением властью;
• нарушен установленный законом особый порядок уголовного преследования в отношении отдельных категорий лиц.

К числу подлежащих оценке существенных обстоятельств относится вопрос о том, принадлежит ли должностное лицо к категории лиц, в отношении которых законом установлен особый порядок возбуждения уголовного дела, и соблюдён ли он в конкретном деле.

6. Отмена постановления о возбуждении уголовного дела и её правовое значение

Конституционная база: - Статья 49 Конституции РФ (презумпция невиновности); - Статья 6 УПК РФ (назначение уголовного судопроизводства); - Часть вторая статьи 140 УПК РФ (основания для возбуждения уголовного дела).

Правовая позиция Суда:

Отмена постановления о возбуждении уголовного дела ставит под сомнение сущностную основательность уголовного преследования, поскольку оно обусловлено наличием действительного производства по уголовному делу и действительного акта о его возбуждении.

Однако факт отмены того или иного процессуального решения, в том числе постановления о возбуждении уголовного дела, сам по себе однозначно не свидетельствует ни о завершении производства по уголовному делу, ни о незаконности уголовного преследования.

В ситуации, когда руководитель следственного органа отменяет постановление о возбуждении уголовного дела и немедленно возбуждает новое уголовное дело по идентичным основаниям и признакам того же преступления, это явственно свидетельствует о сохраняющихся по его оценке обстоятельствах, дающих на то основание (часть вторая статьи 140 УПК РФ).

Подобная отмена и возбуждение идентичного уголовного дела два дня спустя не оставляют сомнений в намерении продолжить уголовное преследование, обоснованность которого подлежала дальнейшей оценке по результатам расследования и разрешения дела судом.

Означенные действия руководителя следственного органа с целью исправления ошибочного процессуального решения не предопределяют оценку временного отстранения от должности как незаконного и не устанавливают возникновения права на возмещение причинённого её применением вреда.

7. Роль обвинительного приговора в оценке законности уголовного преследования

Конституционная база: - Статья 49 Конституции РФ (презумпция невиновности); - Часть первая статьи 299 УПК РФ (содержание приговора); - Статья 307 УПК РФ (вступление приговора в законную силу); - Часть первая статьи 308 УПК РФ (значение вступившего в законную силу приговора).

Правовая позиция Суда:

По смыслу статьи 49 Конституции РФ виновность лица, обвиняемого в совершении преступления, подлежит доказыванию в предусмотренном законом порядке. Обвинительный приговор, вступивший в законную силу, снимает сомнения в виновности лица в совершении преступления, которая более не нуждается в доказывании.

Вступление в законную силу приговора констатирует и событие преступления, и совершение такового конкретным лицом, и его вину, что подтверждает обоснованность возбуждения уголовного дела по признакам преступления, как и основательность состоявшегося уголовного преследования в целом.

Приговор подтверждает отсутствие предпосылок как для реабилитации осужденного в связи с его уголовным преследованием по нашедшему подтверждение в судебном процессе обвинению, так и для возмещения связанного с этим вреда при условиях, определённых уголовно-процессуальным законом (часть вторая статьи 133, часть первая статьи 134 и статья 135 УПК РФ).

Однако подтверждение виновности лица вступившим в законную силу приговором не исключает его права на возмещение вреда, причинённого ему незаконным применением меры процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

8. Процедура признания незаконности мер принуждения

Конституционная база: - Статья 46, части 1 и 2 (право на судебную защиту и обжалование); - Статья 52 Конституции РФ (право на возмещение вреда); - Глава 18 УПК РФ (реабилитация).

Правовая позиция Суда:

Законность и обоснованность мер процессуального принуждения, как и любых других процессуальных действий, решений в отношении подозреваемого (обвиняемого), могут быть оценены, подтверждены или опровергнуты в установленном законом порядке, в частности:

• судом при постановлении приговора;
• в рамках иных предусмотренных законом процедур (прокурорского надзора, ведомственного контроля за законностью действий должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование).

Признание незаконным применения указанных мер дает основания для возмещения вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

Важно: глава 18 УПК РФ не содержит положений, предназначенных для проверки законности или незаконности примененных мер процессуального принуждения, и не может подменять собой процедуры обжалования судебных решений в апелляционном и кассационном порядке.

Исходя из взаимосвязанных предписаний части третьей статьи 133 и статьи 134 УПК РФ, в порядке главы 18 признается и реализуется право на возмещение вреда при том условии, что факт незаконного применения меры принуждения ранее уже установлен.

9. Условия возмещения вреда при временном отстранении от должности

Конституционная база: - Статья 52 Конституции РФ (право на возмещение в