КС отказал в принятии жалобы о компенсации вреда за содержание под стражей при обвинительном приговоре

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 3049-О от 29 сентября 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: Гражданин Городишенин Алексей Владимирович.

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав, поданная в соответствии с Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Оспариваемые нормы: - пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации («Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда»); - абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации («Основания компенсации морального вреда»).

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

В связи с отменой судом апелляционной инстанции избранной в отношении А.В. Городишенина меры пресечения в виде заключения под стражу гражданин обратился в суд общей юрисдикции с иском о взыскании с Российской Федерации компенсации морального вреда. Решением суда общей юрисдикции, поддержанным судами вышестоящих инстанций, в удовлетворении иска заявителю отказано на основании того, что он был осужден к лишению свободы за совершение ряда преступлений с зачетом времени содержания под стражей в срок отбывания наказания.

Усматриваемое нарушение конституционных прав: Заявитель полагает, что оспариваемые положения ГК РФ вследствие их неопределенности позволяют судам отказывать гражданину во взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным применением заключения под стражу, исключительно по мотиву последующего вынесения обвинительного приговора с зачетом срока содержания под стражей в наказание, не осуществляя самостоятельной оценки необходимости, разумности и соразмерности примененной меры пресечения.

Нарушаемые статьи Конституции РФ: Статьи 19, 21, 22, 46, 53 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Конституционно-правовой конфликт возникает между двумя механизмами защиты прав лица, в отношении которого была применена мера пресечения в виде заключения под стражу:

1. Механизм возмещения вреда (включая компенсацию морального вреда) на основании пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ, направленный на восстановление нарушенных прав;

2. Механизм зачета времени содержания под стражей в наказание, применяемый при вынесении обвинительного приговора.

Вопрос состоит в том, может ли суд одновременно применять оба механизма или их применение является взаимоисключающим, и влияет ли последующее осуждение с зачетом срока содержания под стражей на право лица требовать компенсацию морального вреда за незаконное применение этой меры пресечения.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли пункт 1 статьи 1070 и абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации Конституции Российской Федерации (в частности, статьям 19, 21, 22, 46, 53 и 55 часть 3) в той мере, в какой они позволяют судам отказывать гражданину во взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным применением заключения под стражу, исключительно по мотиву последующего вынесения обвинительного приговора с зачетом срока содержания под стражей в наказание, без самостоятельной оценки необходимости, разумности и соразмерности примененной меры пресечения?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, не найдя оснований для её рассмотрения в заседании. Суд пришел к выводу, что оспариваемые положения пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ не нарушают конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте, поскольку эти нормы предусматривают дополнительные гарантии возмещения вреда и не предполагают возможности одновременного использования механизмов возмещения вреда и зачета времени содержания под стражей в наказание, когда последнее является сопоставимым с мерой пресечения.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционные гарантии защиты от произвольного ограничения свободы и личной неприкосновенности

Конституционный Суд исходит из своей ранее выраженной позиции, изложенной в Постановлении от 30 июня 2026 года № 44-П, согласно которой гарантии от произвольного ограничения права на свободу и личную неприкосновенность (статьи 21, 22 Конституции РФ) не исчерпываются судебным контролем над избранием и применением заключения под стражу.

Суд подчеркивает, что действенность судебной защиты предполагает наличие компенсаторных механизмов, позволяющих лицу, к которому была применена мера пресечения, добиться восстановления своих прав.

2. Множественность механизмов восстановления прав

Конституционный Суд признает, что восстановление прав лица, в отношении которого была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, может осуществляться посредством:

• зачета срока содержания под стражей в наказание (при вынесении обвинительного приговора);
• возмещения причиненного вреда (включая компенсацию морального вреда).

3. Механизм возмещения вреда в уголовном процессе

Суд указывает, что в соответствии с главой 18 УПК Российской Федерации право на возмещение вреда не ставится в безусловную зависимость от наличия права на реабилитацию и может быть реализовано даже при вынесении обвинительного приговора, если судом будет установлена незаконность или необоснованность самой меры принуждения.

Это означает, что факт последующего осуждения не исключает автоматически право на компенсацию морального вреда за незаконное применение меры пресечения.

4. Назначение оспариваемых норм ГК РФ

Конституционный Суд подчеркивает, что пункт 1 статьи 1070 и абзац третий статьи 1100 ГК РФ предусматривают дополнительные гарантии возмещения вреда, в том числе морального, причиненного гражданину незаконным содержанием под стражей, и направлены на реализацию статьи 53 Конституции РФ (право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и их должностных лиц).

5. Взаимоисключаемость механизмов возмещения вреда и зачета срока

Ключевой вывод Суда состоит в том, что оспариваемые нормы не предполагают возможности одновременного использования механизмов возмещения вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей, и зачета времени такого содержания в наказание, являющегося сопоставимым с этой мерой пресечения.

Суд признает, что когда назначенное наказание является несопоставимым с ограничениями, связанными с мерой пресечения, суд в приговоре может признать право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ, которое может быть реализовано даже при вынесении обвинительного приговора.

6. Отсутствие нарушения конституционных прав

На основании изложенного Конституционный Суд заключает, что оспариваемые положения не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права А.В. Городишенина в обозначенном в жалобе аспекте, поскольку они предусматривают дополнительные гарантии возмещения вреда и не позволяют одновременно использовать оба механизма защиты, когда зачет срока является сопоставимым с мерой пресечения.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Городишенина Алексея Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия:

• Жалоба не принята к рассмотрению в заседании Конституционного Суда, что означает отсутствие полного разбирательства дела по существу;
• Определение является окончательным и не подлежит обжалованию;
• Конкретное дело заявителя остается в статусе, определенном судами общей юрисдикции и апелляционной инстанции (отказ в удовлетворении иска о компенсации морального вреда);
• Оспариваемые нормы ГК РФ сохраняют силу и применяются в соответствии с позицией Конституционного Суда, изложенной в Постановлении от 30 июня 2026 года № 44-П.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Определение подтверждает, что суды при рассмотрении исков о компенсации морального вреда, причиненного незаконным применением заключения под стражу, должны руководствоваться следующим:

• Факт последующего осуждения с зачетом срока содержания под стражей не исключает автоматически право на компенсацию морального вреда, если зачет является сопоставимым с мерой пресечения;
• Суды должны оценивать соразмерность назначенного наказания с ограничениями, связанными с мерой пресечения;
• При несопоставимости наказания с мерой пресечения суд может признать право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ даже при вынесении обвинительного приговора;
• Механизмы возмещения вреда и зачета срока являются взаимоисключающими при условии сопоставимости наказения с мерой пресечения.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Определение опирается на Постановление КС РФ от 30 июня 2026 года № 44-П, развивая и конкретизируя позицию Суда относительно гарантий защиты от произвольного ограничения свободы и личной неприкосновенности. Суд подтверждает, что действенность судебной защиты предполагает наличие компенсаторных механизмов, что является развитием конституционной доктрины защиты прав личности.

3. Гарантии конституционных прав

Определение усиливает гарантии следующих конституционных прав:

• Статья 21 Конституции РФ (право на свободу и личную неприкосновенность) — путем подтверждения наличия компенсаторных механизмов;
• Статья 53 Конституции РФ (право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти) — путем признания дополнительных гарантий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 и абзацем третьим статьи 1100 ГК РФ;
• Статья 46 Конституции РФ (право на судебную защиту) — путем подтверждения возможности реализации права на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ даже при вынесении обвинительного приговора.

4. Предписания законодателю

Определение не содержит прямых предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования. Суд признает, что действующее регулирование, предусмотренное пунктом 1 статьи 1070 и абзацем третьим статьи 1100 ГК РФ, соответствует Конституции РФ.

5. Сферы применения позиции

Правовая позиция, выраженная в определении, имеет значение для:

• Судов общей юрисдикции при рассмотрении исков о компенсации морального вреда, причиненного незаконным применением мер пресечения;
• Судов, рассматривающих уголовные дела, при решении вопроса о признании права на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ;
• Органов прокуратуры и органов дознания при оценке законности и обоснованности применения мер пресечения;
• Адвокатов и иных лиц, защищающих права граждан, при обосновании исков о компенсации морального вреда и при возражении против отказа в удовлетворении таких исков на основании факта последующего осуждения.

Позиция применима по аналогии к иным случаям применения мер государственного принуждения, когда возникает вопрос о соотношении механизмов возмещения вреда и иных способов восстановления прав лица.