ВС РФ: сотрудник МВД имеет право на 3 млн руб. при увечье в зоне СВО без доказывания боестолкновения

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер определения: № 67-КГПР26-7-К8

Дата: 17 августа 2026 г.

Состав СКГД: - Председательствующая: Пчелинцева Л.М. - Судьи: Жубрин М.А., Фролкина С.В.

Стороны: - Истец: Крутов Николай Александрович (гражданин, сотрудник органов внутренних дел) - Ответчик: Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области (орган публичной власти)

Категория спора: административно-правовой (оспаривание приказа органа публичной власти об отказе в предоставлении социальной гарантии); социальное обеспечение сотрудников органов внутренних дел

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца:

Крутов Н.А., проходящий службу в органах внутренних дел с 1 сентября 2002 г., с 28 июля 2017 г. занимал должность оперуполномоченного (взрывотехника) Управления по контролю за оборотом наркотиков ГУ МВД России по Новосибирской области. С 6 июля 2022 г. по 2 января 2023 г. находился в служебной командировке, в период с 30 сентября 2022 г. по 1 января 2023 г. — на территории проведения специальной военной операции.

25 декабря 2022 г. в служебное время, находясь в зоне проведения специальной военной операции, Крутов получил тяжёлое увечье (травму): при загрузке ящиков с вооружением и боеприпасами на грузовой автомобиль один из ящиков упал на его правую ногу в область коленного сустава. Травма подтверждена заключением военно-врачебной комиссии от 27 марта 2024 г., которая отнесла её к тяжёлому увечью, полученному в служебное время при нахождении в командировке при исполнении служебных обязанностей.

На основании Указа Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп «О дополнительных социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, членам их семей и лицам, находящимся на иждивении сотрудников органов внутренних дел» истец просил суд: 1. Признать тяжёлое увечье (травму) полученным при выполнении служебных обязанностей в период служебной командировки при непосредственном участии в боевых действиях в ходе проведения специальной военной операции; 2. Признать незаконным приказ временно исполняющего обязанности начальника ГУ МВД России по Новосибирской области от 31 июля 2024 г. № 594 об отказе в назначении единовременной выплаты в размере 3 000 000 руб.; 3. Возложить на ответчика обязанность осуществить единовременную выплату в размере 3 000 000 руб.

Возражения ответчика:

Ответчик отказал в выплате, ссылаясь на то, что травма получена в результате несчастного случая, не связанного с непосредственным выполнением задач в рамках участия в специальной военной операции. По мнению ответчика, единовременная выплата является социальной гарантией, обусловленной особым характером выполняемых специальных задач, сопряжённых с повышенным риском получения увечья или гибели в рамках участия в специальной военной операции. Ответчик требовал установления взаимосвязи травмы с фактическим выполнением боевых задач.

Решение первой инстанции (11 марта 2025 г.):

Центральный районный суд г. Новосибирска отказал в удовлетворении исковых требований. Суд исходил из того, что юридически значимым обстоятельством является установление факта получения травмы при непосредственном участии в боевых действиях. Поскольку доказательств получения повреждения здоровья при непосредственном участии в боевых действиях материалы дела не содержали, суд пришёл к выводу об отсутствии правовых оснований для осуществления выплаты.

Постановление апелляции (10 июля 2025 г.):

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда оставила решение суда первой инстанции без изменения. Апелляционный суд дополнительно сослался на положения Указа Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп и Порядок назначения и осуществления единовременных выплат, утверждённый приказом МВД России от 5 мая 2022 г. № 315дсп, указав, что условиями приобретения права на выплату являются: (1) участие сотрудника в специальной военной операции; (2) получение увечья в ходе её проведения; (3) обусловленность повреждения здоровья исполнением обязанностей военной службы, следующих из задач специальной военной операции.

Апелляционный суд определил, что к непосредственному участию в специальной военной операции относятся действия, объективно способные нанести прямой ущерб противнику, специально разработанные для этого и направленные против другой стороны конфликта. Лица принимают непосредственное участие в боевых действиях, если осуществляются акты, направленные на поддержку одной стороны в конфликте посредством прямого причинения вреда другой стороне.

Постановление кассации (16 декабря 2025 г.):

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции оставила решение суда первой инстанции и апелляционное определение без изменения. Кассационный суд отметил, что для признания за истцом права на выплату необходима справка военно-врачебной комиссии с соответствующей отметкой и соответствующее заключение, тогда как документы, имеющиеся у истца, право на указанную выплату не подтверждают.

Кассационное представление в ВС РФ:

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации Ткачев И.В. подал кассационное представление, поддержанное прокурором Генеральной прокуратуры Клевцовой Е.А., с требованием отмены всех судебных постановлений как незаконных и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Спор возник между интересом сотрудника органов внутренних дел в получении социальной гарантии (единовременной выплаты в размере 3 млн руб.) и позицией органа публичной власти, требующей установления прямой причинной связи между полученным увечьем и непосредственным участием в боевых действиях (а не просто нахождением в зоне проведения специальной военной операции и исполнением служебных обязанностей).

Нижестоящие суды применили узкое толкование условий предоставления выплаты, требуя доказательства непосредственного боестолкновения, тогда как Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что закон требует лишь: (1) участие в специальной военной операции; (2) получение увечья в ходе её проведения; (3) исполнение служебных обязанностей при получении увечья.

Категория проблемы: материально-правовая (толкование условий предоставления социальной гарантии, установленной Указом Президента РФ) и процессуально-правовая (надлежащая оценка доказательств и обстоятельств дела).

Причина передачи на коллегию:

Дело передано на коллегию в связи с необходимостью уточнения правовой позиции по вопросу толкования условий предоставления единовременной выплаты сотрудникам органов внутренних дел, участвующим в специальной военной операции, а также в связи с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, допущенными судами всех инстанций.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Какие условия необходимо установить для признания сотрудника органов внутренних дел имеющим право на единовременную выплату в размере 3 млн руб. в соответствии с Указом Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп?

2. Требуется ли доказывание непосредственного участия в боевых действиях (прямого боестолкновения с противником) или достаточно установления факта нахождения в зоне проведения специальной военной операции, исполнения служебных обязанностей и получения увечья в ходе её проведения?

3. Какова роль военно-врачебной комиссии в определении права сотрудника на социальную гарантию: устанавливает ли она наличие права на выплату или только причинную связь между увечьем и исполнением служебных обязанностей?

4. Допустили ли суды первой, апелляционной и кассационной инстанций существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что право на единовременную выплату в размере 3 млн руб. в соответствии с Указом Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп имеют сотрудники органов внутренних дел, которые: (1) принимают участие в специальной военной операции; (2) получают увечье (ранение, травму, контузию) в ходе её проведения. Иных условий Указ не содержит. Требование нижестоящих судов о доказывании непосредственного участия в боевых действиях (прямого боестолкновения) является неправомерным добавлением условия, не предусмотренного законом. Суды допустили существенные нарушения норм материального и процессуального права, применив узкое толкование нормативных положений и не дав надлежащей правовой оценки установленным обстоятельствам.

B. Развёрнутое обоснование

1. Правовой статус сотрудников органов внутренних дел и служба в особых условиях

Верховный Суд РФ указал, что отношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, её прохождением и прекращением, а также с определением правового положения сотрудника, регулируются Федеральным законом от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — ФЗ № 342-ФЗ).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 3 ФЗ № 342-ФЗ, регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией РФ, названным федеральным законом, Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента и Правительства РФ.

Часть 1 статьи 53 ФЗ № 342-ФЗ определяет служебное время как период, в течение которого сотрудник должен выполнять служебные обязанности в соответствии с правилами внутреннего служебного распорядка, должностным регламентом и условиями контракта.

Пункт 1 части 3 статьи 68 ФЗ № 342-ФЗ предусматривает, что сотрудник органов внутренних дел независимо от места нахождения и времени суток считается выполняющим служебные обязанности в случае, если он совершает действия по предупреждению и пресечению правонарушений, оказанию помощи лицам, находящимся в беспомощном состоянии, иные действия в интересах общества и государства.

Часть 1 статьи 35 ФЗ № 342-ФЗ (в редакции, действовавшей на 25 декабря 2022 г.) предусматривает, что в период действия военного положения или чрезвычайного положения, в период проведения контртеррористической операции, в условиях вооружённого конфликта и других чрезвычайных ситуаций допускаются изменение режима служебного времени, возложение дополнительных обязанностей, командирование в другую местность, временный перевод в другое подразделение без согласия сотрудника.

Приказ Министра МВД РФ от 1 февраля 2018 г. № 50 утвердил Порядок организации прохождения службы в органах внутренних дел РФ. Пункты 268, 268.3 этого Порядка (в редакции, действовавшей на 25 декабря 2022 г.) предусматривают возможность командирования сотрудника в другую местность без согласия в период вооружённого конфликта и других чрезвычайных ситуаций на срок не более шести месяцев в течение календарного года.

Пункты 269, 270, 270.1–270.3 Порядка устанавливают, что привлечение сотрудника к прохождению службы в особых условиях осуществляется приказом руководителя органа МВД, в котором указываются привлекаемые сотрудники, устанавливаемые особые условия и дополнительные ограничения, срок привлечения.

Пункт 273 Порядка предусматривает, что сотрудник, командированный в другую местность, исполняет приказы и распоряжения руководителя органа, в который он командирован.

2. Конституционно-правовые основания социальных гарантий

Верховный Суд РФ ссылается на позицию Конституционного Суда РФ (постановления от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 23 апреля 2004 г. № 9-П, от 15 июля 2009 г. № 13-П, от 21 марта 2014 г. № 7-П, от 12 октября 2023 г. № 47-П), согласно которой:

• Служба в органах внутренних дел представляет собой вид федеральной государственной службы — профессиональную служебную деятельность по защите жизни, здоровья, прав и свобод граждан, охране общественного порядка и безопасности, собственности, противодействию преступности.
• Эта деятельность осуществляется в публичных интересах, а сотрудники выполняют конституционно значимые функции, что обусловливает их специальный правовой статус.
• Федеральный законодатель вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования и особые обязанности, связанные с задачами и спецификой деятельности органов внутренних дел.
• Обязанности сотрудников предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряжённых со значительным риском для жизни и здоровья.

На основании статей 1 (часть 1), 2, 7, 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1) и 71 (пункт «в») Конституции РФ это влечёт обязанность государства гарантировать сотрудникам материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы (постановление КС РФ от 20 июля 2011 г. № 21-П).

3. Указ Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп и условия предоставления выплаты

Указ Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп установил дополнительные меры социальной поддержки сотрудникам органов внутренних дел РФ, членам их семей и лицам, находящимся на иждивении.

Подпункт «б» пункта 1 Указа (в редакции, действовавшей на 25 декабря 2022 г.) предусматривает: «Сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, принимающим участие в специальной военной операции, получившим увечье (ранение, травму, контузию) в ходе её проведения, осуществляется единовременная выплата в размере 3 000 000 руб.»

Верховный Суд РФ подчеркнул, что Указ содержит только два условия для реализации права на выплату: 1. Принятие участия в специальной военной операции; 2. Получение увечья (ранения, травмы, контузии) в ходе её проведения.

Иных условий Указ не содержит.

4. Порядок назначения и осуществления выплат

На дату получения Крутовым травмы (25 декабря 2022 г.) действовал Порядок назначения и осуществления единовременных выплат, утверждённый приказом МВД РФ от 5 мая 2022 г. № 315дсп (далее — Порядок от 5 мая 2022 г. № 315дсп).

Пункты 4, 4.1, 4.2 раздела II Порядка устанавливают, что для принятия решения о назначении и осуществлении единовременной выплаты сотрудником представляются: - рапорт сотрудника об осуществлении единовременной выплаты; - копия справки о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), выданной военно-врачебной комиссией.

5. Роль военно-врачебной комиссии

Верховный Суд РФ указал, что полномочия военно-врачебных комиссий регламентированы Положением о военно-врачебной экспертизе, утверждённым постановлением Правительства РФ от 4 июля 2013 г. № 565.

К компетенции военно-врачебных комиссий отнесено установление причинной связи полученного сотрудником органов внутренних дел увечья или иного повреждения здоровья с исполнением им служебных обязанностей.

Определение наличия права сотрудника на меры социальной поддержки в связи с полученным при исполнении служебных обязанностей повреждением здоровья в компетенцию военно-врачебной комиссии не входит.

Суждение кассационного суда о том, что для признания права на выплату необходима справка военно-врачебной комиссии с соответствующей отметкой, является ошибочным, так как сделано без учёта полномочий военно-врачебных комиссий.

6. Назначение единовременной выплаты как социальной гарантии

Верховный Суд РФ определил, что в системе действующего правового регулирования для сотрудников органов внутренних дел РФ, принимающих участие в специальной военной операции, был создан специальный публично-правовой механизм возмещения вреда, причинённого увечьем или иным повреждением здоровья в связи с выполнением ими служебных обязанностей в особых условиях.

Единовременная выплата — это социальная гарантия, предназначение которой состоит в восполнении понесённых сотрудниками материальных потерь в связи с утратой здоровья и невозможностью (ограниченной возможностью) дальнейшего продолжения службы в объёме, позволяющем компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

1. Ошибки суда первой инстанции и апелляционного суда

Существенное нарушение норм материального права:

Суды первой и апелляционной инстанций неправильно толковали и применяли нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Они исходили из того, что юридически значимым обстоятельством является установление факта получения травмы при непосредственном участии в боевых действиях (прямом боестолкновении с противником).

Однако Указ Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп не содержит такого условия. Закон требует лишь: 1. Принятие участия в специальной военной операции; 2. Получение увечья в ходе её проведения.

Суды добавили условие, не предусмотренное законом, что является неправильным толкованием и применением норм материального права.

Существенное нарушение норм процессуального права:

Суды первой и апелляционной инстанций нарушили требования:

• Пункт 2 части 4 статьи 198 ГПК РФ (о выводах суда, мотивах, по которым суд отклонил приведённые в обоснование своих требований доводы лиц, участвующих в деле);

• Статьи 327 и 329 ГПК РФ (о пределах рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции и о постановлении суда апелляционной инстанции);

• Часть 2 статьи 56, часть 1 статьи 196, пункт 5 части 1 статьи 329 ГПК РФ (о надлежащей правовой оценке установленных по делу юридически значимых обстоятельств).

Суды оставили без надлежащей правовой оценки доводы истца и приводимые в их обоснование доказательства, касающиеся обстоятельств получения им тяжёлого увечья в связи с выполнением должностных обязанностей в зоне проведения специальной военной операции при непосредственном взаимодействии с вооружением и боеприпасами.

Формальный подход к рассмотрению дела:

Верховный Суд РФ указал на формальный подход судов первой и апелляционной инстанций, которые не дали надлежащей правовой оценки следующим установленным обстоятельствам:

• Крутов был командирован в установленном законом порядке в зону проведения специальной военной операции;
• Находился в служебной командировке с 6 июля 2022 г. по 2 января 2023 г., в период с 30 сентября 2022 г. по 1 января 2023 г. — на территории проведения специальной военной операции;
• Проходил службу в особых условиях, исполнял служебные обязанности по должности оперуполномоченного (взрывотехника) 2 боевого отделения отряда специального назначения «Гром» Управления по контролю за оборотом наркотиков;
• Исполнение служебных обязанностей по указанной должности непосредственно связано с взаимодействием с вооружением и боеприпасами;
• В момент получения травмы совершал действия (по погрузке вооружения и боеприпасов), направленные на исполнение своих служебных обязанностей, обусловленные необходимостью выполнения задач, поставленных перед сотрудниками органов внутренних дел, участвующими в специальной военной операции;
• Эта деятельность была сопряжена с угрозой жизни и здоровью и содействовала достижению оперативных целей специальной военной операции.

Суды не дали выводов об этих обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Нарушение права на справедливую судебную защиту:

Формальный подход судов привёл к нарушению: - Задач и смысла гражданского судопроизводства, установленных статьёй 2 ГПК РФ; - Права Крутова на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту, гарантированную частью 1 статьи 46 Конституции РФ.

2. Ошибки кассационного суда

Неправильное толкование полномочий военно-врачебной комиссии:

Кассационный суд ошибочно указал, что для признания за Крутовым права на выплату необходима справка военно-врачебной комиссии с соответствующей отметкой. Это суждение ошибочно, так как сделано без учёта полномочий военно-врачебных комиссий, регламентированных Положением о военно-врачебной экспертизе.

Компетенция военно-врачебной комиссии ограничивается установлением причинной связи между увечьем и исполнением служебных обязанностей. Определение наличия права сотрудника на меры социальной поддержки в компетенцию военно-врачебной комиссии не входит.

Неправильное применение норм процессуального права:

Кассационный суд, проверяя по кассационной жалобе законность решения суда первой инстанции и апелляционного определения, не выявил и не устранил допущенные ими нарушения норм права, тем самым не выполнил требования статьи 379 и частей 1–3 статьи 379 ГПК РФ.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКГД ВС РФ:

1. Отменены: - Решение Центрального районного суда г. Новосибирска от 11 марта 2025 г.; - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 10 июля 2025 г.; - Определение судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 16 декабря 2025 г.

2. Направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции — Центральный районный суд г. Новосибирска в ином составе суда.

3. Указание суду при новом рассмотрении:

При новом рассмотрении дела суду следует принять во внимание изложенную позицию ВС РФ и разрешить исковые требования Крутова Н.А. на основании норм закона, подлежащих применению к спорным отношениям, в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства и установленными по делу обстоятельствами.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД ВС РФ устанавливает обязательный правовой стандарт для судов общей юрисдикции при рассмотрении споров о предоставлении единовременных выплат сотрудникам органов внутренних дел, участвующим в специальной военной операции.

Нижестоящие суды должны: - Применять буквальное толкование условий, установленных Указом Президента РФ от 4 мая 2022 г. № 265дсп, без добавления дополнительных условий; - Не требовать доказывания непосредственного участия в боевых действиях (прямого боестолкновения); - Ограничиваться установлением: (1) участия в специальной военной операции; (2) получения увечья в ходе её проведения; (3) исполнения служебных обязанностей при получении увечья; - Давать надлежащую правовую оценку всем установленным обстоятельствам, включая характер выполняемых служебных обязанностей, связь с вооружением и боеприпасами, наличие угрозы жизни и здоровью.

2. Защита какой стороны усиливается

Определение усиливает защиту прав сотрудников органов внутренних дел, получивших увечья в ходе специальной военной операции. Позиция ВС РФ:

• Расширяет круг лиц, имеющих право на выплату, включая сотрудников, получивших увечья при исполнении служебных обязанностей, не связанных с прямым боестолкновением (например, при взаимодействии с вооружением и боеприпасами, при выполнении вспомогательных задач в зоне боевых действий);

• Облегчает бремя доказывания для истца, требуя доказывания лишь трёх условий вместо четырёх (исключает необходимость доказывания непосредственного участия в боевых действиях);

• Ограничивает дискреционные полномочия органов публичной власти при принятии решения о предоставлении выплаты, требуя соответствия буквальному смыслу закона;

• Защищает право на справедливую судебную защиту, требуя от судов надлежащей оценки всех обстоятельств дела.

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ

Определение развивает и конкретизирует позицию Конституционного Суда РФ о специальном правовом статусе сотрудников органов внутренних дел и обязанности государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации при причинении вреда жизни или здоровью при прохождении службы (постановления КС РФ от 20 июля 2011 г. № 21-П, от 12 октября 2023 г. № 47-П и др.).

Определение также согласуется с общими принципами толкования норм права, установленными ВС РФ: - Принцип буквального толкования нормативных положений; - Принцип недопустимости добавления условий, не предусмотренных законом; - Принцип надлежащей оценки доказательств и обстоятельств дела судами.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение изменяет стандарт доказывания в спорах о предоставлении единовременных выплат:

Было (позиция нижестоящих судов): - Истец должен доказать: (1) участие в специальной военной операции; (2) получение увечья; (3) исполнение служебных обязанностей; (4) непосредственное участие в боевых действиях (прямое боестолкновение).

Стало (позиция ВС РФ): - Истец должен доказать: (1) участие в специальной военной операции; (2) получение увечья в ходе её проведения; (3) исполнение служебных обязанностей при получении увечья.

Распределение бремени доказывания: - На истца возлагается бремя доказывания трёх условий; - На ответчика (орган публичной власти) возлагается бремя доказывания наличия оснований для отказа в выплате (например, отсутствие одного из трёх условий); - Ответчик не может требовать доказывания дополнительных условий, не предусмотренных законом.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция ВС РФ может быть применена по аналогии в следующих сферах:

А. Социальные гарантии для других категорий лиц, участвующих в специальной военной операции: - Военнослужащие Вооружённых Сил РФ; - Сотрудники других силовых ведомств (ФСБ, ГРУ, Росгвардия и т.д.); - Гражданские лица, привлечённые к участию в специальной военной операции.

Б. Толкование других нормативных положений, устанавливающих социальные гарантии: - Указы Президента РФ о социальной поддержке участников специальной военной операции; - Постановления Правительства РФ о выплатах и компенсациях; - Региональные нормативные акты о социальной поддержке.

В. Общие принципы толкования норм о социальных гарантиях: - Недопустимость добавления условий, не предусмотренных законом; - Необходимость буквального толкования нормативных положений; - Защита прав лиц, выполняющих конституционно значимые функции; - Надлежащая оценка всех обстоятельств дела судами.

Г. Процессуальные вопросы: - Требование к судам давать надлежащую правовую оценку всем установленным обстоятельствам; - Недопустимость формального подхода к рассмотрению дел о социальных гарантиях; - Необходимость соблюдения требований ГПК РФ о мотивировке судебных решений и определений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение СКГД ВС РФ № 67-КГПР26-7-К8 от 17 августа 2026 г. имеет высокое практическое и доктринальное значение. Оно:

1. Устанавливает обязательный правовой стандарт толкования условий предоставления единовременных выплат сотрудникам органов внутренних дел, участвующим в специальной военной операции;

2. Защищает права сотрудников органов внутренних дел, получивших увечья в ходе специальной военной операции, путём расширения круга лиц, имеющих право на выплату, и облегчения бремени доказывания;

3. Развивает конституционно-правовую позицию о специальном правовом статусе сотрудников органов внутренних дел и обязанности государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации;

4. Укрепляет принцип справедливой судебной защиты, требуя от судов надлежащей оценки всех обстоятельств дела и соблюдения требований гражданского процессуального законодательства;

5. Имеет потенциал применения по аналогии в других сферах социального обеспечения и толкования нормативных положений.