ВС отменил приговор по ч. 1 ст. 118 УК охраннику-единоборцу, применившему бросок с подсечкой на асфальте

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: Дело № 78-УДП26-21-КЗ, кассационное определение от 17 сентября 2026 г.

Инстанция: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующий судья: Абрамов С.Н. - Судьи: Пейсикова Е.В., Рудаков Е.В. - Секретарь: Бузакова Е.К.

Участники: - Осуждённый: Исмаилов Мурад Мустафаевич (несудимый) - Адвокат осуждённого: Рассохин А.А. - Потерпевший: Р. (участие посредством видеоконференц-связи) - Законный представитель потерпевшего: адвокат Кирильчук С.С. - Прокурор Генеральной прокуратуры РФ: Лошадкина Н.В.

Квалификация по приговору первой инстанции: ч. 1 ст. 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности)

Квалификация по обвинению органов следствия: ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью)

Назначенное наказание: штраф в размере 70 000 рублей, смягчённый до 60 000 рублей с учётом содержания под стражей с 25 по 27 марта 2024 г.; освобождение от наказания по п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности

Гражданский иск: взыскано с осуждённого в пользу потерпевшего 500 000 рублей в счёт компенсации морального вреда

Судебная история: - Приговор Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга: 14 апреля 2025 г. - Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда: 14 октября 2025 г. (оставлен без изменения) - Кассационное определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции: 31 марта 2026 г. (оставлен без изменения)

По чьей жалобе/представлению рассмотрено: по кассационному представлению заместителя Генерального прокурора РФ Ткачёва И.В.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения и установленные обстоятельства:

В период с 00:00 по 02:00 6 марта 2021 г. на тротуаре у дома № 29 по ул. Большая Конюшенная в г. Санкт-Петербурге произошёл конфликт между Исмаиловым и потерпевшим Р., находившимся в состоянии алкогольного опьянения. Исмаилов нанёс потерпевшему удар рукой в область головы, затем применил приём борьбы — бросок с ускорением путём подсечки ноги, в результате чего потерпевший упал на заднюю поверхность тела, ударившись левой половиной головы и областью левого плечевого сустава об асфальтированную поверхность тротуара.

Потерпевший получил закрытую черепно-мозговую травму (тяжкий вред здоровью) и закрытую травму левой лопаточно-ключичной области (вред здоровья средней тяжести). Последствия были тяжелыми: травматический инсульт, перелом черепа, несколько недель в состоянии комы, потеря речи на 2,5 года, частичная потеря зрения, инвалидность второй группы, полная нетрудоспособность.

Квалификация органами следствия: ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью)

Решение суда первой инстанции (14 апреля 2025 г.): - Переквалифицировано на ч. 1 ст. 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности) - Назначен штраф 70 000 рублей, смягчённый до 60 000 рублей - Применено освобождение от наказания по п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ (истечение срока давности) - Взыскано 500 000 рублей в счёт компенсации морального вреда

Решение апелляции (14 октября 2025 г.): приговор оставлен без изменения

Решение кассации (31 марта 2026 г.): приговор и апелляционное определение оставлены без изменения

Основания обращения в ВС РФ:

Заместитель Генерального прокурора Ткачёв И.В. в кассационном представлении оспорил законность судебных решений, указав на следующие нарушения:

1. Материально-правовое: суд без достаточных оснований квалифицировал деяние по ч. 1 ст. 118 УК РФ, тогда как Исмаилов, находясь на месте происшествия, с учётом характера его действий, физических данных (занимался единоборствами), действовал с косвенным умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью, что образует состав ч. 1 ст. 111 УК РФ.

2. Гражданско-правовое: размер взысканных денежных средств (500 000 рублей) несоразмерен наступившим последствиям (инвалидность второй группы, нетрудоспособность, длительное лечение), осуждённый не предпринял мер к заглаживанию причинённого вреда.

Потерпевший и его законный представитель поддержали доводы прокурора.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: материально-правовая (разграничение составов преступления — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 111 УК РФ) и причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ч. 1 ст. 118 УК РФ); установление направленности умысла; оценка предвидимости последствий).

Вторичная проблема: процессуально-правовая (надлежащая проверка и оценка доказательств при установлении формы вины; соблюдение требований ст. 87, 88, 297, 302, 307 УПК РФ).

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Правильно ли суд первой инстанции переквалифицировал деяние Исмаилова с ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) на ч. 1 ст. 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности)?

2. Надлежащим ли образом суд оценил совокупность доказательств (показания потерпевшего, свидетелей, заключение судебно-медицинской экспертизы, показания эксперта) при установлении направленности умысла осуждённого и предвидимости им последствий применённого приёма борьбы?

3. Соблюдены ли требования уголовно-процессуального закона о проверке и оценке доказательств при установлении обстоятельств дела, существенно влияющих на квалификацию?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что суд первой инстанции допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона при проверке и оценке доказательств, что повлекло неправильное применение норм уголовного закона при квалификации действий осуждённого. Суд не в полной мере соблюдал требования закона о надлежащей оценке совокупности доказательств в отношении установления направленности умысла и предвидимости последствий, что не позволило правильно разграничить умышленное причинение тяжкого вреда здоровью от причинения такого вреда по неосторожности.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативно-правовая база кассационного пересмотра

Согласно ст. 401¹ УПК РФ, суд кассационной инстанции проверяет по кассационному представлению законность приговора, вступившего в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии со ст. 401¹⁵ УПК РФ пересмотр в кассационном порядке приговора по основаниям, влекущим ухудшение положения осуждённого, допускается в срок не превышающий одного года со дня вступления в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Суд установил, что такие нарушения допущены, и годичный срок не истёк.

2. Требования к законности, обоснованности и справедливости приговора

На основании ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы отклонения других доказательств.

3. Анализ доказательств по делу

Суд установил, что из приговора не усматривается надлежащая оценка в совокупности следующих доказательств:

• Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 341-ПК от 21 июня 2024 г.: эксперт установила, что комплекс повреждений (черепно-мозговая травма и травма левой лопаточно-ключичной области) характерен для падения на плоскость с высокоэнергетическим воздействием, что возможно при броске с ускорением (подсечке). Образование комплекса данных повреждений в результате простого падения маловероятно, так как распределение травмирующей силы максимально в одной точке. Однако при изменении траектории падения человека (при броске с ускорением) не исключено его падение с приземлением на левую половину головы и область левого плечевого сустава одновременно с высокоэнергетическим воздействием.

• Показания эксперта К.: подтвердила выводы заключения, указала на достаточно сильный удар, характерный для падения на плоскость, и подтвердила, что повреждения могли быть получены при падении в результате броска с ускорением (подсечки).

• Показания потерпевшего Р.: подробно описал обстоятельства конфликта, в том числе что Исмаилов «ударил в голову с левой стороны, после этого, сделав подсечку ногой, уронил его головой об асфальт очень сильно». После удара произошли травматический инсульт, перелом черепа, состояние комы, потеря речи на 2,5 года, частичная потеря зрения, инвалидность.

• Показания свидетелей И. и Ш.: подтвердили, что Исмаилов, осуществляющий охрану клуба, сделал потерпевшему подсечку ногой, отчего тот упал спиной на асфальт и потерял сознание.

4. Критика оценки доказательств судом первой инстанции

Суд первой инстанции, опровергая наличие умысла на причинение тяжкого вреда, сосредоточился на следующих аргументах:

• показания Исмаилова о том, что он не имел намерения причинить тяжкий вред, поставил подножку и не ожидал такого падения;
• несущественный характер повода конфликта;
• отсутствие предварительного знакомства между Исмаиловым и потерпевшим;
• то, что Исмаилов не мог достоверно знать о степени тяжести вреда;
• то, что потерпевший встал на ноги и самостоятельно ушёл, видимых повреждений не было.

Верховный Суд указал, что суд не в полной мере соблюдал требования ст. 87, 88 УПК РФ о проверке и оценке доказательств. Суд не дал надлежащей оценки в совокупности заключению экспертизы, показаниям эксперта, потерпевшего и свидетелей о том, что падение произошло в результате применения приёма борьбы — броска с ускорением путём подсечки. От данной оценки существенно зависело правильное установление обстоятельств дела и решение вопроса о направленности умысла осуждённого.

5. Критическое значение установления предвидимости последствий

Верховный Суд подчеркнул, что суд не позволил себе надлежащим образом установить, насколько были непредвиденными для Исмаилова последствия от применённого им приёма борьбы при тех условиях, которые сложились в ходе конфликта:

• место совершения деяния — асфальтированный участок тротуара (твёрдая поверхность);
• состояние потерпевшего — алкогольное опьянение (снижение устойчивости, координации);
• характер действий Исмаилова — удар в голову + бросок с ускорением путём подсечки (высокоэнергетическое воздействие);
• физические данные Исмаилова — занимался единоборствами (знание техники, осознание опасности приёма).

Эти обстоятельства существенны для установления того, предвидел ли Исмаилов возможность наступления тяжкого вреда здоровья и относился ли к этому с косвенным умыслом (ч. 1 ст. 111 УК РФ) или действовал по неосторожности (ч. 1 ст. 118 УК РФ).

6. Существенное нарушение уголовно-процессуального закона

Суд констатировал, что судом не в полной мере были соблюдены требования уголовно-процессуального закона о правилах проверки и оценки доказательств (ст. 87, 88 УПК РФ), что является существенным нарушением закона, повлекшим за собой неправильное применение норм уголовного закона при квалификации действий осуждённого.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

1. Ошибка суда первой инстанции в квалификации

Суд первой инстанции неправильно переквалифицировал деяние с ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) на ч. 1 ст. 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности). Эта ошибка явилась результатом ненадлежащей оценки доказательств.

2. Нарушение требований ст. 87, 88 УПК РФ о проверке и оценке доказательств

Суд не дал надлежащей совокупной оценки: - заключению судебно-медицинской экспертизы о механизме образования повреждений (характерность для броска с ускорением); - показаниям эксперта, подтвердившей возможность получения повреждений при броске с ускорением; - показаниям потерпевшего и свидетелей о применении приёма борьбы — броска с ускорением путём подсечки.

3. Нарушение требований ст. 297, 302, 307 УПК РФ

Приговор не содержит надлежащей мотивировки относительно: - формы вины (направленности умысла или наличия неосторожности); - оценки в совокупности доказательств, свидетельствующих о характере действий Исмаилова; - установления предвидимости для Исмаилова последствий применённого приёма борьбы при конкретных условиях (место, состояние потерпевшего, физические данные Исмаилова).

4. Недостаточный анализ обстоятельств, влияющих на установление умысла

Суд не дал надлежащей оценки следующим обстоятельствам: - Исмаилов занимался единоборствами (знание опасности приёма); - место совершения деяния — асфальтированный тротуар (твёрдая поверхность); - состояние потерпевшего — алкогольное опьянение (снижение устойчивости); - характер действий — удар в голову + бросок с ускорением (высокоэнергетическое воздействие); - тяжесть наступивших последствий (травматический инсульт, перелом черепа, кома, инвалидность).

5. Ошибки апелляции и кассации

Апелляционная коллегия (14 октября 2025 г.) и кассационная коллегия (31 марта 2026 г.) оставили приговор без изменения, не выявив и не исправив допущенные судом первой инстанции нарушения при оценке доказательств.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение Верховного Суда РФ:

Приговор Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 14 апреля 2025 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда от 14 октября 2025 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 31 марта 2026 г. в отношении Исмаилова Мурада Мустафаевича отменены, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний

Определение устанавливает, что при разграничении ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) и ч. 1 ст. 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности) суд обязан тщательно анализировать совокупность доказательств, свидетельствующих о направленности умысла. Недостаточно ссылаться на показания обвиняемого о его намерениях; необходимо оценить объективные обстоятельства, позволяющие установить, предвидел ли лицо возможность наступления тяжкого вреда и относилось ли к этому с косвенным умыслом.

В частности, при применении приёмов борьбы (бросков, подсечек) суд должен учитывать: - наличие у лица специальных знаний в области единоборств; - место совершения деяния (твёрдая поверхность, асфальт); - состояние потерпевшего (опьянение, снижение устойчивости); - характер и интенсивность применённого приёма (бросок с ускорением); - предвидимость тяжких последствий при таких условиях.

2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств

Определение подтверждает, что суд обязан соблюдать требования ст. 87, 88 УПК РФ о проверке и оценке доказательств в совокупности, а не избирательно. Нельзя игнорировать или недооценивать заключения судебно-медицинской экспертизы, показания экспертов, показания потерпевшего и свидетелей, если они свидетельствуют об объективных обстоятельствах, существенных для установления формы вины.

Суд не может основывать выводы о неосторожности исключительно на показаниях обвиняемого о его субъективном отношении к последствиям, если объективные доказательства (экспертиза, показания свидетелей) указывают на предвидимость и возможность косвенного умысла.

3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого

Определение защищает право осуждённого на справедливый суд путём требования надлежащей мотивировки приговора (ст. 307 УПК РФ). Суд обязан в описательно-мотивировочной части приговора указать, какие доказательства он считает достоверными и почему, какие доказательства он отверг и по каким причинам, особенно при установлении формы вины.

Определение также защищает право на защиту, требуя от суда тщательного анализа доводов защиты и объективной оценки всех доказательств, а не выборочной оценки в пользу обвинения.

4. Связь с другими позициями ВС РФ и КС РФ

Определение согласуется с позицией Верховного Суда РФ о необходимости надлежащей оценки доказательств при установлении формы вины. Суд ссылается на требования ст. 297, 302, 307 УПК РФ, которые развивают конституционный принцип справедливого судебного разбирательства (ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, на которую косвенно ориентируется российское уголовно-процессуальное законодательство).

Определение также соответствует позиции Верховного Суда РФ о том, что кассационный пересмотр допускается в сторону ухудшения положения осуждённого только при наличии существенных нарушений закона, искажающих суть правосудия (ст. 401¹⁵ УПК РФ). Суд признал, что ненадлежащая оценка доказательств при установлении формы вины является именно таким нарушением.

5. Сферы применения по аналогии

Принципы, установленные в определении, применимы к разграничению других составов преступлений, требующих установления формы вины:

• разграничение умышленного причинения вреда здоровью разной степени тяжести (ст. 111, 112, 115 УК РФ);
• разграничение умышленного убийства и причинения смерти по неосторожности (ст. 105, 109 УК РФ);
• разграничение умышленного уничтожения имущества и уничтожения имущества по неосторожности (ст. 167, 168 УК РФ);
• разграничение умышленного причинения вреда и преступной небрежности в сфере профессиональной деятельности.

Во всех этих случаях суд обязан дать надлежащую совокупную оценку всем доказательствам, свидетельствующим о направленности умысла или наличии неосторожности, и мотивировать свои выводы в приговоре.

6. Значение для практики применения единоборств и самообороны

Определение имеет значение для разграничения случаев, когда применение приёма борьбы (броска, подсечки) образует умышленное причинение вреда здоровью, и случаев, когда оно образует причинение вреда по неосторожности. Суд должен учитывать специальные знания лица в области единоборств, предвидимость опасности приёма при конкретных условиях (место, состояние потерпевшего), интенсивность применённого приёма.

Это имеет значение и для случаев необходимой обороны (ст. 37 УК РФ), когда лицо применяет приём борьбы для защиты от нападения. Суд должен оценить, не превышены ли пределы необходимой обороны (ч. 2 ст. 37 УК РФ), в том числе путём анализа предвидимости тяжких последствий при применении конкретного приёма в конкретных условиях.