ВС подтвердил: нарушение двухмесячного срока передачи дела в суд по ч. 2² ст. 27 УПК РФ влечёт прекращение уголовного преследования

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 5-УДП25-93-К2 от 27 ноября 2025 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующая судья: Шмотикова С.А. - Судьи: Земсков Е.Ю., Эрдыниев Э.Б. - Секретарь: Стрелкова А.А.

Участники судебного разбирательства: - Обвиняемый: Ротов Антон Сергеевич (несудимый) - Прокурор Генеральной прокуратуры РФ: Терехова С.П. - Адвокат обвиняемого: Гуськов Д.С. - Представитель Уполномоченного по правам человека в РФ: Данилина Ю.В. - Представители потерпевшего: Фролов И.В., Сильченко О.Ф.

Квалификация: ч. 2 ст. 183 УК РФ (в редакции ФЗ от 29.06.2015 г. № 193-ФЗ) — незаконное разглашение сведений, составляющих банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена и стала известна по работе

Назначенное наказание (по приговору): штраф в размере 100 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной с допуском к банковской тайне на 1 год

Освобождение от наказания: На основании ч. 8 ст. 302 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ Ротов освобожден от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования (21 января 2021 г.)

По чьей жалобе/представлению рассмотрено дело: По кассационному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Ткачёва И.В. на кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 25 июня 2025 года

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения: Ротов признан виновным в незаконном разглашении сведений, составляющих банковскую тайну, без согласия их владельца, лицом, которому эта информация была доверена и стала известна по работе (преступление относится к категории небольшой тяжести).

Приговор первой инстанции: Хорошевский районный суд г. Москвы (6 сентября 2024 г.) осудил Ротова по ч. 2 ст. 183 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной с допуском к банковской тайне на 1 год. На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ Ротов освобожден от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Решение апелляции: Апелляционное постановление Московского городского суда от 11 марта 2025 года оставило приговор без изменения.

Решение кассации: Кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 25 июня 2025 года отменило приговор и апелляционное постановление. Уголовное дело возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Процессуальная история: - Уголовное дело было возвращено судом прокурору 21 июля 2023 г. на основании ст. 237 УПК РФ в связи с наличием противоречий в формулировке обвинения. - Постановление о возвращении вступило в силу 16 октября 2023 г. - Следователем дело возобновлено 11 декабря 2023 г. - Обвинительное заключение утверждено 9 февраля 2024 г. - Уголовное дело направлено в суд 20 февраля 2024 г. (по штампу регистрации — 21 февраля 2024 г.).

Основания обращения в ВС РФ: Заместитель Генерального прокурора Ткачёв И.В. оспорил кассационное постановление, утверждая, что оно вынесено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела. Прокурор полагал, что суд кассационной инстанции ошибочно пришел к выводу о нарушении сроков, установленных ч. 2² ст. 27 УПК РФ.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Процессуально-правовая с элементами материально-правовой (соотношение сроков давности уголовного преследования и сроков досудебного производства).

Основная проблема заключается в толковании и применении ч. 2² ст. 27 УПК РФ, введённой Федеральным законом № 220-ФЗ от 13 июня 2023 года, в части определения предельных сроков для завершения предварительного расследования и передачи уголовного дела в суд, когда сроки давности уголовного преследования истекли и обвиняемый возражает против прекращения дела по этому основанию.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Нарушены ли органами предварительного следствия и прокуратуры сроки, установленные ч. 2² ст. 27 УПК РФ, для завершения предварительного расследования и передачи уголовного дела в суд в случае, когда сроки давности уголовного преследования истекли и обвиняемый возражает против прекращения дела по этому основанию?

2. Является ли нарушение указанных сроков существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора и возвращение дела прокурору?

3. Применяются ли к исчислению сроков, установленных ч. 2² ст. 27 УПК РФ, общие правила об исчислении сроков предварительного расследования, предусмотренные ст. 162 УПК РФ?

4. Может ли уклонение обвиняемого от получения обвинительного заключения служить основанием для иного исчисления сроков, установленных ч. 2² ст. 27 УПК РФ?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия ВС РФ поддержала решение суда кассационной инстанции, признав его соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона. Суд установил, что ч. 2² ст. 27 УПК РФ устанавливает специальную норму с предельными сроками для завершения расследования и передачи дела в суд, когда сроки давности истекли и обвиняемый возражает против прекращения дела. Нарушение этих сроков влечёт обязательное прекращение уголовного преследования по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности). Суд отклонил доводы прокурора о применении общих правил ст. 162 УПК РФ, указав на приоритет специальной нормы.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база и специальный характер ч. 2² ст. 27 УПК РФ

Судебная коллегия подчеркнула, что ст. 27 УПК РФ предусматривает прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (истечение сроков давности), только с согласия подозреваемого или обвиняемого. В противном случае производство продолжается в обычном порядке.

Однако ч. 2² ст. 27 УПК РФ (введённая ФЗ № 220-ФЗ от 13 июня 2023 г.) устанавливает специальный режим: если производство продолжено в обычном порядке в связи с возражениями обвиняемого против прекращения по основанию давности, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в установленный порядок, уголовное преследование подлежит прекращению по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести.

2. Соотношение ч. 2² ст. 27 УПК РФ и ст. 162 УПК РФ

Судебная коллегия не согласилась с позицией прокурора, который ссылался на ст. 162 УПК РФ (общие сроки предварительного расследования) и утверждал, что 2-месячный срок соблюдён (с 11.12.2023 г. по 09.02.2024 г., т.е. 1 месяц 28 дней).

Суд установил, что ст. 162 УПК РФ устанавливает общие сроки предварительного расследования и основания их продления, а ч. 2² ст. 27 УПК РФ закрепляет специальную норму, устанавливающую предельные сроки для завершения расследования и направления дела в суд в специфической ситуации (истечение давности + возражение обвиняемого).

3. Два условия для продолжения уголовного преследования

По смыслу ч. 2² ст. 27 УПК РФ, закон связывает возможность дальнейшего уголовного преследования лица (включая обвинение в суде) по истечении сроков давности по преступлению небольшой тяжести с наличием двух условий: - Завершение предварительного расследования - Передача уголовного дела в суд в течение 2 месяцев

При несоблюдении этих условий уголовное преследование подлежит прекращению по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

4. Конституционно-правовое обоснование

Судебная коллегия ссылалась на правовую позицию Конституционного Суда РФ, сформулированную в постановлении № 33-П от 18 июля 2022 года. КС РФ исходил из того, что никто не должен находиться под угрозой применения уголовной ответственности неограниченное нормативными пределами время.

В резолютивной части постановления КС РФ ч. 2 ст. 27 УПК РФ и п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ были признаны не соответствующими Конституции РФ (ст. 19 ч. 1, ст. 21 ч. 1, ст. 23 ч. 1, ст. 46 ч. 1 и 2, ст. 49, ст. 53) в той мере, в какой они допускали продолжение уголовного преследования после истечения на досудебной стадии срока давности, если подозреваемый или обвиняемый возражал против прекращения, не гарантируя достижения в разумные сроки определённости правового положения такого лица.

Во исполнение этого постановления КС РФ норма ч. 2² ст. 27 УПК РФ связывает обязанность органов уголовного преследования по немедленному прекращению дела с истечением предусмотренного законом срока досудебного производства (до направления прокурором дела с обвинительным заключением в суд), а не срока предварительного расследования.

5. Применение к фактическим обстоятельствам дела

Судебная коллегия установила следующие сроки: - Уголовное дело возвращено судом прокурору 21 июля 2023 г. (в период, когда ч. 2² ст. 27 УПК РФ уже действовала) - Постановление о возвращении вступило в силу 16 октября 2023 г. - Следователем дело возобновлено 11 декабря 2023 г. - Обвинительное заключение утверждено 9 февраля 2024 г. - Уголовное дело передано в суд 21 февраля 2024 г. (по штампу регистрации)

Таким образом, установленные ч. 2² ст. 27 УПК РФ сроки предварительного расследования и передачи дела в суд прокурором не были соблюдены.

6. Постановление Пленума ВС РФ от 17 декабря 2024 года

Судебная коллегия сослалась на постановление Пленума ВС РФ от 17 декабря 2024 года «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору». Согласно п. 5 этого постановления, невыполнение следователем, дознавателем своей процессуальной обязанности по прекращению предварительного расследования, составление по его результатам обвинительного документа и направление прокурором уголовного дела в суд, влекущие негативные последствия для лица, в отношении которого вопреки требованиям закона продолжается уголовное преследование, препятствует рассмотрению такого дела судом и является основанием для возвращения его прокурору.

7. Отклонение довода об уклонении обвиняемого

Судебная коллегия отклонила довод прокурора об уклонении Ротова от явки для получения обвинительного заключения, указав, что это не подтверждается материалами дела и не является основанием для иного исчисления срока, установленного ч. 2² ст. 27 УПК РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибки суда первой инстанции и апелляции:

Суд первой инстанции (Хорошевский районный суд) и апелляционный суд (Московский городской суд) допустили существенное нарушение уголовно-процессуального закона, не устранённое при апелляционном рассмотрении. Они рассмотрели уголовное дело по существу и вынесли приговор, несмотря на то, что органы предварительного следствия и прокуратуры нарушили сроки, установленные ч. 2² ст. 27 УПК РФ.

Конкретно: - Уголовное дело было передано в суд 21 февраля 2024 г., что превышало двухмесячный срок, отсчитываемый с момента истечения сроков давности (21 января 2021 г.) и возобновления производства (11 декабря 2023 г.) - Суды не проверили соблюдение специального процессуального режима, установленного ч. 2² ст. 27 УПК РФ - Это препятствовало рассмотрению дела судом по существу

Правильность решения суда кассационной инстанции:

Суд кассационной инстанции (Второй кассационный суд общей юрисдикции) правильно: - Выявил нарушение ч. 2² ст. 27 УПК РФ - Признал это нарушение существенным, влекущим отмену приговора и апелляционного постановления - Возвратил дело прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ

Ошибка прокурора в кассационном представлении:

Заместитель Генерального прокурора ошибочно: - Применил общие правила ст. 162 УПК РФ вместо специальной нормы ч. 2² ст. 27 УПК РФ - Исчислял сроки с момента возобновления производства (11 декабря 2023 г.), а не с момента истечения давности (21 января 2021 г.) - Не учитывал, что закон связывает обязанность прекращения дела с истечением срока досудебного производства, а не предварительного расследования - Ссылался на уклонение обвиняемого, что не подтверждается материалами дела

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение ВС РФ представляет собой важное уточнение практики применения ч. 2² ст. 27 УПК РФ. Суд установил, что эта норма содержит специальный режим, отличный от общих правил ст. 162 УПК РФ, и связывает обязанность органов уголовного преследования по прекращению дела с истечением срока досудебного производства (передачей дела в суд), а не предварительного расследования. Нарушение двухмесячного срока для передачи дела в суд (в случае преступления небольшой тяжести при возражении обвиняемого против прекращения по давности) влечёт обязательное прекращение уголовного преследования и является существенным нарушением, препятствующим рассмотрению дела судом. Это решение согласуется с конституционной позицией КС РФ о недопустимости неограниченного нормативными пределами времени нахождения лица под угрозой уголовной ответственности.