ВС РФ: СМС-код — не доказательство. Банк должен убедиться, что договор заключил сам заёмщик

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № 14-КГ25-10-К1; Определение СКГД ВС РФ от 15 июля 2025 г.

Состав СКГД: Председательствующий Марьина А.Н., судьи Киселёва А.П. и Кротова М.В. (докладчик — Кротов М.В.)

Стороны: - Истец: Алтухова Лидия Александровна (гражданин, потребитель кредитных услуг) - Ответчик: Банк ВТБ (публичное акционерное общество) — кредитная организация - Встречный истец: Банк ВТБ (ПАО)

Категория спора: Договорный спор о признании недействительности кредитного договора; защита прав потребителя; взыскание задолженности по кредитному договору; спор о наличии волеизъявления при заключении договора дистанционным способом.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца: Алтухова Л.А. просила признать кредитный договор от 27 апреля 2022 г. на сумму 100 000 руб., заключённый с Банком ВТБ (ПАО) дистанционно через приложение «ВТБ-Онлайн», недействительным и применить последствия недействительности сделки. Истец ссылалась на то, что договор заключён неустановленным лицом от её имени, имеющим доступ к персональным данным; она не получала кредитную карту, не заключала договор и не получала денежные средства.

Возражения ответчика: Банк ВТБ (ПАО) подал встречный иск о взыскании задолженности по кредитному договору, утверждая, что договор надлежащим образом заключён путём присоединения заёмщика к условиям правил предоставления и использования банковских карт с разрешённым овердрафтом. Договор подписан простой электронной подписью путём введения корректного кода, направленного банком в СМС-сообщении на номер мобильного телефона заёмщика. На момент рассмотрения дела задолженность составляла 159 245,22 руб. (основной долг, проценты и пени).

Решение первой инстанции (29 марта 2024 г., Левобережный районный суд г. Воронежа): Иск Алтуховой Л.А. удовлетворён. Суд пришёл к выводу, что Банк не доказал факт заключения кредитного договора именно Алтуховой Л.А. и что кредитные средства были предоставлены именно ей. Договор признан недействительным, поскольку заключён неизвестными лицами через программное обеспечение Банка; все действия по оформлению заявки, заключению договора и переводу денежных средств выполнены одним действием — набором цифрового кода-подтверждения. У Банка отсутствовали основания полагать, что действия в приложении совершены самой Алтуховой Л.А., волеизъявление истца на распоряжение денежными средствами не доказано. В удовлетворении встречного иска отказано.

Постановление апелляции (27 июня 2024 г., Воронежский областной суд): Решение суда первой инстанции отменено. Принято новое решение об отказе в иске Алтуховой Л.А. Встречный иск Банка ВТБ (ПАО) удовлетворён. Апелляционный суд сослался на то, что направление СМС-кодов с телефонного номера истца является аналогом собственноручной подписи и безусловным доказательством заключения кредитного договора именно Алтуховой Л.А.; наличие виновных действий со стороны Банка при заключении договора не доказано.

Постановление кассации (4 декабря 2024 г., Первый кассационный суд общей юрисдикции): Апелляционное определение оставлено без изменения. Кассационный суд согласился с выводами апелляционного суда.

Обращение в ВС РФ: Алтухова Л.А. подала кассационную жалобу на апелляционное определение и определение кассационного суда. Определением судьи ВС РФ Киселёва А.П. от 6 июня 2025 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании СКГД ВС РФ.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта: Спор возник между интересом потребителя (истца) в защите от несанкционированного заключения кредитного договора и интересом кредитной организации в обеспечении исполнения кредитного обязательства. Конфликт касается вопроса о том, является ли формальное соблюдение процедуры подписания договора (введение корректного кода, полученного по СМС) достаточным доказательством наличия волеизъявления надлежащего лица (самого заёмщика) на заключение договора, или требуется дополнительная проверка банком того, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица.

Категория проблемы: Материально-правовая (толкование норм о сделке, договоре, кредитном договоре, волеизъявлении, недействительности сделки) в сочетании с процессуально-правовой (распределение бремени доказывания, стандарт доказывания при заключении договора дистанционным способом).

Почему дело передано на коллегию: Дело передано на коллегию в связи с существенными нарушениями норм материального права судами апелляционной и кассационной инстанций, которые повлияли на исход дела и касались фундаментального вопроса о природе волеизъявления при заключении договора дистанционным способом и о надлежащем распределении бремени доказывания между потребителем и кредитной организацией.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Является ли формальное соблюдение процедуры подписания договора (введение корректного кода, полученного по СМС на номер телефона заёмщика) достаточным доказательством того, что договор заключён самим заёмщиком, или требуется дополнительная проверка банком того, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица?

2. Несёт ли кредитная организация обязанность убедиться в том, что действия по заключению договора дистанционным способом совершены самим заёмщиком, а не третьим лицом, имеющим доступ к его персональным данным и средствам аутентификации?

3. Какие обстоятельства должны учитываться судом при оценке наличия волеизъявления на заключение кредитного договора, заключённого дистанционным способом, в частности: временной промежуток между отдельными операциями, одновременное подключение услуги переадресации СМС, обращение истца в органы восстановления доступа к государственным услугам в тот же день?

4. Кто несёт бремя доказывания того, что договор заключён надлежащим лицом: потребитель (истец) или кредитная организация (ответчик)?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ исходит из того, что сделка (договор) — это волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Формальное соблюдение процедуры подписания договора (введение корректного кода, полученного по СМС) не является безусловным доказательством того, что договор заключён самим заёмщиком. Кредитная организация обязана убедиться в том, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, а не от третьего лица, имеющего доступ к персональным данным и средствам аутентификации заёмщика. При наличии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о том, что договор заключён вопреки воле и интересам заёмщика, договор должен быть признан недействительным.

B. Развёрнутое обоснование

1. Понятие сделки и договора как волеизъявления

СКГД ВС РФ указала, что в соответствии со статьёй 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Согласно пункту 50 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьёй 420 ГК РФ договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменения или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1). К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ГК РФ (пункт 2).

Вывод СКГД: Наличие волеизъявления — это необходимый элемент сделки. Формальное соблюдение процедуры подписания не может заменить проверку того, что волеизъявление исходит от надлежащего лица.

2. Требования к форме и заключению кредитного договора

Согласно пункту 1 статьи 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею.

В силу статьи 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключён в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечёт недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" заключению договора должно предшествовать обращение заёмщика с заявлением о предоставлении кредита. В соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключённым, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона.

Вывод СКГД: Письменная форма кредитного договора — это не просто формальность, а необходимое условие его действительности. При дистанционном заключении договора письменная форма может быть соблюдена с использованием электронной подписи, однако это не освобождает кредитную организацию от обязанности убедиться в том, что волеизъявление исходит от надлежащего лица.

3. Распределение бремени доказывания

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вывод СКГД: Кредитная организация, требующая взыскания задолженности по кредитному договору, должна доказать, что договор заключён надлежащим лицом (самим заёмщиком). Истец (потребитель), оспаривающий договор, должен доказать, что договор заключён вопреки его воле. Однако при наличии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несанкционированном заключении договора, бремя доказывания того, что договор заключён надлежащим лицом, переходит на кредитную организацию.

4. Анализ фактических обстоятельств дела

СКГД ВС РФ провела детальный анализ установленных судами обстоятельств:

Временной промежуток операций: - 27 апреля 2022 г. в 16.45:31 осуществлён вход в систему «ВТБ-Онлайн» и инициирована процедура восстановления пароля - в 16.45:32 поступило СМС-сообщение с кодом для смены пароля - в 16.58:12 произведён анализ операции системой предотвращения мошенничества - в 16.58:52 выпущена цифровая кредитная карта - в 16.58:53 подтверждён выпуск цифровой кредитной карты - в 17.04:27 осуществлён перевод денежных средств

Вывод: Все названные операции заняли менее 20 минут, что свидетельствует о скоординированных действиях третьего лица.

Подключение услуги переадресации СМС: Согласно ответу ООО «Т2 Мобайл» на судебный запрос, услуга «Переадресация СМС» подключена на номер телефона истца +7 [номер] на номер +7 [номер] с использованием личного кабинета. Подключение произведено 27 апреля 2022 г. в 16.38:31 (за 7 минут до восстановления пароля в приложении). Отключение выполнено 28 апреля 2022 г. в 16.22:17.

Вывод: При включённой услуге «Переадресация СМС» любое входящее СМС-сообщение не доставляется до адресата и направляется на номер, настроенный для переадресации. Это означает, что третье лицо получило доступ к СМС-кодам, направляемым банком.

Обращение истца в органы восстановления доступа: В этот же день 27 апреля 2022 г. Алтухова Л.А. обратилась в АУ «МФЦ» с заявлением о восстановлении доступа к интернет-порталу «Госуслуги», что свидетельствует о том, что она осознавала несанкционированный доступ к её персональным данным.

Возбуждение уголовного дела: Согласно ответу СУ МВД России по г. Воронежу, уголовное дело возбуждено по заявлению Алтуховой Л.А. 8 мая 2022 г. по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 158 УК РФ (кража с использованием средств связи). 8 августа 2022 г. принято решение о приостановлении уголовного дела в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. 1 сентября 2023 г. постановление о приостановлении отменено, расследование продолжается.

Вывод СКГД: Совокупность этих обстоятельств свидетельствует о том, что истец не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора. Договор заключён не истцом, вопреки её воле и её интересам.

5. Критика позиции апелляционного суда

СКГД ВС РФ указала, что апелляционный суд исходил только из формального соблюдения порядка подписания договора и не убедился в том, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица. Доводы апелляционного суда о том, что: - истец подала заявку на получение кредита - истец ознакомилась с общими и индивидуальными условиями договора - истец подписала договор аналогом собственноручной подписи

не соответствуют обстоятельствам дела и сделаны без учёта норм материального права о волеизъявлении и сделке.

Кассационный суд общей юрисдикции не обратил внимание на допущенные апелляционным судом нарушения.

6. Обязанность кредитной организации при дистанционном заключении договора

СКГД ВС РФ подчеркнула, что Банк, исходя только из формального соблюдения порядка подписания договора, не убедился в том, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица. Это означает, что кредитная организация несёт обязанность проверить не только формальное соблюдение процедуры, но и убедиться в том, что действия совершены самим заёмщиком, а не третьим лицом.

Вывод: При дистанционном заключении договора кредитная организация должна применять повышенные стандарты проверки, особенно при наличии признаков несанкционированного доступа к персональным данным и средствам аутентификации заёмщика.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибки апелляционного суда (Воронежский областной суд)

1. Существенное нарушение норм материального права — неправильное толкование понятия "волеизъявление": - Апелляционный суд исходил из того, что направление СМС-кодов с телефонного номера истца является "безусловным доказательством" заключения договора именно Алтуховой Л.А. - Это противоречит статьям 153, 420 ГК РФ и пункту 50 Постановления Пленума ВС РФ № 25, согласно которым сделка — это волеизъявление, а не просто формальное соблюдение процедуры. - Апелляционный суд не учёл, что волеизъявление должно исходить от надлежащего лица, а не от третьего лица, имеющего доступ к персональным данным.

2. Существенное нарушение норм материального права — неправильное распределение бремени доказывания: - Апелляционный суд возложил на истца (потребителя) обязанность доказать, что договор заключён вопреки её воле, вместо того чтобы возложить на Банк обязанность доказать, что договор заключён надлежащим лицом. - При наличии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несанкционированном заключении договора (подключение услуги переадресации СМС, восстановление пароля, скоординированные действия в течение менее 20 минут, обращение истца в органы восстановления доступа, возбуждение уголовного дела), бремя доказывания должно было перейти на Банк.

3. Существенное нарушение норм материального права — игнорирование совокупности обстоятельств: - Апелляционный суд оставил без внимания следующие обстоятельства:

   • подключение услуги «Переадресация СМС» на номер телефона истца в 16.38:31 (за 7 минут до восстановления пароля)
   • восстановление пароля в приложении в 16.45:31
   • получение СМС-кода в 16.45:32
   • выпуск цифровой кредитной карты в 16.58:52
   • перевод денежных средств в 17.04:27
   • обращение истца в АУ «МФЦ» в тот же день с заявлением о восстановлении доступа к интернет-порталу «Госуслуги»
   • возбуждение уголовного дела по признакам кражи с использованием средств связи
   • Эти обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что договор заключён третьим лицом вопреки воле истца.

4. Существенное нарушение норм материального права — неправильное применение принципа добросовестности: - Апелляционный суд не учёл, что кредитная организация обязана действовать добросовестно и разумно при заключении договора дистанционным способом, особенно при наличии признаков несанкционированного доступа. - Банк не убедился в том, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, что противоречит принципу добросовестности, закреплённому в статье 1 ГК РФ.

Ошибки кассационного суда (Первый кассационный суд общей юрисдикции)

1. Существенное нарушение норм процессуального права — неправильное применение стандарта кассационного пересмотра: - Кассационный суд не обратил внимание на допущенные апелляционным судом существенные нарушения норм материального права. - В соответствии со статьёй 390.14 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела. - Кассационный суд должен был выявить и исправить ошибки апелляционного суда, но вместо этого согласился с его выводами.

2. Существенное нарушение норм материального права — воспроизведение ошибок апелляционного суда: - Кассационный суд воспроизвел все ошибки апелляционного суда, не проведя самостоятельного анализа материального права и фактических обстоятельств дела.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКГД ВС РФ:

1. Отменены: - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 27 июня 2024 года - Определение судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 декабря 2024 г.

2. Оставлено в силе: - Решение Левобережного районного суда г. Воронежа от 29 марта 2024 г.

Правовые основания: - Статья 390.14 ГПК РФ — основания для отмены судебных постановлений в кассационном порядке - Статья 390.15 ГПК РФ — порядок рассмотрения кассационной жалобы (пункт 4 части 1 — оставление решения суда первой инстанции в силе при отмене апелляционного определения) - Статьи 390.14, 390.15, 390.16 ГПК РФ — процессуальные основания для принятия определения

Судебные акты не направлены на новое рассмотрение, так как суд первой инстанции правильно разрешил спор и не допустил нарушений норм материального и процессуального права.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД ВС РФ устанавливает чёткий стандарт для судов общей юрисдикции при рассмотрении споров о признании кредитных договоров недействительными, заключённых дистанционным способом:

• Формальное соблюдение процедуры подписания договора (введение корректного кода, полученного по СМС) не является безусловным доказательством того, что договор заключён самим заёмщиком.
• Суды должны проводить комплексный анализ совокупности обстоятельств, включая временной промежуток между операциями, наличие признаков несанкционированного доступа к персональным данным, действия заёмщика по восстановлению доступа к своим учётным записям, возбуждение уголовного дела.
• При наличии таких обстоятельств суды должны признавать договор недействительным, даже если формально соблюдена процедура подписания.

2. Защита какой стороны усиливается

Определение усиливает защиту потребителей кредитных услуг, особенно в случаях несанкционированного заключения договоров дистанционным способом:

• Потребитель больше не обязан доказывать, что договор заключён вопреки его воле, если он предоставит совокупность обстоятельств, свидетельствующих о несанкционированном доступе.
• Кредитная организация обязана доказать, что договор заключён надлежащим лицом, и не может ограничиваться формальным соблюдением процедуры подписания.
• Потребитель защищён от необоснованного взыскания задолженности по договорам, заключённым третьими лицами.

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ и обзорами практики

Определение СКГД ВС РФ согласуется с ранее сформированными позициями:

• Постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 — о понятии сделки как волеизъявления
• Статьи 153, 420 ГК РФ — о волевом характере сделок и договоров
• Статья 1 ГК РФ — о принципе добросовестности при осуществлении гражданских прав
• Федеральный закон от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" — о требованиях к заключению договоров потребительского кредита

Определение развивает эти позиции в контексте дистанционного заключения договоров и защиты потребителей от мошенничества.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение устанавливает новый стандарт доказывания при дистанционном заключении договоров:

• Кредитная организация обязана доказать, что договор заключён надлежащим лицом (самим заёмщиком), а не просто предоставить доказательства формального соблюдения процедуры подписания.
• **При на