ВС РФ: SMS-код не доказывает волю заёмщика на кредитный договор

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № 14-КГ25-5-К1; Определение СКГД ВС РФ от 29 апреля 2025 г.

Состав СКГД: - Председательствующий: Асташов С.В. - Судьи: Киселёв А.П., Кротов М.В. (докладчик)

Стороны: - Истец: Чернова Наталья Владимировна (гражданин, потребитель) - Ответчик: публичное акционерное общество «Банк ВТБ» (кредитная организация)

Категория спора: договорный (кредитный договор); защита прав потребителя; деликтный элемент (мошеннические действия третьих лиц)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца:

Чернова Н.В. обратилась в суд с иском о признании кредитного договора недействительным. Истец ссылалась на то, что 9 августа 2022 г. неустановленным лицом, имеющим доступ к её персональным данным, от её имени дистанционным способом заключён кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ» на сумму 52 000 рублей под 39,9% годовых. Истец подчеркнула, что договор она не заключала и денежные средства не получала. Договор был подписан с использованием простой электронной подписи (SMS-кода). 9 августа 2022 г. истец подала в филиал Банка заявление о мошеннических действиях, указав на несанкционированный доступ к её расчётному счёту и персональным данным. 12 августа 2022 г. по данному факту возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (мошенничество), истец признана потерпевшей.

Возражения ответчика:

Банк возражал против удовлетворения иска, настаивая на том, что направление SMS-кодов с телефонного номера истца является аналогом собственноручной подписи и безусловным доказательством заключения кредитного договора именно Черновой Н.В.

Решение первой инстанции (21 февраля 2024 г.):

Центральный районный суд г. Воронежа удовлетворил иск. Суд исходил из того, что Банком не доказан факт заключения кредитного договора именно Черновой Н.В., а также что кредитные средства были предоставлены именно ей. Суд указал, что введение с телефонного номера истца одноразовых SMS-кодов не доказывает совершение этих операций Черновой Н.В., и что Банк не подтвердил предоставление заёмщику проекта договора с общими и индивидуальными условиями кредита. Суд первой инстанции отметил, что моментальное перечисление денежных средств на счёт неустановленного лица, незамедлительное обращение истца в Банк с требованием остановить операции, проволочка Банка в исполнении этих требований свидетельствуют об отсутствии волеизъявления истца на заключение договора и неосмотрительности Банка.

Постановление апелляции (6 июня 2024 г.):

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда отменило решение суда первой инстанции и приняло новое решение об отказе в иске. Апелляционный суд сослался на то, что направление SMS-кодов с телефонного номера истца является аналогом собственноручной подписи и безусловным доказательством заключения кредитного договора именно Черновой Н.В.

Постановление кассации (16 октября 2024 г.):

Определение судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции оставило апелляционное определение без изменения, согласившись с выводами апелляционного суда.

Обращение в ВС РФ:

Чернова Н.В. подала кассационную жалобу на апелляционное определение и определение кассационного суда. Определением судьи ВС РФ Горшкова В.В. от 25 марта 2025 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании СКГД ВС РФ.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Спор возник между интересом потребителя (истца) в защите от несанкционированного заключения договора и позицией кредитной организации (ответчика), которая рассматривает использование SMS-кода как достаточное доказательство волеизъявления заёмщика. Конфликт лежит в плоскости толкования того, что следует считать надлежащим доказательством заключения договора в условиях дистанционного банковского обслуживания и какие требования к процедуре заключения кредитного договора должны быть соблюдены кредитной организацией.

Категория проблемы: материально-правовая (определение содержания волеизъявления при заключении договора, требования к форме и процедуре заключения кредитного договора) с элементами процессуально-правовой (распределение бремени доказывания между сторонами).

Причина передачи на коллегию:

Дело передано на коллегию в связи с существенными нарушениями норм материального права, допущенными судами апелляционной и кассационной инстанций, которые повлияли на исход дела и требовали единообразного толкования применимых норм права.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Является ли направление SMS-кода с телефонного номера заёмщика безусловным доказательством того, что кредитный договор заключён именно этим лицом, и может ли это рассматриваться как аналог собственноручной подписи?

2. Какие требования к процедуре заключения кредитного договора (в том числе потребительского кредита) должны быть соблюдены кредитной организацией, и на ком лежит бремя доказывания соблюдения этих требований?

3. Может ли отсутствие доказательств предоставления заёмщику проекта договора с общими и индивидуальными условиями кредита служить основанием для признания договора недействительным?

4. Как должны оцениваться обстоятельства дела (скорость совершения операций, незамедлительное обращение истца в Банк с требованием остановить операции, перевод денежных средств третьему лицу) при определении наличия волеизъявления на заключение договора?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала жалобу подлежащей удовлетворению и установила, что выводы судов апелляционной и кассационной инстанций сделаны с существенными нарушениями норм материального права. Суд ВС РФ исходил из того, что направление SMS-кодов с телефонного номера истца не является безусловным доказательством заключения кредитного договора именно Черновой Н.В., поскольку сделка требует наличия волеизъявления, а использование SMS-кода может быть результатом несанкционированного доступа третьего лица к персональным данным и средствам аутентификации истца. Суд ВС РФ отменил апелляционное определение и определение кассационного суда, оставив в силе решение суда первой инстанции.

B. Развёрнутое обоснование

1. Волевой характер сделки как обязательный элемент договора

Согласно ст. 420 ГК РФ договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1). К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 ГК РФ (п. 2).

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Суд ВС РФ сослался на п. 50 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменения или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, наличие волеизъявления — это не просто формальный элемент, а сущностная характеристика сделки.

2. Требования к форме и процедуре заключения кредитного договора

Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею.

В силу ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключён в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечёт недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Суд ВС РФ подчеркнул, что в соответствии с п. 2 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» заключению договора должно предшествовать обращение заёмщика с заявлением о предоставлении кредита. В соответствии с п. 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключённым, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч. 9 ст. 5 данного федерального закона.

Таким образом, закон устанавливает чёткую процедуру: сначала должно быть обращение заёмщика, затем — согласие по всем условиям договора. Суд ВС РФ отметил, что Банк не подтвердил предоставление истцу проекта договора с общими и индивидуальными условиями кредита, что является существенным нарушением требований закона.

3. Распределение бремени доказывания

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд ВС РФ подчеркнул, что именно на Банке лежит бремя доказывания того, что договор был надлежащим образом заключён, то есть что: - истец подал заявление о предоставлении кредита; - истец был ознакомлен с общими и индивидуальными условиями договора; - истец дал согласие на все условия договора; - денежные средства были предоставлены именно истцу.

4. Критическая оценка использования SMS-кода как доказательства волеизъявления

Суд ВС РФ установил следующие временные параметры совершённых операций: - 15:44:17 — вход в систему «ВТБ-Онлайн» с телефонного номера истца; - 15:45:45 — направление сообщения об одобрении заявки на выпуск кредитной карты; - 15:47:23 — направление SMS-кода для подписания кредитного договора; - 15:49:53 — перечисление денежных средств на другой счёт Черновой Н.В.; - 15:58:21 — перевод денежных средств третьему лицу; - 17:06:41 — регистрация обращения истца с требованием остановить операции.

Суд ВС РФ указал, что все названные операции заняли менее 5 минут, что не соответствует обычному поведению заёмщика при заключении кредитного договора. Суд отметил, что доводы апелляционного суда о подаче истцом заявки на получение кредита, ознакомлении её с общими и индивидуальными условиями договора, о подписании договора аналогом собственноручной подписи не соответствуют обстоятельствам дела и сделаны без учёта приведённых выше норм материального права.

Таким образом, суд ВС РФ установил, что использование SMS-кода не может рассматриваться как безусловное доказательство волеизъявления истца, особенно в условиях, когда: - доступ к телефонному номеру и системе «ВТБ-Онлайн» был получен неустановленным лицом; - операции совершены в экстремально короткий промежуток времени; - денежные средства немедленно переведены третьему лицу; - истец незамедлительно обратился в Банк с требованием остановить операции.

5. Оценка совокупности обстоятельств

Суд ВС РФ подчеркнул, что при оценке доказательств необходимо учитывать совокупность обстоятельств: - моментальное перечисление денежных средств на счёт неустановленного лица; - незамедлительное обращение истца в Банк с требованием остановить операции; - проволочка Банка в исполнении этих требований; - возбуждение уголовного дела по признакам мошенничества (ч. 2 ст. 159 УК РФ); - признание истца потерпевшей.

Все эти обстоятельства свидетельствуют об отсутствии волеизъявления истца на заключение договора и о неосмотрительности Банка в совершении этих операций.

6. Существенные нарушения норм материального права судами апелляционной и кассационной инстанций

Суд ВС РФ установил, что апелляционный суд и кассационный суд допустили существенные нарушения норм материального права в смысле ст. 390.14 ГПК РФ. Эти нарушения заключались в: - игнорировании требования о наличии волеизъявления как обязательного элемента сделки; - неправильном толковании значения SMS-кода как безусловного доказательства заключения договора; - игнорировании требований Федерального закона № 353-ФЗ о необходимости предоставления заёмщику проекта договора и согласия на все условия; - неправильной оценке совокупности обстоятельств дела.

Суд ВС РФ отметил, что кассационный суд не обратил внимание на допущенные апелляционным судом нарушения.

7. Правильность решения суда первой инстанции

Суд ВС РФ признал, что суд первой инстанции при рассмотрении дела правильно разрешил спор, не допустил нарушений норм материального и процессуального права. Суд первой инстанции правильно применил нормы ГК РФ и Федерального закона № 353-ФЗ, правильно оценил доказательства и пришёл к обоснованному выводу об отсутствии волеизъявления истца на заключение договора.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Ошибки апелляционного суда (Воронежский областной суд)

1. Неправильное толкование значения SMS-кода: Апелляционный суд рассматривал направление SMS-кодов с телефонного номера истца как аналог собственноручной подписи и безусловное доказательство заключения кредитного договора. Это толкование противоречит ст. 153 и 420 ГК РФ, которые требуют наличия волеизъявления как сущностного элемента сделки. SMS-код — это лишь технический инструмент аутентификации, который может быть использован как самим заёмщиком, так и третьим лицом, получившим несанкционированный доступ к телефонному номеру и системе онлайн-банкинга.

2. Игнорирование требований Федерального закона № 353-ФЗ: Апелляционный суд не учёл, что в соответствии с п. 2 ст. 7 и п. 6 ст. 7 этого закона договор потребительского кредита считается заключённым только если между сторонами достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора. Апелляционный суд не потребовал от Банка доказательств того, что истец был ознакомлен с проектом договора и дал согласие на его условия.

3. Неправильная оценка доказательств: Апелляционный суд не учёл совокупность обстоятельств, которые явно указывают на несанкционированный характер операций: экстремально короткий промежуток времени (менее 5 минут), немедленный перевод денежных средств третьему лицу, незамедлительное обращение истца в Банк с требованием остановить операции, возбуждение уголовного дела по признакам мошенничества.

4. Нарушение ст. 56 ГПК РФ: Апелляционный суд не потребовал от Банка надлежащего доказывания того, что договор был заключён в соответствии с требованиями закона. Вместо этого суд переложил бремя доказывания на истца, требуя от неё доказательств того, что она не заключала договор.

Ошибки кассационного суда (Первый кассационный суд общей юрисдикции)

1. Некритическое восприятие апелляционного определения: Кассационный суд оставил апелляционное определение без изменения, не обратив внимание на допущенные апелляционным судом существенные нарушения норм материального права. Это нарушает требование ст. 390.14 ГПК РФ о том, что основаниями для отмены судебных постановлений являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела.

2. Отсутствие самостоятельного анализа: Кассационный суд не провёл самостоятельного анализа применимых норм материального права (ст. 153, 420, 819, 820 ГК РФ, Федерального закона № 353-ФЗ) и не переоценил доказательства в свете этих норм.

3. Игнорирование принципа защиты потребителя: Кассационный суд не учёл, что истец является потребителем в смысле Федерального закона № 353-ФЗ, и что закон устанавливает повышенные требования к процедуре заключения договора потребительского кредита именно для защиты потребителей от несанкционированного заключения договоров.

Характер нарушений в смысле ст. 390.14 ГПК РФ

Допущенные нарушения являются существенными в смысле ст. 390.14 ГПК РФ, поскольку они: - непосредственно касаются применения норм материального права (ст. 153, 420, 819, 820 ГК РФ, Федерального закона № 353-ФЗ); - повлияли на исход дела (привели к отмене решения суда первой инстанции и отказу в иске); - без их устранения невозможна защита нарушенных прав истца (права на защиту от несанкционированного заключения договора и от мошеннических действий третьих лиц); - касаются толкования и применения закона, что требует единообразного применения норм права на всей территории Российской Федерации.

ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ

Данное определение СКГД ВС РФ имеет важное значение для адвокатской практики:

1. Защита потребителей от несанкционированного заключения кредитных договоров: Определение устанавливает, что использование SMS-кода не является безусловным доказательством волеизъявления заёмщика и что кредитная организация должна доказать надлежащее заключение договора в соответствии с требованиями закона.

2. Распределение бремени доказывания: Определение подтверждает, что бремя доказывания надлежащего заключения договора лежит на кредитной организации, а не на потребителе.

3. Значение совокупности обстоятельств: Определение показывает, что при оценке доказательств необходимо учитывать совокупность обстоятельств, включая скорость совершения операций, характер перевода денежных средств, поведение истца после совершения операций.

4. Защита от мошенничества: Определение подчёркивает связь между гражданским спором и уголовным делом о мошенничестве, указывая на то, что возбуждение уголовного дела и признание истца потерпевшей являются важными обстоятельствами при оценке доказательств в гражданском деле.