ВС РФ подтвердил право на досрочную пенсию только для работников учреждений здравоохранения

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата: Дело № АКПИ26-14, решение от 18 марта 2026 г.

Инстанция: Верховный Суд Российской Федерации (первая инстанция по административному исковому заявлению о признании нормативного правового акта недействующим)

Состав суда: - Председательствующий: судья ВС РФ Кириллов В.С. (судья-докладчик) - Судьи: Бугаков О.А., Корнелюк Е.С. - Секретарь: Вознесенская Н.Г. - Прокурор: Слободина С.А. (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны: - Административный истец: Логунов Сергей Владимирович, индивидуальный предприниматель, основной вид деятельности — стоматологическая практика - Административный ответчик: Правительство Российской Федерации (представлено Министерством труда и социальной защиты РФ)

Категория спора: Глава 21 КАС РФ — оспаривание нормативного правового акта (НПА)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований:

Логунов С.В. обратился в Верховный Суд РФ с административным исковым заявлением о признании частично недействующим Списка должностей и учреждений, утверждённого постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781 (далее — Список). Оспариваемая часть — указание на организационно-правовую форму юридических лиц как «учреждение».

Истец требовал признать Список недействующим в части ограничения права на досрочное назначение страховой пенсии по старости только работниками учреждений здравоохранения, исключив из этого перечня индивидуальных предпринимателей, осуществляющих лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения.

Позиция административного истца:

Логунов С.В. утверждал, что: - Список в оспариваемой части не соответствует статьям 2 и 3 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» - Ограничение по организационно-правовой форме ущемляет его право на досрочное назначение страховой пенсии по старости как лица, осуществляющего лечебную деятельность в качестве индивидуального предпринимателя - Дифференциация по форме собственности и организационно-правовой форме нарушает принцип равенства перед законом

Позиция административного ответчика:

Министерство труда и социальной защиты РФ в письменных возражениях указало, что: - Список утверждён в пределах полномочий Правительства РФ - Акт соответствует действующему законодательству - Права административного истца не нарушены

Процессуальная история:

Административный истец в судебное заседание не явился, хотя был извещён надлежащим образом. Представитель Правительства РФ Кириллова М.В. возражала против удовлетворения иска. Прокурор Генеральной прокуратуры РФ Слободина С.А. полагал необходимым отказать в удовлетворении заявленного требования.

Решение суда:

Верховный Суд РФ отказал в удовлетворении административного иска.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Дело затрагивает фундаментальный конфликт между:

1. Публичным интересом — обеспечение справедливого и дифференцированного пенсионного обеспечения лиц, занятых в условиях повышенных психофизиологических нагрузок, с учётом специфики организации труда в учреждениях здравоохранения

2. Правами гражданина — право на досрочное пенсионное обеспечение независимо от организационно-правовой формы работодателя и статуса (наёмный работник или индивидуальный предприниматель)

Центральная проблема: может ли законодатель и уполномоченный им Правительство РФ ограничивать право на досрочное пенсионное обеспечение по критерию организационно-правовой формы учреждения, если лицо осуществляет идентичную по содержанию лечебную деятельность?

Это требует толкования: - Материального права: соотношение между общим правом на пенсионное обеспечение (ч. 1 ст. 39 Конституции РФ) и специальным правом на досрочное пенсионное обеспечение (ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях») - Принципа равенства: допустимость дифференциации по организационно-правовой форме как объективного критерия - Компетенции органов власти: пределы делегирования Правительству РФ полномочий по конкретизации условий досрочного пенсионного обеспечения

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Соответствует ли постановлению Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781 (Список) федеральным законам, имеющим большую юридическую силу, в части ограничения права на досрочное пенсионное обеспечение только работниками учреждений здравоохранения, исключая индивидуальных предпринимателей?

2. Нарушает ли ограничение по организационно-правовой форме конституционный принцип равенства всех перед законом при реализации права на пенсионное обеспечение?

3. Применимы ли к определению условий досрочного пенсионного обеспечения медицинских работников положения Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»?

4. Находится ли Правительство РФ в пределах своей компетенции, утверждая Список в качестве конкретизирующего акта, когда федеральный законодатель не определил критерии составления такого списка?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ отклонил доводы истца, признав, что Список издан Правительством РФ в пределах предоставленной ему компетенции, соответствует федеральному законодательству и не нарушает конституционный принцип равенства. Дифференциация по организационно-правовой форме учреждения основана на объективных критериях (условия, режим и интенсивность работы) и отражает различия в организации труда между наёмными работниками учреждений и индивидуальными предпринимателями, что не может рассматриваться как дискриминация.

B. Развёрнутое обоснование

1. Компетенция Правительства РФ и полномочия по утверждению списков

Суд установил, что полномочия Правительства РФ на момент принятия оспариваемого акта определялись Федеральным конституционным законом от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации», который закреплял, что Правительство издаёт постановления и распоряжения на основании и во исполнение Конституции РФ, федеральных конституционных законов и федеральных законов. Аналогичные положения содержатся в статье 5 Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ.

Вывод суда: Оспариваемый НПА издан Правительством РФ во исполнение возложенных на него федеральным законодателем полномочий в пределах предоставленной компетенции. Порядок принятия и опубликования соблюдён (опубликовано в Собрании законодательства РФ 4 ноября 2002 г., № 44, ст. 4393 и в «Российской газете» 6 ноября 2002 г., № 212).

2. Нормативная база: пенсионное законодательство

Суд указал на преемственность правового регулирования:

• Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (действовал до 1 января 2015 г.): в пункте 2 статьи 27 предусматривалось, что списки работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учётом которых трудовая пенсия по старости назначается досрочно, утверждаются Правительством РФ

• Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (вступил в силу 1 января 2015 г.): со дня вступления в силу предыдущий закон не применяется, за исключением норм об исчислении размера пенсий. Аналогичное правовое регулирование предусмотрено частью 2 статьи 30 ФЗ «О страховых пенсиях»

• Пункт 20 части 1 статьи 30 ФЗ «О страховых пенсиях»: страховая пенсия по старости назначается досрочно лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и посёлках городского типа и не менее 30 лет в городах, независимо от возраста

• Постановление Правительства РФ от 16 июля 2014 г. № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учётом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости...» — применяет Список при определении стажа на соответствующих видах работ

Вывод суда: Законодатель делегировал Правительству РФ право утверждать соответствующие списки, однако критерии, в соответствии с которыми составляются данные списки, в законе не определил и передал решение этого вопроса фактически на усмотрение Правительства.

3. Функция Списка: конкретизация неопределённых понятий

Суд признал, что Список конкретизирует применительно к пенсионному обеспечению не раскрытые в пенсионном законодательстве понятия: - «лечебная и иная деятельность по охране здоровья населения» - «учреждение здравоохранения»

Эта конкретизация направлена на реализацию механизма предоставления права на досрочное пенсионное обеспечение по старости.

Структура Списка: - Раздел «Наименование должностей»: врачи-специалисты всех наименований и средний медицинский персонал (по перечню) - Раздел «Наименование учреждений»: определённые учреждения и их структурные подразделения (амбулатория, поликлиника, стационар и др.) - Условие: периоды работы засчитываются начиная с 1 ноября 1999 г. при условии выполнения в объёме полной ставки в режиме нормальной или сокращённой продолжительности рабочего времени

4. Критерий дифференциации: организационно-правовая форма как отражение условий труда

Ключевой вывод суда:

Список определяет единственную организационно-правовую форму — учреждение, занятость в котором даёт медицинским работникам право на досрочное пенсионное обеспечение. При этом форма собственности (государственная, муниципальная или частная) и ведомственная подчинённость значения не имеют.

Обоснование дифференциации:

В основе дифференциации лежит оценка характера труда, функциональных обязанностей лиц, работающих на одних и тех же должностях, но в различных по профилю и задачам деятельности учреждениях и организациях.

Суд подчеркнул, что: - Осуществляемая индивидуальными предпринимателями профессиональная деятельность организуется ими по своему усмотрению - Она не охватывается требованиями действующего законодательства, предъявляемыми к продолжительности и интенсивности работы в тех или иных должностях - Выполняемая ими деятельность существенно отличается от жёстко регламентируемой деятельности работников учреждений здравоохранения

5. Соответствие конституционному принципу равенства

Суд отклонил доводы о нарушении принципа равенства, ссылаясь на определение Конституционного Суда РФ от 24 декабря 2013 г. № 2064-О:

«Установленные законодателем различия в условиях досрочного пенсионного обеспечения по старости, основанные на таких объективных критериях, как условия, режим и интенсивность работы, не могут рассматриваться как нарушающие конституционный принцип равенства при реализации права на пенсионное обеспечение, гарантированного частью 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации»

Логика суда:

Федеральный законодатель, устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий, связывает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости не с любой работой в конкретной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с: - неблагоприятным воздействием различного рода факторов - повышенными психофизиологическими нагрузками - спецификой и характером труда

Такое правовое регулирование учитывает не только специфику профессиональной деятельности, но и особенности функционирования учреждений здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий и выполнение определённой нагрузки. Это само по себе не может расцениваться как нарушение принципа равенства и ограничение прав граждан на пенсионное обеспечение.

6. Отклонение доводов о противоречии ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан»

Суд признал утверждения истца о противоречии Списка статьям 2 и 3 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права.

Обоснование:

Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» имеет иной предмет правового регулирования и не подлежит применению при определении условий предоставления медицинским работникам права на досрочное пенсионное обеспечение, которое регулируется специальным пенсионным законодательством.

7. Оценка доводов истца как несогласия с действующим правовым регулированием

Суд заключил, что доводы административного истца фактически сводятся к: - несогласию с действующим правовым регулированием - отстаиванию позиции о внесении целесообразных, с его точки зрения, изменений в действующее законодательство

Такие доводы не могут служить правовым основанием для удовлетворения иска.

8. Применённые нормы КАС РФ

Суд применил пункт 2 части 2 статьи 215 КАС РФ, предусматривающий отказ в удовлетворении административного иска, если оспариваемый НПА не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

В данном случае это первая инстанция в ВС РФ, поэтому оценка ошибок нижестоящих судов отсутствует. Однако суд ссылается на вступившие в законную силу решения ВС РФ: - от 2 марта 2009 г. № ГКПИ09-51 - от 12 апреля 2017 г. № АКПИ17-40

которые ранее установили, что Список издан в пределах полномочий Правительства РФ и соответствует действующему законодательству.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение суда:

В удовлетворении административного иска Логунова Сергея Владимировича о признании частично недействующего Списка должностей и учреждений, утверждённого постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781, отказано.

Процессуальные последствия:

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда РФ в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Усиление гарантий публичной власти при реализации делегированных полномочий

Решение подтверждает, что Правительство РФ, получив от законодателя полномочие на утверждение списков работ и учреждений для целей досрочного пенсионного обеспечения, имеет право на усмотрение при определении критериев такого списка, если законодатель эти критерии не установил. Это усиливает стабильность нормативного регулирования в сфере пенсионного обеспечения и предотвращает судебное вмешательство в политику Правительства.

2. Стандарт дифференциации в пенсионном праве: объективные критерии

Суд установил, что дифференциация по организационно-правовой форме учреждения допустима, если она основана на объективных критериях, отражающих реальные различия в условиях, режиме и интенсивности труда. Это создаёт стандарт для оценки других дифференцирующих критериев в пенсионном праве и смежных областях социального обеспечения.

3. Разграничение предметов правового регулирования

Решение чётко разграничивает: - Общее законодательство об охране здоровья (ФЗ № 323-ФЗ) — регулирует организацию медицинской помощи, права и обязанности медицинских работников в процессе оказания помощи - Специальное пенсионное законодательство (ФЗ № 400-ФЗ) — регулирует условия и размеры пенсионного обеспечения

Это разграничение предотвращает неправомерное применение норм общего законодательства к специальным отношениям и подтверждает принцип lex specialis derogat legi generali.

4. Конституционная гарантия пенсионного обеспечения и её пределы

Решение уточняет соотношение между: - Конституционным правом на пенсионное обеспечение (ч. 1 ст. 39 Конституции РФ) — общее право, гарантированное всем - Специальным правом на досрочное пенсионное обеспечение — дифференцированное право, предоставляемое законодателем определённым категориям граждан на основе объективных критериев

Это подтверждает, что конституционное право на пенсионное обеспечение не исключает возможность законодателя устанавливать различные условия для различных категорий граждан.

5. Применение в смежных категориях публично-правовых споров

Позиция ВС РФ применима к:

а) Оспариванию других списков и перечней: - Списки профессий и должностей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение - Перечни видов работ, дающих право на специальный трудовой стаж - Списки учреждений, в которых работа засчитывается в специальный стаж

б) Дифференциации в социальном обеспечении: - Установление различных условий для получения пособий в зависимости от организационно-правовой формы работодателя - Дифференциация в страховых взносах и налогообложении в зависимости от статуса работника (наёмный работник vs. индивидуальный предприниматель)

в) Контролю над делегированными полномочиями: - Суды должны проверять, соответствует ли конкретизирующий акт Правительства РФ федеральному закону и конституционным принципам - Однако суды не должны подменять усмотрение Правительства своим усмотрением, если закон предоставил Правительству свободу выбора критериев

6. Ограничения судебного контроля над политикой Правительства

Решение подтверждает, что суд не может удовлетворить иск, основанный на несогласии истца с действующим правовым регулированием и пожеланиями внести в него изменения. Это отражает принцип разделения властей: судебная власть контролирует законность, а не целесообразность политических решений.

7. Значение для индивидуальных предпринимателей в медицинской сфере

Решение имеет практическое значение для индивидуальных предпринимателей, осуществляющих медицинскую деятельность (врачи, стоматологи, психологи и др.). Оно подтверждает, что их деятельность, хотя и идентична по содержанию деятельности наёмных работников, не подпадает под режим досрочного пенсионного обеспечения, предусмотренный для работников учреждений здравоохранения. Это создаёт стимул для индивидуальных предпринимателей либо переходить на статус наёмного работника, либо самостоятельно обеспечивать пенсионные накопления.

8. Связь с конституционными гарантиями и правовой определённостью

Решение подтверждает, что: - Право на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ) не означает право на удовлетворение иска, если он не имеет правовых оснований - Принцип законности требует, чтобы суд проверял соответствие НПА вышестоящим актам, но не требует переписывания закона в соответствии с пожеланиями истца - Правовая определённость требует стабильности нормативного регулирования, что достигается отказом в удовлетворении исков, направленных на изменение устоявшегося правового режима без достаточных оснований

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Решение ВС РФ по делу № АКПИ26-14 представляет собой важный прецедент в области контроля над нормативными правовыми актами Правительства РФ. Суд установил, что при наличии делегирования законодателем полномочий на утверждение списков и перечней Правительство РФ имеет право на усмотрение при определении критериев, если закон эти критерии не установил. Дифференциация по организационно-правовой форме учреждения, основанная на объективных различиях в условиях труда, не нарушает конституционный принцип равенства. Решение подтверждает разграничение между общим и специальным законодательством, а также ограничивает возможность судов переписывать действующее правовое регулирование на основе несогласия истца с его содержанием.