ВС РФ: договор может быть заключен конклюдентными действиями, даже без подписи

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: А14-22953/2022; № 310-ЭС24-20342

Дата принятия: 6 февраля 2025 г. (резолютивная часть объявлена 23 января 2025 г.)

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Попов В.В. - Судьи: Хатыпова Р.А. (судья-докладчик), Чучунова Н.С. - Секретарь судебного заседания: Кунаков В.В.

Стороны спора: - Истец (кассант): индивидуальный предприниматель Артеменко Ростислав Игоревич (лицензиат) - Ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Фамильные пекарни» (лицензиар)

Категория спора: договорный спор о взыскании задолженности по лицензионному договору (роялти и неустойка); спор о толковании и изменении условий договора посредством конклюдентных действий.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Общество (лицензиар) и Предприниматель (лицензиат) заключили лицензионный договор № 4/18 от 9 апреля 2018 г. на право использования коммерческого обозначения, ноу-хау и подключение к ERP-системе. Договор предусматривал выплату роялти в размере 4% от выручки (пункт 2.5), впоследствии измененного дополнительными соглашениями от 11 марта 2019 г. и 16 сентября 2019 г. на 3,5% и 3,1% соответственно. 31 марта 2020 г. Общество направило Предпринимателю по электронной почте договор в новой редакции (от 10 апреля 2020 г.) с дополнительным соглашением, в котором размер роялти зависел от количества открытых пекарен (от 3,9% до 2,3%). Договор не содержал подписи Общества. Начиная с 31 марта 2020 г. Общество выставляло счета в соответствии с новой редакцией договора (2,7%, затем 2,3%), которые Предприниматель оплачивал в течение двух лет без возражений. В октябре 2022 г. Предприниматель направил уведомление о расторжении договора. Общество обратилось в суд с требованием взыскать задолженность по роялти в размере 583 723 руб. 41 коп. и неустойку в размере 1 208 871 руб. 44 коп., ссылаясь на то, что договор в редакции от 10 апреля 2020 г. не был заключен (отсутствие подписи), и применяя условия дополнительного соглашения от 16 сентября 2019 г. (роялти 3,1%).

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Воронежской области (решение от 18 октября 2023 г.): Удовлетворил иск в части, взыскав с Предпринимателя 583 723 руб. 41 коп. задолженности по роялти и 241 774 руб. 30 коп. неустойки. Суд отклонил доводы Предпринимателя о заключении договора в новой редакции от 10 апреля 2020 г., указав на отсутствие подписи Общества и, как следствие, несоблюдение письменной формы. Суд признал действительными дополнительные соглашения от 15 июля 2019 г. и 16 сентября 2019 г., применив к ним условия о роялти в размере 3,1%.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (постановление от 14 марта 2024 г.): Оставил решение без изменения. Апелляционный суд поддержал вывод о том, что дополнительное соглашение от 10 апреля 2020 г. не подписано Обществом, из файла типа WORD невозможно установить волю Общества на его подписание, и соответствующего соглашения в порядке, предусмотренном пунктом 13.5 договора, оформлено не было. Отметил, что оплата по выставленным счетам была произведена в части.

Суд по интеллектуальным правам (постановление от 29 июля 2024 г.): Согласился с выводами нижестоящих судов. Дополнительно указал, что иные изменения стоимости истцом учтены в расчетах, в связи с чем аргументы ответчика о недобросовестном поведении истца нельзя признать убедительными.

Основание передачи в коллегию

Кассационная жалоба Предпринимателя, поданная в Верховный Суд Российской Федерации. Определением от 26 декабря 2024 г. судьи Хатыповой Р.А. жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС. Предприниматель ссылался на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права, просил отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор сосредоточен на конфликте между формальным подходом к заключению договора (требование подписи как условия соблюдения письменной формы) и субстанциальным подходом, основанным на конклюдентных действиях сторон (фактическое исполнение договора в течение длительного времени с молчаливым согласием обеих сторон).

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций, ограничившись констатацией отсутствия подписи Общества на договоре от 10 апреля 2020 г., не провели содержательный анализ поведения сторон, в частности: - того, что Общество в течение двух лет выставляла счета в соответствии с условиями новой редакции договора; - того, что Предприниматель оплачивал эти счета без возражений; - того, что Общество направляла акты, подписанные руководителем, отражающие роялти в соответствии с новой редакцией.

Это создало коллизию между формальным требованием письменной формы и принципом добросовестности, эстоппеля, а также правовым механизмом признания договора заключенным посредством конклюдентных действий (пункт 3 статьи 432 ГК РФ, пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

Дело имеет принципиальное значение для практики применения норм о заключении договоров в письменной форме, особенно в контексте лицензионных договоров, где существенным условием является размер вознаграждения, и для развития доктрины эстоппеля в российском гражданском праве.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли договор, не содержащий подписи одной из сторон, считаться заключенным в письменной форме, если стороны в течение длительного времени фактически исполняют его условия, направляя друг другу подписанные документы (счета, акты), отражающие согласованные условия?

2. Применяется ли принцип эстоппеля (недопустимость противоречивого поведения) к ситуации, когда лицензиар выставляет счета в соответствии с условиями договора в новой редакции, создавая обоснованные ожидания у лицензиата, а затем оспаривает заключенность этого договора?

3. Должны ли суды при оценке изменения условий договора, касающихся размера вознаграждения, принимать во внимание не только надлежащий характер оформления изменений, но и поведение сторон, направленное на подтверждение согласованных условий?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Договор может быть признан заключенным в письменной форме посредством совершения конклюдентных действий, если стороны в течение длительного времени фактически исполняют его условия, направляя друг другу подписанные документы, отражающие согласованные условия, и при этом отсутствуют возражения относительно содержания договоренностей. При оценке изменения условий договора, касающихся размера вознаграждения по лицензионному договору, суды должны исходить не только из формальных требований к оформлению изменений, но и из принципа добросовестности, включая механизм эстоппеля, который защищает добросовестную сторону, положившуюся на последовательное поведение контрагента.

B. Развёрнутое обоснование

1. Существенные условия договора и способы его заключения

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой форме достигнуто соглашение по всем его существенным условиям. Существенными являются условия о предмете договора, условия, названные в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно разъяснениям пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", соглашение сторон может быть достигнуто путем: - принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ); - совместной разработки и согласования условий договора в переговорах; - иным способом, в том числе когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

2. Конклюдентные действия как юридический факт и способ соблюдения письменной формы

Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 мая 2010 г. № 1404/10, от 8 февраля 2011 г. № 13970/10, от 5 февраля 2013 г. № 12444/12 последовательно указывали, что требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон и для предупреждения разногласий относительно исполнения договора. Однако если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует. Следовательно, в этом случае соответствующие условия спорного договора должны считаться согласованными сторонами, а договор — заключенным.

Пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 5 мая 1997 г. № 14 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров" изложил правовой подход о том, что совершение конклюдентных действий может рассматриваться при определенных условиях как согласие на внесение изменений в договор, заключенный в письменной форме.

Совершение конклюдентных действий является юридическим фактом, по своим последствиям равнозначным письменному волеизъявлению — согласию заключить, изменить или расторгнуть договор при определенных условиях. Действия состоят в полном или частичном выполнении условий, которые предложил контрагент.

Заключение договора посредством совершения конклюдентных действий также может признаваться соблюдением письменной формы, что прямо указано в пункте 3 статьи 434 ГК РФ: письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 ГК РФ (например, уплата соответствующей суммы).

3. Существенные условия лицензионного договора и порядок определения вознаграждения

К существенным условиям лицензионного договора относится, в частности, условие о размере вознаграждения, уплачиваемого лицензиатом лицензиару, либо о безвозмездном характере договора. В соответствии с пунктом 1 и пунктом 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона — обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. При этом лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по возмездному лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме. Кроме того, может быть предусмотрен не размер вознаграждения, а порядок его определения (пункт 5 статьи 1235 ГК РФ).

Согласно разъяснениям пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", если лицензионным договором прямо не предусмотрена его безвозмездность, но при этом в нем не согласовано условие о размере вознаграждения или о порядке его определения, такой договор в силу абзаца второго пункта 5 статьи 1235 ГК РФ считается незаключенным. При этом сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по такому лицензионному договору либо иным образом подтвердившая его действие, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

То есть, каким образом будет осуществляться выплата вознаграждения по возмездному лицензионному договору, стороны решают в договоре сами. При этом, оценивая обстоятельства, связанные с изменением условий договора, касающихся размера вознаграждения (лицензионных платежей), суды должны принимать во внимание не только надлежащий характер оформления изменений условий договора, но и поведение сторон сделки, направленное на подтверждение согласованных условий.

4. Принцип добросовестности и эстоппель как механизм защиты добросовестной стороны

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 и пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей, в том числе при исполнении обязательства, стороны должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Частным проявлением принципа добросовестности является эстоппель, представляющий собой правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.

Поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб, является недобросовестным и в силу пункта 3 статьи 1, пункта 3 статьи 307 ГК РФ признается недопустимым.

Эстоппель защищает добросовестную сторону, поэтому он находит применение тогда, когда доверие лица, вызванное поведением другой стороны, хотя и противоречит формальной правовой или фактической действительности, но может быть признано разумным, оправданным (определения СКЭС ВС РФ от 8 октября 2024 г. № 300-ЭС24-6956, от 27 декабря 2024 г. № 301-ЭС24-12858).

5. Применение эстоппеля к фактическим обстоятельствам дела

В данном случае Общество, выставляя в течение длительного времени Предпринимателю счета на уплату роялти в соответствии с условиями договора в новой редакции, создало для него обоснованные ожидания, что Общество воспринимает договор и дополнительное соглашение от 10 апреля 2020 г. как заключенные, и согласно с их условиями, в том числе с условием о размере роялти.

Учитывая повышенный стандарт осмотрительности поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях, стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями, поведение Общества, которое, с одной стороны, в заявленный в иске период выставляло счета с учетом роялти в размере 2,7% и после открытия Предпринимателем пятой пекарни — в размере 2,3% в соответствии с условиями договора от 10 апреля 2020 г., а, с другой стороны, оспаривало его заключенность, не может быть признано добросовестным (статьи 10, 401 ГК РФ).

6. Нарушение норм материального и процессуального права судами нижестоящих инстанций

Суд первой инстанции не учел указанные выше нормы права и правовые подходы, не исследовал обстоятельства, которые могли бы повлиять на выводы относительно воли Общества на подписание договора в новой редакции, не сопоставил выставленные счета и платежные документы в соответствии с конклюдентными действиями сторон по исполнению договора, не проверил наличие задолженности за период с 31 марта 2020 г.

Суды апелляционной и кассационной инстанций не устранили допущенные судом нарушения.

7. Конституционный стандарт судебной защиты

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 24 марта 2023 г. № 10-П, суды при рассмотрении дел обязаны исследовать фактические обстоятельства по существу, не ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, с тем чтобы право на судебную защиту не оказалось ущемленным.

Частью 3 статьи 8 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий разрешения спора

СКЭС пришла к выводу о наличии предусмотренных частью 1 статьи 29111 АПК РФ оснований для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку суды трех инстанций допустили существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела и без устранения которых невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Ключевой критерий: суды ограничились формальным анализом отсутствия подписи Общества на договоре от 10 апреля 2020 г., не проведя содержательной оценки: - конклюдентных действий сторон (выставление счетов, их оплата, направление актов); - принципа добросовестности и механизма эстоппеля; - поведения Общества, которое в течение двух лет фактически исполняло договор в новой редакции, создавая обоснованные ожидания у Предпринимателя.

Указания нижестоящему суду

При новом рассмотрении дела суду надлежит:

1. Учесть изложенные правовые подходы о заключении договора посредством конклюдентных действий и соблюдении письменной формы договора.

2. Исследовать все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, включая: - последовательность выставления счетов Обществом с 31 марта 2020 г. по октябрь 2022 г.; - размеры роялти, указанные в счетах (2,7%, затем 2,3%); - платежные документы, подтверждающие оплату Предпринимателем выставленных счетов; - акты, подписанные руководителем Общества, отражающие роялти в соответствии с новой редакцией договора; - отсутствие возражений Общества в течение двух лет; - момент направления Предпринимателем уведомления о расторжении договора и последующее выставление новых счетов.

3. Правильно применить нормы материального и процессуального права, в частности: - нормы о заключении договора (статьи 432, 434, 438 ГК РФ); - нормы о конклюдентных действиях (пункт 3 статьи 432, пункт 3 статьи 438 ГК РФ); - нормы о лицензионном договоре (пункты 1, 5 статьи 1235 ГК РФ); - принцип добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ); - механизм эстоппеля (статьи 10, 401 ГК РФ); - постановления Пленумов ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 и от 23 апреля 2019 г. № 10; - постановления Президиума ВАС РФ от 18 мая 2010 г. № 1404/10, от 8 февраля 2011 г. № 13970/10, от 5 февраля 2013 г. № 12444/12.

4. Принять законное и обоснованное решение, которое должно включать: - определение, какие условия договора считаются согласованными сторонами на основе их конклюдентных действий; - установление размера задолженности по роялти с учетом фактически выставленных и оплаченных счетов; - оценку добросовестности поведения сторон; - правильный расчет неустойки (если она подлежит взысканию).

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

На основании статей 176, 29111–29115 АПК РФ СКЭС определила:

1. Отменить: - решение Арбитражного суда Воронежской области от 18 октября 2023 г.; - постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 марта 2024 г.; - постановление Суда по интеллектуальным правам от 29 июля 2024 г.

по делу № А14-22953/2022.

2. Направить дело № А14-22953/2022 на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии: от формализма к субстанциализму

Определение СКЭС осуществляет принципиальный сдвиг в методологии судебного контроля над заключением договоров в письменной форме. Суды больше не могут ограничиваться констатацией отсутствия подписи на документе; они обязаны провести содержательный анализ поведения сторон, включая: - фактическое исполнение договора; - направление подписанных документов (счетов, актов), отражающих согласованные условия; - отсутствие возражений в течение длительного времени; - создание обоснованных ожиданий у контрагента.

Этот подход соответствует конституционному стандарту судебной защиты, установленному КС РФ в постановлении от 24 марта 2023 г. № 10-П, о необходимости исследования фактических обстоятельств по существу, а не только формальных условий.

2. Гармонизация с позициями ВС РФ и КС РФ

Определение гармонизирует практику СКЭС с: - Постановлением Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49, которое признает возможность заключения договора иным способом, включая конклюдентные действия. - Постановлением Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10, которое устанавливает, что сторона, принявшая исполнение по лицензионному договору, не вправе требовать признания его незаключенным, если это противоречит принципу добросовестности. - Постановлением КС РФ от 24 марта 2023 г. № 10-П, которое требует исследования фактических обстоятельств по существу. - **Определениями СКЭС