КС подтвердил: запрет негласного сотрудничества адвокатов с ОРД по контракту конституционен, оценка обоснованности приговора — вне компетенции КС

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Вид и номер акта: Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 1661-О от 28 мая 2026 года

Заявитель: Гражданин Павел Игоревич Шестаков (осужденное лицо)

Повод и основание к рассмотрению: Жалоба гражданина на нарушение конституционных прав оспариваемыми нормами законодательства (основание — статьи 43, 79, 96, 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»)

Оспариваемые нормы: - Статья 290 Уголовного кодекса Российской Федерации (получение взятки) - Статьи 152 и 157 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (место производства предварительного расследования; производство неотложных следственных действий) - Статьи 2 и 3 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (задачи и принципы оперативно-розыскной деятельности) - Пункт 5 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (полномочия адвоката)

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Конкретное дело заявителя:

Гражданин П.И. Шестаков осужден приговором суда за получение взятки. В основу приговора положены результаты оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» и протокол осмотра места происшествия. Судом апелляционной инстанции в приговор внесены изменения; кассационные жалобы стороны защиты оставлены без удовлетворения.

Усматриваемые нарушения конституционных прав:

Заявитель утверждает, что оспариваемые нормы:

1. Допустили привлечение адвоката к негласной оперативно-розыскной деятельности — в нарушение гарантий независимости адвокатуры и конфиденциальности адвокатской деятельности

2. Позволили оперативным сотрудникам искусственно воссоздать действия, не являвшиеся предметом договоренности проверяемых лиц и к совершению которых они фактически не приступили — что нарушает принцип справедливости и недопустимости провокации преступления

3. Повлекли возможность производства осмотра места происшествия до возбуждения уголовного дела должностным лицом органа расследования, юрисдикция которого не распространяется на административно-территориальное образование, где начата доследственная проверка

Ссылаемые статьи Конституции РФ: - Статья 19 (часть 1) — равенство всех перед законом и судом - Статья 54 (часть 2) — недопустимость обратной силы уголовного закона, ухудшающего положение лица - Статья 55 (часть 3) — ограничение прав и свобод в целях защиты конституционного строя, безопасности, здоровья, прав и законных интересов других лиц

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Жалоба затрагивает несколько взаимосвязанных конституционно-правовых вопросов:

1. Баланс между борьбой с коррупцией и гарантиями независимости адвокатуры — допустимость привлечения адвокатов к оперативно-розыскным мероприятиям и границы такого привлечения

2. Пределы допустимости оперативного эксперимента — может ли оперативный эксперимент включать искусственное воссоздание действий, не охватываемых умыслом проверяемых лиц, или это представляет собой недопустимую провокацию преступления

3. Территориальная юрисдикция органов расследования — правомерность производства следственных действий (осмотра места происшествия) органом расследования, юрисдикция которого не распространяется на место совершения деяния

4. Разграничение компетенции КС РФ — может ли Конституционный Суд давать оценку правоприменительным решениям по конкретному делу на предмет обоснованности привлечения к уголовной ответственности или это выходит за пределы его полномочий

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Основной вопрос о допустимости жалобы:

Отвечает ли жалоба гражданина Шестакова требованиям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, установленным Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», и может ли она быть принята к рассмотрению?

Подлежащие разрешению аспекты:

1. Содержат ли оспариваемые нормы законодательства конституционные пороки, требующие конституционно-правовой оценки, или жалоба по существу направлена на пересмотр правоприменительных решений по конкретному делу?

2. Нарушают ли оспариваемые нормы конституционные права заявителя в их нормативном содержании, или претензии заявителя касаются исключительно фактических обстоятельств его дела?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Жалоба не принята к рассмотрению как не отвечающая критериям допустимости. Конституционный Суд установил, что заявитель по существу предлагает дать оценку не нормам законодательства, а правоприменительным решениям по конкретному делу на предмет обоснованности привлечения к уголовной ответственности, что требует исследования фактических обстоятельств и не входит в компетенцию Конституционного Суда. Оспариваемые нормы сами по себе конституционные права заявителя не нарушают.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционность норм об ограничении использования содействия адвокатов в оперативно-розыскной деятельности

Нормативное содержание оспариваемых норм:

Конституционный Суд установил, что согласно статье 17 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (часть первая) отдельные лица могут с их согласия привлекаться к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий с сохранением по их желанию конфиденциальности содействия, в том числе по контракту.

Однако статья 17 Федерального закона (часть третья) устанавливает запрет: органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается использовать конфиденциальное содействие по контракту депутатов, судей, прокуроров, адвокатов, священнослужителей и полномочных представителей официально зарегистрированных религиозных объединений.

Аналогичное положение содержится в пункте 5 статьи 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», согласно которому негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается.

Конституционно-правовой смысл норм:

Оспариваемые нормы ограничивают использование содействия лиц, имеющих статус адвоката, органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, исключая возможность заключения с ними контракта, но не запрещают использование их содействия для подготовки или проведения оперативно-розыскных мероприятий на бесконтрактной основе.

Вывод о конституционности:

Нормы не нарушают конституционные права заявителя. Суд отметил, что сами оперативно-розыскные мероприятия проводятся уполномоченными органами и их должностными лицами на основаниях и в порядке, установленных законом (ссылка на определения КС РФ от 27 мая 2010 года № 681-О-О, от 19 июня 2012 года № 1187-О, от 22 декабря 2015 года № 2875-О).

Принципиальное положение: Само по себе содействие (участие) каких-либо лиц в проведении оперативно-розыскных мероприятий не может расцениваться в качестве ограничения прав лиц, в отношении которых они проводятся (ссылка на определения КС РФ от 28 июня 2018 года № 1460-О, от 29 сентября 2022 года № 2225-О).

2. Недопустимость пересмотра правоприменительных решений по конкретному делу

Суть претензии заявителя:

Заявитель настаивает на неконституционности статьи 290 УК РФ (получение взятки) и статей 2 и 3 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (принципы и задачи оперативно-розыскной деятельности), однако по существу ведет речь об отсутствии в его действиях состава преступления.

Фактическое содержание претензии:

Заявитель утверждает, что взяткодатель и посредник фактически не договорились о передаче ему предмета взятки, однако оперативные сотрудники в ходе оперативного эксперимента вручили муляж взятки посреднику для последующей передачи взяткополучателю, искусственно создав условия, которые не охватывались умыслом проверяемых лиц.

Позиция КС РФ о компетенции:

Конституционный Суд установил, что заявитель по существу предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку не нормам законодательства, а правоприменительным решениям по конкретному делу на предмет обоснованности привлечения к уголовной ответственности, что требует исследования фактических обстоятельств этого дела и к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится.

Это является основанием для отказа в принятии жалобы как не отвечающей критериям допустимости.

3. Конституционность норм УПК РФ о месте производства расследования и неотложных следственных действиях

Нормативное содержание оспариваемых норм:

Статьи 152 и 157 УПК РФ регламентируют место производства предварительного расследования и правила производства неотложных следственных действий.

Конституционно-правовой анализ:

Конституционный Суд установил, что эти нормы не содержат никаких изъятий из возложенной на прокурора, следователя, орган дознания и дознавателя обязанности осуществления уголовного преследования, в силу которой в каждом случае обнаружения признаков преступления названные должностные лица принимают предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления и изобличению виновных лиц.

Конкретные процессуальные обязанности:

В частности, согласно части второй статьи 21 УПК РФ, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель обязаны осуществлять уголовное преследование.

Согласно части первой статьи 144 и части третьей статьи 145 УПК РФ, дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны: - принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении; - в пределах компетенции, установленной УПК РФ, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления сообщения; - в случае принятия решения о передаче сообщения по подследственности принять меры по сохранению следов преступления.

Единство и общеобязательность процессуального порядка:

Конституционный Суд подчеркнул, что в силу статей 1–7 УПК РФ установленный данным Кодексом порядок уголовного судопроизводства является единым и общеобязательным (ссылка на Определение КС РФ от 30 сентября 2025 года № 2149-О).

Общие и единые процессуальные полномочия следователей:

Общими и едиными являются и процессуальные полномочия следователей. Соответственно, следственные действия, собирание, проверка и оценка доказательств осуществляются ими с соблюдением единых и общих процессуальных оснований, правил и условий, выступающих гарантиями правомерности таких действий.

Требования к решениям следователя:

Принимаемые следователем решения должны отвечать общим требованиям законности, обоснованности и мотивированности (ссылка на определения КС РФ от 26 сентября 2024 года № 2075-О и от 31 марта 2026 года № 901-О).

Вывод о конституционности:

Оспариваемые нормы конституционные права заявителя не нарушают, а потому жалоба не может быть принята к рассмотрению как не отвечающая критериям допустимости.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция

Определением Конституционного Суда Российской Федерации:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шестакова Павла Игоревича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия

Отсутствие указаний законодателю:

Конституционный Суд не выявил конституционных пороков в оспариваемых нормах и не дал указаний федеральному законодателю о необходимости изменения регулирования.

Судьба конкретного дела заявителя:

Определение не влечет пересмотр приговора и иных правоприменительных решений по делу Шестакова. Заявитель остается осужденным в соответствии с вынесенным приговором, измененным судом апелляционной инстанции.

Момент вступления в силу:

Определение вступило в силу с момента его принятия (28 мая 2026 года) и является окончательным.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Подтверждение конституционности норм об ограничении использования адвокатов в оперативно-розыскной деятельности:

Определение подтверждает, что органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, не могут заключать контракты с адвокатами на конфиденциальное содействие. Однако нормы допускают использование содействия адвокатов на бесконтрактной основе, что является важным уточнением для правоприменителей.

Разграничение компетенции КС РФ и судов общей юрисдикции:

Определение четко устанавливает, что Конституционный Суд не может пересматривать правоприменительные решения по конкретным делам, даже если заявитель формально оспаривает нормы закона. Это предотвращает подмену функций КС РФ функциями кассационных и надзорных инстанций.

Утверждение единства и общеобязательности процессуального порядка:

Определение подтверждает, что процессуальный порядок, установленный УПК РФ, является единым и общеобязательным, а процессуальные полномочия следователей едины и общи, что исключает возможность произвольного применения процессуальных норм в зависимости от территориальной юрисдикции.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Преемственность в оценке оперативно-розыскной деятельности:

Определение опирается на ранее выраженные позиции КС РФ: - Определение от 27 мая 2010 года № 681-О-О - Определение от 19 июня 2012 года № 1187-О - Определение от 22 декабря 2015 года № 2875-О - Определение от 28 июня 2018 года № 1460-О - Определение от 29 сентября 2022 года № 2225-О

Все эти определения подтверждают, что оперативно-розыскные мероприятия проводятся на основаниях и в порядке, установленных законом, и что содействие лиц в их проведении не может расцениваться как ограничение прав проверяемых лиц.

Развитие позиции о требованиях к решениям следователя:

Определение ссылается на более поздние определения КС РФ: - Определение от 26 сентября 2024 года № 2075-О - Определение от 31 марта 2026 года № 901-О

которые устанавливают, что решения следователя должны отвечать требованиям законности, обоснованности и мотивированности.

Ссылка на единство процессуального порядка:

Определение ссылается на Определение КС РФ от 30 сентября 2025 года № 2149-О, подтверждающее, что порядок уголовного судопроизводства, установленный УПК РФ, является единым и общеобязательным.

3. Гарантии каких конституционных прав усилены

Независимость адвокатуры:

Определение подтверждает конституционность норм, защищающих независимость адвокатуры путем запрета на негласное сотрудничество адвокатов с органами оперативно-розыскной деятельности по контракту. Это гарантирует соблюдение статей 19 (равенство перед законом) и статьи 55 (часть 3) Конституции РФ (допустимость ограничений прав в целях защиты конституционного строя и прав других лиц).

Право на справедливое судебное разбирательство:

Определение подтверждает, что процессуальный порядок, установленный УПК РФ, обеспечивает справедливость судопроизводства путем установления единых и общих процессуальных оснований, правил и условий, выступающих гарантиями правомерности следственных действий.

Защита от произвольного применения норм:

Определение усиливает гарантии против произвольного применения процессуальных норм, подтверждая, что решения следователя должны отвечать требованиям законности, обоснованности и мотивированности.

4. Предписания законодателю и сроки их реализации

Отсутствие предписаний:

Конституционный Суд не дал никаких предписаний федеральному законодателю о необходимости изменения оспариваемых норм. Это означает, что законодатель не обязан вносить какие-либо изменения в: - Уголовный кодекс РФ (статья 290) - Уголовно-процессуальный кодекс РФ (статьи 152, 157) - Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» (статьи 2, 3, 17) - Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (пункт 5 статьи 6)

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Применение к другим делам об оперативно-розыскной деятельности:

Позиция КС РФ о том, что содействие лиц в проведении оперативно-розыскных мероприятий не может расцениваться как ограничение прав проверяемых лиц, применима ко всем делам, в которых оспаривается конституционность норм об оперативно-розыскной деятельности на основании участия в них третьих лиц.

Применение к делам об адвокатской деятельности:

Позиция о конституционности запрета на негласное сотрудничество адвокатов с органами оперативно-розыскной деятельности по контракту применима ко всем делам, в которых оспаривается конституционность норм об ограничении адвокатской деятельности.

Применение к делам о процессуальных правах:

Позиция о единстве и общеобязательности процессуального порядка, установленного УПК РФ, применима ко всем делам, в которых оспаривается конституционность норм УПК РФ, касающихся места производства расследования, территориальной юрисдикции органов расследования и производства следственных действий.

Применение к делам о допустимости жалоб в КС РФ:

Определение устанавливает важный прецедент о недопустимости принятия к рассмотрению жалоб, которые по существу направлены на пересмотр правоприменительных решений по конкретным делам, даже если они формально оспаривают нормы закона. Эта позиция применима ко всем будущим жалобам, в которых заявитель пытается использовать КС РФ как инстанцию для пересмотра судебных решений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение Конституционного Суда РФ № 1661-О от 28 мая 2026 года представляет собой решение о недопустимости жалобы, в котором Суд подтвердил конституционность оспариваемых норм и четко разграничил свою компетенцию от компетенции судов общей юрисдикции. Определение имеет значение для:

1. Защиты независимости адвокатуры путем подтверждения конституционности запретов на негласное сотрудничество адвокатов с органами оперативно-розыскной деятельности по контракту

2. Утверждения единства процессуального порядка в уголовном судопроизводстве и общих требований к решениям следователя

3. Разграничения компетенции КС РФ и предотвращения подмены его функций функциями кассационных и надзорных инстанций

4. Подтверждения конституционности оперативно-розыскной деятельности как инструмента борьбы с преступностью, включая коррупцию

Определение является окончательным и обжалованию не подлежит.