КС отказал в принятии жалобы на ст. 20.33 КоАП: отсутствие дефиниции «участия в деятельности» не делает норму неопределённой

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 2105-О от 22 июля 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: гражданин Ефимов Александр Владимирович.

Повод к рассмотрению: жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав оспариваемыми нормативными актами.

Оспариваемые нормы: - статья 20.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) — «Участие в деятельности иностранной или международной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности»; - часть 3 статьи 31 Федерального закона от 28 декабря 2012 года № 272-ФЗ «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации».

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Гражданин А.В. Ефимов был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.33 КоАП РФ, постановлением судьи городского суда, оставленным без изменения судьями вышестоящих судов. Ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере пятнадцати тысяч рублей. Основанием для привлечения к ответственности явилось участие заявителя в мероприятии, проводимом общероссийским движением, входящим в структуру международной неправительственной организации, деятельность которой признана нежелательной на территории Российской Федерации.

Заявитель усматривает нарушение своих конституционных прав, ссылаясь на статьи 15 (часть 2), 19 (часть 1), 29 (части 1 и 4), 30 (часть 1), 46 (часть 1), 48 (часть 1), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции РФ.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Конституционно-правовой конфликт возникает между:

1. Конституционными правами и свободами заявителя — свободой мысли и слова (ст. 29 Конституции РФ), правом на объединение (ст. 30), правом на справедливое судебное разбирательство (ст. 46, 48, 49), принципом презумпции невиновности (ст. 49);

2. Конституционно охраняемыми ценностями государства — защитой основ конституционного строя, обороноспособностью страны и безопасностью государства (ст. 13 часть 5, ст. 55 часть 3 Конституции РФ).

Заявитель оспаривает конституционность оспариваемых норм по следующим основаниям:

• неопределённость нормативного регулирования — отсутствие легальной дефиниции понятия «участие в деятельности» допускает произвольное привлечение к административной ответственности лиц, не являющихся участниками общественного объединения;

• невозможность определить содержание запретов, за нарушение которых лицо может быть привлечено к ответственности;

• несоразмерное ограничение свободы слова — привлечение к административной ответственности за реализацию права на свободу слова при отсутствии признаков экстремизма или иных противоправных действий.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли Конституции Российской Федерации статья 20.33 КоАП РФ и часть 3 статьи 31 Федерального закона № 272-ФЗ в аспекте:

1. достаточной определённости правового регулирования, позволяющей гражданам осознавать содержание запретов и единообразно применять установленные правила поведения;

2. соразмерности ограничений конституционных прав и свобод (свободы слова, права на объединение) целям защиты основ конституционного строя и безопасности государства;

3. недопущения произвольного привлечения к административной ответственности без выяснения всех обстоятельств дела?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к допустимости жалоб. Суд не нашёл оснований для принятия жалобы к рассмотрению в заседании, что означает, что оспариваемые нормы не содержат явных конституционных пороков в аспекте, указанном заявителем.

B. Развёрнутое обоснование

1. Конституционные основания для ограничения прав и свобод в целях защиты государственной безопасности

Конституционный Суд исходит из того, что Конституция Российской Федерации, признавая за каждым свободу мысли и свободу слова, право на объединение, право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещённой законом экономической деятельности, одновременно запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства (ст. 13 часть 5, ст. 29 части 1 и 2, ст. 30, ст. 34 часть 1 Конституции РФ).

Суд подчёркивает, что государство вправе устанавливать в федеральном законе ограничения прав и свобод в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ст. 55 часть 3 Конституции РФ).

2. Конституционно-правовой смысл оспариваемого законодательного регулирования

Суд указывает, что Федеральный закон № 272-ФЗ конкретизирует конституционные положения, предусматривая, что деятельность иностранной или международной неправительственной организации, представляющая угрозу основам конституционного строя Российской Федерации, обороноспособности страны или безопасности государства, может быть признана нежелательной на территории Российской Федерации (часть 1 статьи 31 Федерального закона № 272-ФЗ).

Признание нежелательной на территории Российской Федерации деятельности иностранной или международной неправительственной организации влечет за собой ряд запретов (часть 3 статьи 31), нарушение которых, равно как и участие в деятельности соответствующей организации, признается административно наказуемым в соответствии со статьей 20.33 КоАП Российской Федерации.

3. Процедурные гарантии публичности решения о признании организации нежелательной

Суд отмечает, что в силу частей 2 и 7 статьи 31 названного Федерального закона деятельность иностранной или международной неправительственной организации признается нежелательной на территории Российской Федерации со дня обнародования информации об этом путем размещения перечня организаций в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере регистрации некоммерческих организаций, и опубликования его в общероссийском периодическом издании, определенном Правительством Российской Федерации. Это обеспечивает открытость и доступность информации о признанных нежелательными организациях.

4. Отсутствие неопределённости в понятии «участие в деятельности»

Суд отклонил довод заявителя о неопределённости понятия «участие в деятельности», указав, что отсутствие легальной дефиниции того или иного понятия само по себе не может рассматриваться как вносящее в правовое регулирование неопределённость, не позволяющую субъектам соответствующих правоотношений и правоприменительным органам осознавать и единообразно применять правила поведения (ссылка на Постановление КС РФ от 8 декабря 2017 года № 39-П).

Суд подчеркнул, что требование определённости правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину (объединению граждан) сообразовывать с ними своё поведение – как запрещённое, так и дозволенное, – вовсе не исключает использование оценочных или общепринятых понятий. Законодатель вправе прибегать к ним, если значение таких понятий доступно для восприятия и уяснения субъектами правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы находящихся в очевидной взаимосвязи положений, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности с помощью даваемых судами разъяснений (ссылки на постановления КС РФ от 14 апреля 2008 года № 7-П, от 5 марта 2013 года № 5-П, от 8 апреля 2014 года № 10-П).

Действующее правовое регулирование, в частности применительно к иностранным некоммерческим неправительственным организациям, раскрывает формы участия в деятельности соответствующих организаций и проводимых ими мероприятиях (статья 301 Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»), что позволяет уяснить существенные признаки участия в деятельности иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности.

5. Отсутствие произвольности в привлечении к ответственности

Суд установил, что приведённое регулирование, обусловленное необходимостью обеспечения защиты основ конституционного строя, обороноспособности страны и безопасности государства как конституционно охраняемых ценностей, не предполагает необоснованного признания гражданина Российской Федерации участвующим в деятельности международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности, равно как и не допускает произвольного привлечения его к административной ответственности без выяснения всех обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении (статья 26.1 КоАП РФ).

6. Итоговая оценка конституционности оспариваемых норм

С учётом этого статья 20.33 КоАП Российской Федерации и оспариваемое положение статьи 31 Федерального закона № 272-ФЗ, действующие во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями, не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в аспекте, указанном в жалобе.

7. Разграничение компетенции КС РФ и судов общей юрисдикции

Суд чётко разграничил свою компетенцию, указав, что оценка обоснованности выводов судов относительно участия заявителя в деятельности международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о нежелательности на территории Российской Федерации ее деятельности, будучи связанной с установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации (ст. 125 Конституции РФ и ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ефимова Александра Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к допустимости жалоб.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия:

• Оспариваемые нормы (статья 20.33 КоАП РФ и часть 3 статьи 31 Федерального закона № 272-ФЗ) остаются в силе без изменений;
• Конкретное дело заявителя остаётся в компетенции судов общей юрисдикции; КС РФ не дал указаний на пересмотр правоприменительных решений;
• Определение вступило в силу с момента его принятия и не подлежит обжалованию.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Определение КС РФ подтверждает конституционность оспариваемого законодательного регулирования и тем самым закрепляет правовую позицию, согласно которой суды общей юрисдикции вправе привлекать граждан к административной ответственности по статье 20.33 КоАП РФ за участие в деятельности организаций, признанных нежелательными. Суды получают конституционное подтверждение того, что применение этих норм не нарушает конституционные права граждан при условии соблюдения процедурных гарантий (выяснение всех обстоятельств дела, наличие публичного перечня нежелательных организаций).

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Суд опирается на ранее выраженные правовые позиции о допустимости использования оценочных и общепринятых понятий в законодательстве (постановления от 14 апреля 2008 года № 7-П, от 5 марта 2013 года № 5-П, от 8 апреля 2014 года № 10-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П). Данное определение развивает эту линию судебной практики, применяя её к специфическому контексту регулирования деятельности иностранных организаций, признанных нежелательными.

3. Гарантии конституционных прав

Определение усиливает гарантии следующих конституционных ценностей:

• защита основ конституционного строя и безопасности государства (ст. 13 часть 5, ст. 55 часть 3 Конституции РФ) — через подтверждение конституционности механизма признания организаций нежелательными;

• право на справедливое судебное разбирательство (ст. 46, 48, 49 Конституции РФ) — через указание на необходимость выяснения всех обстоятельств дела и соблюдения процедурных гарантий;

• открытость и доступность информации о государственных решениях — через подтверждение требования публикации перечня нежелательных организаций в открытых источниках.

4. Предписания законодателю

Определение не содержит прямых предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования. Суд признал действующее регулирование конституционным и достаточно определённым. Однако косвенно Суд указывает на необходимость:

• сохранения публичности решений о признании организаций нежелательными (размещение в Интернете и публикация в общероссийском издании);

• соблюдения судами процедурных гарантий при рассмотрении дел по статье 20.33 КоАП РФ (выяснение всех обстоятельств в соответствии со статьей 26.1 КоАП РФ).

5. Сферы применения позиции за пределами конкретного дела

Правовая позиция КС РФ имеет значение для:

• судебной практики по делам о привлечении граждан к ответственности за участие в деятельности нежелательных организаций — суды получают конституционное подтверждение допустимости такого привлечения;

• толкования понятия «участие в деятельности» — суды могут опираться на статью 301 Федерального закона № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» для уяснения существенных признаков такого участия;

• применения принципа определённости правового регулирования — определение подтверждает, что отсутствие легальной дефиниции не является конституционным пороком, если значение понятия доступно для восприятия из системы законодательных предписаний или судебных разъяснений;

• защиты государственной безопасности — определение подтверждает конституционность механизма противодействия деятельности иностранных организаций, представляющих угрозу основам конституционного строя и безопасности государства.

Заключение: Определение КС РФ № 2105-О от 22 июля 2026 года, хотя и оформлено как отказ в принятии жалобы к рассмотрению, содержит развёрнутую конституционно-правовую позицию, подтверждающую конституционность оспариваемого законодательного регулирования. Суд установил, что статья 20.33 КоАП РФ и часть 3 статьи 31 Федерального закона № 272-ФЗ не содержат неопределённости, допускающей произвольное привлечение к ответственности, и соразмерно ограничивают конституционные права в целях защиты основ конституционного строя и безопасности государства. Позиция Суда имеет значение для судебной практики по делам о привлечении граждан к ответственности за участие в деятельности организаций, признанных нежелательными.