ВС РФ подтвердил законность требований по транспортной безопасности в морских портах

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата: Дело № АКПИ26-213, решение от 29 июня 2026 г.

Инстанция: Верховный Суд Российской Федерации (рассмотрение в первой инстанции по оспариванию нормативного правового акта)

Состав суда: - Председательствующий: судья В.Б. Хаменков (докладчик) - Судьи: О.А. Бугаков, Е.С. Корнелюк - Секретарь: Ю.В. Самылкина - Участие прокурора: С.А. Слободин (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны: - Административный истец: Попов Борис Германович (замещающий должность в морском порту, назначенный ответственным за обеспечение транспортной безопасности) - Административный ответчик: Правительство Российской Федерации (представлено Министерством транспорта РФ по поручению от 13 мая 2026 г. № ДГ-П50-16749)

Категория спора: Глава 21 КАС РФ — оспаривание нормативного правового акта (постановления Правительства РФ)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований:

Административный истец Попов Б.Г. оспаривает конкретные положения Постановления Правительства РФ от 10 октября 2020 г. № 1651 «Требования по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни безопасности для объектов транспортной инфраструктуры морского и речного транспорта, не подлежащих категорированию» (далее — Требования):

• абзац первый пункта 5;
• подпункт 3 пункта 5;
• абзац первый пункта 6;
• абзац второй подпункта 7 пункта 6;
• абзац четвёртый подпункта «а» подпункта 7 пункта 6.

Позиция административного истца в первой инстанции:

Попов Б.Г. утверждал, что оспариваемые нормы:

1. Не соответствуют вышестоящему законодательству: - части 1 статьи 7 Федерального закона от 31 июля 2020 г. № 247-ФЗ «Об обязательных требованиях в Российской Федерации»; - пунктам 7.1, 9 статьи 1, части 2 статьи 12 Федерального закона от 9 февраля 2007 г. № 16-ФЗ «О транспортной безопасности»; - статьям 21, 49, 420, пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ; - статье 22 Трудового кодекса РФ.

2. Содержат правовую неопределённость: - противоречивы и нелогичны; - не содержат чёткого разграничения обязанностей между капитаном морского порта и организацией, осуществляющей управление государственным имуществом в морском порту; - не отвечают принципу законодательного регулирования сферы обеспечения безопасности акватории морских портов.

3. Возлагают неисполнимые обязательства: - капитану морского порта предписываются обязанности заключить договоры с подразделениями транспортной безопасности и разработать порядок прекращения незаконного нахождения судов в зоне безопасности; - капитан морского порта не имеет финансирования и полномочий для выполнения этих обязанностей (они находятся у организации, управляющей государственным имуществом); - это создаёт правовую неопределённость и нарушает право административного истца на определённость обязательных требований.

4. Нарушают конституционные права: - право на определённость обязательных требований; - право частной собственности (угроза наложения штрафа); - право на свободу и личную неприкосновенность (угроза административного ареста и уголовной ответственности).

5. Судебная практика не исследует реальную возможность привлечения эффективного подразделения транспортной безопасности.

Процессуальная история:

Попов Б.Г. был привлечён к административной ответственности Постановлением Межрегионального территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Северо-Западному Федеральному округу по части 1 статьи 11.15.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях за неисполнение капитаном морского порта положений пунктов 5 и 6 Требований.

Это послужило основанием для обращения в Верховный Суд РФ с административным исковым заявлением об оспаривании нормативного правового акта.

Позиция административного ответчика:

Правительство РФ (через Министерство транспорта) в письменных возражениях просило отказать в удовлетворении требований, указав, что: - Постановление № 1651 издано в пределах полномочий Правительства РФ; - утверждённые Требования в оспариваемой части соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу; - не нарушают прав и законных интересов административного истца.

Позиция прокурора:

Прокурор Генеральной прокуратуры РФ С.А. Слободин полагал необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований.

Решение ВС РФ:

Верховный Суд РФ отказал в удовлетворении административного искового заявления.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Дело затрагивает фундаментальный конфликт между:

1. Публичным интересом в обеспечении транспортной безопасности — защита объектов морской инфраструктуры от актов незаконного вмешательства (включая террористические акты), что является целью государственной политики в области транспортной безопасности.

2. Правами и интересами должностного лица — право на определённость обязательных требований, право на справедливое распределение обязанностей между субъектами, право на защиту от административной и уголовной ответственности за невыполнение заведомо неисполнимых требований.

Материально-правовой аспект:

Толкование норм Федерального закона от 9 февраля 2007 г. № 16-ФЗ «О транспортной безопасности», которые предоставляют Правительству РФ дискреционные полномочия по установлению требований по обеспечению транспортной безопасности, и соотношение этих полномочий с принципом правовой определённости и соразмерности обязательных требований.

Процессуальный аспект:

Применение норм КАС РФ о распределении бремени доказывания при оспаривании нормативного правового акта (глава 21 КАС), активная роль суда в проверке соответствия оспариваемого акта вышестоящему законодательству, оценка доказательств, представленных сторонами.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Соответствуют ли оспариваемые положения Постановления Правительства РФ № 1651 федеральному законодательству о транспортной безопасности, об обязательных требованиях, гражданскому и трудовому законодательству?

2. Содержат ли оспариваемые нормы правовую неопределённость, противоречивость и нелогичность, которые препятствуют их надлежащему применению и нарушают права административного истца?

3. Возлагают ли оспариваемые нормы на капитана морского порта заведомо неисполнимые обязательства в отсутствие необходимого финансирования и полномочий?

4. Нарушают ли оспариваемые нормы конституционные права административного истца на определённость обязательных требований, право частной собственности и право на свободу и личную неприкосновенность?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ отклонил все доводы административного истца, признав, что оспариваемые положения Постановления Правительства РФ № 1651 полностью соответствуют федеральному законодательству, содержат ясные и определённые нормы, не допускают неоднозначного толкования и не нарушают прав административного истца. Суд подчеркнул, что Правительство РФ действовало в пределах своих дискреционных полномочий, установленных Федеральным законом о транспортной безопасности, и что требования к обеспечению транспортной безопасности не могут быть поставлены в зависимость от финансового обеспечения.

B. Развёрнутое обоснование

1. Полномочия Правительства РФ по установлению требований транспортной безопасности

Суд установил, что согласно статье 5 Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» Правительство РФ на основании и во исполнение Конституции РФ, федеральных конституционных законов, федеральных законов издаёт постановления и распоряжения. Акты Правительства, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 9 февраля 2007 г. № 16-ФЗ «О транспортной безопасности» требования по обеспечению транспортной безопасности по видам транспорта, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающие уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и объектов, не подлежащих категорированию, устанавливаются Правительством РФ по представлению федерального органа исполнительной власти в сфере транспорта, по согласованию с органами в области безопасности и внутренних дел.

Вывод суда: Постановление № 1651 издано в пределах полномочий Правительства РФ, процедура его издания, введения в действие и опубликования соответствует Указу Президента РФ от 23 мая 1996 г. № 763.

2. Цели, задачи и принципы обеспечения транспортной безопасности

Суд указал, что согласно пунктам 1, 10 статьи 1, статьям 2, 3 Федерального закона о транспортной безопасности под транспортной безопасностью понимается состояние защищенности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от актов незаконного вмешательства (противоправное действие/бездействие, включая террористические акты), угрожающих безопасной деятельности транспортного комплекса.

Целями обеспечения транспортной безопасности (часть 1 статьи 2) являются: - устойчивое и безопасное функционирование транспортного комплекса; - защита интересов личности, общества и государства от актов незаконного вмешательства.

К основным задачам (пункты 5, 6 части 2 статьи 2) относятся разработка и реализация требований по обеспечению транспортной безопасности и разработка и реализация мер по её обеспечению.

3. Субъекты, ответственные за обеспечение транспортной безопасности

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона о транспортной безопасности обеспечение транспортной безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств возлагается на субъекты транспортной инфраструктуры и перевозчиков.

Субъектами транспортной инфраструктуры (пункт 9 статьи 1) являются юридические лица, индивидуальные предприниматели и физические лица, являющиеся собственниками объектов транспортной инфраструктуры или использующие их на ином законном основании.

4. Планирование и реализация мер транспортной безопасности

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона о транспортной безопасности субъекты транспортной инфраструктуры разрабатывают планы обеспечения транспортной безопасности объектов и направляют их на утверждение в компетентные органы в области транспортной безопасности.

Согласно части 4 статьи 9 реализация планов обеспечения транспортной безопасности акваторий морского порта осуществляется капитанами морских портов.

5. Статус и функции капитана морского порта

Суд установил, что согласно частям 1, 2 статьи 10 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 261-ФЗ «О морских портах в Российской Федерации» и статье 74 Кодекса торгового мореплавания РФ капитан морского порта: - является должностным лицом; - возглавляет службу капитана морского порта, входящую в состав администрации морских портов; - непосредственно подчиняется федеральному органу исполнительной власти в сфере морского транспорта; - действует на основании положения о капитане морского порта, утвержденного федеральным органом исполнительной власти в области транспорта; - осуществляет административно-властные полномочия в морском порту.

Функции капитана морского порта (пункты 1-3, 6, 11 статьи 11 Федерального закона о морских портах, статья 76 Кодекса торгового мореплавания РФ, подпункты 11, 12 пункта 15 Положения о капитане морского порта, утвержденного приказом Министерства транспорта РФ от 9 ноября 2022 г. № 447): - обеспечивает безопасность плавания и стоянки судов в акватории морского порта; - обеспечивает транспортную безопасность акватории морского порта, в том числе принимает меры по предотвращению и прекращению незаконных нахождения и передвижения судов; - информирует уполномоченные органы об угрозах совершения актов незаконного вмешательства; - предпринимает меры по предупреждению чрезвычайных ситуаций.

6. Финансовое обеспечение функций капитана морского порта

Суд указал, что согласно части 3 статьи 121 Федерального закона о морских портах администрация морских портов осуществляет организационное, материально-техническое и финансовое обеспечение исполнения капитанами морских портов функций, предусмотренных федеральным законодательством и нормативными правовыми актами Правительства РФ.

Вывод суда: Финансовое обеспечение исполнения капитанами морских портов их функций осуществляется администрацией морских портов. При этом предусмотренное законом обеспечение транспортной безопасности не может быть поставлено в зависимость от финансового обеспечения, и правовая норма, соответствующая законодательству РФ, в связи с этим не подлежит признанию недействующей.

7. Подразделения транспортной безопасности

Согласно пункту 7 статьи 1 Федерального закона о транспортной безопасности под подразделениями транспортной безопасности понимаются осуществляющие защиту объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от актов незаконного вмешательства (в том числе на основании договора с субъектом транспортной инфраструктуры): - подразделения ведомственной охраны федеральных органов исполнительной власти в области транспорта; - аккредитованные для этой цели юридические лица.

Согласно частям 4¹, 8 статьи 4 Федерального закона о транспортной безопасности субъект транспортной инфраструктуры определяет персонал, непосредственно связанный с обеспечением транспортной безопасности, и лиц, ответственных за её обеспечение. Защита объектов, подлежащих охране подразделениями ведомственной охраны, осуществляется указанными подразделениями, являющимися подразделениями транспортной безопасности.

8. Организация, управляющая государственным имуществом в морских портах

Суд установил, что организацией, за которой закреплено государственное имущество в морских портах на праве хозяйственного ведения, является ФГУП «Росморпорт».

Согласно Уставу ФГУП Росморпорт, утвержденному распоряжением Федерального агентства морского и речного транспорта от 6 ноября 2020 г. № АП-506-р, к видам деятельности Предприятия отнесено: - участие в обеспечении транспортной безопасности акваторий морских портов; - оказание услуг по обеспечению транспортной безопасности акватории морского порта; - поддержание в надлежащем техническом состоянии инженерно-технических средств обеспечения транспортной безопасности; - разработка планов обеспечения транспортной безопасности; - осуществление деятельности по защите объектов транспортной инфраструктуры от актов незаконного вмешательства.

ФГУП Росморпорт аккредитовано в качестве подразделения транспортной безопасности на защиту акваторий морских портов от актов незаконного вмешательства.

9. Содержание оспариваемых норм Требований

Пункт 5 Требований устанавливает, что субъекты транспортной инфраструктуры, в том числе администрации бассейнов внутренних водных путей и капитан морского порта во взаимодействии с организацией, управляющей государственным имуществом в морском порту, обязаны: - образовать (сформировать) и (или) привлечь для защиты объекта транспортной инфраструктуры подразделения транспортной безопасности в случаях, предусмотренных Требованиями; - такие подразделения должны включать группы работников, специально оснащённые, мобильные, круглосуточно выполняющие задачи по реагированию на подготовку или совершение актов незаконного вмешательства и нарушения режимов.

Пункт 6 Требований устанавливает дополнительные обязанности капитана морского порта во взаимодействии с организацией, управляющей государственным имуществом в морском порту: - разработать, принять и исполнять внутренние организационно-распорядительные документы, направленные на реализацию мер по обеспечению транспортной безопасности акватории морского порта и являющиеся приложением к плану объекта транспортной инфраструктуры.

Подпункт 7 пункта 6 Требований предусматривает: - в случае формирования подразделения транспортной безопасности — положение о сформированном подразделении; - в случае привлечения подразделения транспортной безопасности — копия договора о защите акватории морского порта от актов незаконного вмешательства (прилагается в течение 6 месяцев с даты утверждения плана объекта транспортной инфраструктуры); - порядок допуска транспортных средств в зону транспортной безопасности акватории морского порта, в том числе предусматривающий меры по прекращению незаконного нахождения и перемещения судов в зоне безопасности.

10. Правовая определённость оспариваемых норм

Суд пришёл к выводу, что оспариваемые нормы в полной мере согласуются с приведенными нормами закона и какой-либо правовой неопределённости не содержат.

Суд отметил, что это подтверждается Механизмом взаимодействия при реализации капитаном морского порта и ФГУП Росморпорт требований по обеспечению транспортной безопасности акватории морского порта, подписанным директором Северо-Западного бассейнового филиала ФГУП Росморпорт и капитаном морского порта. Механизм разработан с целью: - защиты акватории морского порта от актов незаконного вмешательства; - организации эффективного взаимодействия между капитаном морского порта и Предприятием при выполнении Требований; - координации деятельности при планировании и выполнении мероприятий по обеспечению транспортной безопасности; - повышения эффективности выявления и предотвращения угроз; - обеспечения постоянного обмена информацией о принимаемых мерах и решениях.

Вывод суда: Пункты 5 и 6 Требований в оспариваемой части изложены понятным и доступным образом, отвечают критериям правовой определённости, ясности и недвусмысленности правовой нормы, не допускают неоднозначного толкования при их применении.

11. Дискреционные полномочия Правительства РФ

Суд подчеркнул, что требования административного истца сводятся к изменению оспариваемых норм и определению иного (целесообразного с его точки зрения) правового регулирования спорных отношений, что недопустимо, поскольку федеральным законодателем полномочия по установлению требований по обеспечению транспортной безопасности отнесены к дискреционным полномочиям Правительства РФ. Иное повлекло бы неизбежность вмешательства в целесообразность принимаемых решений.

12. Толкование норм об обязанности образовать или привлечь подразделения транспортной безопасности

Суд отклонил утверждение административного истца об отсутствии источников финансирования и полномочий капитана морского порта на подписание договоров.

Ключевой вывод суда: Закрепленная в подпункте 3 пункта 5 Требований обязанность образовать (сформировать) и (или) привлечь для защиты объекта транспортной инфраструктуры подразделения транспортной безопасности не содержит положений, предписывающих капитану морского порта заключить договор, а указывает на обязанность образовать (сформировать) и (или) привлечь подразделения транспортной безопасности.

Суд указал, что данная норма правильно понимается участниками правоотношений, что следует из Механизма взаимодействия, в котором формированию подразделения транспортной безопасности посвящен соответствующий раздел.

13. Толкование норм об издании внутренних организационно-распорядительных документов

Согласно пункту 1 статьи 12 Федерального закона о морских портах капитан морского порта в целях осуществления функций, установленных федеральным законодательством, издаёт акты ненормативного характера, подлежащие исполнению капитанами судов и лицами, находящимися в морском порту.

Суд указал, что издание внутренних организационно-распорядительных документов вытекает непосредственно из закрепленных за капитаном морских портов функций по обеспечению транспортной безопасности акватории морского порта и принятию мер по предотвращению и прекращению незаконных нахождения и передвижения судов.

Относительно договора о защите акватории морского порта: Приведенная в абзаце втором подпункта 7 пункта 6 Требований норма, в зависимости от выбранного способа (формирования или привлечения подразделения транспортной безопасности), предлагает либо утвердить соответствующее положение для приложения к плану объекта транспортной инфраструктуры, либо приложить соответствующий договор. Какие-либо обязанности, предписывающие капитану морского порта заключить соответствующий договор, данная норма не содержит.

14. Отклонение ссылок на гражданское и трудовое законодательство

Суд указал, что ссылки административного истца на статьи 21, 49, 420, пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ и статью 22 Трудового кодекса РФ не имеют правового значения, поскольку они не регулируют отношения по обеспечению транспортной безопасности.

15. Анализ судебной практики

Суд отметил, что представленные административным истцом судебные акты, вопреки его утверждениям, связывают нарушения капитана морского порта не с наличием или отсутствием договора, а с фактическим отсутствием подразделений транспортной безопасности. Установленные этими актами предписания в настоящее время не отменены.

16. Заключительный вывод о соответствии оспариваемых норм законодательству

Суд установил, что приведенные в оспариваемых нормах Требований обязанности капитана морского порта установлены взаимосвязанными положениями норм: - Федерального закона о морских портах; - Кодекса торгового мореплавания РФ; - Федерального закона о транспортной безопасности.

Итоговый вывод: В связи с тем, что оспариваемые положения Требований не противоречат каким-либо нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, прав и законных интересов административного истца не нарушают, в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 215 КАС РФ.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

В решении ВС РФ отсутствует информация о рассмотрении дела в нижестоящих инстанциях (районном суде, апелляционной коллегии). Дело рассматривалось непосредственно в Верховном Суде РФ в первой инстанции по оспариванию нормативного правового акта (глава 21 КАС РФ).

Однако суд провёл анализ судебной практики, представленной административным истцом, и указал, что эта практика не поддерживает его позицию: судебные акты связывают нарушения капитана морского порта не с отсутствием договора, а с фактическим отсутствием подразделений транспортной безопасности.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение Верховного Суда РФ:

Отказать в удовлетворении административного искового заявления Попова Бориса Германовича об оспаривании: - абзаца первого пункта 5; - подпункта 3 пункта 5; - абзаца первого пункта 6; - абзаца второго подпункта 7 пункта 6; - абзаца четвёртого подпункта «а» подпункта 7 пункта 6

требований по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни безопасности для объектов транспортной инфраструктуры морского и речного транспорта, не подлежащих категорированию, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 10 октября 2020 г. № 1651.

Правовое основание: Пункт 2 части 2 статьи 215 КАС РФ.

Порядок обжалования: Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда РФ в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Усиление гарантий публичного интереса в сфере транспортной безопасности

Решение подтверждает, что требования по обеспечению транспортной безопасности не могут быть поставлены в зависимость от финансового обеспечения и других практических затруднений. Это означает, что государство может устанавливать обязательные требования в целях защиты от актов незаконного вмешательства (включая террористические акты), даже если их реализация требует скоординированных действий нескольких субъектов.

Суд отклонил аргумент о «заведомой неисполнимости» требований, указав, что: - капитан морского порта имеет полномочия по обеспечению транспортной безопасности; - администрация морских портов обязана финансировать исполнение этих функций; - ФГУП Росморпорт аккредитовано в качестве подразделения транспортной безопасности и готово оказывать услуги.

2. Толкование норм об обязанности «образовать или привлечь» подразделения транспортной безопасности

Ключевое доктринальное значение: Суд чётко разграничил: - Обязанность образовать (сформировать) подразделение — предполагает создание собственного подразделения и утверждение положения о нём; - Обязанность привлечь подразделение — предполагает использование существующего подразделения (в том числе ФГУП Росморпорт) и приложение договора о защите.

Суд отклонил интерпретацию, согласно которой норма обязывает капитана морского порта заключить договор. Вместо этого норма предоставляет выбор способа обеспечения защиты.

Это имеет значение для правоприменения: должностное лицо не может быть привлечено к ответственности за отсутствие договора, если оно выбрало способ формирования собственного подразделения.

3. Контроль соответствия нормативных актов вышестоящему законодательству

Решение демонстрирует методику проверки соответствия постановления Правительства РФ федеральному законодательству: - суд проверил, соответствуют ли оспариваемые нормы целям, задачам и принципам, установленным Федеральным законом о транспортной безопасности; - суд проверил, соответствуют ли нормы функциям и полномочиям, закреплённым за капитаном морского порта федеральным законодательством; - суд проверил, соответствуют ли нормы процедурным требованиям к изданию нормативных актов.

4. Дискреционные полномочия органов исполнительной власти

Суд подчеркнул, что полномочия Правительства РФ по установлению требований по обеспечению транспортной безопасности являются дискреционными. Это означает, что суд не может пересматривать целесообразность выбранного Правительством способа регулирования, если этот способ соответствует федеральному законодательству.

Однако суд может проверить: - соответствие оспариваемых норм вышестоящему законодательству; - наличие правовой определённости и ясности норм; - отсутствие противоречий между нормами.

5. Правовая определённость как критерий законности нормативного акта

Суд установил, что оспариваемые нормы отвечают критериям правовой определённости, ясности и недвусмысленности, поскольку: - они понятны и доступны для применения; - они не допускают неоднозначного толкования; - они согласуются с другими нормами федерального законодательства; - они подтверждаются практикой применения (Механизм взаимодействия).

Это имеет значение для оценки законности нормативных актов в целом: норма может быть признана недействующей не только за прямое противоречие вышестоящему закону, но и за отсутствие правовой определённости.

6. Взаимодействие между субъектами при реализации публичных функций

Решение подтверждает, что нормативный акт может возлагать обязанности на несколько субъектов, требуя их взаимодействия, если: - каждому субъекту закреплены соответствующие полномочия и функции; - каждому субъекту обеспечено необходимое финансирование; - нормативный акт содержит ясные указания на порядок взаимодействия.

В данном случае: - капитан морского порта имеет функции по обеспечению транспортной безопасности; - администрация морских портов обязана финансировать эти функции; - ФГУП Росморпорт имеет полномочия по оказанию услуг в области транспортной безопасности; - Механизм взаимодействия определяет порядок координации.

7. Применение в смежных категориях публично-правовых споров

Позиция ВС РФ может быть применена в следующих категориях дел:

а) Оспаривание нормативных актов в сфере безопасности: - требования по обеспечению безопасности в аэропортах, на железных дорогах, в портах; - требования по противодействию терроризму и экстремизму; - требования по защите критической информационной инфраструктуры.

б) Оспаривание нормативных актов, возлагающих обязанности на должностных лиц: - требования к руководителям организаций по обеспечению различных видов безопасности; - требования к должностным лицам по исполнению функций в области охраны окружающей среды, санитарно-эпидемиологической безопасности и т.д.

в) Оспаривание нормативных актов, требующих взаимодействия между субъектами: - требования к взаимодействию между органами государственной власти и органами местного самоуправления; - требования к взаимодействию между государственными органами и частными организациями.

8. Связь с конституционными гарантиями

Решение затрагивает следующие конституционные гарантии:

а) Право на судебную защиту (статья 46 Конституции РФ): Суд подтвердил, что граждане имеют право обратиться в суд с требованием об оспаривании нормативного правового акта, однако суд не может удовлетворить требование, если оспариваемый акт соответствует вышестоящему законодательству и не нарушает прав и законных интересов истца.

б) Принцип законности (статья 15 Конституции РФ): Суд проверил соответствие постановления Правительства РФ федеральному законодательству и Конституции РФ.

в) Принцип равенства перед законом (статья 19 Конституции РФ): Суд указал, что требования по обеспечению транспортной безопасности применяются ко всем субъектам транспортной инфраструктуры в одинаковом порядке.

г) Право на справедливое разбирательство: Суд провёл тщательный анализ доводов административного истца и дал развёрнутое обоснование своей позиции.

9. Значение для практики применения требований транспортной безопасности

Решение имеет практическое значение для: - капитанов морских портов и их заместителей, которые теперь имеют ясное понимание своих обязанностей; - администраций морских портов, которые обязаны финансировать исполнение функций капитанов; - ФГУП Росморпорт и других подразделений транспортной безопасности, которые могут оказывать услуги на основе договоров; - органов надзора в сфере транспорта, которые могут привлекать должностных лиц к ответственности за нарушение требований.

10. Доктринальное значение для теории административного права

Решение подтверждает следующие принципы:

а) Принцип соразмерности: Требования по обеспечению транспортной безопасности соразмерны целям защиты от актов незаконного вмешательства и не выходят за пределы необходимого.

б) Принцип добросовестности: Суд предположил, что субъекты транспортной инфраструктуры будут добросовестно исполнять требования, используя имеющиеся у них полномочия и ресурсы.

в) Принцип эффективности: Суд указал, что требования направлены на повышение эффективности обеспечения транспортной безопасности и выявления угроз.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Решение Верховного Суда РФ по делу № АКПИ26-213 является важным прецедентом в области оспаривания нормативных правовых актов в сфере транспортной безопасности. Суд отклонил все доводы административного истца, признав, что оспариваемые положения Постановления Правительства РФ № 1651 полностью соответствуют федеральному законодательству, содержат ясные и определённые нормы и не нарушают прав административного истца.

Ключевые выводы решения:

1. Правительство РФ действовало в пределах своих дискреционных полномочий, установленных Федеральным законом о транспортной безопасности.

2. Оспариваемые нормы содержат правовую определённость и ясность, что подтверждается Механизмом взаимодействия и практикой применения.

3. Обязанность «образовать или привлечь» подразделения транспортной безопасности не предписывает заключение договора, а предоставляет выбор способа обеспечения защиты.

4. Требования по обеспечению транспортной безопасности не могут быть поставлены в зависимость от финансового обеспечения, поскольку администрация морских портов обязана финансировать исполнение функций капитана морского порта.

5. Суд не может пересматривать целесообразность выбранного Правительством способа регулирования, если этот способ соответствует федеральному законодательству.

Решение имеет практическое значение для правоприменения в сфере транспортной безопасности и доктринальное значение для теории административного права, подтверждая принципы законности, соразмерности и правовой определённости.