ВС подтвердил право Минэкономразвития устанавливать основания для отказа в приеме документов

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № АПЛ26-175; Апелляционное определение ВС РФ от 13 августа 2026 г.

Дата принятия: 13 августа 2026 г.

Состав Апелляционной коллегии ВС РФ: - Председательствующий: Зайцев В.Ю. - Члены коллегии: Воронов А.В., Зинченко И.Н. - Секретарь: Иванов В.Н. - Участие прокурора: Клевцова Е.А. (Генеральная прокуратура РФ)

Стороны спора: - Административный истец (апеллянт): Берг Олег Викторович, индивидуальный предприниматель - Административный ответчик: Министерство экономического развития Российской Федерации (Минэкономразвития России) - Заинтересованное лицо: Министерство юстиции Российской Федерации (Минюст России)

Категория спора: Административное дело об оспаривании нормативного правового акта (абстрактный нормоконтроль); категория — административное судопроизводство в порядке проверки законности нормативного правового акта.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Краткая фабула

Минэкономразвития России приказом от 22 мая 2023 г. № 342 (зарегистрирован в Минюсте России 31 мая 2023 г., регистрационный номер 73639, размещён на официальном интернет-портале правовой информации 1 июня 2023 г.) утвердило Административный регламент по предоставлению государственной услуги «Предоставление в аренду земельных участков, расположенных в границах особой экономической зоны и находящихся в государственной или муниципальной собственности». Регламент устанавливает порядок и стандарт предоставления услуги, включая исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме документов (пункт 18) и критерии принятия решения о предоставлении услуги (пункт 50). Берг О.В., являющийся индивидуальным предпринимателем, оспаривал пункты 18 и 50 Регламента, утверждая, что они противоречат статье 39 Земельного кодекса РФ и пункту 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» (далее — Закон об организации предоставления государственных и муниципальных услуг).

Процессуальная история по инстанциям

Первая инстанция (Верховный Суд РФ, решение от 26 мая 2026 г. по делу № АКПИ26-199): Суд первой инстанции отказал в удовлетворении административного иска, признав, что оспариваемые пункты Административного регламента не противоречат нормативным правовым актам большей юридической силы и приняты уполномоченным органом в пределах его полномочий. Суд исходил из того, что пункт 18 Регламента правомерно устанавливает основания для отказа в приеме документов (отсутствие установления личности заявителя или его представителя), что необходимо для надлежащего функционирования системы предоставления государственных услуг. Пункт 50 Регламента, по мнению суда, не противоречит пункту 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг, поскольку перечисляет критерии, которые должны быть выполнены для принятия решения о предоставлении услуги, а не требует представления новых документов, не указанных при первоначальном отказе.

Апелляционная инстанция (Апелляционная коллегия ВС РФ, определение от 13 августа 2026 г.): Апеллянт Берг О.В. просил отменить решение суда первой инстанции и удовлетворить его требование о признании пункта 18 полностью недействующим, а пункта 50 — частично недействующим (в части, предусматривающей отказ в предоставлении услуги со ссылкой на непредставление документов и информации, которые не указывались при первоначальном отказе). Апеллянт ссылался на то, что суд первой инстанции не опроверг его утверждение о противоречии пункта 18 статье 39 ЗК РФ и не проверил довод о несоответствии пункта 50 пункту 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг.

Минэкономразвития России в возражениях на апелляционную жалобу настаивала на том, что её доводы необоснованны и суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении иска. Минюст России поддержал позицию, изложенную в отзыве на административный иск.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Правовой конфликт возникает между двумя группами интересов и нормативных требований:

1. Интерес органа исполнительной власти в установлении процедурных и материальных критериев для предоставления государственной услуги (аренда земельных участков в особых экономических зонах), включая право отказать в приеме документов при отсутствии установления личности заявителя или его представителя, и право отказать в предоставлении услуги при невыполнении установленных критериев.

2. Интерес заявителя (индивидуального предпринимателя) в защите от требования представления документов и информации, которые не были указаны при первоначальном отказе, и в ограничении оснований для отказа в приеме документов только теми, которые прямо предусмотрены земельным законодательством.

Спор касается толкования и применения: - Статьи 39 ЗК РФ — о порядке предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности; - Пункта 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг — о запрете требовать документы и информацию, отсутствие которых не указывалось при первоначальном отказе, за исключением установленных законом случаев.

Дело имеет принципиальное значение, поскольку затрагивает баланс между: - Полномочиями органов исполнительной власти по разработке и утверждению административных регламентов предоставления государственных услуг; - Правами граждан и юридических лиц на справедливое и прозрачное рассмотрение заявлений о предоставлении государственных услуг; - Пределами абстрактного нормоконтроля — вопросом о том, может ли суд признать нормативный правовой акт недействующим на основании целесообразности его редакции или только на основании прямого противоречия нормативным актам большей юридической силы.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Противоречит ли пункт 18 Административного регламента (устанавливающий основания для отказа в приеме документов при отсутствии установления личности заявителя или его представителя) статье 39 Земельного кодекса РФ и иным нормативным правовым актам большей юридической силы?

2. Противоречит ли пункт 50 Административного регламента (устанавливающий критерии для принятия решения о предоставлении услуги и предусматривающий отказ при невыполнении любого из этих критериев) пункту 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг»?

3. Может ли суд в порядке абстрактного нормоконтроля признать нормативный правовой акт недействующим на основании целесообразности его редакции, или суд ограничен проверкой соответствия оспариваемых положений нормативным актам большей юридической силы?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Апелляционная коллегия ВС РФ подтвердила позицию суда первой инстанции о том, что оспариваемые пункты 18 и 50 Административного регламента не противоречат нормативным правовым актам большей юридической силы и, следовательно, не подлежат признанию недействующими. При разрешении дел в порядке абстрактного нормоконтроля Верховный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права, а не целесообразности того или иного варианта регулирования. Суд не вправе признать нормативный правовой акт недействующим на основании предложений об изменении его редакции, если оспариваемые положения соответствуют действующему законодательству.

B. Развёрнутое обоснование

1. Компетенция Минэкономразвития России по утверждению Административного регламента

Апелляционная коллегия установила, что Минэкономразвития России обладает полномочиями по принятию оспариваемого Административного регламента, что согласуется со следующими нормативными актами:

• Подпункт «б» пункта 8 части 1 статьи 8 Федерального закона от 22 июля 2005 г. № 116-ФЗ «Об особых экономических зонах в Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 365-ФЗ) и пункт 7 части 1 данной статьи в действующей редакции — наделяют Минэкономразвития России полномочиями по регулированию деятельности особых экономических зон;

• Часть 1 статьи 1, пункт 4 статьи 2, часть 1 статьи 12, часть 1 статьи 13 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг — устанавливают требование к разработке и утверждению административных регламентов органами, предоставляющими государственные услуги;

• Пункт 2 Правил разработки и утверждения административных регламентов предоставления государственных услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июля 2021 г. № 1228 — определяет процедуру разработки и утверждения административных регламентов;

• Пункт 1 и подпункт 5.3.22 Положения о Министерстве экономического развития Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июня 2008 г. № 437 — конкретизирует полномочия Минэкономразвития России по утверждению административных регламентов.

Вывод: Несоблюдения требований к процедуре принятия и правилам введения оспариваемого нормативного правового акта не имеется.

2. Правовое регулирование предоставления государственных и муниципальных услуг

Апелляционная коллегия подчеркнула, что Закон об организации предоставления государственных и муниципальных услуг регулирует отношения, возникающие в связи с предоставлением государственных и муниципальных услуг (часть 1 статьи 1). Предоставление таких услуг осуществляется в соответствии с административным регламентом — нормативным правовым актом, устанавливающим порядок и стандарт предоставления услуги (пункт 4 статьи 2, часть 1 статьи 12, часть 1 статьи 13).

Закон об организации предоставления государственных и муниципальных услуг закрепляет требования к структуре административных регламентов (статья 12) и требования к стандарту предоставления услуги (статья 14), в частности:

• Пункт 3 части 2 статьи 12 — структура административного регламента должна содержать раздел, устанавливающий состав, последовательность и сроки выполнения административных процедур;

• Пункты 3, 4, 7, 8 части 1 статьи 14 — стандарт предоставления государственной или муниципальной услуги предусматривает результат, срок предоставления услуги, исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме документов, необходимых для предоставления услуги, для приостановления предоставления услуги или отказа в её предоставлении.

Вывод: Во исполнение требований федерального законодателя Минэкономразвития России правомерно установило исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме документов в пункте 18 Административного регламента.

3. Законность пункта 18 Административного регламента: основания для отказа в приеме документов

Апелляционная коллегия признала законность пункта 18 Административного регламента, который устанавливает следующие основания для отказа в приеме документов:

• Подпункт «а»: личность представителя заявителя не установлена;
• Подпункт «б»: личность заявителя не установлена.

Суд исходил из следующих аргументов:

3.1. Функция установления личности в системе предоставления государственных услуг

Процедура установления личности, осуществляемая субъектами, наделенными специальными властными полномочиями, позволяет выявить, что лицо осуществляет деятельность именно под своим именем. Установление личности лица, непосредственно обращающегося за предоставлением государственной услуги, имеет целью: - надлежащее функционирование системы предоставления государственных услуг; - исключение неправомерного получения государственной услуги неуполномоченными лицами.

3.2. Соответствие гражданскому законодательству

Данный вывод согласуется с пункт 1 статьи 19 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепившим, что гражданин приобретает права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая.

3.3. Отсутствие противоречия с земельным законодательством

Апелляционная коллегия установила, что пункт 18 Административного регламента не противоречит каким-либо нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, включая указываемую административным истцом статью 39 Земельного кодекса РФ. Довод апеллянта об обратном основан на ошибочном толковании норм материального права.

Вывод: Пункт 18 Административного регламента соответствует действующему законодательству и не подлежит признанию недействующим.

4. Законность пункта 50 Административного регламента: критерии принятия решения о предоставлении услуги

Апелляционная коллегия проанализировала содержание пункта 50 Административного регламента, который в подпунктах «а» — «р» перечисляет критерии, которые должны быть выполнены для принятия Министерством решения о предоставлении услуги. Критерии включают:

• наличие/отсутствие на земельном участке зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства (подпункты «а», «б»);
• соответствие границ земельного участка требованиям Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (подпункт «в»);
• отсутствие резервирования земельного участка (подпункт «г»);
• отсутствие ограничений по праву пользования (подпункт «д»);
• наличие сведений о кадастровом номере в Едином государственном реестре недвижимости (подпункт «е»);
• отсутствие ограничений в обороте (подпункт «ж»);
• достоверность и полнота сведений в заявлении (подпункт «з»);
• расположение участка в границах особой экономической зоны (подпункт «и»);
• наличие полномочий Министерства по распоряжению участком (подпункт «к»);
• нахождение участка в государственной или муниципальной собственности (подпункт «л»);
• право заявителя на приобретение участка без проведения торгов (подпункт «м»);
• подтверждение сведений данными из Единого государственного реестра юридических лиц (подпункт «н»);
• внесение сведений о заявителе в реестр резидентов особой экономической зоны (подпункт «о»);
• статус организации как юридического лица, созданного в соответствии с законодательством РФ (подпункт «п»);
• право представителя действовать без доверенности (подпункт «р»).

Пункт 50 определяет, что в случае невыполнения любого из этих критериев принимается решение об отказе в предоставлении услуги.

4.1. Соответствие пункту 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг

Апеллянт Берг О.В. полагал, что пункт 50 не соответствует пункту 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг, который гласит:

Органы, предоставляющие государственные услуги, и органы, предоставляющие муниципальные услуги, не вправе требовать от заявителя представления документов и информации, отсутствие и (или) недостоверность которых не указывались при первоначальном отказе в приеме документов, необходимых для предоставления государственной или муниципальной услуги, либо в предоставлении государственной или муниципальной услуги, за исключением следующих случаев:

а) изменение требований нормативных правовых актов, касающихся предоставления государственной или муниципальной услуги, после первоначальной подачи заявления;

б) наличие ошибок в заявлении о предоставлении государственной или муниципальной услуги и документах, поданных заявителем после первоначального отказа в приеме документов;

в) истечение срока действия документов или изменение информации после первоначального отказа;

г) выявление документально подтвержденного факта (признаков) ошибочного или противоправного действия (бездействия) должностного лица органа, предоставляющего государственную услугу, или иного лица при первоначальном отказе в приеме документов.

4.2. Анализ соответствия

Апелляционная коллегия провела сопоставление содержания пункта 50 Административного регламента и пункта 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг и установила, что противоречие, на которое ссылается административный истец, отсутствует.

Ключевое различие состоит в том, что: - Пункт 50 Административного регламента перечисляет критерии, которые должны быть выполнены для принятия решения о предоставлении услуги (материальные условия предоставления услуги); - Пункт 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг регулирует процедуру требования документов и информации (процедурные ограничения на требование новых документов).

Пункт 50 не требует представления новых документов, не указанных при первоначальном отказе; он устанавливает материальные критерии, которые должны быть проверены на основе уже представленных документов и информации.

4.3. Отказ в удовлетворении требования апеллянта

Требование Берга О.В. о признании пункта 50 Административного регламента частично недействующим, по сути, сводится к решению вопроса об осуществлении нормативного правового регулирования и о внесении в нормативный правовой акт дополнений в предлагаемой административным истцом редакции, что не может служить основанием для признания оспариваемого пункта частично недействующим.

Вывод: Пункт 50 Административного регламента соответствует действующему законодательству и не подлежит признанию недействующим.

5. Пределы абстрактного нормоконтроля: вопрос права, а не целесообразности

Апелляционная коллегия подчеркнула принципиальное положение о пределах судебного контроля при рассмотрении дел об оспаривании нормативных правовых актов:

При разрешении дел в порядке абстрактного нормоконтроля Верховный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права, а не целесообразности того или иного варианта регулирования с точки зрения необходимости внесения изменений в нормативный правовой акт.

Это означает, что суд не вправе: - предлагать альтернативные варианты редакции нормативного акта; - оценивать целесообразность выбранного законодателем или органом исполнительной власти варианта регулирования; - признавать нормативный акт недействующим на основании того, что существуют иные, возможно более совершенные, варианты его формулировки.

Суд может признать нормативный акт недействующим только при наличии прямого противоречия нормативным актам большей юридической силы.

6. Применение критерия признания нормативного правового акта недействующим

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ), основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту большей юридической силы.

Апелляционная коллегия установила, что Административный регламент, принятый уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, в оспариваемой части какому-либо федеральному закону или иному нормативному правовому акту большей юридической силы не противоречит, и, руководствуясь пункт 2 части 2 статьи 215 КАС РФ, суд первой инстанции верно отказал в удовлетворении административного иска.

7. Полнота проверки законности нормативного правового акта

Апелляционная коллегия отметила, что при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд проверяет законность положений нормативного правового акта, которые оспариваются. При проверке законности этих положений суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении, и выясняет обстоятельства, указанные в части 8 статьи 213 КАС РФ, в полном объеме (часть 7 статьи 213 КАС РФ).

Суд первой инстанции вынес решение с учетом правовых норм, регулирующих рассматриваемые отношения, при правильном их толковании. Выводы суда о законности пунктов 18, 50 Административного регламента надлежащим образом мотивированы и соответствуют обстоятельствам административного дела.

8. Отсутствие оснований для отмены решения в апелляционном порядке

Апелляционная коллегия установила, что предусмотренные статьей 310 КАС РФ основания для отмены решения в апелляционном порядке отсутствуют, поскольку: - суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права; - выводы суда надлежащим образом мотивированы; - обстоятельства дела получили должную оценку.

VI. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРА И ПРОЦЕДУРНЫЕ УКАЗАНИЯ

Критерий разрешения спора

Апелляционная коллегия применила критерий соответствия оспариваемых положений Административного регламента нормативным правовым актам большей юридической силы, установленный пункт 1 части 2 статьи 215 КАС РФ. Поскольку оспариваемые пункты 18 и 50 не противоречат Земельному кодексу РФ, Закону об организации предоставления государственных и муниципальных услуг, Гражданскому кодексу РФ и иным нормативным актам большей юридической силы, они подлежат признанию соответствующими действующему законодательству.

Указания нижестоящим судам и органам

Апелляционное определение не содержит специальных указаний нижестоящим судам или органам исполнительной власти, поскольку дело разрешено в порядке абстрактного нормоконтроля. Однако определение устанавливает правовой прецедент, согласно которому:

1. Органы, предоставляющие государственные услуги, вправе устанавливать в административных регламентах исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме документов, включая отсутствие установления личности заявителя или его представителя.

2. Органы, предоставляющие государственные услуги, вправе устанавливать в административных регламентах материальные критерии для принятия решения о предоставлении услуги, которые должны быть проверены на основе представленных документов и информации.

3. Суды при рассмотрении дел об оспаривании нормативных правовых актов должны проверять соответствие оспариваемых положений нормативным актам большей юридической силы, а не оценивать целесообразность выбранного варианта регулирования.

Распределение обязанностей

Определение не предусматривает специального распределения обязанностей между участниками, поскольку дело разрешено в порядке абстрактного нормоконтроля. Однако определение подтверждает, что:

• Минэкономразвития России вправе применять Административный регламент в соответствии с его содержанием, включая отказ в приеме документов при отсутствии установления личности заявителя или его представителя, и отказ в предоставлении услуги при невыполнении установленных критериев.

• Заявители обязаны представлять документы, необходимые для установления их личности и личности их представителей, и должны соответствовать материальным критериям, установленным Административным регламентом.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Берга Олега Викторовича - без удовлетворения.

Таким образом: - Решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении административного иска остаётся в силе; - Пункты 18 и 50 Административного регламента признаны соответствующими действующему законодательству; - Апелляционная жалоба Берга О.В. отклонена; - Административный регламент продолжает действовать в полном объёме.

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Утверждение методологии формального соответствия нормативным актам большей юридической силы

Определение закрепляет методологию формального соответствия при проверке законности нормативных правовых актов в порядке абстрактного нормоконтроля. Суд не проводит субстанциального анализа целесообразности или справедливости регулирования; суд проверяет исключительно наличие или отсутствие прямого противоречия нормативным актам большей юридической силы. Это означает, что:

• Органы исполнительной власти обладают широкой дискрецией при разработке административных регламентов, если они не противоречат федеральным законам;
• Суды не вправе подменять оценку целесообразности проверкой законности;
• Критика редакции нормативного акта не является основанием для его признания недействующим.

2. Гармонизация с позициями ВС РФ по пределам абстрактного нормоконтроля

Определение согласуется с устоявшейся позицией Верховного Суда РФ о том, что при разрешении дел в порядке абстрактного нормоконтроля суд решает исключительно вопросы права, а не целесообразности. Это положение неоднократно подтверждалось в практике ВС РФ и отражает принцип разделения властей: суд не вправе подменять функции законодателя и органов исполнительной власти.

3. Последствия для органов исполнительной власти

Определение имеет следующие последствия для органов исполнительной власти:

• Расширение полномочий по установлению оснований для отказа в приеме документов в административных регламентах, включая процедурные основания (отсутствие установления личности);
• Подтверждение права устанавливать материальные критерии для предоставления государственных услуг, которые должны быть выполнены для принятия положительного решения;
• Защита от судебного оспаривания административных регламентов, если они не противоречат федеральным законам, даже если существуют альтернативные варианты регулирования.

4. Последствия для заявителей и граждан

Определение имеет следующие последствия для заявителей и граждан:

• Ограничение возможности оспаривания административных регламентов в судебном порядке на основании целесообразности или справедливости;
• Необходимость соответствия установленным в административных регламентах процедурным требованиям (включая установление личности) и материальным критериям;
• Защита от произвольного требования новых документов, не указанных при первоначальном отказе, но в пределах установленных законом исключений.

5. Анти-абузивные оговорки суда

Определение содержит следующие анти-абузивные оговорки:

• Суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении, и выясняет обстоятельства в полном объеме (часть 7 статьи 213 КАС РФ). Это означает, что суд может выявить противоречие нормативного акта законодательству, даже если апеллянт не указал на него;

• Органы исполнительной власти не вправе требовать представления документов и информации, отсутствие которых не указывалось при первоначальном отказе, за исключением установленных законом случаев (пункт 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг). Это ограничение остаётся в силе и защищает заявителей от произвольного требования новых документов;

• Установление личности имеет целью надлежащее функционирование системы предоставления государственных услуг и исключение неправомерного получения услуги неуполномоченными лицами. Это означает, что требование установления личности должно быть обоснованным и не должно использоваться как предлог для отказа в предоставлении услуги.

6. Сферы применения позиции за пределами данного дела

Позиция Апелляционной коллегии применима в следующих сферах:

• Оспаривание административных регламентов предоставления государственных и муниципальных услуг в других областях (здравоохранение, образование, социальное обеспечение и т.д.);

• Оспаривание иных нормативных правовых актов органов исполнительной власти, если они не противоречат федеральным законам;

• Разрешение споров о предоставлении государственных услуг между заявителями и органами исполнительной власти, когда возникает вопрос о соответствии административного регламента действующему законодательству;

• Толкование пункта 4 части 1 статьи 7 Закона об организации предоставления государственных и муниципальных услуг в контексте разграничения между процедурными ограничениями на требование документов и материальными критериями для предоставления услуги.

7. Доктринальное значение

Определение имеет следующее доктринальное значение:

• Подтверждение принципа разделения властей в контексте судебного контроля над нормативными правовыми актами: суд не вправе подменять функции законодателя и органов исполнительной власти;

• Развитие теории абстрактного нормоконтроля в российском административном праве: суд проверяет соответствие нормативного акта нормативным актам большей юридической силы, а не оценивает целесообразность регулирования;

• Уточнение соотношения между процедурными и материальными критериями в системе предоставления государственных услуг: процедурные критерии (установление личности, прием документов) отличаются от материальных критериев (условия предоставления услуги);

• Подтверждение принципа исчерпывающего перечня оснований для отказа в приеме документов и предоставлении услуги: органы исполнительной власти вправе устанавливать такие перечни в административных регламентах, если они соответствуют федеральным законам.

Заключение

Апелляционное определение ВС РФ от 13 августа 2026 г. по делу № АПЛ26-175 представляет собой важный прецедент в области административного права и судебного контроля над нормативными правовыми актами. Определение подтверждает, что суды при рассмотрении дел об оспаривании нормативных правовых актов в порядке абстрактного нормоконтроля должны проверять соответствие оспариваемых положений нормативным актам большей юридической силы, а не оценивать целесообразность выбранного варианта регулирования. Определение также подтверждает право органов исполнительной власти устанавливать в административных регламентах исчерпывающий перечень оснований для отказа в приеме документов и материальные критерии для предоставления государственных услуг, если такие положения не противоречат федеральным законам.