КС подтвердил конституционность солидарной ответственности сопричинителей вреда без непосредственной причинной связи

I. РЕКВИЗИТЫ АКТА

Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 1843-О от 30 июня 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.

Заявитель: гражданин Рожков Олег Анатольевич.

Повод и основание к рассмотрению: жалоба гражданина на нарушение конституционных прав оспариваемыми нормами законодательства (основание — статьи 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Оспариваемые нормы: - часть первая статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации («Ответственность за совместно причиненный вред»); - часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации («Обязанность доказывания»); - части вторая и четвёртая статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации («Основания для освобождения от доказывания»).

II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ

Гражданин О.А. Рожков был осужден по пункту «в» части третьей статьи 286 УК РФ (превышение должностных полномочий). Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, удовлетворено заявление прокурора о взыскании с заявителя ущерба, причиненного преступными действиями. Суды пришли к выводу о совместном характере причинения вреда между О.А. Рожковым и гражданином Ф. (осужденным по части четвёртой статьи 159 УК РФ — мошенничество) и привлекли заявителя к солидарной гражданско-правовой ответственности, хотя в уголовном деле в отношении Ф. прокурор не доказал совместный характер преступной деятельности Ф. и заявителя.

Рожков оспаривал вывод судов о совместности причинения вреда, ссылаясь на то, что он и Ф. осуждены за преступления с различными объектом и объективной стороной. Определением судьи Верховного Суда РФ отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании.

Усматриваемые нарушения конституционных прав: заявитель считает, что оспариваемые нормы нарушают его права, гарантированные статьями 1, 4, 19, 45, 46, 49 и 50 Конституции РФ, поскольку: - содержат неопределённое понятие «лица, совместно причинившие вред»; - допускают привлечение к солидарной ответственности лица, чьим преступлением непосредственно не причинялся вред; - позволяют суду переоценивать установленные приговором фактические обстоятельства и признавать действия нескольких лиц, осужденных в разных уголовных делах, совершёнными совместно вопреки выводам приговора; - возлагают на ответчика бремя опровержения обстоятельств, установленных приговором в отношении другого осужденного.

III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Конституционно-правовой конфликт возникает между:

1. Принципом справедливости и правовой определённости (требование чёткого определения оснований гражданско-правовой ответственности) и принципом защиты прав потерпевших (возможность взыскания вреда с лиц, действия которых способствовали его причинению);

2. Принципом преюдициальности судебных решений (обязательность фактических обстоятельств, установленных вступившим в законную силу приговором) и независимостью гражданско-правовой оценки этих обстоятельств в рамках другого вида судопроизводства;

3. Требованием установления состава гражданского правонарушения (включая наличие причинной связи между действиями конкретного лица и наступлением вреда) и возможностью привлечения к солидарной ответственности лиц, чьи действия способствовали причинению вреда, но не имели непосредственной причинно-следственной связи с ним.

Вопрос имеет конституционное значение, поскольку касается баланса между защитой прав потерпевших и гарантиями справедливого судебного разбирательства для лиц, привлекаемых к ответственности, а также соотношения преюдициальности уголовного приговора и независимости гражданского судопроизводства.

IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ

Соответствуют ли Конституции РФ (в частности, статьям 1, 4, 19, 45, 46, 49, 50 Конституции РФ) положения части первой статьи 1080 ГК РФ, части первой статьи 56 ГПК РФ и частей второй и четвёртой статьи 61 ГПК РФ в аспекте: - допустимости привлечения лица к солидарной гражданско-правовой ответственности за совместно причинённый вред при отсутствии непосредственной причинно-следственной связи между его действиями и наступлением вреда; - возможности судом переоценивать фактические обстоятельства, установленные приговором, и признавать действия нескольких лиц, осужденных в разных уголовных делах, совершёнными совместно вопреки выводам приговора; - возложения на ответчика бремени опровержения обстоятельств, установленных приговором в отношении другого осужденного?

V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

A. Итоговый вывод

Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» (статьи 96 и 97), в соответствии с которыми жалоба признаётся допустимой. Однако в мотивировочной части Суд дал оценку конституционности оспариваемых норм, указав, что часть первая статьи 1080 ГК РФ, часть первая статьи 56 ГПК РФ и часть четвёртая статьи 61 ГПК РФ не нарушают конституционных прав заявителя в обозначенном аспекте. Что касается части второй статьи 61 ГПК РФ, то представленные материалы не подтверждают её применения судами в конкретном деле заявителя.

B. Развёрнутое обоснование

1. Состав гражданского правонарушения и принцип справедливости

Конституционный Суд подчеркнул, что обязанность возместить причинённый вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава гражданского правонарушения, включающего: - наступление вреда; - противоправность поведения причинителя вреда; - причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда; - вину причинителя.

Суд ссылался на постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П и др.

Тем самым Суд подтвердил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения. Иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определённости вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции РФ (ссылка на постановление от 8 декабря 2017 года № 39-П и определение от 31 марта 2026 года № 842-О).

2. Преюдициальность судебного решения и пределы её действия

Конституционный Суд установил, что фактические обстоятельства, установленные судом в рамках предмета рассмотрения по делу, могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку: - предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают; - суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства; - объективно определяются пределы действия преюдициальности судебного решения.

В связи с этим часть четвёртая статьи 61 ГПК РФ закрепляет, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, вступившие в законную силу постановления суда по уголовному делу обязательны по вопросам о том, имели ли место указанные действия и совершены ли они данным лицом (ссылка на определения КС РФ от 27 февраля 2024 года № 370-О, от 30 октября 2025 года № 2803-О и др.).

3. Преюдициальное значение фактов и их различная правовая оценка

Конституционный Суд неоднократно указывал, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, имеют преюдициальное значение, что не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (ссылка на определения КС РФ от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 20 декабря 2016 года № 2640-О, от 30 октября 2025 года № 2800-О, от 26 февраля 2026 года № 410-О и др.).

4. Конституционность оспариваемых норм

На основе изложенного Суд пришёл к выводу, что часть первая статьи 1080 ГК РФ и часть четвёртая статьи 61 ГПК РФ: - не содержат неопределённости; - не препятствуют самостоятельной гражданско-правовой оценке судом фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения лица к уголовной ответственности; - не связывают возможность привлечения лица к гражданско-правовой ответственности с наличием только непосредственной причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступлением вреда; - не исключают при этом учёта судом степени вины каждого из сопричинителей вреда при рассмотрении регрессного требования.

Таким образом, эти нормы не нарушают конституционных прав О.А. Рожкова в обозначенном в жалобе аспекте.

5. Конституционность части первой статьи 56 ГПК РФ

Часть первая статьи 56 ГПК РФ, возлагающая на каждую сторону обязанность доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (если иное не предусмотрено федеральным законом), конкретизирует положение статьи 123 (часть 3) Конституции РФ об осуществлении судопроизводства на основе состязательности сторон, служит гарантией реализации права каждого на судебную защиту и также не нарушает конституционных прав О.А. Рожкова в указанном им аспекте.

6. Часть вторая статьи 61 ГПК РФ

Что касается оспариваемой части второй статьи 61 ГПК РФ, то, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленные с жалобой материалы не подтверждают её применения судами в конкретном деле заявителя.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Резолюция:

1. Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Рожкова Олега Анатольевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд РФ признаётся допустимой.

2. Определение Конституционного Суда РФ по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Правовые последствия:

• Жалоба не принята к рассмотрению в заседании Конституционного Суда РФ;
• Оспариваемые нормы (часть первая статьи 1080 ГК РФ, часть первая статьи 56 ГПК РФ, части вторая и четвёртая статьи 61 ГПК РФ) остаются в силе;
• Конкретное дело заявителя не подлежит пересмотру на основании данного определения;
• Определение окончательно и не подлежит обжалованию.

VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ

1. Влияние на правоприменение

Хотя жалоба не принята к рассмотрению, мотивировочная часть определения содержит важные уточнения для судебной практики:

• Суды гражданского судопроизводства сохраняют право на самостоятельную оценку фактических обстоятельств, установленных уголовным приговором, в целях определения наличия состава гражданского правонарушения;
• Преюдициальное значение имеют только фактические обстоятельства (имели ли место действия, совершены ли они данным лицом), но не их правовая оценка;
• Привлечение к солидарной ответственности допустимо даже при отсутствии непосредственной причинно-следственной связи между действиями конкретного лица и наступлением вреда, если установлена его вина и причинная связь между его противоправным поведением и вредом в целом;
• Суд обязан учитывать степень вины каждого из сопричинителей при рассмотрении регрессного требования.

2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ

Определение развивает и уточняет ранее выраженные позиции Конституционного Суда:

• Постановления от 15 июля 2009 года № 13-П и от 7 апреля 2015 года № 7-П о составе гражданского правонарушения;
• Постановление от 8 декабря 2017 года № 39-П о принципах справедливости, соразмерности и правовой определённости;
• Определения от 27 февраля 2024 года № 370-О и от 30 октября 2025 года № 2803-О о преюдициальности уголовного приговора в гражданском судопроизводстве;
• Определения от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 20 декабря 2016 года № 2640-О, от 30 октября 2025 года № 2800-О, от 26 февраля 2026 года № 410-О о различной правовой оценке одних и тех же фактических обстоятельств в зависимости от характера спора.

Позиция Суда демонстрирует преемственность в толковании принципов гражданско-правовой ответственности и преюдициальности.

3. Гарантии конституционных прав

Определение усиливает гарантии следующих конституционных прав:

• Статья 19 Конституции РФ (равенство перед законом и судом) — через подтверждение необходимости установления состава гражданского правонарушения в отношении каждого ответчика;
• Статья 49 Конституции РФ (презумпция невиновности и право на справедливое судебное разбирательство) — через уточнение, что преюдициальное значение имеют только фактические обстоятельства, а не правовая оценка;
• Статья 123 Конституции РФ (состязательность судопроизводства) — через подтверждение обязанности каждой стороны доказывать основания своих требований.

4. Предписания законодателю

Определение не содержит предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования. Оспариваемые нормы признаны конституционными и не требуют изменения.

5. Сферы применения позиции

Правовая позиция применима в следующих сферах:

• Гражданское судопроизводство — при рассмотрении исков о возмещении вреда, причинённого преступлением, когда ответчиков несколько;
• Взыскание вреда, причинённого государством — при привлечении должностных лиц к солидарной ответственности;
• Регрессные требования — при определении доли ответственности каждого из сопричинителей вреда;
• Применение преюдициальности — при использовании фактических обстоятельств, установленных уголовным приговором, в гражданском деле.

Позиция подтверждает, что гражданское судопроизводство обладает достаточной автономией в оценке фактических обстоятельств, несмотря на обязательность преюдициальных фактов, что обеспечивает справедливое разрешение споров в каждом виде судопроизводства в соответствии с его целями и предметом доказывания.