ВС отменил солидарную ответственность собственника за пожар, возникший по вине арендатора

I. РЕКВИЗИТЫ И ПАРАМЕТРЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № А60-5809/2023 Арбитражного суда Свердловской области; Определение СКЭС ВС РФ № 309-ЭС26-5074.

Дата принятия: 14 сентября 2026 г. (резолютивная часть объявлена 9 сентября 2026 г.).

Состав СКЭС: - Председательствующий судья: Попов В.В. - Судьи: Завьялова Т.В., Тютин Д.В.

Стороны спора: - Истец (кассант): Общество с ограниченной ответственностью «Автомобильный комбинат «Екатеринбургтранссервис»» (собственник складских помещений, потерпевший от пожара). - Ответчик: Общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний Эльф» (субарендатор помещений). - Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: ООО «Основной элемент» (арендатор первого уровня), ООО «Расходные материалы - Урал», ИП Бабин В.А., ООО «Правильный вектор», ООО «Магазин упаковки», ООО «Торговый Дом Мир сварки», ООО «Трапеза», Нестеров А.А. (заведующий складом ответчика).

Категория спора: Договорный спор о возмещении убытков, вытекающий из причинения вреда имуществу; деликтное право.

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Фабула

Общество «АК «Екатеринбургтранссервис» являлось собственником складского комплекса по адресу г. Екатеринбург, ул. Аппаратная, 7, состоящего из трёх строений: помещения литер А2 (4156,9 кв. м), пристроя к литеру А2 (847,8 кв. м) и отдельно стоящего здания склада № 1 (11 547,6 кв. м). Помещения литер А2 были переданы собственником в аренду ООО «Основной элемент» по договору аренды от 20 ноября 2017 г., которое, в свою очередь, сдало их в субаренду ООО «ГК Эльф» по договору субаренды от 10 марта 2022 г. сроком на одиннадцать месяцев. Согласно пункту 4.4 договора субаренды субарендатор нёс самостоятельную ответственность за соблюдение правил пожарной безопасности и безопасную эксплуатацию электроустановок.

14 октября 2022 г. в складских зданиях произошёл пожар, в результате которого склад литер А2, пристрой и здание склада № 1 были полностью уничтожены. По результатам судебных экспертиз установлено, что очаг пожара расположен в помещении зоны разгрузки на уровне пола, произошёл разлив и воспламенение легковоспламеняющейся жидкости (бензина или антифриза), все вероятные факторы возгорания связаны с деятельностью сотрудников субарендатора, выразившихся в неосторожном обращении с горючими жидкостями.

Собственник обратился в арбитражный суд с иском о взыскании убытков в размере 488 207 729 руб. 02 коп., состоящих из 439 576 000 руб. реального ущерба (рыночная стоимость трёх строений по отчёту от 10 ноября 2022 г. № 1072-22/Н) и 48 631 729 руб. 02 коп. упущенной выгоды (справка о размере ущерба от 29 ноября 2022 г. № 28).

Решения нижестоящих инстанций

Арбитражный суд Свердловской области (24 июня 2025 г.): Удовлетворил исковые требования в полном объёме, взыскав с ответчика всю сумму убытков в размере 488 207 729 руб. 02 коп. Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 15, 1064 ГК РФ и статьёй 38 Закона о пожарной безопасности, пришёл к выводу о том, что пожар возник вследствие виновных действий ООО «ГК Эльф», выразившихся в неосторожном обращении с горючими жидкостями при несоблюдении требований противопожарной безопасности, доказана причинно-следственная связь между действиями ответчика и убытками истца.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд (24 октября 2025 г.): Изменил решение суда первой инстанции, удовлетворил иск частично, взыскав с ответчика 244 103 864 руб. 51 коп. убытков (половину заявленной суммы), в том числе 219 788 000 руб. реального ущерба и 24 315 864 руб. 51 коп. упущенной выгоды. Апелляционный суд применил положения части 1 статьи 1080 ГК РФ о солидарной ответственности, сославшись на то, что собственник здания подлежит привлечению к солидарной ответственности вместе с непосредственным виновником пожара, поскольку вред причинён в результате совокупности действий (бездействия) как субарендатора, так и собственника. Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что здание относилось к категории «В» по пожарной безопасности, не соответствовало требованиям и нормам пожарной безопасности (отсутствовали автоматические установки пожаротушения, отсутствовало разделение противопожарными преградами согласно Постановлению Правительства РФ от 1 сентября 2021 г. № 1464), и поэтому собственник не может быть полностью освобожден от ответственности.

Арбитражный суд Уральского округа (24 февраля 2026 г.): Оставил постановление апелляционного суда без изменения, поддержав выводы о том, что истец не принял достаточные меры по обеспечению пожарной безопасности комплекса, недопущению распространения очага возгорания, и поэтому наравне с ответчиком несёт ответственность за пожар и его последствия.

Основание передачи в коллегию

Не согласившись с постановлениями апелляционного суда и суда округа, ООО «АК «Екатеринбургтранссервис» обратилось с кассационной жалобой, ссылаясь на существенные нарушения судами норм материального и процессуального права. Определением судьи ВС РФ Попова В.В. от 5 августа 2026 г. кассационная жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКЭС.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Спор сосредоточен на вопросе о распределении ответственности за убытки, причинённые пожаром, между собственником помещений и субарендатором. Правовой конфликт возник между двумя подходами к применению норм о деликтной ответственности:

1. Позиция апелляционного суда и суда округа: Собственник помещений несёт солидарную ответственность вместе с субарендатором на основании статьи 1080 ГК РФ, поскольку не обеспечил надлежащие условия пожарной безопасности (отсутствие автоматических систем пожаротушения и противопожарных преград), что способствовало распространению пожара и увеличению убытков. Применялась также статья 404 ГК РФ о праве суда уменьшить размер ответственности должника, если кредитор содействовал увеличению убытков.

2. Позиция истца и суда первой инстанции: Ответчик (субарендатор) несёт полную ответственность за убытки, поскольку пожар возник исключительно в результате его виновных действий (неосторожного обращения с горючими жидкостями), и отсутствует причинно-следственная связь между действиями (бездействием) собственника и наступившим вредом.

Дело имеет принципиальное значение для практики применения норм о солидарной ответственности в деликтных обязательствах, разграничения ответственности между собственником имущества и арендатором за нарушение правил пожарной безопасности, а также для определения критериев причинно-следственной связи при возмещении убытков.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Подлежит ли применению статья 1080 ГК РФ о солидарной ответственности в случае, когда вред причинён исключительно действиями одного лица (субарендатора), а другое лицо (собственник) не совершало совместных действий, приведших к пожару?

2. Может ли суд применить положения статьи 404 ГК РФ о снижении размера ответственности должника на основании того, что собственник не обеспечил надлежащие условия пожарной безопасности, если материалами дела не доказано, что нарушение собственником правил пожарной безопасности явилось причиной возникновения пожара?

3. Какова роль причинно-следственной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившим ущербом при определении объёма ответственности за убытки?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ отменил постановления апелляционного суда и суда округа, восстановив решение суда первой инстанции об удовлетворении иска в полном объёме. Суд пришёл к выводу, что апелляционный суд и суд округа неверно применили положения статей 404 и 1080 ГК РФ. Солидарная ответственность не может быть возложена на собственника помещений, поскольку материалами дела не доказано совершение им совместных действий с субарендатором, приведших к пожару. Причинно-следственная связь между действиями (бездействием) собственника и наступившим вредом не установлена. Ответчик (субарендатор) обязан возместить причинённый истцу ущерб в полном объёме как лицо, причинившее вред при обращении с источником повышенной опасности (горючими жидкостями).

B. Развёрнутое обоснование

1. Общие принципы возмещения убытков и вины причинителя вреда

В соответствии со статьёй 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статья 1064 ГК РФ устанавливает, что вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине.

Суд подчеркнул, что предъявляя исковые требования о возмещении вреда, истец должен доказать наличие состава гражданского правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между поведением причинителя вреда и наступившим ущербом. Причинно-следственная связь выражается в том, что противоправное действие (бездействие) предшествует наступившему вреду во времени и является необходимым и достаточным основанием наступления вреда.

2. Ответственность за нарушение правил пожарной безопасности

Статья 38 Закона о пожарной безопасности устанавливает, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности возлагается на собственников имущества наряду с лицами, уполномоченными владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом. Ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор.

Суд сослался на Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 г., утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 сентября 2006 г., подтверждающий, что ответственность может быть возложена как на собственника, так и на арендатора в зависимости от того, кто нарушил правила пожарной безопасности.

3. Критерии солидарной ответственности и отсутствие совместных действий

Статья 1080 ГК РФ предусматривает, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Однако применение этой нормы требует наличия совместных действий лиц, привлекаемых к ответственности.

Суд сослался на пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», в котором разъяснено, что совместный характер действий может выражаться в их согласованности, скоординированности и направленности на реализацию общего для всех действующих лиц намерения. Предполагается, что поведение каждого из солидарных ответчиков характеризуется вредоносностью.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении настоящего спора судами не установлено, что собственник помещений и субарендатор совершали совместные действия, которые привели к пожару и дальнейшему уничтожению имущества. Напротив, материалами дела доказано, что пожар возник исключительно в результате деятельности субарендатора. Причинно-следственной связи между действиями (бездействием) общества «АК «Екатеринбургтранссервис» и наступившими последствиями в виде пожара не установлено. Таким образом, у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для применения положений статьи 1080 ГК РФ и возложения на собственника и субарендатора солидарной ответственности.

4. Неправомерное применение статьи 404 ГК РФ о снижении ответственности

Статья 404 ГК РФ предоставляет суду право уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Апелляционный суд возложил ответственность за последствия пожара в равной степени на истца и ответчика, указав, что здание склада литер А2 относилось к категории «В» по пожарной и взрывопожарной безопасности и не соответствовало требованиям и нормам пожарной безопасности согласно его категории.

Верховный Суд указал, что данные выводы суда основаны на материалах заключения № 57/24, выполненного специалистом Соболевым Г.А., которое суд первой инстанции не принял в качестве надлежащего доказательства, поскольку оно подготовлено по заказу ответчика, заинтересованного в исходе дела, и специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупрежден. Апелляционный суд использовал в качестве достоверного доказательства заключение специалиста, опороченное судом первой инстанции, однако при этом не указал на какие-либо нарушения судом первой инстанции норм процессуального права, связанные с оценкой доказательств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции не учел, что суд первой инстанции исследовал доводы ответчика о том, что собственник умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, вызванных пожаром, и признал их не подтвержденными материалами дела.

Суд первой инстанции отметил, что в ходе проведенных экспертиз не установлено нарушение со стороны общества «АК «Екатеринбургтранссервис» обязательных требований пожарной безопасности. Заключение судебной экспертизы не подтвердило нарушение истцом требований к оборудованию зданий системой автоматического пожаротушения и противопожарными перегородками. Отсутствуют сведения о том, что на момент возникновения пожара контролирующие органы предъявляли к собственнику требования об установке автоматической системы пожаротушения на складе литера А2.

В заключении судебной пожарно-технической экспертизы от 2 апреля 2025 г. № 7 указано, что в 2016, 2017, 2019 годах сотрудники Государственного пожарного надзора осуществляли проверки в отношении объекта и составляли предписания об устранении нарушений правил пожарной безопасности; на момент возникновения пожара предписание Государственного пожарного надзора в отношении склада литер А2 было выполнено.

Суд первой инстанции принял во внимание, что право собственности общества «АК «Екатеринбургтранссервис» на спорное здание литера А2 как на самовольную постройку признано решением Арбитражного суда Свердловской области от 11 мая 2010 г. по делу № А60-5607/2010, при рассмотрении указанного дела установлено, что государственными органами пожарного надзора по результатам проверки противопожарного состояния здания не выявлено нарушений, влияющих на возможность возникновения пожара и представляющих угрозу жизни и здоровью людей.

Поскольку материалами дела не подтверждено нарушение правил пожарной безопасности истцом, приведших к возникновению пожара, оснований для применения положения статьи 404 ГК РФ и уменьшения размера ответственности ответчика у суда апелляционной инстанции не имелось.

5. Доказательства возникновения пожара в результате деятельности субарендатора

Судом первой инстанции исследованы доказательства, в том числе материалы доследственной проверки, проведенной территориальным органом МЧС по факту пожара, включающие: - заключение от 23 декабря 2022 г. № 542, подготовленное экспертами федерального государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области; - заключение повторной экспертизы от 10 апреля 2023 г. № Э/12-23, подготовленное экспертами федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Санкт-Петербургский университет Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий имени Героя Российской Федерации генерала армии Е. Н. Зиничева»; - заключение судебной пожарно-технической экспертизы от 2 апреля 2025 г. № 7, составленное обществом с ограниченной ответственностью «Файер контроль».

По результатам анализа представленных доказательств суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта возникновения пожара в процессе деятельности общества «ГК Эльф» в арендованном помещении.

Судебной экспертизой выявлено, что очаг пожара, произошедшего 14 октября 2022 г., расположен внутри помещения зоны разгрузки на уровне пола, в установленном очаге пожара произошел разлив и воспламенение легковоспламеняющейся жидкости. Все вероятные выявленные факторы возгорания связаны с деятельностью сотрудников субарендатора, выразившихся в неосторожном обращении с легковоспламеняющейся жидкостью. В описательной части экспертного заключения указано, что непосредственный участник событий Нестеров Андрей Александрович (заведующий складом общества «ГК Эльф») давал противоречивые объяснения, первоначально указывал, что возгорание произошло от канистр с бензином, затем пояснял, что канистры содержали антифриз. При этом экспертом исключена электротехническая причина пожара.

Суды трех инстанций были едины в выводах о том, что пожар возник в связи с неосторожным обращением ответчиком с горючими жидкостями.

6. Источник повышенной опасности и ответственность субарендатора

В соответствии с пункт 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Суд сослался на пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в котором разъяснено, что по смыслу статьи 1079 ГК РФ источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

Горючие жидкости являются источником повышенной опасности, обладают особыми свойствами, которые создают реальную или потенциальную угрозу причинения вреда другим окружающим его объектам. Обращение и хранение горючих жидкостей требует соблюдения определенных правил, в том числе положений Постановления Правительства РФ от 16 сентября 2020 г. № 1479 «Об утверждении Правил противопожарного режима в Российской Федерации».

Судами установлено, что возгорание произошло в арендованном обществом «ГК Эльф» помещении в процессе его деятельности, связано с обращением с горючими жидкостями, которые являются источником повышенной опасности. Поскольку не доказано, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, то ответчик является лицом, обязанным возместить причиненный истцу ущерб.

7. Оценка возражений ответчика о наличии альтернативных причин пожара

Ответчик в возражениях на кассационную жалобу указывал, что на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции представлено заключение от 28 апреля 2025 г. № 408/3-5-24, № 409/4-5-24, составленное экспертами федерального бюджетного учреждения Самарская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, и которое является главным доказательством, подтверждающим отсутствие вины ответчика в возникновении пожара.

Верховный Суд указал, что данное возражение не может быть признано состоятельным, поскольку из содержания указанного документа не следует, что эксперт установил, что причиной пожара явились действия общества «АК «Екатеринбургтранссервис». Однозначных ответов на все поставленные вопросы заключение не содержит, эксперт указал, что решить вопрос в категорической форме не представляется возможным из-за утраты части информационно-значимых признаков, в результате высокотемпературного воздействия пожара, обрушения части конструкций строения.

8. Итоговый вывод о полной ответственности ответчика

Поскольку суд первой инстанции в отношении действий (бездействий) субарендатора установил наличие всех элементов правонарушения, которые являются основанием для привлечения в гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, при этом относительно размера причиненных убытков ответчик возражений не заявлял, судебная коллегия полагает возможным согласиться с итоговым выводом суда первой инстанции об удовлетворении иска.

Допущенные судами апелляционной инстанции и округа нарушения норм материального права повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов.

VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 октября 2025 г. и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 24 февраля 2026 г. по делу № А60-5809/2023 отменены.

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 24 июня 2025 г. по тому же делу оставлено в силе.

Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.

VII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Смена методологии применения норм о солидарной ответственности

Определение СКЭС демонстрирует отход от формального подхода к применению статьи 1080 ГК РФ, при котором солидарная ответственность возлагалась на основании общего нарушения правил пожарной безопасности обоими участниками отношений. Верховный Суд установил субстанциальный критерий: солидарная ответственность требует доказательства совместных действий лиц, характеризующихся согласованностью, скоординированностью и направленностью на реализацию общего намерения, при этом поведение каждого из солидарных ответчиков должно быть вредоносным.

Данный подход исключает возможность автоматического возложения солидарной ответственности на собственника имущества только на основании того, что он не обеспечил надлежащие условия пожарной безопасности, если материалами дела не доказано, что его действия (бездействие) явились причиной возникновения вреда.

2. Роль причинно-следственной связи как обязательного элемента состава правонарушения

Верховный Суд подчеркнул, что причинно-следственная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившим ущербом является обязательным условием наступления ответственности. Противоправное действие (бездействие) должно предшествовать наступившему вреду во времени и являться необходимым и достаточным основанием наступления вреда. Отсутствие такой связи исключает возможность привлечения лица к ответственности, даже если оно нарушило определённые правила (в данном случае — правила пожарной безопасности).

Это положение имеет универсальное значение для всех деликтных обязательств и ограничивает возможность судов возлагать ответственность на лиц, чьи действия не явились причиной вреда.

3. Ограничение применения статьи 404 ГК РФ о снижении ответственности

Определение устанавливает, что статья 404 ГК РФ не может быть применена для снижения размера ответственности причинителя вреда на основании того, что потерпевший не обеспечил надлежащие условия безопасности, если материалами дела не доказано, что действия (бездействие) потерпевшего явились причиной увеличения размера убытков. Суд не может применять эту норму, опираясь на предположения или на нарушение потерпевшим общих правил безопасности, если такое нарушение не привело к увеличению вреда.

Данный подход предотвращает злоупотребление правом со стороны причинителя вреда, который пытается переложить часть ответственности на потерпевшего, ссылаясь на общие нарушения правил безопасности.

4. Разграничение ответственности между собственником и арендатором за нарушение правил пожарной безопасности

Хотя статья 38 Закона о пожарной безопасности возлагает ответственность как на собственника, так и на лиц, уполномоченных владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, это не означает автоматическую солидарную ответственность. Ответственность каждого лица определяется в зависимости от того, кто конкретно нарушил правила пожарной безопасности и чьи действия (бездействие) явились причиной вреда.

В данном деле собственник передал помещения в аренду и возложил на арендатора (по договору субаренды) ответственность за соблюдение правил пожарной безопасности. Поскольку пожар возник в результате деятельности арендатора, именно арендатор несёт полную ответственность, а собственник не может быть привлечен к ответственности только на основании того, что он не обеспечил дополнительные системы пожаротушения, если контролирующие органы не требовали их установки и суд первой инстанции установил, что собственник выполнил все предписания органов пожарного надзора.

5. Значение для практики арбитражных управляющих и кредиторов в банкротстве

Хотя данное дело не является банкротным спором, его выводы имеют значение для практики возмещения убытков в процедурах банкротства. Если в ходе банкротства выявляется, что имущество должника было повреждено или уничтожено в результате действий третьих лиц, конкурсный управляющий может предъявить требование о возмещении убытков. Определение СКЭС устанавливает, что такое требование должно быть основано на доказательстве всех элементов состава правонарушения, включая причинно-следственную связь, и не может быть снижено на основании предположений о том, что должник не обеспечил надлежащие условия безопасности.

6. Анти-абузивные оговорки суда

Определение содержит анти-абузивный элемент, направленный против попыток причинителя вреда переложить ответственность на потерпевшего путём ссылки на общие нарушения правил безопасности. Суд указал, что апелляционный суд использовал в качестве доказательства заключение специалиста, которое было опороченно судом первой инстанции как предвзятое (подготовленное по заказу ответчика, заинтересованного в исходе дела), и не указал на нарушения норм процессуального права при оценке доказательств. Это предостережение направлено против манипулирования доказательствами в целях избежания ответственности.

7. Сфера применения позиции за пределами пожарной безопасности

Выводы Верховного Суда о необходимости доказательства причинно-следственной связи, о критериях солидарной ответственности и об ограничениях применения статьи 404 ГК РФ имеют универсальное значение для всех деликтных обязательств, включая: - возмещение убытков при нарушении договорных обязательств; - ответственность за вред, причинённый источниками повышенной опасности; - ответственность за вред, причинённый окружающей среде; - ответственность за вред, причинённый жизни и здоровью.

Определение может быть использовано в качестве прецедента при рассмотрении споров о распределении ответственности между несколькими лицами, когда один из ответчиков пытается переложить часть ответственности на потерпевшего или на другого причинителя вреда.