ВС отменил решения судов по иску о возмещении убытков от судебного пристава

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер дела: 5-КГ26-98-К2

Номер определения ВС РФ: 77RS0010-02-2023-017568-98

Дата: 15 сентября 2026 г.

Состав СКГД: председательствующий Петрушкина В.А., судьи Марьина А.Н. и Горшков В.В.

Стороны: - Истец: Тавпеко Сергей Вячеславович (гражданин) - Ответчик: Федеральная служба судебных приставов (орган публичной власти)

Категория спора: деликтный (возмещение убытков и морального вреда, причинённых органом принудительного исполнения при совершении исполнительных действий)

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца:

Тавпеко С.В. обратился в суд с иском к Федеральной службе судебных приставов о взыскании: - упущенной выгоды в размере 29 726 руб. 03 коп. (в связи с досрочным расторжением договора банковского вклада); - суммы незаконно удержанного исполнительского сбора в размере 1010 руб.; - почтовых расходов в размере 209 руб. 50 коп.; - компенсации морального вреда в размере 25 000 руб.; - расходов по уплате государственной пошлины.

Фактические обстоятельства:

Постановлением судебного пристава-исполнителя Перовского районного отдела от 21 августа 2023 г. возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного листа от 25 августа 2022 г. о взыскании с Тавпеко С.В. в пользу ООО «НИЖЭКОЛОГИЯ-НН» задолженности в размере 3084 руб. 81 коп.

29 августа 2023 г. судебным приставом вынесены постановления об обращении взыскания на денежные средства на счетах в АО «Почта Банк» и ПАО Сбербанк. Со счетов произведено принудительное списание в общей сумме 6169 руб. 62 коп. (по 3084 руб. 81 коп. с каждого счёта).

Критически: в АО «Почта Банк» денежные средства списаны со счёта долгосрочного вклада по программе «Горячий сезон» (договор от 11 апреля 2023 г.), что повлекло его досрочное расторжение и утрату права на получение процентов в сумме 29 726 руб. 03 коп.

29 августа 2023 г. Тавпеко С.В. добровольно погасил задолженность в размере 3106 руб. 10 коп.

27 сентября 2023 г. принудительно списанные средства возвращены на счёт должника.

29 сентября 2023 г. судебным приставом вынесены постановления об окончании исполнительного производства и взыскании исполнительского сбора в размере 1000 руб.

4 октября 2023 г. Тавпеко С.В. оплатил исполнительский сбор в размере 1010 руб. (с комиссией).

Решение суда первой инстанции (Мещанский районный суд г. Москвы, 29 апреля 2025 г.):

В удовлетворении исковых требований отказано. Суд исходил из отсутствия условий для возложения ответственности: недоказанности факта причинения убытков, отсутствия причинно-следственной связи между действиями судебного пристава и заявленными убытками, отсутствия вины причинителя вреда. Суд также указал, что истец не обжаловал действия судебного пристава в порядке КАС РФ.

Постановление апелляции (Московский городской суд, 4 сентября 2025 г.):

Решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определение кассационного суда (Второй кассационный суд общей юрисдикции, 29 января 2026 г.):

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение оставлены без изменения.

Кассационная жалоба в ВС РФ:

Тавпеко С.В. просит отменить названные судебные акты как незаконные. Определением судьи ВС РФ Петрушкина В.А. от 6 августа 2026 г. жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании СКГД.

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Спор возник между интересом гражданина на возмещение убытков, причинённых органом принудительного исполнения при совершении исполнительных действий (списание денежных средств со счёта долгосрочного вклада, взыскание исполнительского сбора), и позицией органа публичной власти об отсутствии оснований для деликтной ответственности.

Конфликт касается: 1. Материально-правовой составляющей: наличие всех элементов гражданского правонарушения (противоправность, причинная связь, вина, вред); 2. Процессуально-правовой составляющей: надлежащее распределение бремени доказывания между сторонами и определение судом юридически значимых обстоятельств; 3. Межотраслевой составляющей: соотношение норм гражданского права (ст. 15, 16, 1064, 1069 ГК РФ) и норм исполнительного производства (Закон об исполнительном производстве, Закон об органах принудительного исполнения).

Категория проблемы: материально-правовая и процессуально-правовая.

Причина передачи на коллегию:

Дело передано на коллегию в связи с необходимостью уточнения правовой позиции по вопросам: (1) распределения бремени доказывания при рассмотрении исков о возмещении вреда, причинённого органом принудительного исполнения; (2) значения факта надлежащего уведомления должника о возбуждении исполнительного производства для наступления деликтной ответственности; (3) соблюдения принципа соотносимости мер принудительного исполнения объёму требований взыскателя.

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Какие юридически значимые обстоятельства должны быть установлены судом при рассмотрении иска о возмещении убытков, причинённых органом принудительного исполнения при совершении исполнительных действий?

2. Кто несёт бремя доказывания надлежащего уведомления должника о возбуждении исполнительного производства и соблюдения принципа соотносимости мер принудительного исполнения?

3. Является ли отсутствие доказательств надлежащего уведомления должника о возбуждении исполнительного производства основанием для признания действий судебного пристава-исполнителя незаконными и причинившими вред?

4. Может ли взыскание исполнительского сбора быть произведено, если должник не был надлежащим образом уведомлен о возбуждении исполнительного производства?

5. Нарушается ли принцип соотносимости мер принудительного исполнения при обращении взыскания на денежные средства, находящиеся на счёте долгосрочного вклада, при наличии достаточных средств на текущих счётах должника?

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала жалобу подлежащей удовлетворению и установила, что суды первой, апелляционной и кассационной инстанций допустили существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела. Ключевая позиция: при рассмотрении исков о возмещении вреда, причинённого органом принудительного исполнения, суд обязан установить все юридически значимые обстоятельства, включая факт надлежащого уведомления должника о возбуждении исполнительного производства и соблюдение принципа соотносимости мер принудительного исполнения, и надлежащим образом распределить бремя доказывания между сторонами.

B. Развёрнутое обоснование

1. Нормативная база возмещения убытков, причинённых органом принудительного исполнения

Материальное право:

Статья 15 ГК РФ (п. 1) устанавливает право лица, чьё право нарушено, требовать полного возмещения причинённых убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение в меньшем размере.

Статья 15 ГК РФ (п. 1) определяет убытки как: (а) расходы, произведённые лицом для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб); (б) неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота (упущенная выгода).

Статья 16 ГК РФ предусматривает, что убытки, причинённые гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом РФ или муниципальным образованием.

Статья 1064 ГК РФ (п. 1) устанавливает, что вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Статья 1069 ГК РФ предусматривает, что вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

Специальное законодательство об исполнительном производстве:

Статья 2 Закона об исполнительном производстве от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ определяет задачи исполнительного производства: правильное и своевременное исполнение судебных актов и иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Статья 4 Закона об исполнительном производстве устанавливает принципы исполнительного производства, включая принцип соотносимости объёма требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

Статья 119 (ч. 2) Закона об исполнительном производстве предусматривает право заинтересованных лиц обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причинённых совершением исполнительных действий и (или) применением мер принудительного исполнения.

Пункт 3 статьи 19 Закона об органах принудительного исполнения от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ устанавливает, что ущерб, причинённый сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством РФ.

2. Состав гражданского правонарушения при рассмотрении исков о возмещении вреда

Постановление Пленума ВС РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»:

Пункт 82 разъясняет, что по делам о возмещении вреда суд должен установить: - факт причинения вреда; - вину причинителя вреда; - причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Пункт 78 указывает, что исполнительский сбор обладает свойствами административной штрафной санкции, при применении которой на должника возлагается обязанность произвести определённую дополнительную выплату в качестве меры публично-правовой ответственности.

Пункт 82 также разъясняет, что то обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда; их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда.

Позиция Конституционного Суда РФ:

Постановление КС РФ от 15 июля 2009 г. № 13-П и определение КС РФ от 29 мая 2025 г. № 1427-О указывают на необходимость оценки судом доказательств, подтверждающих наличие состава гражданского правонарушения, включающего противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину.

3. Обязанность судебного пристава-исполнителя по уведомлению должника

Нормативная база:

Статья 12 (п. 1) Закона об органах принудительного исполнения устанавливает, что судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Статья 24 (ч. 1) Закона об исполнительном производстве предусматривает, что лицо, участвующее в исполнительном производстве, извещается о возбуждении исполнительного производства, времени и месте совершения исполнительных действий различными способами (повестка с уведомлением о вручении, телефонограмма, телеграмма, почтовая связь, электронная связь и т.д.).

Статья 30 (ч. 8) Закона об исполнительном производстве устанавливает, что постановление о возбуждении исполнительного производства выносится в трёхдневный срок со дня поступления исполнительного документа.

Статья 30 (ч. 12) Закона об исполнительном производстве определяет срок для добровольного исполнения требований исполнительного документа: пять дней со дня получения должником постановления о возбуждении исполнительного производства либо с момента доставки извещения о размещении информации в банке данных.

Статья 30 (ч. 17) Закона об исполнительном производстве предусматривает, что копия постановления о возбуждении исполнительного производства направляется не позднее дня, следующего за днём вынесения постановления, взыскателю, должнику, а также в суд и другой орган, выдавший исполнительный документ.

Статья 27 (ч. 1) Закона об исполнительном производстве устанавливает, что повестка, иное извещение, адресованные гражданину, вручаются ему лично под расписку на подлежащем возврату уведомлении о вручении.

Обзор судебной практики ВС РФ:

Пункт 52 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (2019), утверждённого Президиумом ВС РФ 17 июля 2019 г., разъясняет, что наличие вины должника в неисполнении в добровольном порядке требований исполнительного документа и, как следствие, оснований для взыскания исполнительского сбора напрямую зависит от факта надлежащего и своевременного уведомления должника о возбуждении исполнительного производства.

4. Исполнительский сбор: условия взыскания

Нормативная база:

Статья 112 (ч. 1) Закона об исполнительном производстве определяет исполнительский сбор как денежное взыскание, налагаемое на должника в случае неисполнения им исполнительного документа в срок, установленный для добровольного исполнения, а также в случае неисполнения исполнительного документа, подлежащего немедленному исполнению, в течение суток с момента получения копии постановления о возбуждении исполнительного производства.

Статья 112 (ч. 2) Закона об исполнительном производстве устанавливает, что исполнительский сбор устанавливается судебным приставом-исполнителем по истечении срока, если должник не представил доказательств того, что исполнение было невозможным вследствие непреодолимой силы.

Вывод СКГД: Поскольку Тавпеко С.В. не был надлежащим образом извещен о возбуждении исполнительного производства и ему не была предоставлена возможность добровольно исполнить в установленный законом срок требования исполнительного документа, оснований для взыскания с него исполнительского сбора (штрафной санкции) не имелось.

5. Принцип соотносимости мер принудительного исполнения

Нормативная база:

Статья 69 (ч. 2) Закона об исполнительном производстве предусматривает, что взыскание на имущество должника обращается в размере задолженности, то есть в размере, необходимом для исполнения требований исполнительного документа, с учётом взыскания расходов по совершению исполнительных действий и исполнительского сбора.

Статья 69 (ч. 7, 8) Закона об исполнительном производстве устанавливает, что сведения о принадлежащих должнику правах на имущество представляются судебному приставу-исполнителю самим должником, а при отсутствии таких сведений запрашиваются им у налоговых органов и иных организаций.

Статья 70 (ч. 3) Закона об исполнительном производстве предусматривает, что если денежные средства имеются на нескольких счётах должника, то судебный пристав-исполнитель в постановлении указывает, с какого счёта и в каком объёме должны быть списаны денежные средства.

Вывод СКГД: При наличии сведений о достаточности денежных средств на текущем счёте в ПАО Сбербанк (остаток 3084 руб. 81 коп., что соответствовало размеру задолженности) судебным приставом-исполнителем было обращено взыскание в том числе на денежные средства, размещённые на счёте долгосрочного банковского вклада (остаток 1 000 000 руб.). Это нарушило принцип соотносимости мер принудительного исполнения объёму требований взыскателя.

6. Распределение бремени доказывания и определение юридически значимых обстоятельств

Процессуальное право:

Статья 56 (ч. 1) ГПК РФ устанавливает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 56 (ч. 2) ГПК РФ предусматривает, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Постановление Пленума ВС РФ от 21 мая 2026 г. № 15 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству»:

Пункт 8 разъясняет, что судья на основании норм материального и процессуального права определяет обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела (даже если стороны на них не ссылались), и разъясняет сторонам, кому надлежит их доказывать.

Аналогичные разъяснения содержались в пункте 7 утратившего силу постановления Пленума ВС РФ от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству».

Вывод СКГД: Суд первой инстанции в нарушение приведённых норм права и разъяснений Пленума ВС РФ не определил в качестве юридически значимого обстоятельства, подлежащего установлению, факт надлежащего извещения судебным приставом-исполнителем должника о возбуждении исполнительного производства и не обеспечил предоставление соответствующих доказательств органом принудительного исполнения. Суды вышестоящих инстанций указанную ошибку не исправили.

7. Значение добровольного погашения задолженности

Вывод СКГД: Судами не принято во внимание, что добровольное погашение должником задолженности 29 августа 2023 г. (в день совершения исполнительных действий) могло свидетельствовать о его готовности исполнить требования исполнительного документа при условии своевременного извещения о возбуждении исполнительного производства в порядке, предусмотренном статьёй 24 Закона об исполнительном производстве. Однако доказательств такого извещения ответчиком представлено не было. Судам следовало дать оценку наличию причинно-следственной связи между неисполнением судебным приставом-исполнителем обязанности по извещению должника и неполучением указанным должником доходов, которые он извлёк бы при надлежащем исполнении судебным приставом-исполнителем данной обязанности.

8. Отсутствие доказательств надлежащего уведомления

Вывод СКГД: В материалах дела отсутствуют доказательства направления должнику копии постановления о возбуждении исполнительного производства от 21 августа 2023 г. Выводы суда апелляционной инстанции о том, что это не привело к нарушению имущественных прав должника, не основаны на нормах действующего законодательства.

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Существенные нарушения норм материального права:

1. Неправильное определение юридически значимых обстоятельств. Суд первой инстанции не определил в качестве юридически значимого обстоятельства факт надлежащого уведомления должника о возбуждении исполнительного производства, хотя это обстоятельство прямо влияет на наличие вины должника в неисполнении требований исполнительного документа и, как следствие, на основания для взыскания исполнительского сбора (в соответствии с пунктом 52 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (2019)).

2. Неправильное распределение бремени доказывания. Суд возложил на истца бремя доказывания факта причинения убытков, наличия причинно-следственной связи и вины причинителя вреда, не обеспечив при этом предоставление органом принудительного исполнения доказательств надлежащего уведомления должника. Между тем, в соответствии со статьёй 56 (ч. 2) ГПК РФ, суд обязан определить, какой стороне надлежит доказывать те или иные обстоятельства.

3. Неполное исследование фактических обстоятельств дела. Судебные инстанции не исследовали и не оценили: - наличие доказательств направления должнику копии постановления о возбуждении исполнительного производства; - соблюдение принципа соотносимости мер принудительного исполнения объёму требований взыскателя (при наличии достаточных средств на текущем счёте в размере 3084 руб. 81 коп. взыскание было обращено также на счёт долгосрочного вклада с остатком 1 000 000 руб.); - значение добровольного погашения задолженности 29 августа 2023 г. как свидетельства готовности должника исполнить требования при надлежащем уведомлении.

4. Неправильное применение норм материального права о составе гражданского правонарушения. Суд не установил все элементы состава гражданского правонарушения: противоправность поведения причинителя вреда (бездействие по уведомлению должника и нарушение принципа соотносимости), причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда (досрочное расторжение вклада и утрата процентов), вину причинителя вреда.

Существенные нарушения норм процессуального права:

1. Нарушение статьи 56 (ч. 2) ГПК РФ. Суд не определил в качестве юридически значимых обстоятельств факты, которые имели значение для дела, но на которые стороны не ссылались (надлежащее уведомление должника, соблюдение принципа соотносимости).

2. Нарушение требований постановления Пленума ВС РФ от 21 мая 2026 г. № 15 (п. 8). Судья не определил на основании норм материального и процессуального права обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела, и не разъяснил сторонам, кому надлежит их доказывать.

3. Неправильное применение правил оценки доказательств. Суд не дал надлежащей оценки доказательствам в соответствии со статьёй 67 ГПК РФ, в частности не оценил значение отсутствия в материалах дела доказательств направления должнику постановления о возбуждении исполнительного производства.

Влияние на исход дела:

Указанные нарушения являются существенными в смысле статьи 390 ГПК РФ, так как они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав истца.

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение СКГД:

1. Отменены: - решение Мещанского районного суда г. Москвы от 29 апреля 2025 г.; - апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 сентября 2025 г.; - определение судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 29 января 2026 г.

2. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (Мещанский районный суд г. Москвы).

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД устанавливает обязательный стандарт рассмотрения исков о возмещении вреда, причинённого органами принудительного исполнения:

• Суды обязаны самостоятельно определять юридически значимые обстоятельства, включая факт надлежащого уведомления должника о возбуждении исполнительного производства, даже если стороны на них не ссылались.
• Суды обязаны обеспечивать предоставление органом принудительного исполнения доказательств надлежащего исполнения им обязанностей, установленных Законом об исполнительном производстве.
• Суды обязаны проверять соблюдение принципа соотносимости мер принудительного исполнения объёму требований взыскателя.

2. Усиление защиты гражданина как должника

Определение СКГД существенно усиливает защиту прав гражданина, в отношении которого возбуждено исполнительное производство:

• Признаётся, что отсутствие доказательств надлежащого уведомления должника о возбуждении исполнительного производства является основанием для признания действий судебного пристава-исполнителя незаконными.
• Устанавливается, что взыскание исполнительского сбора невозможно, если должник не был надлежащим образом уведомлен о возбуждении исполнительного производства.
• Признаётся право должника на возмещение убытков, причинённых нарушением принципа соотносимости мер принудительного исполнения (в частности, обращением взыскания на счёт долгосрочного вклада при наличии достаточных средств на текущих счётах).

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС РФ и КС РФ

Определение СКГД развивает и уточняет позиции, сформированные в:

• Постановлении Пленума ВС РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 (пункты 78, 82): СКГД подтверждает, что суд должен установить все элементы состава гражданского правонарушения при рассмотрении исков о возмещении вреда, причинённого органом принудительного исполнения, и что отсутствие признания действий судебного пристава незаконными в отдельном судебном производстве не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда.

• Обзоре судебной практики ВС РФ № 2 (2019) (пункт 52): СКГД подтверждает, что наличие вины должника в неисполнении требований исполнительного документа напрямую зависит от факта надлежащого и своевременного уведомления должника о возбуждении исполнительного производства.

• Постановлениях КС РФ от 15 июля 2009 г. № 13-П и от 29 мая 2025 г. № 1427-О: СКГД подтверждает необходимость оценки судом доказательств, подтверждающих наличие состава гражданского правонарушения.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение СКГД устанавливает чёткий стандарт распределения бремени доказывания:

• Бремя доказывания надлежащого уведомления лежит на органе принудительного исполнения (ответчике), так как именно этот орган обязан в соответствии со статьёй 30 (ч. 17) Закона об исполнительном производстве направить копию постановления о возбуждении исполнительного производства должнику не позднее дня, следующего за днём вынесения постановления.

• Отсутствие доказательств надлежащого уведомления рассматривается как свидетельство нарушения обязанности органом принудительного исполнения.

• Суд обязан самостоятельно выносить на обсуждение юридически значимые обстоятельства, даже если стороны на них не ссылались, в соответствии со статьёй 56 (ч. 2) ГПК РФ.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция СКГД может быть применена по аналогии в следующих сферах:

• Иски о возмещении вреда, причинённого другими органами публичной власти (органами местного самоуправления, органами государственной власти), когда вопрос о надлежащем уведомлении лица о совершении действий, повлекших вред, является юридически значимым обстоятельством.

• Иски о возмещении убытков, причинённых нарушением принципа соотносимости при применении мер государственного принуждения (например, при наложении ареста на имущество, при совершении таможенных действий и т.д.).

• Иски о возмещении убытков, причинённых взысканием штрафных санкций (исполнительского сбора, административных штрафов и т.д.) без надлежащего уведомления лица о возбуждении производства или о необходимости исполнения требований.

• Дела о защите прав потребителей, когда вопрос о надлежащем уведомлении потребителя о совершении действий, повлекших вред, является юридически значимым обстоятельством.

6. Конституционное значение

Определение СКГД имеет конституционное значение, так как оно обеспечивает защиту конституционного права гражданина на справедливое судебное разбирательство (статья 46 Конституции РФ) и на возмещение вреда, причинённого органами государственной власти (статья 53 Конституции РФ), путём установления обязательного стандарта рассмотрения исков о возмещении вреда, причинённого органами принудительного исполнения.

Заключение: Определение СКГД от 15 сентября 2026 г. по делу № 5-КГ26-98-К2 устанавливает важную правовую позицию о необходимости полного исследования судом всех юридически значимых обстоятельств при рассмотрении исков о возмещении вреда, причинённого органами принудительного исполнения, включая факт надлежащого уведомления должника о возбуждении исполнительного производства и соблюдение принципа соотносимости мер принудительного исполнения. Определение существенно усиливает защиту прав граждан и уточняет стандарты распределения бремени доказывания в спорах данной категории.